http://livepark.pro/blog/21429.html

Делать из мухи слона

Если кто-то преувеличивает, превращает мелкий факт в целое событие, французы иронически, но обобщенно заметят: «Этот человек делает гору из ничего». Англичане «подкинут» в поговорку немного конкретного материала. «Он делает гору из кротовой куч­ки», - скажут они.
У нас же в подобных случаях употребляют выражение: «Из мухи делать слона». 
Родина этой крылатой фразы Греция. Перешла она к нам из сатирического произведения «Похвала мухе» Лукиана, который жил два тысячелетия назад. Но автором выражения был все же не этот древнегреческий сатирик. Лукиан лишь использовал современную ему пословицу, которая полностью нам не известна. Вот что он пишет в конце своей «Похвалы мухе»: «...я прерываю свое слово, хотя многое еще мог бы сказать, чтобы не подумал кто-нибудь, что я, по пословице, делаю из мухи слона».

Галиматья

От galimatias: путаница, вздор. Существует прекрасная история о том, что жил-был некий адвокат, которому нужно было защищать в суде клиента по имени Матье, у которого украли петуха. В то время заседания велись исключительно на латыни, адвокат, как и любой француз, говорящий на другом языке, произносил речь невнятно, сбивчиво, и умудрился перепутать слова местами. Вместо «gallus Matias» - петух Матье, сказал «galli Matias» - то есть – Матье петуха (Матье, принадлежащий петуху).

Баклуши бить

То же, что и: бить баклуши
Бездельничать, лодырничать.
С давних пор кустари делали ложки, чашки и другую посуду из дерева. Чтобы вырезать ложку, надо было отколоть от бревна чурку – баклушу. Заготовлять баклуши поручалось подмастерьям: это было легкое, пустячное дело, не требующее особого умения. Готовить такие чурки и называлось «баклуши бить». 
Отсюда, из насмешки мастеров над подсобными рабочими – «баклушечниками», и пошла наша поговорка.

Дело в шляпе

Означает: «дело сделано», «всё прошло отлично». Оказывается, в старину гонцы, доставлявшие почту, зашивали под подкладку шапки или шляпы очень важные бумаги, или «дела», чтобы не привлекать внимания грабителей. Отсюда происходит выражение «дело в шляпе».

Источник

http://fishki.net/1348154-otpolirovannyj-nebesnyj-kamen.html...

• Facebook
• Вконтакте
• Одноклассники

• 

• Но этот пост не про египетские древности, а о том материале, из которого изготовлен скарабей в центре этого ювелирного изделия

  

• Какой самый редкий минерал на земле? Многие сразу подумают о драгоценных металлах. Некоторые — об алмазе и его цветных разновидностях. Однако скорее всего это тот материал, из которого сделан этот скарабей: ливийское пустынное стекло. Это небольшие кусочки светло–зелёного или светло–желтого оттенка, иногда бывают прозрачными. Они почти полностью состоят из оксида кремния и судя по всему образовалось при температурах свыше 2000 градусов. Возраст оценивается в 28–30 миллионов лет

  

• История его образования до конца не выяснена. Самой распространённой является теория, что давным–давно огромный метеорит врезался в пустыню, либо взорвался непосредственно над ней. От удара подобной силы образовался кратер, песок расплавился и жидкую смесь раскидало на большой территории. Из–за быстрого охлаждения в процессе полета песок превратился в стекло. Со временем ветер и песок отполировали куски стекла до блеска

  
• 
• 

• Пустынное стекло ценилось в качестве украшения ещё в древнем Египте, и ценилось очень высоко, раз носили его фараоны. Иногда его находили караваны. Научно описано оно было впервые в 1932 году исследователями Клейдоном и Алмаши (пилот, что послужил прототипом для героя Английского пациента), которые искали в пустыне легендарный оазис Церцура. Находят это стекло на небольшой территории на границе Египта и Ливии, в долинах песчаных барханов, достигающих 100 метров в высоту

  
• 

• Общие запасы оцениваются всего в 1400 тонн. Однако на больших минералогических выставках вполне можно купить небольшой кусочек стекла за 3–5 Евро за грамм. Так что сегодня не надо быть фараоном, чтобы иметь этот замечательный минерал у себя в коллекции

  

  Поделиться

Источник

Это три дочери Дантеса - Леони, Матильда и Берта. Акварель написана в 1843-м, в год смерти их матери, Екатерины Гончаровой. В сентябре она родила долгожданного сына, а через месяц умерла от послеродовой горячки.

Е.Н.Дантес-Геккерн, ур. Гончарова, портрет неизвестного художника.

За пару недель до злополучной дуэли Дантес женился на родной сестре Натальи Николаевны Пушкиной – Екатерине Гончаровой. Женился, как утверждают, не по любви, а по настоянию друзей, спешно желая замять назревающий в обществе скандал, связанный с именем Пушкина. Но это не помогло: 10 января состоялось венчание, а 29 января прозвучал тот роковой выстрел на Черной речке.
Дантес был арестован, разжалован в солдаты и через месяц выслан с беременной женой за границу.

ЖоржДантес, 1865 год, Париж. Photographs by DISDER.

На родине жизнь его можно было бы назвать счастливой. Налаженный быт, успешная служба, хорошие дети. Внук Дантеса Луи Метман вспоминал, что "дед был вполне доволен своей судьбой и впоследствии не раз говорил, что только вынужденному из-за дуэли отъезду из России он обязан своей блестящей политической карьерой, что, не будь этого несчастного поединка, его ждало незавидное будущее командира полка где-нибудь в русской провинции с большой семьёй и недостаточными средствами".
О России в семье Дантесов не вспоминали.

И все бы ничего, если бы не младшая дочь Леони. Ей не было и трех лет, когда умерла мать. Екатерина при жизни с детьми на русском не говорила, просто не смела. После ее смерти трех маленьких сестер и новорожденного Луи взяла на воспитание сестра Дантеса Адель, старая дева. Откуда что взялось, непонятно - в семье все говорили по-французски.
Леони - единственная из всех детей разговаривала на русском языке, причем, выучив его самостоятельно, владела им в совершенстве.

Светская жизнь ее не интересовала. Она прошла на дому курс Политехнической школы, и, по словам своих профессоров, была первой. Брат говорил, что у сестры было две привязанности: математика и… Пушкин. Причем, последний явно победил.
Комната Леони была превращена в молельню: на стене висел огромный портрет Александра Сергеевича, перед которым всегда горела лампада. Дальше шли другие его портреты, поменьше, и книги. Русские. Она прочла Пушкина всего, знала наизусть Онегина, целые главы из "Кавказского пленника" и "Капитанской дочки".
С отцом не общалась – в одной из ссор назвала его убийцей Пушкина и больше никогда с ним не разговаривала.

В год столетия поэта в беседе с корреспондентом газеты "Новое время" брат Леони, Луи-Жозеф Геккерн-Дантес сказал следующее:

Читать подробнее →

• Вячеслав Тихонов и Нонна Мордюкова

  

• Трус, Балбес, Бывалый

  

• Летчик-космонавт СССР Юрий Алексеевич Гагарин

  

•  

  Любовь Полищук

  

• Игорь Кириллов, первые дни в эфире, сентябрь 1957 года

  

• Дмитрий Шостакович во время блокады, 1942 год

  

• Зимний эпизод, не вошедший в оскароносную картину «Москва слезам не верит

  

• Высоцкий и Даль

  

• Волчек, Богатырёв, Садальский

  

• Вероника Маврикиевна

  

• Владимир Шаинский

  

• Владимир Конкин

  

• В верхнем ряду Борис Сичкин, рядом с ним Ефим Березин, который положил руку на плечо своего товарища, Юрия Тимошенко. Проще говоря, Буба Касторский, Тарапунька и Штепсель

  

• Алла Пугачева и Джо Дассен на открытии отеля «Космос»

  

• Гайдай и Никулин

  

• А. Солоницын на съёмках фильма "Сталкер". Автор Гневашев Игорь, 1979

  

• А. Папанов у своего автомобиля. Автор Князев Андрей, 1960

  

• На съёмках фильма "Храни меня мой талисман". Автор Гневашев Игорь, 1986

  

• Андрей Тарковский на съёмках фильма "Сталкер". Автор Гневашев Игорь, 1978

  

• Аркадий Райкин. Съёмка для журнала "Огонёк". Автор Кривоносов Юрий, 1961

  

• Андрей Миронов на гастролях в Одессе. Автор Арутюнов Виталий, 1980

  

• Аркадий Райкин. Автор Белинский Юрий, 1980

  

• В. Шукшин на съёмках фильма "Калина красная". Автор Гневашев Игорь, 1973

  

• Валентина Терешкова в тренажёре космического корабля "Восток". Автор Смирнов Борис, 1963

  

• Выступление на ''Голубом огоньке''. Леонид Утёсов. Автор Степанов Владимир, 1963

  

• Глеб Панфилов и Инна Чурикова на пробах к фильму "Прошу слова". Автор Гневашев Игорь, 1974

  

• Грузия. Н. С. Хрущёв и Фидель Кастро. Автор Егоров Василий, 1963

  

• И. Смоктнуовский. Выбор натуры к фильму "Чайковский". Автор Кмит Галина, 1969

  

• Капитан хоккейной команды "Наши" Юрий Гагарин ЦПК. Автор Смирнов Борис, 1963

  

• И. Сталин встречает челюскинцев на Красной Площади. Автор Халип Яков, 1934

  

• Иннокентий Смоктуновский. Автор Лазарев Леонид, 1959

  

• Л. Гайдай и С. Филиппов на съёмках фильма "12 стульев". Автор Гневашев Игорь, 1971

  

• Клара Лучко на съёмках ''Голубого огонька''. Автор Степанов Владимир, 1963

  

• Кафе-молочная. И. Чурикова и В. Павлов. Автор Князев Андрей, 1960

  

• Людмила Чурсина на МКФ. Автор Князев Андрей, 1970

  

• М. Таль даёт сеанс одновременной игры шахматистам. Минск. Автор Савин Михаил, 1960

  

• Наталья Крачковская. Автор Гневашев Игорь, 1980

  

• Перекличка времён. Автор Гневашев Игорь, 1977

  

• Последний штрих. На съёмках фильма "Мёртвые души". Автор Гневашев Игорь, 1984

  

• Разговор по душам. Н. Михалков и Д. Ольбрыхский. Автор Кмит Галина, 1970

  

• Прогулка Карандаша. Автор Белинский Юрий, 1975

  

• "Сталкер" . Автор Гневашев Игорь, 1978

  

• Съёмки фильма "Солярис". Автор Кмит Галина, 1972

  

• Ф. Кастро в Завидово. Автор Егоров Василий, 1964

  

• Евгений Моргунов. Автор Егоров Василий, 1970

  

• Фрунзик. Автор Награльян Александр, 1979

  

• Юрий Гагарин. Сочи. Автор Абрамочкин Юрий, 1961

  

  источник

• 

  Поделиться

• "Ехали много суток... Вышли с девочками на какой-то станции с ведром, чтобы воды набрать. Оглянулись и ахнули: один за одним шли составы, и там одни девушки. Поют. Машут нам - кто косынками, кто пилотками. Стало понятно: мужиков не хватает, полегли они, в земле. Или в плену. Теперь мы вместо них... Мама написала мне молитву. Я положила ее в медальон. Может, и помогло - я вернулась домой. Я перед боем медальон целовала..."

  

• "И когда он появился третий раз, это же одно мгновенье - то появится, то скроется, - я решила стрелять. Решилась, и вдруг такая мысль мелькнула: это же человек, хоть он враг, но человек, и у меня как-то начали дрожать руки, по всему телу пошла дрожь, озноб. Какой-то страх... Ко мне иногда во сне и сейчас возвращается это ощущение... После фанерных мишеней стрелять в живого человека было трудно. Я же его вижу в оптический прицел, хорошо вижу. Как будто он близко... И внутри у меня что-то противится... Что-то не дает, не могу решиться. Но я взяла себя в руки, нажала спусковой крючок... Не сразу у нас получилось. Не женское это дело - ненавидеть и убивать. Не наше... Надо было себя убеждать. Уговаривать..."

  

• "Один раз ночью разведку боем на участке нашего полка вела целая рота. К рассвету она отошла, а с нейтральной полосы послышался стон. Остался раненый. "Не ходи, убьют, - не пускали меня бойцы, - видишь, уже светает". Не послушалась, поползла. Нашла раненого, тащила его восемь часов, привязав ремнем за руку. Приволокла живого. Командир узнал, объявил сгоряча пять суток ареста за самовольную отлучку. А заместитель командира полка отреагировал по-другому: "Заслуживает награды". В девятнадцать лет у меня была медаль "За отвагу". В девятнадцать лет поседела. В девятнадцать лет в последнем бою были прострелены оба легких, вторая пуля прошла между двух позвонков. Парализовало ноги... И меня посчитали убитой... В девятнадцать лет... У меня внучка сейчас такая. Смотрю на нее - и не верю. Дите!"

  

• "У меня было ночное дежурство... Зашла в палату тяжелораненых. Лежит капитан... Врачи предупредили меня перед дежурством, что ночью он умрет... Не дотянет до утра... Спрашиваю его: "Ну, как? Чем тебе помочь?" Никогда не забуду... Он вдруг улыбнулся, такая светлая улыбка на измученном лице: "Расстегни халат... Покажи мне свою грудь... Я давно не видел жену..." Мне стало стыдно, я что-то там ему отвечала. Ушла и вернулась через час. Он лежит мертвый. И та улыбка у него на лице..."
  "Меня ураганной волной отбросило к кирпичной стене. Потеряла сознание... Когда пришла в себя, был уже вечер. Подняла голову, попробовала сжать пальцы - вроде двигаются, еле-еле продрала левый глаз и пошла в отделение, вся в крови. В коридоре встречаю нашу старшую сестру, она не узнала меня, спросила: "Кто вы? Откуда?" Подошла ближе, ахнула и говорит: "Где тебя так долго носило, Ксеня? Раненые голодные, а тебя нет". Быстро перевязали голову, левую руку выше локтя, и я пошла получать ужин. В глазах темнело, пот лился градом. Стала раздавать ужин, упала. Привели в сознание, и только слышится: "Скорей! Быстрей!" И опять - "Скорей! Быстрей!" Через несколько дней у меня еще брали для тяжелораненых кровь".

  

• "И девчонки рвались на фронт добровольно, а трус сам воевать не пойдет. Это были смелые, необыкновенные девчонки. Есть статистика: потери среди медиков переднего края занимали второе место после потерь в стрелковых батальонах. В пехоте. Что такое, например, вытащить раненого с поля боя? Я вам сейчас расскажу... Мы поднялись в атаку, а нас давай косить из пулемета. И батальона не стало. Все лежали. Они не были все убиты, много раненых. Немцы бьют, огня не прекращают. Совсем неожиданно для всех из траншеи выскакивает сначала одна девчонка, потом вторая, третья... Они стали перевязывать и оттаскивать раненых, даже немцы на какое-то время онемели от изумления. К часам десяти вечера все девчонки были тяжело ранены, а каждая спасла максимум два-три человека. Награждали их скупо, в начале войны наградами не разбрасывались. Вытащить раненого надо было вместе с его личным оружием. Первый вопрос в медсанбате: где оружие? В начале войны его не хватало. Винтовку, автомат, пулемет - это тоже надо было тащить. В сорок первом был издан приказ номер двести восемьдесят один о представлении к награждению за спасение жизни солдат: за пятнадцать тяжелораненых, вынесенных с поля боя вместе с личным оружием - медаль "За боевые заслуги", за спасение двадцати пяти человек - орден Красной Звезды, за спасение сорока - орден Красного Знамени, за спасение восьмидесяти - орден Ленина. А я вам описал, что значило спасти в бою хотя бы одного... Из-под пуль..."
  "Что в наших душах творилось, таких людей, какими мы были тогда, наверное, больше никогда не будет. Никогда! Таких наивных и таких искренних. С такой верой! Когда знамя получил наш командир полка и дал команду: "Полк, под знамя! На колени!", все мы почувствовали себя счастливыми. Стоим и плачем, у каждой слезы на глазах. Вы сейчас не поверите, у меня от этого потрясения весь мой организм напрягся, моя болезнь, а я заболела "куриной слепотой", это у меня от недоедания, от нервного переутомления случилось, так вот, моя куриная слепота прошла. Понимаете, я на другой день была здорова, я выздоровела, вот через такое потрясение всей души..."

  

• "Мы же молоденькие совсем на фронт пошли. Девочки. Я за войну даже подросла. Мама дома померила... Я подросла на десять сантиметров..."
  ..........................................
  "Организовали курсы медсестер, и отец отвел нас с сестрой туда. Мне - пятнадцать лет, а сестре - четырнадцать. Он говорил: "Это все, что я могу отдать для победы. Моих девочек..." Другой мысли тогда не было. Через год я попала на фронт..."
  ..........................................
  "У нашей матери не было сыновей... А когда Сталинград был осажден, добровольно пошли на фронт. Все вместе. Вся семья: мама и пять дочерей, а отец к этому времени уже воевал..."
  ...............................................
  "Меня мобилизовали, я была врач. Я уехала с чувством долга. А мой папа был счастлив, что дочь на фронте. Защищает Родину. Папа шел в военкомат рано утром. Он шел получать мой аттестат и шел рано утром специально, чтобы все в деревне видели, что дочь у него на фронте..."
  ..............................................
  "Помню, отпустили меня в увольнение. Прежде чем пойти к тете, я зашла в магазин. До войны страшно любила конфеты. Говорю:
  - Дайте мне конфет.
  Продавщица смотрит на меня, как на сумасшедшую. Я не понимала: что такое - карточки, что такое - блокада? Все люди в очереди повернулись ко мне, а у меня винтовка больше, чем я. Когда нам их выдали, я посмотрела и думаю: "Когда я дорасту до этой винтовки?" И все вдруг стали просить, вся очередь:
  - Дайте ей конфет. Вырежьте у нас талоны.
  И мне дали".

  

• "И у меня впервые в жизни случилось... Наше... Женское... Увидела я у себя кровь, как заору:
  - Меня ранило...
  В разведке с нами был фельдшер, уже пожилой мужчина. Он ко мне:
  - Куда ранило?
  - Не знаю куда... Но кровь...
  Мне он, как отец, все рассказал... Я ходила в разведку после войны лет пятнадцать. Каждую ночь. И сны такие: то у меня автомат отказал, то нас окружили. Просыпаешься - зубы скрипят. Вспоминаешь - где ты? Там или здесь?"
  ..................................................
  "Уезжала я на фронт материалисткой. Атеисткой. Хорошей советской школьницей уехала, которую хорошо учили. А там... Там я стала молиться... Я всегда молилась перед боем, читала свои молитвы. Слова простые... Мои слова... Смысл один, чтобы я вернулась к маме и папе. Настоящих молитв я не знала, и не читала Библию. Никто не видел, как я молилась. Я - тайно. Украдкой молилась. Осторожно. Потому что... Мы были тогда другие, тогда жили другие люди. Вы - понимаете?"

  

• "Формы на нас нельзя было напастись: всегда в крови. Мой первый раненый - старший лейтенант Белов, мой последний раненый - Сергей Петрович Трофимов, сержант минометного взвода. В семидесятом году он приезжал ко мне в гости, и дочерям я показала его раненую голову, на которой и сейчас большой шрам. Всего из-под огня я вынесла четыреста восемьдесят одного раненого. Кто-то из журналистов подсчитал: целый стрелковый батальон... Таскали на себе мужчин, в два-три раза тяжелее нас. А раненые они еще тяжелее. Его самого тащишь и его оружие, а на нем еще шинель, сапоги. Взвалишь на себя восемьдесят килограммов и тащишь. Сбросишь... Идешь за следующим, и опять семьдесят-восемьдесят килограммов... И так раз пять-шесть за одну атаку. А в тебе самой сорок восемь килограммов - балетный вес. Сейчас уже не верится..."
  ..........................................
  "Я потом стала командиром отделения. Все отделение из молодых мальчишек. Мы целый день на катере. Катер небольшой, там нет никаких гальюнов. Ребятам по необходимости можно через борт, и все. Ну, а как мне? Пару раз я до того дотерпелась, что прыгнула прямо за борт и плаваю. Они кричат: "Старшина за бортом!" Вытащат. Вот такая элементарная мелочь... Но какая это мелочь? Я потом лечилась...
  .............................................
  "Вернулась с войны седая. Двадцать один год, а я вся беленькая. У меня тяжелое ранение было, контузия, я плохо слышала на одно ухо. Мама меня встретила словами: "Я верила, что ты придешь. Я за тебя молилась день и ночь". Брат на фронте погиб. Она плакала: "Одинаково теперь - рожай девочек или мальчиков".
  "А я другое скажу... Самое страшное для меня на войне - носить мужские трусы. Вот это было страшно. И это мне как-то... Я не выражусь... Ну, во-первых, очень некрасиво... Ты на войне, собираешься умереть за Родину, а на тебе мужские трусы. В общем, ты выглядишь смешно. Нелепо. Мужские трусы тогда носили длинные. Широкие. Шили из сатина. Десять девочек в нашей землянке, и все они в мужских трусах. О, Боже мой! Зимой и летом. Четыре года... Перешли советскую границу... Добивали, как говорил на политзанятиях наш комиссар, зверя в его собственной берлоге. Возле первой польской деревни нас переодели, выдали новое обмундирование и... И! И! И! Привезли в первый раз женские трусы и бюстгальтеры. За всю войну в первый раз. Ха-а-а... Ну, понятно... Мы увидели нормальное женское белье... Почему не смеешься? Плачешь... Ну, почему?"
  ............................................
  "В восемнадцать лет на Курской Дуге меня наградили медалью "За боевые заслуги" и орденом Красной Звезды, в девятнадцать лет - орденом Отечественной войны второй степени. Когда прибывало новое пополнение, ребята были все молодые, конечно, они удивлялись. Им тоже по восемнадцать-девятнадцать лет, и они с насмешкой спрашивали: "А за что ты получила свои медали?" или "А была ли ты в бою?" Пристают с шуточками: "А пули пробивают броню танка?" Одного такого я потом перевязывала на поле боя, под обстрелом, я и фамилию его запомнила - Щеголеватых. У него была перебита нога. Я ему шину накладываю, а он у меня прощения просит: "Сестричка, прости, что я тебя тогда обидел..."

  

• "Замаскировались. Сидим. Ждем ночи, чтобы все-таки сделать попытку прорваться. И лейтенант Миша Т., комбат был ранен, и он выполнял обязанности комбата, лет ему было двадцать, стал вспоминать, как он любил танцевать, играть на гитаре. Потом спрашивает:
  - Ты хоть пробовала?
  - Чего? Что пробовала? - А есть хотелось страшно.
  - Не чего, а кого... Бабу!
  А до войны пирожные такие были. С таким названием.
  - Не-е-ет...
  - И я тоже еще не пробовал. Вот умрешь и не узнаешь, что такое любовь... Убьют нас ночью...
  - Да пошел ты, дурак! - До меня дошло, о чем он.
  Умирали за жизнь, еще не зная, что такое жизнь. Обо всем еще только в книгах читали. Я кино про любовь любила..."
  ................................................
  "Она заслонила от осколка мины любимого человека. Осколки летят - это какие-то доли секунды... Как она успела? Она спасла лейтенанта Петю Бойчевского, она его любила. И он остался жить. Через тридцать лет Петя Бойчевский приехал из Краснодара и нашел меня на нашей фронтовой встрече, и все это мне рассказал. Мы съездили с ним в Борисов и разыскали ту поляну, где Тоня погибла. Он взял землю с ее могилы... Нес и целовал... Было нас пять, конаковских девчонок... А одна я вернулась к маме..."
  ...................................................
  "Был организован Отдельный отряд дымомаскировки, которым командовал бывший командир дивизиона торпедных катеров капитан-лейтенант Александр Богданов. Девушки, в основном, со средне-техническим образованием или после первых курсов института. Наша задача - уберечь корабли, прикрывать их дымом. Начнется обстрел, моряки ждут: "Скорей бы девчата дым повесили. С ним поспокойнее". Выезжали на машинах со специальной смесью, а все в это время прятались в бомбоубежище. Мы же, как говорится, вызывали огонь на себя. Немцы ведь били по этой дымовой завесе..."

  

• "Замаскировались. Сидим. Ждем ночи, чтобы все-таки сделать попытку прорваться. И лейтенант Миша Т., комбат был ранен, и он выполнял обязанности комбата, лет ему было двадцать, стал вспоминать, как он любил танцевать, играть на гитаре. Потом спрашивает:
  - Ты хоть пробовала?
  - Чего? Что пробовала? - А есть хотелось страшно.
  - Не чего, а кого... Бабу!
  А до войны пирожные такие были. С таким названием.
  - Не-е-ет...
  - И я тоже еще не пробовал. Вот умрешь и не узнаешь, что такое любовь... Убьют нас ночью...
  - Да пошел ты, дурак! - До меня дошло, о чем он.
  Умирали за жизнь, еще не зная, что такое жизнь. Обо всем еще только в книгах читали. Я кино про любовь любила..."
  ................................................
  "Она заслонила от осколка мины любимого человека. Осколки летят - это какие-то доли секунды... Как она успела? Она спасла лейтенанта Петю Бойчевского, она его любила. И он остался жить. Через тридцать лет Петя Бойчевский приехал из Краснодара и нашел меня на нашей фронтовой встрече, и все это мне рассказал. Мы съездили с ним в Борисов и разыскали ту поляну, где Тоня погибла. Он взял землю с ее могилы... Нес и целовал... Было нас пять, конаковских девчонок... А одна я вернулась к маме..."
  ...................................................
  "Был организован Отдельный отряд дымомаскировки, которым командовал бывший командир дивизиона торпедных катеров капитан-лейтенант Александр Богданов. Девушки, в основном, со средне-техническим образованием или после первых курсов института. Наша задача - уберечь корабли, прикрывать их дымом. Начнется обстрел, моряки ждут: "Скорей бы девчата дым повесили. С ним поспокойнее". Выезжали на машинах со специальной смесью, а все в это время прятались в бомбоубежище. Мы же, как говорится, вызывали огонь на себя. Немцы ведь били по этой дымовой завесе..."

  

• "Нам сказали одеть все военное, а я метр пятьдесят. Влезла в брюки, и девочки меня наверху ими завязали".
  .........................................
  "Пока он слышит... До последнего момента говоришь ему, что нет-нет, разве можно умереть. Целуешь его, обнимаешь: что ты, что ты? Он уже мертвый, глаза в потолок, а я ему что-то еще шепчу... Успокаиваю... Фамилии вот стерлись, ушли из памяти, а лица остались... "
  .......................................
  "У нас попала в плен медсестра... Через день, когда мы отбили ту деревню, везде валялись мертвые лошади, мотоциклы, бронетранспортеры. Нашли ее: глаза выколоты, грудь отрезана... Ее посадили на кол... Мороз, и она белая-белая, и волосы все седые. Ей было девятнадцать лет. В рюкзаке у нее мы нашли письма из дома и резиновую зеленую птичку. Детскую игрушку..."
  .....................................
  "Под Севском немцы атаковали нас по семь-восемь раз в день. И я еще в этот день выносила раненых с их оружием. К последнему подползла, а у него рука совсем перебита. Болтается на кусочках... На жилах... В кровище весь... Ему нужно срочно отрезать руку, чтобы перевязать. Иначе никак. А у меня нет ни ножа, ни ножниц. Сумка телепалась-телепалась на боку, и они выпали. Что делать? И я зубами грызла эту мякоть. Перегрызла, забинтовала... Бинтую, а раненый: "Скорей, сестра. Я еще повоюю". В горячке..."
  "Я всю войну боялась, чтобы ноги не покалечило. У меня красивые были ноги. Мужчине - что? Ему не так страшно, если даже ноги потеряет. Все равно - герой. Жених! А женщину покалечит, так это судьба ее решится. Женская судьба..."
  .......................................
  "Мужчины разложат костер на остановке, трясут вшей, сушатся. А нам где? Побежим за какое-нибудь укрытие, там и раздеваемся. У меня был свитерочек вязаный, так вши сидели на каждом миллиметре, в каждой петельке. Посмотришь, затошнит. Вши бывают головные, платяные, лобковые... У меня были они все..."
  ........................................
  "Под Макеевкой, в Донбассе, меня ранило, ранило в бедро. Влез вот такой осколочек, как камушек, сидит. Чувствую - кровь, я индивидуальный пакет сложила и туда. И дальше бегаю, перевязываю. Стыдно кому сказать, ранило девчонку, да куда - в ягодицу. В попу... В шестнадцать лет это стыдно кому-нибудь сказать. Неудобно признаться. Ну, и так я бегала, перевязывала, пока не потеряла сознание от потери крови. Полные сапоги натекло..."

  

• "Приехал врач, сделали кардиограмму, и меня спрашивают:
  - Вы когда перенесли инфаркт?
  - Какой инфаркт?
  - У вас все сердце в рубцах.
  А эти рубцы, видно, с войны. Ты заходишь над целью, тебя всю трясет. Все тело покрывается дрожью, потому что внизу огонь: истребители стреляют, зенитки расстреливают... Летали мы в основном ночью. Какое-то время нас попробовали посылать на задания днем, но тут же отказались от этой затеи. Наши "По-2" подстреливали из автомата... Делали до двенадцати вылетов за ночь. Я видела знаменитого летчика-аса Покрышкина, когда он прилетал из боевого полета. Это был крепкий мужчина, ему не двадцать лет и не двадцать три, как нам: пока самолет заправляли, техник успевал снять с него рубашку и выкрутить. С нее текло, как будто он под дождем побывал. Теперь можете легко себе представить, что творилось с нами. Прилетишь и не можешь даже из кабины выйти, нас вытаскивали. Не могли уже планшет нести, тянули по земле".
  "Мы стремились... Мы не хотели, чтобы о нас говорили: "Ах, эти женщины!" И старались больше, чем мужчины, мы еще должны были доказать, что не хуже мужчин. А к нам долго было высокомерное, снисходительное отношение: "Навоюют эти бабы..."

  

• Три раза раненая и три раза контуженная. На войне кто о чем мечтал: кто домой вернуться, кто дойти до Берлина, а я об одном загадывала - дожить бы до дня рождения, чтобы мне исполнилось восемнадцать лет. Почему-то мне страшно было умереть раньше, не дожить даже до восемнадцати. Ходила я в брюках, в пилотке, всегда оборванная, потому что всегда на коленках ползешь, да еще под тяжестью раненого. Не верилось, что когда-нибудь можно будет встать и идти по земле, а не ползти. Это мечта была! Приехал как-то командир дивизии, увидел меня и спрашивает: "А что это у вас за подросток? Что вы его держите? Его бы надо послать учиться".
  "Мы были счастливы, когда доставали котелок воды вымыть голову. Если долго шли, искали мягкой травы. Рвали ее и ноги... Ну, понимаете, травой смывали... Мы же свои особенности имели, девчонки... Армия об этом не подумала... Ноги у нас зеленые были... Хорошо, если старшина был пожилой человек и все понимал, не забирал из вещмешка лишнее белье, а если молодой, обязательно выбросит лишнее. А какое оно лишнее для девчонок, которым надо бывает два раза в день переодеться. Мы отрывали рукава от нижних рубашек, а их ведь только две. Это только четыре рукава..."

  

• "Идем... Человек двести девушек, а сзади человек двести мужчин. Жара стоит. Жаркое лето. Марш бросок - тридцать километров. Жара дикая... И после нас красные пятна на песке... Следы красные... Ну, дела эти... Наши... Как ты тут что спрячешь? Солдаты идут следом и делают вид, что ничего не замечают... Не смотрят под ноги... Брюки на нас засыхали, как из стекла становились. Резали. Там раны были, и все время слышался запах крови. Нам же ничего не выдавали... Мы сторожили: когда солдаты повесят на кустах свои рубашки. Пару штук стащим... Они потом уже догадывались, смеялись: "Старшина, дай нам другое белье. Девушки наше забрали". Ваты и бинтов для раненых не хватало... А не то, что... Женское белье, может быть, только через два года появилось. В мужских трусах ходили и майках... Ну, идем... В сапогах! Ноги тоже сжарились. Идем... К переправе, там ждут паромы. Добрались до переправы, и тут нас начали бомбить. Бомбежка страшнейшая, мужчины - кто куда прятаться. Нас зовут... А мы бомбежки не слышим, нам не до бомбежки, мы скорее в речку. К воде... Вода! Вода! И сидели там, пока не отмокли... Под осколками... Вот оно... Стыд был страшнее смерти. И несколько девчонок в воде погибло..."

  

• "Наконец получили назначение. Привели меня к моему взводу... Солдаты смотрят: кто с насмешкой, кто со злом даже, а другой так передернет плечами - сразу все понятно. Когда командир батальона представил, что вот, мол, вам новый командир взвода, все сразу взвыли: "У-у-у-у..." Один даже сплюнул: "Тьфу!" А через год, когда мне вручали орден Красной Звезды, эти же ребята, кто остался в живых, меня на руках в мою землянку несли. Они мной гордились".
  Ускоренным маршем вышли на задание. Погода была теплая, шли налегке. Когда стали проходить позиции артиллеристов-дальнобойщиков, вдруг один выскочил из траншеи и закричал: "Воздух! Рама!" Я подняла голову и ищу в небе "раму". Никакого самолета не обнаруживаю. Кругом тихо, ни звука. Где же та "рама"? Тут один из моих саперов попросил разрешения выйти из строя. Смотрю, он направляется к тому артиллеристу и отвешивает ему оплеуху. Не успела я что-нибудь сообразить, как артиллерист закричал: "Хлопцы, наших бьют!" Из траншеи повыскакивали другие артиллеристы и окружили нашего сапера. Мой взвод, не долго думая, побросал щупы, миноискатели, вещмешки и бросился к нему на выручку. Завязалась драка. Я не могла понять, что случилось? Почему взвод ввязался в драку? Каждая минута на счету, а тут такая заваруха. Даю команду: "Взвод, стать в строй!" Никто не обращает на меня внимания. Тогда я выхватила пистолет и выстрелила в воздух. Из блиндажа выскочили офицеры. Пока всех утихомирили, прошло значительное время. Подошел к моему взводу капитан и спросил: "Кто здесь старший?" Я доложила. У него округлились глаза, он даже растерялся. Затем спросил: "Что тут произошло?" Я не могла ответить, так как на самом деле не знала причины. Тогда вышел мой помкомвзвода и рассказал, как все было. Так я узнала, что такое "рама", какое это обидное было слово для женщины. Что-то типа шлюхи. Фронтовое ругательство..."
  Про любовь спрашиваете? Я не боюсь сказать правду... Я была пэпэже, то, что расшифровывается "походно-полевая жена. Жена на войне. Вторая. Незаконная. Первый командир батальона... Я его не любила. Он хороший был человек, но я его не любила. А пошла к нему в землянку через несколько месяцев. Куда деваться? Одни мужчины вокруг, так лучше с одним жить, чем всех бояться. В бою не так страшно было, как после боя, особенно, когда отдых, на переформирование отойдем. Как стреляют, огонь, они зовут: "Сестричка! Сестренка!", а после боя каждый тебя стережет... Из землянки ночью не вылезешь... Говорили вам это другие девчонки или не признались? Постыдились, думаю... Промолчали. Гордые! А оно все было... Но об этом молчат... Не принято... Нет... Я, например, в батальоне была одна женщина, жила в общей землянке. Вместе с мужчинами. Отделили мне место, но какое оно отдельное, вся землянка шесть метров. Я просыпалась ночью от того, что махала руками, то одному дам по щекам, по рукам, то другому. Меня ранило, попала в госпиталь и там махала руками. Нянечка ночью разбудит: "Ты чего?" Кому расскажешь?"
  .......................................
  "Мы его хоронили... Он лежал на плащ-палатке, его только-только убило. Немцы нас обстреливают. Надо хоронить быстро... Прямо сейчас... Нашли старые березы, выбрали ту, которая поодаль от старого дуба стояла. Самая большая. Возле нее... Я старалась запомнить, чтобы вернуться и найти потом это место. Тут деревня кончается, тут развилка... Но как запомнить? Как запомнить, если одна береза на наших глазах уже горит... Как? Стали прощаться... Мне говорят: "Ты - первая!" У меня сердце подскочило, я поняла... Что... Всем, оказывается, известно о моей любви. Все знают... Мысль ударила: может, и он знал? Вот... Он лежит... Сейчас его опустят в землю... Зароют. Накроют песком... Но я страшно обрадовалась этой мысли, что, может, он тоже знал. А вдруг и я ему нравилась? Как будто он живой и что-то мне сейчас ответит... Вспомнила, как на Новый год он подарил мне немецкую шоколадку. Я ее месяц не ела, в кармане носила. Сейчас до меня это не доходит, я всю жизнь вспоминаю... Этот момент... Бомбы летят... Он... Лежит на плащ-палатке... Этот момент... А я радуюсь... Стою и про себя улыбаюсь. Ненормальная. Я радуюсь, что он, может быть, знал о моей любви... Подошла и его поцеловала. Никогда до этого не целовала мужчину... Это был первый..."

  

• "Как нас встретила Родина? Без рыданий не могу... Сорок лет прошло, а до сих пор щеки горят. Мужчины молчали, а женщины... Они кричали нам: "Знаем, чем вы там занимались! Завлекали молодыми п... наших мужиков. Фронтовые б... Сучки военные..." Оскорбляли по-всякому... Словарь русский богатый... Провожает меня парень с танцев, мне вдруг плохо-плохо, сердце затарахтит. Иду-иду и сяду в сугроб. "Что с тобой?" - "Да ничего. Натанцевалась". А это - мои два ранения... Это - война... А надо учиться быть нежной. Быть слабой и хрупкой, а ноги в сапогах разносились - сороковой размер. Непривычно, чтобы кто-то меня обнял. Привыкла сама отвечать за себя. Ласковых слов ждала, но их не понимала. Они мне, как детские. На фронте среди мужчин - крепкий русский мат. К нему привыкла. Подруга меня учила, она в библиотеке работала: "Читай стихи. Есенина читай".

  

• "Ноги пропали... Ноги отрезали... Спасали меня там же, в лесу... Операция была в самых примитивных условиях. Положили на стол оперировать, и даже йода не было, простой пилой пилили ноги, обе ноги... Положили на стол, и нет йода. За шесть километров в другой партизанский отряд поехали за йодом, а я лежу на столе. Без наркоза. Без... Вместо наркоза - бутылка самогонки. Ничего не было, кроме обычной пилы... Столярной... У нас был хирург, он сам тоже без ног, он говорил обо мне, это другие врачи передали: "Я преклоняюсь перед ней. Я столько мужчин оперировал, но таких не видел. Не вскрикнет". Я держалась... Я привыкла быть на людях сильной..."
  ............................................
  Подбежав к машине, открыла дверку и стала докладывать:
  - Товарищ генерал, по вашему приказанию...
  Услышала:
  - Отставить...
  Вытянулась по стойке "смирно". Генерал даже не повернулся ко мне, а через стекло машины смотрит на дорогу. Нервничает и часто посматривает на часы. Я стою. Он обращается к своему ординарцу:
  - Где же тот командир саперов?
  Я снова попыталась доложить:
  - Товарищ генерал...
  Он наконец повернулся ко мне и с досадой:
  - На черта ты мне нужна!
  Я все поняла и чуть не расхохоталась. Тогда его ординарец первый догадался:
  - Товарищ генерал, а может, она и есть командир саперов?
  Генерал уставился на меня:
  - Ты кто?
  - Командир саперного взвода, товарищ генерал.
  - Ты - командир взвода? - возмутился он.
  - Так точно, товарищ генерал!
  - Это твои саперы работают?
  - Так точно, товарищ генерал!
  - Заладила: генерал, генерал...
  Вылез из машины, прошел несколько шагов вперед, затем вернулся ко мне. Постоял, смерил глазами. И к своему ординарцу:
  - Видал?

  

• "Муж был старшим машинистом, а я машинистом. Четыре года в теплушке ездили, и сын вместе с нами. Он у меня за всю войну даже кошку не видел. Когда поймал под Киевом кошку, наш состав страшно бомбили, налетело пять самолетов, а он обнял ее: "Кисанька милая, как я рад, что я тебя увидел. Я не вижу никого, ну, посиди со мной. Дай я тебя поцелую". Ребенок... У ребенка все должно быть детское... Он засыпал со словами: "Мамочка, у нас есть кошка. У нас теперь настоящий дом".
  "Лежит на траве Аня Кабурова... Наша связистка. Она умирает - пуля попала в сердце. В это время над нами пролетает клин журавлей. Все подняли головы к небу, и она открыла глаза. Посмотрела: "Как жаль, девочки". Потом помолчала и улыбнулась нам: "Девочки, неужели я умру?" В это время бежит наш почтальон, наша Клава, она кричит: "Не умирай! Не умирай! Тебе письмо из дома..." Аня не закрывает глаза, она ждет... Наша Клава села возле нее, распечатала конверт. Письмо от мамы: "Дорогая моя, любимая доченька..." Возле меня стоит врач, он говорит: "Это - чудо. Чудо!! Она живет вопреки всем законам медицины..." Дочитали письмо... И только тогда Аня закрыла глаза..."
  .......................................
  "Пробыла я у него один день, второй и решаю: "Иди в штаб и докладывай. Я с тобой здесь останусь". Он пошел к начальству, а я не дышу: ну, как скажут, чтобы в двадцать четыре часа ноги ее не было? Это же фронт, это понятно. И вдруг вижу - идет в землянку начальство: майор, полковник. Здороваются за руку все. Потом, конечно, сели мы в землянке, выпили, и каждый сказал свое слово, что жена нашла мужа в траншее, это же настоящая жена, документы есть. Это же такая женщина! Дайте посмотреть на такую женщину! Они такие слова говорили, они все плакали. Я тот вечер всю жизнь вспоминаю... Что у меня еще осталось? Зачислили санитаркой. Ходила с ним в разведку. Бьет миномет, вижу - упал. Думаю: убитый или раненый? Бегу туда, а миномет бьет, и командир кричит: "Куда ты прешь, чертова баба!!" Подползу - живой... Живой!"
  "Два года назад гостил у меня наш начальник штаба Иван Михайлович Гринько. Он уже давно на пенсии. За этим же столом сидел. Я тоже пирогов напекла. Беседуют они с мужем, вспоминают... О девчонках наших заговорили... А я как зареву: "Почет, говорите, уважение. А девчонки-то почти все одинокие. Незамужние. Живут в коммуналках. Кто их пожалел? Защитил? Куда вы подевались все после войны? Предатели!!" Одним словом, праздничное настроение я им испортила... Начальник штаба вот на твоем месте сидел. "Ты мне покажи, - стучал кулаком по столу, - кто тебя обижал. Ты мне его только покажи!" Прощения просил: "Валя, я ничего тебе не могу сказать, кроме слез".
  ......................................
  "Я до Берлина с армией дошла... Вернулась в свою деревню с двумя орденами Славы и медалями. Пожила три дня, а на четвертый мама поднимает меня с постели и говорит: "Доченька, я тебе собрала узелок. Уходи... Уходи... У тебя еще две младших сестры растут. Кто их замуж возьмет? Все знают, что ты четыре года была на фронте, с мужчинами... " Не трогайте мою душу. Напишите, как другие, о моих наградах..."
  ......................................
  "Под Сталинградом... Тащу я двух раненых. Одного протащу - оставляю, потом - другого. И так тяну их по очереди, потому что очень тяжелые раненые, их нельзя оставлять, у обоих, как это проще объяснить, высоко отбиты ноги, они истекают кровью. Тут минута дорога, каждая минута. И вдруг, когда я подальше от боя отползла, меньше стало дыма, вдруг я обнаруживаю, что тащу одного нашего танкиста и одного немца... Я была в ужасе: там наши гибнут, а я немца спасаю. Я была в панике... Там, в дыму, не разобралась... Вижу: человек умирает, человек кричит... А-а-а... Они оба обгоревшие, черные. Одинаковые. А тут я разглядела: чужой медальон, чужие часы, все чужое. Эта форма проклятая. И что теперь? Тяну нашего раненого и думаю: "Возвращаться за немцем или нет?" Я понимала, что если я его оставлю, то он скоро умрет. От потери крови... И я поползла за ним. Я продолжала тащить их обоих... Это же Сталинград... Самые страшные бои. Самые-самые. Моя ты бриллиантовая... Не может быть одно сердце для ненависти, а второе - для любви. У человека оно одно".

  

• "Кончилась война, они оказались страшно незащищенными. Вот моя жена. Она - умная женщина, и она к военным девушкам плохо относится. Считает, что они ехали на войну за женихами, что все крутили там романы. Хотя на самом деле, у нас же искренний разговор, это чаще всего были честные девчонки. Чистые. Но после войны... После грязи, после вшей, после смертей... Хотелось чего-то красивого. Яркого. Красивых женщин... У меня был друг, его на фронте любила одна прекрасная, как я сейчас понимаю, девушка. Медсестра. Но он на ней не женился, демобилизовался и нашел себе другую, посмазливее. И он несчастлив со своей женой. Теперь вспоминает ту, свою военную любовь, она ему была бы другом. А после фронта он жениться на ней не захотел, потому что четыре года видел ее только в стоптанных сапогах и мужском ватнике. Мы старались забыть войну. И девчонок своих тоже забыли..."
  .........................................
  "Моя подруга... Не буду называть ее фамилии, вдруг обидится... Военфельдшер... Трижды ранена. Кончилась война, поступила в медицинский институт. Никого из родных она не нашла, все погибли. Страшно бедствовала, мыла по ночам подъезды, чтобы прокормиться. Но никому не признавалась, что инвалид войны и имеет льготы, все документы порвала. Я спрашиваю: "Зачем ты порвала?" Она плачет: "А кто бы меня замуж взял?" - "Ну, что же, - говорю, - правильно сделала". Еще громче плачет: "Мне бы эти бумажки теперь пригодились. Болею тяжело". Представляете? Плачет."
  ...........................................
  "Мы поехали в Кинешму, это Ивановская область, к его родителям. Я ехала героиней, я никогда не думала, что так можно встретить фронтовую девушку. Мы же столько прошли, столько спасли матерям детей, женам мужей. И вдруг... Я узнала оскорбление, я услышала обидные слова. До этого же кроме как: "сестричка родная", "сестричка дорогая", ничего другого не слышала... Сели вечером пить чай, мать отвела сына на кухню и плачет: "На ком ты женился? На фронтовой... У тебя же две младшие сестры. Кто их теперь замуж возьмет?" И сейчас, когда об этом вспоминаю, плакать хочется. Представляете: привезла я пластиночку, очень любила ее. Там были такие слова: и тебе положено по праву в самых модных туфельках ходить... Это о фронтовой девушке. Я ее поставила, старшая сестра подошла и на моих глазах разбила, мол, у вас нет никаких прав. Они уничтожили все мои фронтовые фотографии... Хватило нам, фронтовым девчонкам. И после войны досталось, после войны у нас была еще одна война. Тоже страшная. Как-то мужчины оставили нас. Не прикрыли. На фронте по-другому было".
  "Это потом чествовать нас стали, через тридцать лет... Приглашать на встречи... А первое время мы таились, даже награды не носили. Мужчины носили, а женщины нет. Мужчины - победители, герои, женихи, у них была война, а на нас смотрели совсем другими глазами. Совсем другими... У нас, скажу я вам, забрали победу... Победу с нами не разделили. И было обидно... Непонятно..."
  .........................................
  "Первая медаль "За отвагу"... Начался бой. Огонь шквальный. Солдаты залегли. Команда: "Вперед! За Родину!", а они лежат. Опять команда, опять лежат. Я сняла шапку, чтобы видели: девчонка поднялась... И они все встали, и мы пошли в бой..."

  

Почти 10 тысяч работников были заняты в строительстве ледяных и снежных скульптур, которые потребовали около 180 тысяч квадратных метров льда и 150 тысяч квадратных метров снега для Фестиваля снега и льда в Харбине. Мы снимаем шляпу перед ними, так как завершенные скульптуры выглядят просто потрясающе.

Смотрите также: Международный фестиваль ледяных и снежных скульптур в Харбине 2013, Международный фестиваль льда и снега в Харбине 2012

(40 фото)

1. Рабочие забивают железные пики в застывшие воды реки Сунгари, чтобы извлечь гигантские кубы льда для создания скульптур на предстоящем 30-м Фестивале снега и льда в Харбине. Каждый куб льда весит около 250 килограммов.

2. Рабочие тянут гигантский куб льда из замороженной реки Сунгари для создания скульптур на предстоящем 30-м Фестивале снега и льда в Харбине.

3. Рабочий загоняет железный кол в замерзшую реку, чтобы потом извлечь гигантский куб льда для создания скульптур в Харбине.

4. Рабочий колет лед на реке Сунгари, чтобы достать его для предстоящего Фестиваля снега и льда в Харбине.

5. Полировка ледяной скульптуры.

6. Рабочий поливает водой лед для лучшего прилипания во время строительства скульптур для фестиваля в Харбине.

7. Рабочие и кран рядом с только что построенной ледовой скульптурой замка.

8. Обед рабочих в общежитии во время строительства ледяных скульптур, Харбин.

9. Строительные леса все еще видны рядом с только что построенными ледовыми скульптурами, освещенными разноцветными огнями.

10. Рабочие полируют гигантскую снежную скульптуру перед 30-ым Фестивалем снега и льда в Харбине.

11. Посетители проходят мимо гигантской снежной скульптуры в преддверии 30-ого Фестиваля снега и льда в Харбине.

12. Отдых перед последним штрихом над ледяной копией римского Колизея в Харбине.

13. Женщина съезжает по большой снежной скульптуре, Харбин.

14. Мужчина фотографирует ледяные скульптуры перед Фестивалем снега и льда в северном городе Харбин.

15. Женщина позирует для фото перед большой снежной скульптурой, Харбин.

16. Мужчина съезжает с ледяной скульптуры, Харбин.

17. Женщина делает снимок на мобильный телефон перед большой ледовой скульптурой в Харбине.

18. Рабочий отдыхает, перед тем как сделать последний штрих на ледяной копии римского Колизея, Харбин.

19. Посетители рассматривают ледовые скульптуры во время световой репетиции перед открытием Фестиваля снега и льда в Харбине.

20. Репетиция перед открытием Фестиваля снега и льда в северном городе Харбин.

21. Конный экипаж провозит туристов перед снеговыми скульптурами, Харбин.

22. Посетители позируют перед термометром на ледяной скульптуре во время световой репетицией Фестиваля снега и льда в Харбине.

23. Конный экипаж провозит туристов мимо снежной скульптуры.

24. Посетитель съезжает с ледяной скульптуры.

25. Девушка съезжает с горки на ледяной скульптуре, Харбин.

26. Репетиция со светом перед открытием Фестиваля снега и льда в Харбине.

27. Посетители позируют перед ледяной скульптурой, Харбин.

28. Туристы рассматривают ледяные скульптуры во время световой репетиции фестиваля в Харбине.

29. Пловцы вылезают из проруби в толще льда реки Сунгари во время проведения соревнований по плаванию в холодной воде северном городе Харбин.

30. Пловец стоит на платформе бассейна, вырезанного в толще льда реки Сунгари, соревнования по плаванию в Харбине.

31. Пловцы ныряют в бассейн, Харбин.

32. Иней на волосах зрительницы, наблюдающей за пловцами, Харбин.

33. Девочка на санях, запряженными собаками перед большой снежной скульптурой. Международная выставка снежных скульптур АртЭкспо, в Харбине, провинция Хэйлунцзян.

34. Официантка выстраивает ледяные чашки на стойке в Ледяном дворце отеля Шангри-Ла в Харбине.

35. Пару фотографируется со стулом изо льда в Ледовом дворце отеля Шангри-Ла в Харбине.

36. Ликер в ледовых стаканчиках на ледяной стойке Ледовом дворце отеля Шангри-Ла в Харбине.

37. Пара за трапезой в Ледовом дворце отеля Шангри-Ла в Харбине.

38. Посетители подпрыгивают для фотографии перед большой снежной скульптурой на международной выставке снеговых скульптур АртЭкспо в Харбине.

39. Лыжники спускаются вниз со склона во время церемонии открытия Фестиваля снега и льда в Харбине.

40. Девушка снимает на мобильный телефон, стоя на фоне ледяной скульптуры, Харбин.

http://totallycoolpix.com/2014/01/harbin-snow-and-ice-festival-2014/

Осип Мандельштам (имя при рождении — Иосиф; 3 января1891, Варшава — 27 декабря1938, Владивостокский пересыльный пункт Дальстроя во Владивостоке) — русский поэт, прозаик, эссеист, переводчик и литературный критик, один из крупнейших русских поэтовXX века, входил в число основателей акмеизма.

Чуткий к движению времени, Мандельштам не остался равнодушным к происшедшим революционным событиям. По словам А. А. Ахматовой, "душа его была полна тем, что свершилось". В его поэзию властно входит тема государства, и драматически сложные отношения творческой личности и власти определяют пафос послереволюционного творчества поэта. Трудный, неустроенный быт, постоянные поиски литературного заработка — рецензий, переводов, отсутствие читательской аудитории и тоска по читателю-собеседнику вызывали чувство потерянности, одиночества, страха. Творчество Мандельштама на рубеже 1920-1930-х годов исполнено трагических предчувствий. Вышедший в 1928 г. сборник "Стихотворения" был последним, увидевшим свет при жизни автора.

Мой тихий сон, мой сон ежеминутный —
Невидимый, завороженный лес,
Где носится какой-то шорох смутный,
Как дивный шелест шелковых завес.

В безумных встречах и туманных спорах,
На перекрестке удивленных глаз
Невидимый и непонятный шорох,
Под пеплом вспыхнул и уже погас.

И как туманом одевает лица,
И слово замирает на устах,
И кажется — испуганная птица
Метнулась в вечереющих кустах.

В огромном омуте прозрачно и темно,
И томное окно белеет;
А сердце, отчего так медленно оно
И так упорно тяжелеет?

То всею тяжестью оно идет ко дну,
Соскучившись по милом иле,
То, как соломинка, минуя глубину,
Наверх всплывает без усилий.

С притворной нежностью у изголовья стой
И сам себя всю жизнь баюкай;
Как небылицею, своей томись тоской
И ласков будь с надменной скукой.

Все чуждо нам в столице непотребной:
Ее сухая черствая земля,
И буйный торг на Сухаревке хлебной,
И страшный вид разбойного Кремля.

Она, дремучая, всем миром правит.
Мильонами скрипучих арб она
Качнулась в путь — и пол-вселенной давит
Ее базаров бабья ширина.

Ее церквей благоуханных соты —
Как дикий мед, заброшенный в леса,
И птичьих стай густые перелеты
Угрюмые волнуют небеса.

Она в торговле хитрая лисица,
А перед князем — жалкая раба.
Удельной речки мутная водица
Течет, как встарь, в сухие желоба.

Жил Александр Герцович,
Еврейский музыкант,-
Он Шуберта наверчивал,
Как чистый бриллиант.

И всласть, с утра до вечера,
Заученную вхруст,
Одну сонату вечную
Играл он наизусть...

Что, Александр Герцович,
На улице темно?
Брось, Александр Герцович,
Чего там?.. Всё равно...

Пускай там итальяночка,
Покуда снег хрустит,
На узеньких на саночках
За Шубертом летит.

Нам с музыкой-голубою
Не страшно умереть,
А там - вороньей шубою
На вешалке висеть...

Все, Александр Герцович,
Заверчено давно,
Брось, Александр Скерцович,
Чего там?.. Всё равно...

Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлёвского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
А слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются усища,
И сияют его голенища.

А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет,
Как подкову, кует за указом указ:

Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него - то малина
И широкая грудь осетина.

Тёмных уз земного заточенья
Я ничем преодолеть не мог,
И тяжелым панцирем презренья
Я окован с головы до ног.

Иногда со мной бывает нежен
И меня преследует двойник,
Как и я - он так же неизбежен
И ко мне внимательно приник.

И, глухую затаив развязку,
Сам себя я вызвал на турнир,
С самого себя срываю маску
И презрительный лелею мир.

Я своей печали недостоин
И моя последняя мечта -
Роковой и краткий гул пробоин
Моего узорного щита.

За гремучую доблесть грядущих веков,
За высокое племя людей
Я лишился и чаши на пире отцов,
И веселья, и чести своей.

Мне на плечи кидается век-волкодав,
Но не волк я по крови своей,
Запихай меня лучше, как шапку, в рукав
Жаркой шубы сибирских степей.

Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязцы,
Ни кровавых кровей в колесе,
Чтоб сияли всю ночь голубые песцы
Мне в своей первобытной красе,

Уведи меня в ночь, где течет Енисей
И сосна до звезды достает,
Потому что не волк я по крови своей
И меня только равный убьет.

• 

• Отец Семена, адъютант главного маршала артиллерийских войск Лев Фердман, умер рано, и вся тяжесть воспитания детей (у Семена была сестра) легла на плечи мамы. Ей пришлось нелегко. Семен хотя и учился на «отлично», но был настоящим сорванцом.
  После окончания школы (с золотой медалью!) Семен хотел пойти по стопам отца и поступить в Бронетанковую академию имени Сталина. Но его мечте не суждено было осуществиться. Помимо хороших знаний, необходимо было обладать отличной физической подготовкой — иметь по легкой атлетике хотя бы второй разряд.

  

• Документы пришлось забрать. Огорченный юноша отнес их в первое, попавшееся по ходу трамвая, заведение. Им оказалось МВТУ имени Н.И.Баумана. Надо отметить, что по негласному распоряжению «сверху», в это престижное училище старались не принимать студентов с нерусской фамилией. Но Семен поступил. Правда, не без приключений.
  Сочинение на тему «Сталин — это мир во всем мире» юноша аккуратно списал со шпаргалки, но проверяющий забраковал сочинение, найдя в нем 11 несуществующих ошибок. Тогда мама Семена отправилась в Министерство образования и добилась пересмотра работы! Справедливость была восстановлена, юноше разрешили написать еще одно сочинение. Он получил «четверку» и поступил на энергомашиностроительный факультет.

  

• Еще, будучи школьником, Семен Фарада часто участвовал в самодеятельных номерах. У него даже возникала мысль о поступлении в театральное, но, как уже говорилось, юноша выбрал Бауманское училище.
  Тем не менее, тяга к театру всегда жила в сердце Семена. В Бауманском училище он продолжил участвовать в самодеятельности, да так активно, что его даже хотели отчислить! Как раз в это время его и призвали служить во флот. На целых четыре года.

  

• Свой артистический талант Семен Фарада проявил и во флоте. Он возглавил эстрадную группу Краснознаменного Балтийского флота (которая собственно и состояла-то из него одного) и выступал в драматическом коллективе при Доме офицеров в Балтийске. В спектакле он играл маленькую роль матроса-анархиста. Для этой роли ему, единственному из балтийских моряков, военный комендант города письменно разрешил носить длинные волосы.

  

• Из армии Семен Фарада вернулся с двумя рекомендательными письмами: к режиссеру Юрию Завадскому и Аркадию Райкину. Но, по настоянию мамы в 1962 году окончил МВТУ и до 1969 года работал инженером-механиком по котельным установкам в Министерстве энергетики и электрификации СССР. В свободное от работы время Семен Фарада занимался в эстрадной студии-театре при МГУ, где замечательный коллектив: Александр Филиппенко, Геннадий Хазанов, Михаил Филиппов, Марк Розовский…

  

• На рубеже 60-70-х годов театр-студию закрыли. 
  Официальной причиной объявили то, что актеры стали мастерами сцены, и это теперь не соответствует уровню молодежной студии. На самом же деле властям просто не нравились некоторые постановки смелой молодежи.
  После закрытия студии Семена Фараду пригласили работать в Москонцерт, где он стал дипломантом конкурса эстрадных артистов. В эти же годы его впервые стали приглашать сниматься в кино. А началось все с детской передачи «АБВГДейка», где он играл самого себя — грустного клоуна Сеню. Но вскоре ему пришлось уйти из программы: председателю Гостелерадио Лапину не понравился орлиный профиль.

  

• В 1972 году Юрий Любимов пригласил Семена Фараду в Московский театр драмы и комедии на Таганке. На сцене этого театра за три десятилетия актеру довелось сыграть во многих спектаклях, среди которых: «Мастер и Маргарита», «Обмен», «Добрый человек из Сезуана», «А зори здесь тихие…»… Одной из лучших актерских работ Фарады считается спектакль «Пять рассказов Бабеля».
  В Театре на Таганке актер встретил и свою любовь.

  

• К моменту поступления в Театр на Таганке Семен Фарада был уже дважды женат. Но оба те брака актер считал случайностью. Семейное счастье он нашел в лице потомственной актрисы Марии Полицеймако (ее отец – народный артист СССР Виталий Полицеймако, мама — известная ленинградская актриса Евгения Фиш). Кстати, до знакомства с Фарадой она тоже побывала замужем и воспитывала сына от первого брака.
  Как признавался Семен Фарада, он настоял на том, чтобы Маша родила ему сына (до этого детей у него не было). После рождения Миши Семен Фарада и Мария Полицеймако поженились. Этот брак оказался долгим и счастливым.

  

• Миша вырос, взял фамилию мамы, окончил ГИТИС и стал актером РАМТа. Сегодня Михаил Полицеймако — популярный актер театра и кино.
  В кино Семен Фарада начал сниматься с конца 60-х. В 1967 году он дебютировал в практически неизвестной сегодня картине «Каникулы в каменном веке». Последующие десять лет Семен Фарада (тогда еще Фердман) снимался от случая к случаю в различных по уровню картинах, но, как правило, в эпизодических ролях.

  

• В одной из картин — фильме Валерия Ахадова «Вперед, гвардейцы» — актер приобрел свой знаменитый псевдоним. Дело в том, что фильм снимался на таджикской киностудии, где актеру недвусмысленно дали понять, что фамилия Фердман не может быть в титрах. Так Семен Фердман стал Семеном Фарадой. Причем после изменения фамилии в паспорте он переделал и брачное свидетельство и метрики.
  Между прочим, многие ставят ударение в фамилии Семена Фарады на последний слог, тогда как сам актер утверждал, что это ошибка, и ударение должно приходиться на второй слог.

  

• Настоящее открытие киноактера Семена Фарады состоялось в конце 70-х. В 1979 году вышли сразу две блистательные картины: комедия Эльдара Рязанова «Гараж», где актер сыграл музыканта-трубача, и кинопритча Марка Захарова «Тот самый Мюнхгаузен» 
  После этих фильмов предложения Семену Фараде посыпались как из рога изобилия. Главным образом режиссеры использовали комедийный талант актера. Он снялся в таких знаменитых картинах, как «Дом, который построил Свифт» и «Убить дракона» Марка Захарова, «Будьте моим мужем» Аллы Суриковой, «Предчувствие любви» Тофика Шахвердиева, «Чародеи» Константина Бромберга, «Миллион в брачной корзине» Всеволода Шиловского и других. Одной из самых удачных комедийных работ Семена Фарады является роль в иронической мелодраме Марка Захарова «Формула любви». А псевдоитальянская песня «Уно моменто», которую Фарада исполнял в этом фильме с Александром Абдуловым, стала на долгие годы настоящим киношлягером.

  

• Сам актер самой лучшей своей ролью в кино считал доброго пожилого портного из трагикомедии Ифраима Севела «Попугай, говорящий на идиш», снятой в 1990 году.
  В начале 90-х ситуация в стране серьезно изменилась. В новых условиях стало сниматься много низкопробных фильмов. В некоторых таких картинах довелось участвовать и Семену Фараде. Среди них – «Русское чудо» и «Русский бизнес» Михаила Кокшенова. Позже Семен Львович признавался, что считает эти фильмы самым большим своим провалом.
  В последние годы Семен Фарада отошел от работы. Причиной тому стала серьезная болезнь — порок сердца. Еще в 1988 году актеру сделали операцию на сердце, поставив искусственный клапан. Операция прошла успешно, и долгие годы Семен Львович чувствовал себя отлично и даже играл в футбол.

  

• Беда пришла в 2000 году. В июне умен близкий друг Семена Львовича Григорий Горин. На следующий день у Фарады произошел обширный инсульт, нарушилась речь. Актер прошел курс лечения в санатории, после чего начал передвигаться по квартире с тростью и разговаривать. Но испытания не закончились.
  Спустя полтора года Семен Львович сломал шейку бедра. Невольной причиной увечья стал любимый пес Фарады — овчарка по имени Рик, которая случайно выбила из рук артиста палочку, с которой тот передвигался по квартире. Последовали три операции и… новый удар – второй инсульт.

  

• За последние годы Семен Львович сменил 13 больниц. В это тяжелое для него время актера поддерживали его жена и многочисленные друзья — Владимир Ресин, Ефим Шифрин, Геннадий Хазанов, Дмитрий Харатьян, Юлий Ким, Юлий Гусман. Помогало Семену Львовичу и руководство театра, и бизнесмены (Геннадий Лазаревский и Богдан Масловец), и простые люди, которые помнили и любили его.
  В середине июля 2009 года здоровье Семена Фарады опять ухудшилось. Актера госпитализировали в одну из клиник Москвы с диагнозом воспаление легких. Вечером 20 августа ослабленное сердце Семена Львовича не выдержало…

  
• 

   

http://fishki.net/1342244-semyon-farada---interesnye-fakty-i...

«Выбросьте учебники по акварели и затеряйтесь в настоящем лесу»

Джо Фрэнсис Доуден

Английский художник Joe Francis Dowden рисует гиперреалистичные акварели. И считает, что это под силу каждому, нужно лишь знать секреты техники.

Секреты мастерства художник не скрывает и охотно делится ими на своем сайте, семинарах, мастер-классах, в телепередачах и учебных пособиях по живописи.

Мы представляем вам 25 самых воздушных картин Джо Фрэнсиса Доудена. А также подробнейшие схемы на русском языке написания некоторых из них.

«Пишите свет, а не ландшафт. Такой подход может показаться сложным, но я объясню, как это сделать. Когда вы смотрите на ландшафт, против низко стоящего солнца, все вокруг оживает. Даже самый невзрачный вид сверкает и искрится полный жизни и энергии. Но обернитесь и вы увидите мертвый и скучный пейзаж. Ищите в первую очередь свет, а потом — вид».

Смотрите подробную схему написания картин ЗДЕСЬ

ИСТОЧНИК