- Сами стихи пишете?

- Пробую. Тем, кто приходит ко мне на выступления, при случае могу представиться и так:

Я жил во времена Советов.
Я видел все и убежден:
Для тружеников,
для поэтов
Достойней не было времен.
Я жил в Стране
Социализма,
Я взвесил все ее дела
И понял: никогда Отчизна
Сильней и краше не была.
Я жил во времена Союза
В семье несметных языков,
Где дружбы дух
и братства узы
Страну хранили от врагов.
Я жил в эпоху Пятилеток
И был голодным иногда,
Но видел я - мой глаз
был меток, -
Нам светит горняя звезда.
Что ж, ошибались
мы во многом,
Но первыми прорвали мрак.
И в Судный день, представ
пред Богом,
Мы развернем наш
Красный Флаг.

- Кто ваш читатель сегодня?

- В начале 90-х произошла контрреволюция. Страну ограбили, народ жестко разделился на богатых и бедных, то есть на грабителей и ограбленных. Я остался советским человеком. С этой, моей, стороны осталось большинство обманутых людей.
Когда-то Людмила Гурченко прекрасно исполнила песню Пахмутовой «Остаюсь с обманутым народом!». И современная власть полностью пренебрегает мнением народа.

- Именно поэтому вы настаивали, чтобы у Российского гимна остались прежние слова Михалкова?

- Старший Михалков, в отличие от своих сыновей, достоин глубокого уважения. Он был благороднейшим человеком и талантливым баснописцем, прекрасным детским писателем. Человек с юмором. Много доброго сделал людям. Ему ставят в вину то, что он переписывал гимн. Но что такое гимн? Это песнь во славу Родины! И в своих текстах Михалков прославлял нашу Отчизну.
Совершенно иначе я отношусь к Андрею Вознесенскому, хотя раньше мы были близкими приятелями. Мы первыми напечатали в «Литературке» поэму Вознесенского «Мастера». С этого и начался его взлет. Но когда вместе со сворой клеветников он стал поносить Шолохова, мол, тот украл книгу, то, кроме как подлостью, это нельзя назвать.

- Правда ли, что при советской власти можно было преуспеть только через членство в Компартии?

- Брехня! Долгие годы председателем правления Союза писателей РСФСР был Леонид Соболев - беспартийный. Константин Федин, лет 15 возглавлявший Союз писателей СССР, тоже был беспартийным. Во главе Академии наук, Московского университета долгие годы стояли беспартийные ученые. Леонид Леонов, получивший шесть орденов Ленина и несколько Сталинских премий, в партии не состоял. Маршал Леонид Говоров был когда-то офицером царской армии и долгие годы, уже командуя фронтом, оставался вне партии. Маршал Борис Шапошников был назначен начальником штаба Красной Армии, будучи беспартийным. Известный всему миру хореограф Игорь Моисеев тоже не вступал в КПСС. Хватит или продолжить?
Зато, например, нынче свободомыслящий телеведущий Владимир Познер очень любил заседать в парткомах и партактивах. И половина остальных <демократов>.

- Недавно праздновали юбилей Александра Солженицына. Его возвели в ранг чуть ли не вершителя народных судеб, а вы на нем и его сочинениях камня на камне не оставили! Почему?

- В свое время я с большим вниманием и даже сочувствием прочитал его «Один день Ивана Денисовича». И не раз весьма одобрительно писал об этой повести. Да разве я один! И Симонов, и Маршак, и Чуковский, и Бакланов... Хорошо отозвался Шолохов. Но его «Архипелаг ГУЛАГ»- это доказательство того, что лучшие сорта лжи фабрикуются из полуправды. А теперь это сочинение внедряют в беззащитные головы школьников. Оно требуется властям для охаивания всего советского. Для этого же и демократам нужно.

Его нахваливает Борис Немцов, взывает: «Читайте Солженицына!» Но кто, скажите, будет читать эту трехтомную тягомотину? Вдова сократила его для школьников в четыре раза. Медвежью услугу оказала покойнику. Теперь-то один томик одолеть можно. И прочитавшим будет понятно, сколько там невежества и вранья, ненависти и тупоумия! Представьте, там написано, что «из-за лесов и болот Наполеон не нашел Москвы». Как это мог написать русский человек с высшим образованием? Ведь каждый четвероклассник знает и о Бородинской битве, и о пожаре Москвы, и о бегстве и гибели армии Наполеона. Одна такая нелепость в книге наводит на мысль, что к ней приложило руку ЦРУ. А чего стоит его заявление, что ему безразлично было, чем закончится Отечественная война: победили бы немцы - ну и что! Сняли бы, говорил, портреты с усами и повесили бы портреты с усиками. Всего и делов! Он был лагерным стукачом под фамилией Ветров и сам признался в этом в «Архипелаге...». Его вдова, пытаясь как-то мужа обелить, говорит, что вот, мол, он же сам признался. А так никто бы об этом и не узнал. Смешно до глупости! В КГБ остались же документы, которые и были опубликованы сперва за границей, потом у нас. Я привожу один доносик в своей книге о Солженицыне. Этот донос привел к гибели нескольких заключенных.

В 1993 году Булат Окуджава с радостью и удовольствием принял расстрел ельциноидами двух тысяч мирных защитников Верховного Совета. Актёр Владимир Гостюхин вспоминает, что когда об этом узнали в Минске, куда бард приехал на гастроли, то на ступенях филармонии били его пластинки.

Да, вот она «совесть нации»...

- Если этот нобелевский лауреат писал, что в советских зверинцах хищников кормили приговоренными к расстрелу живыми классовыми врагами, о чем можно вообще говорить! Или что «роту заключенных около ста человек за невыполнение нормы загнали на костер - и они сгорели!» Это же болезненный бред.

- Как же тогда можно оценивать присуждение Солженицыну в 1970 году Нобелевской премии?

- Да иначе и не могло быть. Вот если бы не присудили, это была бы загадка. Так сложилось и с Нобелевской премией Пастернаку, роман которого превратили в знамя антисоветчины.
Кстати, Владимир Набоков очень точно охарактеризовал этот роман, назвав его «исторической фальшивкой». И Анна Ахматова резко осудила «Доктора Живаго». А вот Шолохову дали Нобелевскую премию за «Тихий Дон» по делу. Но они это сделали вынужденно, чтобы выглядеть приличней в глазах мирового сообщества.

- Среди тех, кого вы сурово критиковали, был и Булат Окуджава

- Архимандрит Тихон (Шевкунов) выпустил интересную книгу «Несвятые святые». Неожиданно нахожу там среди «святых» Окуджаву. Пишу архимандриту письмо, знает ли он о том, что Окуджава приветствовал расстрел российского парламента? И открыто заявил в газете: «Смотрел на это с наслаждением». Известно ли архимандриту, что Окуджава называл себя фашистом, воевавшим против фашистов? Или что его почему-то «удручают размеры нашей страны»?

- Как тогда прикажете оценивать роль в нашей истории других видных общественных деятелей, которых именуют «совестью нации»? Допустим, академика Дмитрия Лихачева?

- Он немало сделал в области изучения древнерусской литературы, за что и получил в свое время Сталинскую премию и множество орденов.
Но то, что он говорил по телевидению до и после контрреволюции, решительно противоречит одно другому. К примеру, раньше вспоминал, что когда сидел в Соловках, если ему нужно было поработать в библиотеке с книгами и документами, то писал заявление с просьбой отпустить на неделю-другую в Ленинград. И его отпускали. И он ходил по театрам, библиотекам, на свидания. Потом возвращался на каторгу... Но потом, уже в эти окаянные дни, рассказывал, что однажды его чуть не расстреляли. За что? Неизвестно. Дальше - еще интереснее. Мол, спрятался он от преследователей за поленницей дров. Да так хорошо спрятался, что не нашли даже с собакой. А на другое утро все и забыли, что его полагается расстрелять.

Или взять такой факт. Лихачев почему-то все время утверждал, что был в советское время невыездным. Но в Иностранной комиссии Союза писателей издавался информационный бюллетень, где отмечались все заграничные поездки его членов. Так вот, я насчитал там десятка полтора поездок за границу «невыездного» академика. Не исключено, что ездил он еще туда и по линии Академии наук. Вот такая «совесть нации».

- Интересно, что вы скажете об академике Сахарове?

- В лучшем случае о нем можно говорить, как о блаженном. Выступил однажды академик на страницах канадской газеты «Сitizen». Наплел там, будто наши летчики расстреливали с самолетов своих же товарищей, попавших в плен к афганцам. Хорошо помню ответную публикацию возмущенных воинов-«афганцев» на страницах «Комсомолки». А вскоре на одном из заседаний Съезда народных депутатов академика спросили, откуда, мол, такая жуткая информация? Слышал по радио, говорит. По какому радио? Не помнит. Когда это было? Забыл. Ну, а какие-нибудь имена, названия воинских частей, географические названия сохранились в памяти? Ничего не смог назвать!

Его и сослали в Горький, чтоб не болтал в таком духе, давая бесчисленные интервью иностранным газетам. Болтунов, порочащих Родину, от нормальных людей нужно изолировать. И сейчас полезно было бы сослать таких, как Сванидзе и Млечин, куда-нибудь, извините, в Пизу.

Борис КУДРЯВОВ

Источник: ЖЖ nashenasledie