Как известно, полякам удалось добиться этого при помощи хитроумного оповещения, высланного лидеру России и главам государств, в котором говорилось о намерении провести серию мероприятий в память освобождения Освенцима. Однако это уведомление никак не могло заменить официального приглашения.

Глава Российского еврейского конгресса Юрий Каннер дал на днях интервью телеканалу "Дождь", в котором рассказал о том, как развивались события. Группа еврейских предпринимателей во главе с председателем Всемирного еврейского конгресса Рональдом Лаудером освободила польское правительство от финансовых забот. Однако хозяева оказались улыбчивыми, но не гостеприимными. После того, как еврейские организации выполнили свои финансовые обязательства, они поняли, что поляки не собираются приглашать в Варшаву Президента Путина.

Организаторы схватились за голову: отсутствие представителя армии-победительницы, вызволившей несчастных жертв концлагеря, девальвирует все поминальные мероприятия. Были предприняты попытки убедить поляков отказаться от своего антироссийского дипломатического финта, но вотще.

Дело в том, что у поляков есть весомые причины не бередить память о прошлом. Их стремление представить себя едва ли не главной жертвой Второй мировой войны обычно непререкаемо. Однако даже поверхностное изучение реальных событий тех времен приведет нас к пакту о взаимном ненападении между Германией и Польшей от 1934 года. Еще меньше любят в Варшаве вспоминать, как сразу после войны в Польше прокатилась волна еврейских погромов. Убивали уцелевших из Освенцима, из Треблинки и Майданека.

В докладной записке польских властей начала 1946 года говорилось, что с ноября 1944 года по декабрь 1945 года был убит 351 еврей. Большая часть убийств произошла в Келецком и Люблинском воеводствах, жертвами были вернувшиеся из концлагерей или бывшие партизаны.

Не любят вспоминать все это в Варшаве. Еще сорок лет назад это было описано с необыкновенной точностью и утонченностью Александром Галичем.

"Итак, начнём, благословясь...
Лет сто тому назад
В своем дворце неряха-князь
Развёл везде такую грязь,
Что был и сам не рад.

И как-то, очень рассердясь,
Призвал он маляра.
«А не пора ли, — молвил князь, —
Закрасить краской эту грязь?»
Маляр сказал: «Пора,
Давно пора, вельможный князь,
Давным-давно пора».

И стала грязно-белой грязь,
И стала грязно-жёлтой грязь,
  И стала грязно-синей грязь
Под кистью маляра.
А потому что грязь есть грязь,
В какой ты цвет ее не крась".

Драматично и безапелляционно Галич вынес приговор нынешней Польше еще в ту пору, когда она проявляла свою подлость умеренно и стыдливо:

"Не возвращайтесь в Варшаву,
Я очень прошу Вас, пан Корчак,
Не возвращайтесь,
Вам нечего делать в э_т_о_й Варшаве!

Паясничают гомулкулусы,
  Геройские рожи корчат,
Рвётся к нечистой власти
Орава речистой швали...
Не возвращайтесь в Варшаву,
Я очень прошу Вас, пан Корчак!
Вы будете чужеземцем
В Вашей родной Варшаве!"

В новой Варшаве нет места Янушу Корчаку. Зато есть клокочущая ненависть к тем, кто освобождал Польшу от нацистов. Эта злонамеренность так чудовищна, что многие польские политики поддерживают нынешних последователей Шухевича и Бандеры в Киеве. Попирают память сотен тысяч поляков, убитых бандеровцами, и выказывают солидарность тем, кто величает героями убийц своих предков.

В этой новой Варшаве нет места и Президенту России, ибо как можно представлять победителей в стране, где фашизм не побежден до конца. Там нет места также представителям Израиля и еврейских организаций: премьер-министр Израиля, согласно последней информации, присутствовать не будет , и это правильное решение. Лидеры еврейских организаций также обязаны бойкотировать поминальные мероприятия в Польше.

В восьмидесятых и девяностых годах я дружил в Израиле с известным активистом правого лагеря Давидом Дором – уцелевшим из Освенцима. Когда из разу в раз возникали конфликты с польскими властями о сохранности места, он решительно возмущался: "Зачем нам эта память? Такое место надо сравнять с землей!"

Тогда я пытался спорить с ним, но со временем начал понимать, насколько он был прав.