Известный российский интеллектуал, журналист и политический консультант Анатолий Вассерман: Слухи о повальном русском пьянстве сильно преувеличены.

Лукавые цифры

Валентина Оберемко, «АиФ. Здоровье»: Анатолий Александрович, как вам кажется, насколько здорÓво наше российское население физически и ментально?

Анатолий Вассерман: Насколько я могу судить, самая нездоровая (и физически, и ментально) часть нашего населения – это те, кого принято нынче именовать креативным классом. Причина проста: считается, что творческая деятельность требует не здоровья, а исключительно буйства фантазии. Причем это буйство допустимо подстегивать разнообразными искусственными способами. На мой взгляд, это не так. По крайней мере мне интересные мысли приходят в голову, только когда я вполне здоров и трезв. Но дело в том, что у нас сейчас принято именовать креативностью не творчество, а его имитацию, и поэтому новизна идей ценится гораздо выше, чем их согласованность с реальностью.

При этом есть у нас прослойка, занимающаяся трудом, который не принято считать творчеством, хотя оператор какого-нибудь станка с числовым управлением или тракторист, определяющий, в каком конкретно режиме пахать тот или иной участок поля, по ходу работы непрерывно решает задачи не менее серьезные и творческие, что требует высокой концентрации. Поэтому мне кажется, что рассказы о поголовном пьянстве рабочих, о повальном алкоголизме на селе сильно преувеличены, и реально наш народ куда здоровее и трезвее, чем о нем принято говорить.

– Тем не менее за границей большинство людей уверены, что русские беспробудно пьют…

– У нас в России тоже традиционно говорят о повальном русском пьянстве. Но по употреблению алкоголя на душу населения Россия никогда за всю свою историю не поднималась выше второй десятки мирового рейтинга, в том числе и сегодня. Завышенные данные о потреблении алкоголя порождены в первую очередь тем, что в нашей статистике потребление алкоголя не дифференцировано. В одну графу попали сведения и о водке, и о жидкости для мытья стекол, и о незамерзайках для автомобильных фар, и об одеколонах. Да, теоретически все это можно выпить. Более того, я однажды видел человека, который действительно регулярно напивался одеколоном. Да и сам я однажды в юности попробовал выпить немножко одеколона, чтобы оценить, каково это. Мне, правда, совершенно не понравилось.

Быть или казаться?

– И почему же тогда, спрашивается, еще задолго до всякой статистики распространились легенды о повальном русском пьянстве?

– Причем распространяют эти легенды и те народы, которые пьют гораздо больше русских. К примеру, употребление алкоголя на душу населения в Англии или Нидерландах значительно выше российского. Более того, в России в имперские времена купец, за год набравший в сумме более трех недель запоя, признавался недееспособным, и его имущество передавалось в опеку до полного излечения от алкоголизма, что, как вы понимаете, не способствовало повальному пьянству у тех же купцов.

А в Нидерландах где-то примерно до середины ХIХ века любой документ, подписанный после 15.00, считался недействительным, потому что предполагалось, что к этому моменту добропорядочный нидерландский бюргер так пьян, что подпишет не глядя даже собственный смертный приговор.

– Тем не менее считается, что русские – повальные пьяницы, а жители Нидерландов или Англии – нет. Почему так?

– Да потому, что у них принято пить в течение всего дня, но понемногу. То есть у тебя все время сознание немного перекошено так, что со стороны твое поведение выглядит вменяемым и дееспособным. И, только если приглядеться повнимательнее, становится ясно, что человек в данный момент, мягко говоря, не способен адекватно мыслить. А у нас, как правило, пьют после работы, чтобы расслабиться. И выпивают сразу много именно для того, чтобы снять напряжение трудового дня, и, конечно же, это состояние сразу бросается в глаза. В то же время общее выпиваемое количество спиртного у нас меньше, чем на Западе, и общие последствия для физического и умственного здоровья также существенно ниже.

Тонкая грань

– Но почему у нас нет этой культуры пития, которая есть в Европе, почему у нас если пьют, то сразу много?

– Именно потому, что культура пития, сформировавшаяся в Европе, не способствует здоровью ни физическому, ни умственному, не способствует работоспособности ни физической и ни умственной, а способствует только тому, чтобы на других производить впечатление трезвого человека. То есть в традиционном выборе между быть и казаться они выбирают казаться, а мы выбираем быть трезвым, пока это нужно, и пить, только когда это не причинит серьезного ущерба.

– То есть после работы, по вечерам? Но у нас запретили продавать алкоголь после 10 вечера. Это может сократить употребление алкоголя по вечерам после работы и оздоровить нацию?

– Я думаю, что это не поможет и не помешает, но, конечно, ограничит питье для тех немногих, кто живет, чтобы пить. А на тех, кто пьет, чтобы жить, это не повлияет никак, потому что у таких людей обычно есть запасы, сделанные в разрешенное время.

Кстати, у меня в данный момент в доме находится примерно литров 10–15 разных вин и еще литров 10–15 крепких напитков, потому что я довольно часто покупаю разную спиртную экзотику, но пью крайне мало. Поэтому на меня, естественно, ограничение времени продажи спиртного вообще никак не влияет.