предыдущие части
http://irina-tver.ru/post350490873/
http://irina-tver.ru/post350594819/
http://irina-tver.ru/post350707893/
http://irina-tver.ru/post350805737/page1.html#
http://irina-tver.ru/post350902758/page1.html#
http://www.liveinternet.ru/users/4281689/post350966726/

7 часть.

В классе седьмом, то есть в пятнадцать лет (Васька родилась зимой и все второе полугодие была несколько старше многих своих одноклассников) выяснилось, что то самое падение с качелей вылилось в довольно сильное искривление позвоночника. И девочку по следам ее одноклассницы и подруги положили на длительное лечение в еще одну «лесную школу», где ей пришлось провести полгода, а в следующем году при повтором курсе лечения еще восемь месяцев заточения.

Но жизнь есть жизнь, и Василиса уже была тренированной в расставаниях, научилась привыкать к новым коллективам, да и больницы для нее стали чем-то если не родным, то понятным и больше не пугали своей белизной и уколами.

Татьяна, как звали Васькину одноклассницу из родной школы, лежала в другом крыле их девчачьего ортопедического отделения. Это так печалило Василису, что она все свободное от процедур и физкультуры время проводила в палате у подруги. Они вместе учили уроки, вместе смеялись над книжками и мультиками, вместе играли в трех мушкетеров, где Атосом была непременно Васька, а Д`Артаньяном, конечно, Татьяна. У Васьки был длиннющий вязанный мамой модный шарф, который она завязывала через плечо, чтобы он служил ей перевязью для шпаги – малюсенькой шпажки для крошечных бутербродиков-канапе, которые ею скреплялись для красоты и удобства.

Арамисом в этой компании была девочка Юля. Стройная, даже скорее поджарая, с мальчишескими пропорциями и низким голосом с хрипотцой, необыкновенно ироничная и спокойная, уравновешенная, как говорится, девушка. Ее абсолютно черные волосы были подстрижены под карэ, а из-под длинной челки торчал внушительных размеров нос. «Шнобель», - шутила она про себя. Не красавица, но ведь вот именно в эту девушку приспичило влюбиться Ваське. Да-да, в девушку, и это при нормальной гетеросексуальной с рождения ориентации. И любовь эта была снова такой же сумасшедшей, как и любая другая любовь в Васькиной жизни.

Василиса старалась быть с Юлькой как можно ближе, в тесном телесном контакте, так сказать. А Юля была совсем не прочь запереться с подругой в палатном туалетике, чтобы вдоволь наласкаться и нацеловаться без любопытных и завистливых глаз. Обе тихонько сходили с ума, но как благоразумные девочки, сходили с него не до конца, а так, до серединки, то есть до талии, не ниже. Может быть в другом варианте событий они бы и позволили себе больше, но тут за ними во все глаза следил Ханиэль – урок уроком, а разврат он позволить никак не мог. Да девчонки просто не умели и не знали ничего про однополую любовь у женщин.

Вот такие развратно-невинные отношения у них продолжались в течение практически двух лет, потому что на следующий год девочки легли в эту больницу тоже все вместе, только Юля была выписана гораздо раньше, чем Васька и Татьяна, которых объединили в двухместной палате.

Васька и Таня проплакали пару дней по так «безвременно» выписанной подруге и утешились – девочки могли долго веселиться, а вот печалиться и скучать вдвоем они подолгу не могли категорически. Так они и провеселились все оставшееся время пребывания в «лесной школе».

А потом были учеба до конца школьного года в родной школе, экзамены и лето – то время, на которое детско-юношеская жизнь прерывается и начинается разная другая, отличная от обычной жизнь.

В самые последние дни августа, когда все школьники уже съезжаются домой и готовятся к первому сентября, предвкушая, что они расскажут о своих летних приключениях друзьям, к Василисе в гости заскочила Татьяна. Она была такая счастливая, так радовалась встрече с любимой подругой, бросилась к Ваське на шею, целоваться…

Василиса приняла подругину радость как обычное дело и не обратила внимания на охватившую подругу печаль по поводу отсутствия Васькиной бурной реакции. Таня знала, какие бури эмоций Васька испытывала по своей Юльке-Арамису, ей хотелось заменить собой, занять Юлькино место в сердце девушки. Но насильно мил не будешь, и Татьяна постаралась смириться с Васькиной дружеской теплотой без страстной любви, как к их общей подруге.

Печаль и ревность надолго свили гнездо из колючих веточек в сердце Татьяны. Однажды эти веточки прорастут и зацветут буйным цветом…

Васька чувствовала, что с подругой что-то не так, что ушла искренность из их отношений, но как все беспечные люди, не способные сами ни на предательство, ни на месть, она попросту со временем привыкла к новому ощущению и приняла его как норму, не опасаясь подвоха со стороны подруги. Тем более, что Таня ничем не напоминала, никогда не упрекала Ваську ни за страсть по Юльке-Арамису, ни за прохладность чувств к ней самой.

В середине учебного года девятого класса, будучи в гостях у Васьки, Юля разорвала их связь, обвинив подругу в сексуальном извращении, оставшись при этом в дружеских отношениях с Татьяной, о чем последняя непременно рассказывала Ваське, смакуя ее растрепанность чувств по этому поводу.

Василиса стойко перенесла удар, Ханиэлю даже не пришлось ее успокаивать как в детстве. То ли девочка выросла, то ли чувства все-таки поостыли за этот длительный срок.