После занятий сегодня пошли с девчёнками в парк. Развлеклись, играя листвой и вешая осенние желания на дубок... Одним словом - ЖИТЬ ЗДОРОВО!!!

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.

Здравствуй,осень,здравствуй,чудо,
С ослепительной красой,
Здравствуй,ты моя подруга,
С дивной жёлтою косой

Светом солнечным залита,
Белоствольна и стройна,
Платье золотом расшито,
Вся из золота фата

Ветер косы твои треплет,
Тихо листики шуршат
И на землю яркой медью
Плавно,медленно летят

Вдруг в дыханье ветра скором,
Всколыхнувшись ,понеслись
И затейливым узором,
Круговертью заплелись

Кружат,кружат хороводом,
Слышен осени мотив,
Замечаешь мимоходом,
До чего же он красив...

И ты в этом хороводе,
Будто вся из янтаря,
Нет красивее в природе
Золотого октября

Нет красивее и краше,
Чем дыхание его,
Хоть ветра и дождик даже,
Иногда стучит в окно

Той палитры его красок,
Не увидишь ты нигде,
Лишь в осеннем переплясе
Лишь в прекрасном октябре

Ирина Малеева

Сегодня с доченькой наслаждались закатом. Слева полыхает, а справа тишь да блажь...

1.


2.

Марджери Уильямс. Плюшевый кролик - отрывок

Всамделишних не делают на фабрике игрушек - назидательно сказал Кожанный Конь, - Ими становятся. И когда кто-то любит тебя долго-долго и не просто играет с тобой, а любит на самом деле, тогда ты становишься Всамделишным.

- А это больно? спросил Кролик.

- Иногда больно, - ответил Кожаный Конь, который всегда говорил только правду. Но когда ты Всамделишный, ты о боли не думаешь.

- А как это происходит? Как будто раз-раз и ключик вставили и завели, - спросил Кролик, - или помаленьку?

- Раз-раз это не происходит, - ответил Кожаный Конь. Ты же становишься, а это о-го-го как долго. Да этого и вообще может не случиться, если тебя ничего не стоит поломать, если у тебя повсюду острые края, если с тобой необходимо очень бережно обращаться. Вот почему это очень редко происходит с теми, кто не подпускает к себе или старается держаться подальше от чужих проблем. Обычно к тому времени, когда ты становишься Всамделишным, шерсть у тебя во многих местах уже вытерта, глаза висят на ниточках, а из швов торчит вата и весь ты облезлый и потрёпаный. Но в таких делах это совершенно неважно, потому что, когда ты Всамделишный, показаться безобразным ты можешь только тем, кто в таких делах ничего не смыслит...

В колонках играет - Сказки Венского леса И.-С. Штраус
Нельзя оставаться равнодушной к красоте Природы... особенно после прочтения произведений Поэтов-Мастеров. Оказалась я сегодня в парке и не напрасно, летаю теперь Феюшкой по квартире и все домашние дела как-то сами собой делаются...

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.

Приходит жена к старцу и говорит: «Мы с мужем постоянно ругаемся, хотим разводиться». На что старец ей отвечает: «Вот тебе волшебная вода». «Как это?» – спрашивает женщина. «Когда вы захотите поругаться, набирай эту воду в рот. Когда желание ругаться пропадет, ты эту воду выливаешь». Через месяц женщина снова к нему приходит и говорит: «Ой, батюшка. Воистину волшебная вода. Действует! Дайте еще!»

И. Бунин.
Листопад
Лес, точно терем расписной,
Лиловый, золотой, багряный,
Веселой, пестрою стеной
Стоит над светлою поляной.

Березы желтою резьбой
Блестят в лазури голубой,
Как вышки, елочки темнеют,
А между кленами синеют
То там, то здесь в листве сквозной
Просветы в небо, что оконца.
Лес пахнет дубом и сосной,
За лето высох он от солнца,
И Осень тихою вдовой
Вступает в пестрый терем свой.
Сегодня на пустой поляне,
Среди широкого двора,
Воздушной паутины ткани
Блестят, как сеть из серебра.
Сегодня целый день играет
В дворе последний мотылек
И, точно белый лепесток,
На паутине замирает,
Пригретый солнечным теплом;
Сегодня так светло кругом,
Такое мертвое молчанье
В лесу и в синей вышине,
Что можно в этой тишине
Расслышать листика шуршанье.
Лес, точно терем расписной,
Лиловый, золотой, багряный,
Стоит над солнечной поляной,
Завороженный тишиной;
Заквохчет дрозд, перелетая
Среди подседа, где густая
Листва янтарный отблеск льет;
Играя, в небе промелькнет
Скворцов рассыпанная стая —
И снова все кругом замрет.
Последние мгновенья счастья!
Уж знает Осень, что такой
Глубокий и немой покой —
Предвестник долгого ненастья.
Глубоко, странно лес молчал
И на заре, когда с заката
Пурпурный блеск огня и злата
Пожаром терем освещал.
Потом угрюмо в нем стемнело.
Луна восходит, а в лесу
Ложатся тени на росу…
Вот стало холодно и бело
Среди полян, среди сквозной
Осенней чащи помертвелой,
И жутко Осени одной
В пустынной тишине ночной.

Теперь уж тишина другая:
Прислушайся — она растет,
А с нею, бледностью пугая,
И месяц медленно встает.
Все тени сделал он короче,
Прозрачный дым навел на лес
И вот уж смотрит прямо в очи
С туманной высоты небес.
0, мертвый сон осенней ночи!
0, жуткий час ночных чудес!
В сребристом и сыром тумане
Светло и пусто на поляне;
Лес, белым светом залитой,
Своей застывшей красотой
Как будто смерть себе пророчит;
Сова и та молчит: сидит
Да тупо из ветвей глядит,
Порою дико захохочет,
Сорвется с шумом с высоты,
Взмахнувши мягкими крылами,
И снова сядет на кусты
И смотрит круглыми глазами,
Водя ушастой головой
По сторонам, как в изумленье;
А лес стоит в оцепененье,
Наполнен бледной, легкой мглой
И листьев сыростью гнилой…
Не жди: наутро не проглянет
На небе солнце. Дождь и мгла
Холодным дымом лес туманят,—
Недаром эта ночь прошла!
Но Осень затаит глубоко
Все, что она пережила
В немую ночь, и одиноко
Запрется в тереме своем:
Пусть бор бушует под дождем,
Пусть мрачны и ненастны ночи
И на поляне волчьи очи
Зеленым светятся огнем!
Лес, точно терем без призора,
Весь потемнел и полинял,
Сентябрь, кружась по чащам бора,
С него местами крышу снял
И вход сырой листвой усыпал;
А там зазимок ночью выпал
И таять стал, все умертвив…

Трубят рога в полях далеких,
Звенит их медный перелив,
Как грустный вопль, среди широких
Ненастных и туманных нив.
Сквозь шум деревьев, за долиной,
Теряясь в глубине лесов,
Угрюмо воет рог туриный,
Скликая на добычу псов,
И звучный гам их голосов
Разносит бури шум пустынный.
Льет дождь, холодный, точно лед,
Кружатся листья по полянам,
И гуси длинным караваном
Над лесом держат перелет.
Но дни идут. И вот уж дымы
Встают столбами на заре,
Леса багряны, недвижимы,
Земля в морозном серебре,
И в горностаевом шугае,
Умывши бледное лицо,
Последний день в лесу встречая,
Выходит Осень на крыльцо.
Двор пуст и холоден. В ворота,
Среди двух высохших осин,
Видна ей синева долин
И ширь пустынного болота,
Дорога на далекий юг:
Туда от зимних бурь и вьюг,
От зимней стужи и метели
Давно уж птицы улетели;
Туда и Осень поутру
Свой одинокий путь направит
И навсегда в пустом бору
Раскрытый терем свой оставит.

Прости же, лес! Прости, прощай,
День будет ласковый, хороший,
И скоро мягкою порошей
Засеребрится мертвый край.
Как будут странны в этот белый,
Пустынный и холодный день
И бор, и терем опустелый,
И крыши тихих деревень,
И небеса, и без границы
В них уходящие поля!
Как будут рады соболя,
И горностаи, и куницы,
Резвясь и греясь на бегу
В сугробах мягких на лугу!
А там, как буйный пляс шамана,
Ворвутся в голую тайгу
Ветры из тундры, с океана,
Гудя в крутящемся снегу
И завывая в поле зверем.
Они разрушат старый терем,
Оставят колья и потом
На этом остове пустом
Повесят инеи сквозные,
И будут в небе голубом
Сиять чертоги ледяные
И хрусталем и серебром.
А в ночь, меж белых их разводов,
Взойдут огни небесных сводов,
Заблещет звездный щит Стожар —
В тот час, когда среди молчанья
Морозный светится пожар,
Расцвет полярного сиянья.

1900


Фото из Инета

...Ещё фонтаны включены...
вода журчит как в водопаде.
С деревьев падают листы
и этой красоте...
лишь дворники не рады.

О,Господи! Как Осень хороша!!!!
всё утопает в разноцветье!!!
и журавлинный клич...
в спокойствии душа...
и нет в ней сожаленья
об уходящем жарком лете...

Настало время нам -
осмыслить этот год.
Взять в руки счёты. Подвести итоги.
Готовиться к Зиме
и встретить Новый год -
с надеждой будущей Весны!
Любви!
Тепла!...
И, новых добрых всходах!....

...Ещё фонтаны включены...

Илья Васильев
фото из Инета

Стояло засушливое лето, и фермеры, жители небольшого посёлка, были обеспокоены тем, что будет с их урожаем. В один воскресный день после мессы они обратились к своему пастору за советом.
— Отец, мы должны что-то делать, или мы потеряем урожай!
— Всё, что от вас требуется, — это молиться с абсолютной верой. Молитва без веры — это не молитва. Она должна исходить из сердца, — ответил священник.
Всю следующую неделю фермеры собирались дважды на день и молились, чтобы Бог послал им дождь. В воскресенье они пришли к священнику.
— Ничего не получается, отец! Мы каждый день собираемся вместе и молимся, а дождя всё нет и нет.
— Вы действительно молитесь с верой? — спросил их священник.
Они стали уверять его, что это так. Но священник возразил:
— Я знаю, вы молитесь без веры, потому что ни один из вас, идя сюда, не захватил с собой зонтик!


http://pritchi.ru/

«ОСЕНЬ... ОТЗВУК МОТИВОВ ВЕСЕННИХ...»

...Серебристым дождём поливает
Осень Город Весенней Любви...
Засыпает Мечта заревая,
Но спешит грёзы негой обвить...

Нотки страсти, восторга, веселья,
Приглушённые шумом ветров
И расплывшиеся акварелью,
Вновь сплетает в созвучья Любовь...

Свет Надежды на скрипке играет...
Плачет нежно... Томится... Грустит...
Капли-искорки вешнего рая
Лучезарным аккордом вихрит...

Ну, а Счастье симфонию пишет...
Из мелодий возвышенных чувств,
Оказавшихся в путах затишья,
Изгоняет осеннюю грусть...

Сердце, в томных мотивах блуждая,
Кружевные романсы плетёт...
Песни вьёт и душа молодая,
Воспаряя до призрачных звёзд...

...Очаруемся музыкой этой,
Что нам дарят осенние сны!!!
И услышим в дыхании ветра
Озорные напевы Весны!!!

Жить давайте лишь снами цветными!!!
А печаль всю забудем... Сотрём...
Ночкой пьяною грёзы хмельные
Серенадой Любви всколыхнём!!!

Елена Буторина

Просто живи!
Мечтой Уносимая
Вся наша жизнь сплошной калейдоскоп.
Родных и незнакомых лиц мельканье,
Поступки, подлости, разочарованья,
Поддернутые легкой дымкою мечтанья.
Но иногда себе сказать полезно: «Стоп!»

Остановись! Прерви на время бешенный свой бег.
Возьми пример с немеркнущей Вселенной,
Живущей вечно, но вместе с тем мгновенно.
Пойми, что в этом воплощенье – несомненно -
Еще никто не выиграл свой жизненный забег.

Пусть и бывал чуть-чуть он впереди,
Взлетал над суетой чужих попыток,
Гордился кошельком он золотом расшитым
И презирал ползущих неудачников – улиток.
Но вот вопрос: Что он оставил позади?

Подумай о душе… Она – ведь трепетная птица.
От злого слова вся сжимается в комок,
От каждой грубости на двери вешает замок
И забывает – ей ведь в страхе невдомек –
Что все плохое к совершившим возвратится.

Поэтому – живи! Не обращая на других вниманья.
Они тебя не лучше. Но совсем не значит,
Что можешь ради той своей желаемой удачи
Чрез них переступить, решая лишь свои задачи.
Не забывай – ведь у других свои желанья.

Не лучше и не хуже, чем твои - они иные.
И вот когда придет минута расставанья,
Сказать ты сможешь миру на прощанье
(В тиши ночной или под ветра завыванье):
- Не плачь! За мной вослед придут другие.

1.

- Здравствуйте! Здравствуйте! Здравствуйте! Здравствуй сосна,
здравствуй подснежник, здравствуйте, снегири! Я фея Перели. У меня полное
лукошко солнечных лучей, а звезды я прячу под шапкой. Подождите, это после я
сниму шапку, тряхну волосами и закину на ветки звезды. Вам меня не поймать!
Я розовая синяя, голубая, зеленая золотистая, - я фея Перели. Захочу, побегу
по веткам наперегонки с белкой и буду сбрасывать вам сверху солнечных
зайчиков Вам весело'' Ну конечно, всем весело, когда я смеюсь - ведь сейчас
утро!
Может быть, вечером я сама саду на ветку, стану серебряно-синей.
Волосы мои повиснут между деревьями, а "платье заструится, точно сизый
дым. И тогда мы вместе о чем-нибудь задумаемся. Я сама не знаю, о чем. Может
быть, о моем будущем муже. А? Говорят, что феи не выходят замуж... Может
быть, и не выходят, а может быть, и выедят... Вот мы уже и задумались. Как
незаметно настал вечер... Вес это говорила маленькая фея Перели в большом,
большом лесу. Она действительно задумалась, сев на ветку. Шапка у нее
сползла, волосы рассыпались и повисли между деревьями, и целая пригоршня
звезд заилилась за сучки и листья. А глаза у феи стали до того синие, до
того глубокие, что заглянешь - не выйдешь...

Дальше здесь lib.ru/TALES/MIRKINA/skazki.txt
Фото из Инета

У дороги стоял нищий и просил подаяния. Всадник, проезжавший мимо, ударил нищего по лицу плетью. Тот, глядя вслед удаляющемуся всаднику, сказал:
– Будь счастлив.
Крестьянин, видевший происшедшее, услышав эти слова, спросил:
– Неужто ты такой смиренный?
– Нет, – ответил нищий, – просто если бы всадник был счастлив, он бы не стал бить меня по лицу.

Фото из Инета

...А на заре, в часы бесконечной нежности Света, разве не слышишь ты беззвучный завет: не отгораживайтесь, не закрывайтесь, будьте тишайшими и прозрачными, чтобы заметить самое незаметное...
Будьте как Свет, - который замечает все и всех... все и всех...
Одно малейшее пятнышко, не замеченное вами, - и вы уже не подобны свету, и Свет уже не может беспрепятственно разлиться в вас. Это самое пятнышко, не замеченное вами, не пускает его в вас.
Одна маленькая звездочка, по которой равнодушно скользнул ваш взгляд, линия ветвей, которая напрасно прочертила для вас путь в самое главное, малейшее движение человеческой души, которое было вам ни к чему, и...
Вы еще спрашиваете, отчего вам нехорошо и отчего плачет ангел?

Фото из Интернета

Ночи бессонные, книги, тетради...
Труд наш поистине очень тяжёл.
Всю отдаёшь себя только лишь ради
Этих глазёнок, что вечно с тобой!

Богом забытые, сплошь одинокие,
Некогда нам заниматься судьбой.
Вечно не сытые, обществом битые,
Смотрим вперёд с непроглядной тоской.

Да, говорим мы, не хлебом единым...
Надо учиться, чтоб кем-нибудь стать,
Но, возвращаясь мы слышим от сына:
И для чего же училась ты, мать?

Снова садимся мы за тетради,
Снова уроки и снова как в бой!
Сколько же будем мы только лишь ради...?
Ну, а когда же займёмся собой?

Те, кто в верхах давно позабыли,
Кто научил их читать и писать.
Вечно для них мы изгоями были
И остаёмся такими опять.

Путь наш нелёгок, на жизнь не хватает,
Нищие учим добру и любви,
Но , ведь, ничто нас уже не исправит -
Хоть погибаем, но учим , как жить!

Татьяна Аладьина

Евгений Клюев. "Сказки на всякий случай": читала детям и думала, что неплохо их почитать и взрослым, особенно тем, которые запутались в своих мыслях, позициях, отношениях. Сказки этого автора расставляют всё внутреннее содержимое человека по своим местам. Помогают видеть Чудеса в нашей повседневной жизни. Читайте на здоровье!

История про одно доброе утро

Одно Доброе Утро появилось на свет точно так же, как и все остальные добрые утра появляются: кто-то – теперь уж и не вспомнишь кто! – взял да сказал:

– Доброе Утро!

И пошло оно летать по свету, Доброе это Утро. От одного к другому – по эстафете! И каждый, к кому прилетало Доброе Утро, с радостью принимал его, а после передавал кому-нибудь:

– Доброе Утро!

Ах, до чего же все это было замечательно и приветливо! У Доброго Утра даже голова закружилась от того, сколько раз его передавали из уст в уста. Не сильно, конечно, закружилась, а… как на празднике бывает. Его даже, случалось, по нескольку раз одним и тем же людям передавали… но, когда эти люди снова принимали Доброе Утро, они не сердились, а ещё сильнее, чем прежде, радовались: кому же не радостно получить целых два Добрых Утра за одно и то же утро? А то и больше! Некоторым удалось по двадцать раз Доброе Утро принять и передать… так что уже часам к десяти Доброе Утро испытывало приятную усталость – такая бывает, когда множество подарков развёртываешь… всё развёртываешь и развёртываешь, а подаркам конца нет. Того и гляди, скажешь себе: «Ох, и надоело же мне эти подарки развёртывать!» А самому-то, конечно, нисколечко не надоело: так бы, наоборот, всю жизнь развёртывал и развёртывал…

Вот и наше Доброе Утро, хоть и испытывало приятную усталость, а всё равно и подумать не могло о том, чтобы прекратить с одних уст на другие перелетать… тем более что все уста улыбались! Да оно и понятно: кто же произнесёт «доброе утро» без улыбки? Даже самые сердитые люди, и те хоть немножко, да улыбнутся – хоть самую капельку.

– Не устали Вы, Доброе Утро? – в половине двенадцатого спросил Доброе Утро один Водитель Троллейбуса, который едва ли не в сотый раз за сегодня получил Доброе Утро и передал его другим.

– Да есть немножко… – призналось Доброе Утро и порозовело.

– Потерпите, осталось совсем чуть-чуть, – ласково сказал Водитель Троллейбуса. – Еще полчаса – и Вас сменят.

– Сменят? – испугалось Доброе Утро. – Как же это так… «сменят»-то?

– Как обычно, – объяснил Водитель Троллейбуса. – Кончится утро и начнётся день. Он всегда в двенадцать часов начинается.

Доброе Утро задумалось. Ему не хотелось кончаться! Конечно, оно немножко устало, но усталость-то эта была приятная… Что же теперь: только полчаса – и всё? Куда ему тогда деваться, интересное дело? Оно так и спросило Водителя Троллейбуса:

– И куда мне тогда деваться, интересное дело?

– Ну-у-у… – протянул Водитель Троллейбуса, – этого я не знаю. На моей памяти все добрые утра куда-то девались, только я не спрашивал, куда именно… Разве Вам ничего не сказали заранее?

– Нет… – растерялось Доброе Утро. – Заранее мне никто ничего не говорил. Я просто само по себе пошло летать по свету: от одного к другому – по эстафете!

– Вот странные люди! – тоже растерялся Водитель Троллейбуса: ему было жалко Доброе Утро. – Отправят в мир такое вот Доброе Утро – и совсем не говорят ему, что делать! – Тут он подумал и сказал: – Мне кажется, скорее всего, Вам надо будет прекратиться.

– Как это – «прекратиться»? – спросило Доброе Утро.

– Так… как-нибудь! – туманно ответил Водитель Троллейбуса.

– Ничего себе! – чуть ли не рассердилось Доброе Утро. – Вот если бы Вам кто-нибудь сказал: «Прекратитесь!» – Вы бы в ответ на это как себя повели?

– Прекратился бы, наверное… – задумался Водитель Троллейбуса.

– И как бы именно Вы прекратились? – полюбопытствовало Доброе Утро.

Водитель Троллейбуса не знал, что сказать… От растерянности он даже одну остановку пропустил – и пришлось ему возвращаться, и все, кто ждал на остановке, были так этим возмущены, что, входя, даже не сказали водителю троллейбуса: «Доброе утро!»

– Ну, вот, – вздохнуло Доброе Утро, – начинается. То есть – кончается… До чего же это грустно-то – прекращаться… прямо хоть плачь!

Тут оно присело на краешек сиденья в троллейбусе и стало смотреть в окно. А за окном шла размеренная жизнь, нисколько не напоминавшая утреннюю: никто больше никуда не спешил, город вел себя деловито, спокойно…

Водитель Троллейбуса поочередно поглядывал то на совсем опечалившееся Доброе Утро в смотровое зеркальце – очень уж ему Доброе Утро жалко было, то на стрелки часов… Но вот стрелки часов остановились на двенадцати – как раз тогда, когда Водитель Троллейбуса подъехал к следующей остановке и открыл двери.

– Добрый День! – радостно поприветствовал его первый же из вошедших, улыбаясь во весь рот.

Водитель Троллейбуса решил лучше совсем не отвечать и бросил осторожный взгляд в зеркальце. Никакого Доброго Утра на краешке сиденья уже не было…

– Добрый День! – посыпалось на водителя троллейбуса со всех сторон – а он не отвечал и не отвечал, так что пассажиры замирали в дверях, удивляясь, почему же он не отвечает ни на чьи приветствия.

– Не узнали меня? – раздалось вдруг около его кабины. – Я же Доброе Утро! Доброе Утро, которое перешло в Добрый День. Так, оказывается, всегда бывает: если утро доброе, то и день добрый будет!

– Вы, стало быть, не прекратились? – осторожно спросил Водитель Троллейбуса.

– Какое там! – рассмеялся Добрый День. – Я только начинаюсь… и у меня ещё знаете сколько работы!

Тогда Водитель Троллейбуса облегчённо вздохнул и, извинившись перед пассажирами, всё ещё ждавшими от него ответа, поприветствовал каждого в отдельности, с удовольствием произнеся раз десять:

– Добрый День!

А потом закрыл двери и отправился дальше, весело поглядывая по сторонам и размышляя при этом так: «Значит, если утро доброе, то и день добрый. Ну, а если день добрый, то и вечер, конечно, добрым будет– иначе и быть не может! А что… здорово ведь тут, на нашей планете, всё устроено!»


Фото из Инета

Улыбка

- Ну разве можно быть такой капризной? -, сказал гном, выглянув из-под кровати и сердито потирая лоб. Он услышал громкий плач Вилы и свалился с картины, за которой так сладко уснул. - И это каждое утро Ты скоро станешь такой же, как я, - продолжал он, вытаскивая зеркальце, чтобы отыскать среди своих морщин шишку.
- Уходи-и-ии, не хочу тебя видеть, - плакала Вила, - ничего не хочу.
- Подожди. А знаешь ли ты, что может сделать улыбка? - спросил гном.
Девочка замотала головой.
- Так улыбнись, и я тебе покажу.
- Мне никак, я не умею, - ответила Вила и собралась снова заплакать.
- Ну, я научу тебя, - рассмеялся гном и пустил солнечный зайчик прямо ей в глаза.
Она зажмурилась и спрятала лицо в ладошках.
- Раз, два, три пора! - крикнул гном
Девочка опустила руки и улыбнулась. За окном послышались чьи-то шаги. Высокий хмурый старик, стуча палкой, проходил мимо. Он был очень занят своими делами и, случайно увидев Вилу, отвернулся.
- Теперь беги за ним, - сказал гном, - только надень мои башмаки, а то ты не успеешь за своей улыбкой.
Вила хотела возразить, что ее ноги не поместятся в таких маленьких башмаках, но они уже сами очутились на ней, и она побежала за стариком. Он был недалеко и почему-то шел гораздо медленнее. Когда Вила поравнялась с ним, то увидела на его лице свою улыбку.
Старик остановился около цветочницы и купил букетик ландышей. Теперь он совсем не спешил и даже перестал стучать палкой. Цветы пробудили в нем воспоминания, и он отправился на окраину города, где стоял покосившийся дом с черепичной крышей. Когда-то он был там счастлив.
На балконе в кресле спала некрасивая девушка. Лицо ее казалось бледным и печальным. Ей снилось, что ее знакомый поэт навсегда прощается с ней. Старик долго смотрел на девушку, а затем, встав на цыпочки, бросил цветы прямо ей на колени. Она не проснулась, но на ее губах вдруг появилась легкая улыбка.
Старик пошел дальше, а Вила осталась.
Молодой человек с толстой тетрадкой постучался в дом. Девушка открыла глаза и увидела ландыши. Улыбка сделала ее такой прекрасной, что, когда она отворила двери, молодой человек не узнал ее. Это оказался поэт. Он всегда был занят своими стихами, считал себя непризнанным и к девушке приходил только затем, чтобы читать свои произведения.
- Спасибо вам, - проговорила она, сжав его руку.
- За что? - спросил поэт, не понимая ее, но девушка решила, что он притворяется.
Она поставила ландыши в стакан и стала смотреть на молодого человека такими сияющими глазами, что он не мог читать стихи и тоже улыбнулся.
«Вот это да!» - подумала Вила, узнавая свою улыбку на лице важного министра. Он торопился на встречу с послом из соседнего государства и чуть не налетел на поэта, который рассеянно шел посреди улицы и улыбался. Министр хотел рассердиться, но не смог и теперь продолжал путь совсем в другом настроении. На переговорах должен был решиться вопрос о войне, но благодаря улыбке Вилы дипломаты договорились и, заключив мир, расстались очень довольные. Садовник вышел на дорогу, по которой возвращался министр. Голубой флажок трепетал на карете. Мир, облегченно вздохнул садовник и улыбнулся. Он подошел к яблоне и погладил ее ветви. Белые бутоны потянулись к небу.
- Еще немного солнца, и они распустились бы, - сказал садовник. Облака, нависшие над землей, раздвинулись, и веселые лучи заглянули в сад. Бутоны лопнули, и яблоня расцвела.
- Ну, видела, что может сделать одна улыбка? - сказал гном, когда Вила вернулась.
- Да, - ответила девочка. - Теперь я всегда буду улыбаться.
Гном захлопал в ладоши.
- Тогда держи подарок, - и бросил ей большое красное яблоко.
- Это с того дерева? - спросила Вила.
- Не ска-жу! - пропел гном и спрятался.


© Copyright: Сказки, 2004
Фото из Инета