




Знаки зодиака в виде монстров Скорпион Овен ...
Стильное бохо - (0)5. 6. 7. 8. 9. ...
Кошляндия в пригороде Барнаула - (0)Целая «колония» преимущественно рыжих кошек обитает у фермеров в пригороде Барнаула. ...
ЖЕНСКАЯ КРАСОТА - (0)как изменялась женская красота со временем
3 МИНУТЫ, КОТОРЫЕ ЛОМАЮТ ВСЕ СТЕРЕОТИПЫ О КОШКАХ - (1)Диджа (Didga) — невероятно умная кошка. Она умеет делать такие вещ...
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
|
Друг |
— А как в нее играть? — мальчик попытался приподняться с больничной койки, но смог только лишь немного повернуть голову.— Ты что, не знаешь, как играть в планшете? — девочка фыркнула и присела на край его кровати. — У меня никогда не было планшета, — сквозь силу улыбнулся мальчик, — как им играть? — Ну ты вообще… Вот тут закачиваешь игры, потом тут значок появляется. На него нажимаешь и играешь. А игр сколько хочешь. И все разные. Я вот люблю эту. Тут нужно одевать свою куклу в разные наряды. Вот, смотри, — девочка повернулась так, чтобы мальчику стало видно экран, — у меня вот такое же платье есть. Мне мама купила. — Да это какая-то неинтересная игра. — Почему это? — обиженно покосилась на него девочка. — Она девчачья. А еще там кукла не настоящая. Ее даже потрогать нельзя. Она там, в этом… В планшете. Значит, не настоящая. — Ой, да ты ничего не понимаешь! Зато знаешь, сколько тут платьев разных? Их открывать нужно только. — Ну, может и не понимаю. — А у тебя какие игрушки есть? Только вот этот мишка и все? — Это не игрушка, — как-то по взрослому ответил мальчик, — это мой друг. — Ха! Какой же это друг? Он тоже не настоящий. Он же не умеет разговаривать даже! — расхохоталась девочка. — А что, не бывает друзей, которые не разговаривают? — Нет, конечно! Мальчик протянул руку и дотянулся до медведя. Аккуратно взяв его, он положил его рядом с собой. Одна лапа его болталась на нитках и из разрыва выглядывала белая вата. — Он мой друг. Мы с ним с самого детства знакомы! Я ему все рассказываю. Когда мне больно он всегда со мной. Ему тоже больно, только у меня нет сил пришить ему лапку. Может, ты поможешь, а? — Ну ты странный! Да выкинь его, а тебе родители другого купят. Мальчик поджал губы, и посмотрел на медведя. Медведь как-будто тоже смотрел на него своими глазами-пуговицами, как-то грустно улыбаясь. — Или у тебя бедные родители? — спросила девочка не отрываясь от планшета. — А у меня их вообще нету. — А где они? — Не знаю. Наверное и не было. — Ты что! У всех есть родители! — Да что ты одно и тоже говоришь? — мальчик посерьезнел и посмотрел взрослым взглядом на девочку, — у меня вот не было! Бывает так, что нет родителей, а еще бывает, что друзья не разговаривают, но все равно остаются друзьями. Самыми лучшими. У тебя вот есть друзья? — Конечно! Вон сколько! — девочка несколько раз прикоснулась к экрану и показала парню изображение. — Это как? Они у тебя там? — Ну да! Аж триста пятнадцать друзей! — Вот ты интересная! Получается, ты с ними тоже не можешь говорить. Они же там, в твоем планшете… — Дурак ты! Мы с ними переписываемся. Вот тут можно написать, а он там прочитает, и тоже мне что-нибудь напишет. — Все равно не настоящие, получается. Они же не могут оттуда вылезти и придти к тебе в гости! — Ой, да ну тебя! Ты совсем какой-то дурной! Девочка встала с койки мальчика и направилась к своей. Положив планшет на тумбочку, она достала наушники, воткнула их в телефон и легла на кровать, отвернувшись к стенке. Мальчик снова посмотрел на плюшевого медведя и подмигнул ему. — Вот ты настоящий! Ты всегда рядом со мной! И никакая ты не игрушка! Ты — мой друг. Самый лучший. Будешь по мне скучать? Медведь снова промолчал, но продолжил смотреть на мальчика, грустно улыбаясь. *** — Ну вот и все, — женщина посмотрела на часы и встала со стула, стоящего у двери, — пора идти. Вздохнув, она оглянулась по сторонам и аккуратно приоткрыла дверь. — Привет, малыш! Мальчик открыл глаза и посмотрел на гостью. — Здравствуйте, — серьезно ответил он, — только я никакой не малыш. — А кто же ты тогда? — женщина тихо присела к нему на край кровати. — Я очень даже взрослый уже. — Взрослый? То есть, ты уже не любишь сказки? — Не знаю. Смотря какие. Женщина потерла лоб, как будто собираясь с мыслями. — Дело в том, что я пришла из сказочной страны. Хочу тебя туда отвести. Потому что наш король очень хочет с тобой познакомиться. — Правда? — мальчик собрал свои силы и улыбнулся, — было бы неплохо. Только я очень сильно болею и у меня не получится с вами пойти. — Получится, — рассмеялась женщина, — я — волшебница. Давай мне руку. Мальчик протянул вперед ладонь и, с удивлением заметил, что это не составило ему труда. Вскочив с кровати, он, первым делом, аккуратно взял плюшевого мишку и повернулся к женщине. — Все! Мы готовы. — Ну, вот и молодцы, — грустно вздохнула она и, встав с кровати, взяла его за руку. Уже у двери мальчик неожиданно остановился и оглянулся на девочку. Она лежала в той же позе, отвернутая к стене. — Скажите, а когда ваш король захочет увидеть эту девочку? Когда вы за ней придете? Женщина взглянула на часы и перевела взгляд на девочку. — Не скоро. Ей еще долго… То есть, как сказать?.. — она замолчала и растерянно посмотрела на мальчика. — Да ладно вам, — глядя ей прямо в глаза сказал он, — я же знаю, что никакая вы не волшебница. Мальчик повернулся и тихо наступая на пол, подошел к кровати. Подняв своего друга на уровень глаз, он погладил его по голове. — Ну, вот и все, мишка. Я пошел. А ты тут оставайся, ты еще живой. Подружись с этой девочкой, а то у нее никого нет. Ни друзей, ни игрушек. Ты так мне помогал всегда, теперь ей помоги. Ей, наверное, тоже бывает больно, и не с кем поделиться. Видишь, как ей не повезло? Вот так иногда бывает, что нет никого у человека, а ей еще целую жизнь жить. Всегда нужно помогать тем, кому хуже, чем тебе. Так что, оставайся. Пока! Мальчик аккуратно посадил мишку на кровать и подошел к женщине. — Все. Пойдемте. В дверях, уже выходя из палаты, он обернулся. Лапа мишки слегка раскачивалась в воздухе на нескольких нитках, как-будто прощаясь со своим другом. Мальчик помахал ему в ответ и шагнул за порог. Смерть взяла его за руку и, незаметно смахнув слезинку, повела этого маленького настоящего человека в сказочное королевство. |
|
Сделка сорвалась |
Сейчас уже тяжело представить себе то время, когда я был на последнем курсе института и уже во всю окунулся во взрослую жизнь. Я не искал себе тёплого местечка и постоянной работы, а постоянно ввязывался в рисковые дела и прогорел. Так что к февралю 2013 я пришёл с долгами в несколько сотен тысяч рублей, расторгнутым браком и стремлением наладить свою жизнь. Практически все зарабатываемые мной деньги уходили на погашение долгов и содержание маленькой дочери, и чтобы улучшить хоть на чуть-чуть своё финансовое состояние, я принял решение таксовать в единственное свободное время суток – ночью. Устраиваться официально в какую-либо из фирм я не стал – они брали большой процент с поездки, хоть и подкидывали время от времени заказы. Не смотря на то, что я не высыпался, бомбить по ночам мне нравилось. Живу я в Москве, и все дороги свободны у нас только в это время суток. Большинство пассажиров обычно подшофе и платят щедро, не смотря на то, что сами поездки никогда не занимают больше 30 минут. В один из таких ночных выездов со мной и произошла эта история. Я проезжал по Тверской улице в районе Охотного ряда, когда увидел группу людей, выходящих из ресторана. Один из них, самый высокий, протянул руку, я притормозил и открыл окно. - Здравствуй, парень, до Ворыпаево подкинешь? - И Вам привет. А это вообще где? - Недалеко от МКАДа, по Каширке как ехать, сворачиваешь на Домодедовское, а там и рукой подать. Я покажу дорогу. - Сколько дашь? Собеседник улыбнулся, залез в карман и достал несколько купюр. - 750 рублей, больше нет. Пойдёт? Цена для поездки в Подмосковье была очень мала, но пассажиров не наблюдалось уже полчаса, и я решил согласиться. - Пойдёт. Садитесь в машину. Говоривший со мной мужчина сел на переднее сиденье, остальные двое сели на заднее. - Ну, трогай, шеф! Я отъехал от тротуара и начал выруливать на Театральный проезд. Некоторое время в машине было полное молчание, пока сзади не послышался храп. - О, кажется, Гена уже притомился. Ты прости нас, шеф, мы с друзьями давно не виделись, выпили маленько. Ты, кстати, не против, что я не пристегнулся? Я взглянул на своего пассажира. Когда я стоял у обочины, фонари практически не горели, и рассмотреть его лицо мне не представлялось возможным. Сейчас же вдоль дороги светило ярко, и я, наконец, смог его разглядеть. Он был высоким, одет в джинсы и куртку чёрного цвета. Из куртки неаккуратно торчала рубашка. Пассажир был полностью лысым. Моё внимание привлекли его пальцы, которые были унизаны различными кольцами, на груди висела толстая золотая цепочка с каким-то блестящим камнем. Очень странно, что у так богато выглядящего человека нашлось всего семьсот пятьдесят рублей на поездку. - Представляешь, шеф, думали, с друзьями просто посидим, а тут одно, второе, третье: завязалась пирушка, спустили все деньги, которые принесли. Бывает же такое! - сказал он, растягивая слова, словно угадывал ход моих мыслей. - Да уж, бывает. По поводу ремня, кстати, не очень одобряю. Во-первых, опасно, во-вторых, штраф за это. - Да не боись, хозяин. Я в таких передрягах бывал, меня не страшно пугает какая-то авария, - он разразился каким-то диким хохотом, от которого у меня пробежали мурашки по коже. Продолжая смеяться, он сказал, - а про штрафы не думай даже. - Ну, как знаете. - Знаю, знаю. Машина выехала на Садовое кольцо. От смеха на лице моего собеседника осталась лишь одна улыбка, которую он держал практически всю поездку. Мне было немного не по себе ехать в тишине, и я предложил включить музыку. - Музыку? Не стоит, давай лучше поговорим. Люблю разговаривать. - Э-э-э, хорошо. Расскажите о себе, чем занимаетесь по жизни? Улыбка на его лице стала шире. - Занимаюсь по жизни? Хммм… я долгое время служил, честно скажу, делал я своё дело хорошо и, можно сказать, с любовью. Позже у меня случились разногласия с самым главным начальником, и меня уволили, - он сделал небольшую паузу, - с позором. Затем меня немного потрепало, если бы мне не помогли старые друзья, так, наверное, и остался бы без каких-либо стремлений в жизни. Сейчас занимаюсь строительством. На своей второй работе я консультировал строительные компании по юридическим вопросам, поэтому я внутренне обрадовался тому, что могу поддержать беседу. - Я строю различные объекты. Но больше всего мне нравится строить инфраструктуру для жизни людей. - Инфраструктуру? - Да, именно так. В один момент я задал себе вопрос, что полезного я могу дать людям, за что они заплатят мне взамен? Я стал интересоваться этим у окружающих, и по мере сил… помогал. - Бизнес, наверное, хорошо идёт? - Более чем, шеф, - он с минуту помолчал, - у тебя тут курить можно? - Да, конечно, только окно откройте. Собеседник закурил и, выпуская в окно сигаретный дым, продолжил: - Если ты спросишь человека, чего он на самом деле хочет, ты по-настоящему удивишься тому, что услышишь. Но скажу тебе больше: почти все люди хотят чего-то недосягаемого, но платить за это они не готовы. - Как вы тогда преуспеваете, если никто не готов платить? - А это хороший вопрос, ты, я смотрю, смышлёный малый, - он снова затянулся, - я придумал свою систему расчётов. Предлагаю людям платить после того, как они получат от меня то, что хотят, причём, цену всегда назначаю для каждого такую, которую он сможет потянуть, - в его словах я чувствовал гордость. Внезапно он прервался и, посмотрев под ноги, промолвил. - Ой, прости, кажется, у меня с ботинок земли порядочно налетело на твой коврик. Я потом вытряхну. Я посмотрел на коврик под ногами собеседника, на нём лежали ошмётки грязи, слетевшие с ног моего пассажира. Ума не приложу, откуда он смог столько нанести? - Не стоит, я всё равно собирался скоро химчистку салона делать. Мы уже ехали по Варшавке, дальше дорога должна была быть прямой до самого поворота на Домодедовское шоссе. - А ты чего в таксисты заделался? Не скажу, что ты парень глупый, можешь и головой деньги зарабатывать. - Так получилось, - рассказывать о своей жизни незнакомцу мне не хотелось, но он не перестал меня расспрашивать. - Ладно тебе, расскажи, я же своей историей поделился. Ехать ещё оставалось минут тридцать, не проводить же это время в молчании, вдобавок ко всему, этого человека я вряд ли ещё когда-либо увижу. Я решил рассказать. - Я бизнесом небольшим занимался, но прогорел. Для того, чтобы дело начать, позанимал денег. Благо, додумался кредит не брать. Теперь нужно со всеми расплачиваться. Два месяца назад от меня жена ушла, ей ещё деньги перечисляю на ребёнка. Там немного, конечно, но в свете всех моих финансов, сумма для меня значительная. Вот и получается, что все деньги, которые я зарабатываю – трачу на выплаты долгов, а живу на то, что набомблю за ночь. - Много получается? - Да не сильно, но на бензин и на жизнь хватает. Машина пересекла МКАД, дальше мы двигались по области. - Хороший ты парень, Сашка. Несправедливо с тобой жизнь обошлась. - Не думаю, получил то, что заслужил. Сам виноват. - Экий ты честный. Сам ведь видишь, что с тобой несправедливо обошлись, но продолжаешь считать, что сам себе хозяин. - Что вы имеете в виду? - Я имею в виду, что таких людей как ты нужно не укорять, а поддерживать. Если бы ты мне задолжал, я бы дал тебе ещё денег, потому что ты уже научен горьким опытом, ты знаешь, как делать не надо, а, значит, принесёшь выгоду и себе и мне, - его улыбка опять расширилась. - Человек должен отвечать за свои поступки, как бы он не убеждал себя в том, что он прав. Собеседник ничего не ответил мне. Практически всю дорогу по Домодедовскому он молчал. Мы свернули на улицу и двинулись дальше в сторону Ворыпаево. При подъезде к посёлку пассажир снова заговорил: - Хороший ты парень, Сашка. Хочу помочь тебе. Вон у того столба тормозни, - он указал рукой на фонарный столб, одиноко мерцающий на фоне ночного посёлка. - Так вот, скажи, чем я могу тебя выручить? - Спасибо, я сам справлюсь. - Поверь, такой шанс не часто выпадает. Я же вижу, что тебе тяжело, мне будет в радость помочь, - улыбка, ставшая для меня неотъемлемой частью его образа, источала дружелюбие, - и много я взамен не спрошу. Сказать в ответ было нечего. Изменить в своей жизни хотелось многое, но что-то внутри подсказывало, что просить помощи у моего собеседника не стоило. - Ну, что скажешь, Сашка? - Всё, что я хочу получить от вас, это оплату по счётчику. С вас 750 рублей. Пассажиры вышли из машины, закрыв за собой двери. Улыбка с лица собеседника начала медленно сползать. В течение нескольких секунд из добродушного он превратился в озлобленного. Дружелюбная улыбка сменилась на оскал. Его зрачки протыкали меня насквозь. Всем своим видом он наводил на меня ужас. Пассажир вытащил из кармана руку со сжатыми в комок купюрами и кинул их мне через открытое окно автомобиля. - А ты умный, сучий сын. Я резко нажал на газ. Обливаясь потом, начал молиться, и просил Бога помочь мне быстрее покинуть место, где я высадил этих людей. Выезд на МКАД занял у меня почти 50 минут. Я всегда хорошо запоминал дорогу, даже если проезжал там всего один раз, но сейчас все вокруг казалось мне незнакомым, и я совершенно не знал, куда мне ехать. В ту ночь решил больше никого не подбирать. Звериный оскал пассажира был отчётливо впечатан в мою память, и я ещё долго не мог прийти в себя. Я поставил машину у дома. Только сейчас волнение начало отпускать меня, и сердце стало стучать спокойней, казалось, что всю дорогу от Ворыпаево я пробежал, а не проехал на машине. Диалог с пассажиром начал прокручиваться в моей голове, и я понял, что в нём есть что-то, что я упустил и не заметил сразу. Осознание обрушилось гранитной плитой – он называл меня по имени, хотя я не говорил, как меня зовут. Взгляд опустился на коврик, лежащий под ногами пассажира. От кусков грязи, которые я видел несколько часов назад, не осталось и следа. Что за чертовщина здесь творится? Мне казалось, что я сошёл с ума, потому что другого разумного объяснения тому, что я увидел, найти не получалось. Словно в ответ на эти мысли, я заметил скомканные купюры на пассажирском сидении. Пересчитывать купюры не было нужды. Тот, кто охотится за душами, вряд ли стал бы мелочиться. |
|
Дуэль |
Степан нажал на спусковой крючок и, отодвинувшись от окна, прижался спиной к стене. Выдох-вдох. Пригнувшись, он выбежал из полуразрушенной квартиры и направился к лестничному пролету, стараясь не светиться в проломах стен. Спустившись на два этажа ниже, он зашел в длинный коридор и направился по нему в поисках следующего места для выстрела. Он понимал, что на него начали охоту, но адреналин, бешеными толчками вбрасывающийся в кровь, не позволял ему просто так уйти. Страх отошел на второй план, азарт занял его место. Он помнил, что потом придет осознание присутствия смерти рядом, руки начнут трястись, не в состоянии поднять даже стакан с водкой, которая хоть чуть-чуть помогала забыть весь этот ужас. Но это будет потом, не сейчас. Сейчас он играет в свою любимую игру - в войну.Обнаружив удобное место в очередной квартире, Степан аккуратно зашел внутрь. Удобно оно было тем, что в стене, прямо посередине комнаты, на уровне пола, зияло небольшое отверстие от попавшего в нее снаряда. То ли он не взорвался, пробив стену, то ли отрикошетил от нее с наружной стороны, заставив кирпичную кладку обвалиться вовнутрь. Это его не интересовало. Главное, что это было отличным местом для следующего выстрела. Он лег на пол и прильнул к окуляру оптического прицела. Несколько минут прошли без каких-то изменений. Со стороны могло показаться, что он спит. И что даже звуки коротких очередей снаружи дома, совсем его не волнуют. - Ага, - сам себе шепотом произнес Степан и быстро положил палец на спусковой крючок. Прямо напротив отверстия, в окне дома через дорогу, мелькнула чья-то тень. На сотую долю секунды в окне появилось чье-то лицо и снова исчезло за стеной. - Ну! Выгляни еще разок! Человек больше не появлялся. В ожидании прошло пару минут. Степан открыл левый глаз и принялся осматривать соседние окна, не отрываясь от прицела. Справа - никого. Еще правее - тут вообще пол обвалился... Слева... Даже не увидев толком, а почувствовав какое-то движение в окне слева, Степан резко передвинул ствол и нажал на спусковой крючок. Раздался громкий выстрел. Даже слишком громкий, как показалось Степану. В какое-то мгновение, сквозь грохот он даже различил чей-то голос, но тут же все затихло. Как-будто кто-то нажал на пульте кнопку отключения звука. - Судя по всему, отличный выстрел! - от неожиданности, Степан чуть не вскочил в полный рост. В этой странной тишине, голос над его ухом прозвучал как звон царь-колокола в библиотеке. Дернувшись вперед, он попытался развернуть винтовку, но она как-будто приросла к чему-то невидимому. - Спокойно, спокойно! - вкрадчивым голосом произнес человек за спиной, - отпусти винтовку, пока что она тебе не понадобится. - Ты кто, придурок? - полушепотом произнес Степан, успев обсмотреть человека с ног до головы и понять, что он не представляет особой опасности. С другой стороны, любой человек, обнаруживший снайпера во время его работы, представляет для него основную угрозу. Незнакомец был одет в белоснежную рубашку и классические брюки. На начищенных туфлях не было заметно ни одной пылинки. Он стоял в полный рост и, судя по всему, совсем не переживал по поводу того, что он находится сейчас в эпицентре боевых действий. - Отпусти винтовку и пойдем со мной, - человек протянул Степану руку, - вставай, не бойся! Пока я рядом, тебе ничего не угрожает. - Ты что тут делаешь, идиот? Кто такой? Какой позывной? - Вот вы... Одинаковые все, - незнакомец вздохнул, - чтобы долго не объяснять, посмотри на вот эту зависшую гильзу, а потом отпусти винтовку и посмотри что будет. Степан посмотрел в указанном направлении. Гильза, которая должна была вылететь и валяться где-нибудь на полу, висела в воздухе и не собиралась падать. Аккуратно разжав пальцы, он отпустил винтовку и обнаружил, что она тоже не планировала менять свое положение. - Ты кто такой? - скорее просто губами, чем голосом, спросил Степан. - Любитель розыгрышей и веселых игр, - ухмыльнулся незнакомец и снова протянул руку, - давай, вставай уже. Пойдем, покажу тебе кое-что. За пару секунд обдумав свое положение, Степан поднялся и выглянул в соседнее окно. Мир замер. Ничего не двигалось, ни единого звука не раздавалось снаружи. - Я умер, что ли? - Не, живее всех живых. Пока что. Все, пойдем, мало времени. Незнакомец развернулся и, махнув Степану рукой, направился к выходу из квартиры. Мужчине ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Спустившись на первый этаж, незнакомец с трудом распахнул дверь в подъезд, висящую на одной петле и вышел на улицу. - Да пойдем! Ничего с тобой не случится! - обратился он к замеревшему в дверном проеме, Степану. Немного посомневавшись, тот вышел на улицу, прищурившись от яркого света. Быстрым шагом преодолев расстояние до дома напротив, они вошли в подъезд. Здесь двери вообще не было. Поднявшись на третий этаж по лестнице, незнакомец нырнул в одну из квартир. Озираясь по сторорам, Степан последовал за ним, но только лишь войдя в помещение, он тут же выпрыгнул обратно. У окна стоял человек с такой же, как и у него винтовкой в руках и всматривался через прицел в дом напротив. - Да заходи ты уже! Что ты прыгаешь, как кенгуру? - усмехнулся незнакомец в рубашке, - он тебе ничего не сделает. Осторожно выглянув из-за стены и, убедившись в том, что этот человек абсолютно недвижим, как и все остальное вокруг, Степан неуверенно шагнул внутрь. - Сюда подойди, - незнакомец стоял около стрелка, - да быстрее ты! Говорю ж - времени мало! Степан подошел ближе и встал рядом. - Не узнаешь паренька? Ты в него только что выстрелил, - незнакомец вскочил на подоконник и протянул руку на улицу, - а вот и пуля твоя висит. Судя по всему, попадет примерно... Скорее всего в лоб. Я ж говорю - отличный выстрел! Степан придвиулся поближе и, действительно, в метрах двух от окна рассмотрел висящую в воздухе пулю, поблескивающую на солнце. Опустив взгляд на подоконник, он прищурился и ненадолго о чем-то задумался. Тем временем, незнакомец в рубашке уже спрыгнул на пол и, мерзко улыбаясь и отряхивая руки от пыли, смотрел на Степана. - Познакомься со своей жертвой. Его зовут Алексей. 23 года. Закончил институт, хотел работать по специальности, но пошел в армию. Во время службы началась война, поэтому оказался здесь. Дома ждут любимая девушка, отец и мать. Очень переживают за него. Каждый день молятся о том, чтобы вернулся живым. К войне отношение негативное, но, так же как и ты, следует принципу: "Если не я, то меня". Что еще сказать? Да, в принципе, все, наверное. Вопросы есть? Степан всматривался в лицо этого паренька. Молодое, без морщин, но уже с несколькими седыми волосами, на коротко стриженной голове. На шее висел крестик, почти такой же, как и у него. - И... И что дальше? - Степан повернулся к незнакомцу. - Не жалко паренька? - Ну... Как сказать... Он по мне стреляет, я по нему. Все логично. - Согласен, война, с одной стороны, вообще, очень логичная штука. Свои-чужие, враг-друг и так далее. А с другой стороны... Могли бы с ним стать лучшими друзьями, правда? Ты же не испытываешь к нему ненависти? - Нет... - Ну, ладно. Запомнил его лицо? Теперь пойдем обратно. Степан еще раз бросил взгляд на подоконник и, немного помедлив, направился вслед за незнакомцем. Через несколько минут два человека снова стояли в полуразрушенной квартире дома напротив. Винтовка так и висела в воздухе. - Ложись обратно, друг мой, бери свою пушку, я сейчас буду включать время. - А зачем ты это все устроил? И вообще, ты кто такой? - Я сказал - ложись обратно, - незнакомец сверкнул глазами, - вопросы здесь задаю я. От этого взгляда Степану стало не по себе и, немного помедлив, он занял свое положение, в котором находился до прихода этого странного человека. - Лег? А теперь, дамы и господа, начинается самое интересное! - Человек в рубашке театрально развел руки в стороны, - начинаем игру! - Какую еще игру? - Внимательно посмотрите прямо перед собой. Что вы видите? Это первый и самый легкий вопрос. Степан посмотрел в отверстие в стене. - Вижу этого парня. Целится в моем направлении. - А еще ближе? Несколько секунд прошли в молчании. - Черт... Он тоже успел в меня выстрелить? - Абсолютно верно! - радостно вскрикнул незнакомец, - и, как вы можете видеть, он это сделал это немного быстрее вас, так как пуля находится гораздо ближе и, судя по всему, прилетит в вас примерно... Чуть ниже левого глаза. Не такой мастерский выстрел, как ваш, но тоже достаточно эффективный. Вы оба молодцы! Хвалю! Ставлю пятерочки обоим! Незнакомец рассмеялся противным смехом. Немного отдышавшись, он продолжил. - А теперь самое интересное. Ух, как я люблю этот момент! Жаль, что так редко бывают такие ситуации. Но, это того стоит. Уважаемый участник нашей игры, предлагаю вам несложный выбор. От вашего ответа зависит сейчас ваша и его жизнь. - Какой выбор? - Очень простой. Подарите ли вы жизнь вашему оппоненту или решите, что он заслуживает смерти. Одно из двух. Все очень просто. - Как мое решение может на это повлиять? Как только ты запустишь время, эти пули прилетят в нас обоих. - Ах да! Совсем забыл сказать! Некоторое время назад, сразу после ваших выстрелов, вот на этом самом месте, где я нахожусь сейчас, вместе со мной стоял Алексей и точно так же, как и вы, рассматривал вас, свою пулю и слушал историю о вашей жизни. И, кстати, он уже сделал свой выбор. Теперь вот стоит и ждет вашего. - То есть, ты точно также как и меня, приводил его сюда? - Наш участник проявляет просто чудеса сообразительности! - продолжил представление незнакомец, - но, есть пару моментов, о которых я должен вам рассказать. Независимо от вашего выбора есть четыре варианта развития событий. Итак, первый - вы оба дарите друг другу жизнь. В этом случае, погибаете оба. - Как это? Почему так? - Это чтоб интереснее было, - ухмыльнулся мужчина, - я сам эти правила придумал. Веселые, правда? - Ага, веселые... Ну, дальше? - Вариант второй - вы оба желаете друг другу смерти. В этом случае, я меняю траектории пуль, и вы оба остаетесь в живых. Но это не самые интересные варианты. Третий - вы желаете ему смерти, а он дарит вам жизнь. В этом случае, погибаете вы. Четвертый - наоборот. Вы дарите жизнь, он вам - смерть, в итоге умирает он. Вот такие простые варианты. Понятно? Могу еще раз повторить. - Нет, спасибо, не нужно, - чтобы потянуть немного времени, Степан смахнул пыль с прицела, - а что, если я просто... Резким движением поджав под себя ноги, он попытался вскочить, но тут же все мышцы как-будто окаменели и он, бесформенным мешком снова упал на пол. - Не, так не пойдет. Никуда ты не денешься, - снова разулыбался незнакомец, - не надо думать, что ты умнее всех и сможешь обмануть меня. Того, кто умеет останавливать время. - Ну ты и гад! - Каюсь, есть немного. Итак, ваш выбор? Первый вариант - дарите ему жизнь, второй - забираете жизнь. Одно из двух. Проще некуда. "Вот же сволочь!" - подумал про себя Степан, - "Ладно, так, значит так. Нужно рассуждать логически. Что мог выбрать этот Алексей? 23 года... Вряд ли в нем проснулась уже эта жестокость, которая позволяет без эмоций смотреть на смерть других людей. Хотя... Я не знаю, сколько он здесь пробыл... Все возможно. Самое логичное - он пожелал мне смерти. Но если он был здесь и этот гад рассказывал обо мне, то он должен знать о моем отношении ко всему происходящему, а также о том, что у меня сын чуть младше него. А значит, мог предположить, что я его пожалею. Тем самым, выбрав смерть, он обрек бы себя на гибель, а меня оставил бы в живых... А если он подарил мне жизнь? Тогда, пожелав ему умереть я сам погибаю. А если и я его пожалею, то мы погибаем оба. Как же сложно... Лешка! Что ж ты загадал?.. Стоп! Подоконник!!!" - Слышь, ты, игруля! Один вопрос у меня. - Вообще-то, это не входит в правила игры. - Да ладно тебе... Ничего серьезного. Ты ему когда варианты предлагал, ты называл их в таком же порядке? Первый - жизнь, второй - смерть? Так? - О как! Честно говоря, мне первый раз такой вопрос задают. - Ну и? - Не вижу повода, чтобы не ответить. Да, именно в таком порядке. Степан облегченно вздохнул. - Ну, что ж... Я выбрал. - Да? - незнакомец радостно потер руки, - говори! - Я выбираю второй вариант. Пусть этот щенок сдохнет! - Хм... Уверены? - Да! Уверен! Пусть он сдохнет! - Степан перешел на крик, - почему я должен его жалеть? Мне плевать, кто там его ждет! Он не на прогулку приехал, поэтому должен быть готов к смерти. Незнакомец задумчиво почесал подбородок. - Ну что ж... Правила игры незыблемы и не могут быть подвергнуты изменениям. Спасибо за игру. На счет три я запускаю время. Один... Степан посмотрел на Алексея. Его лица практически не было видно. Затем он перевел взгляд на пулю. Ее острие смотрело прямо на него. - Два... "Лешка, ты ж меня не обманул?" Степан зажмурил глаза. - Три! Пуля с противным звуком воткнулась куда-то за спиной Степана. Он медленно открыл глаза. Незнакомца уже не было, а в окне дома напротив стоял Алексей и пытался улыбнуться. Это не слишком получалось, потому что губы его не слушались. Медленно протянув руку, он вытер нарисованную пальцем цифру два на подоконнике и также медленно поднял вверх два пальца. Затем махнул рукой и исчез в глубине дома. © ЧеширКо |
Метки: ЧеширКо Дуэль |
Принцип отбора |
|
Мороженка |
Жениться каждому охота. Женился – и живёшь себе, не горюешь. Есть захотел – жена сварит, покормит, сор в избе скопился – приберёт, штаны постирает. Просто красота. Обратно и с картошкой управится, ежели мужу недосуг. Посадит, прополет-окучит, выкопает. Сплошная польза от них, от жён этих. Вот Лёнька Ступкин тоже так думал. Трудновато, всё-таки, одному. День в поле нагорбатишься, домой придёшь – пусто в избе, варить чё-то надо, пожрать. Да и не стирано уж сколь, всё некогда. В общем, пора, давно пора жениться. И невесту искать долго не надо. Чё её искать – вона, Райка, соседка, тоже, ведь, одна девка, без мужика живёт. Всё умеет, поди не в барах родилась. И сварит, и вспашет, и дров, когда надо, наколет. Как говорится, женись – не хочу. Одно пугает. Здоровущая больно. Центнер в ней, а то и поболе. Может, даже полтора. С одной стороны, конечно, хорошо. Всё же, где чего подмогнёт – бревно подтащить или там телегу вытолкнуть. А с другой… Да уж, ежели, к примеру, разозлить её… Это ж танк Т-34, не меньше! Страшновато. А времечко идёт. Хошь, не хошь, чё-то решать надо. Вот и решил Лёнька посоветоваться. Приятель у него был, Саня. Саня-академик, так его прозывали. За то, что знал много. Лёньке-то уж не откажет! Приходит Лёнька к Сане. Так, мол, и так. Обсказал, всё как есть. Что, мол, на Райке жениться надумал, что надо как-то того-этого, чтоб, значит, нормально получилось. Ну, Саня ж не дурак, раз академиком прозвали. Всё, говорит, понятно. Тебе её ублажить надо. Чтобы, того, чтобы крепко ты ей понравился. А Лёнька ему, мол, чё это, как это? Велел ему Саня штаны снять, дескать, показывай женилку, порешаем, посмотрим. Лёнька снял. Показал. Саня затылок чешет: – Да уж. Маловат он у тебя. – Дак и сам знаю. – Вот и думаю. Если Райке не понравится, не ублажишь ты её. А это, считай, всё, провал. – Дак чё делать-то? – Лёнька штаны надел, вид у него сделался совсем расстроенный. – Чё-чё… Бабу растравить надо. Чтоб она тебя с любым захотела. Понял? – Неа. Как я ей покажу-то? – Эх ты, тютя! Тут делов-то на копейку. Главно дело уболтать. Позови её к себе, мол, так и так, поговорить надо шибко, мол, дело неотложное. Бутылку купи. Лучше две, красную и белую. Это уж как у вас пойдёт. Вот. И скажи ей, как за стол усадишь, и по рюмке выпьете, что, мол, того, что любишь и жениться на ней хочешь. Скажи: предлагаю, мол, тебе, Рая, руку и сердце! Усёк? – Усёк. А дальше? – Дальше… А дальше смотри по обстоятельству дела. Ежели она согласная, наливай ещё по рюмке. – Дак нету рюмок, стаканы одни. Я ж непьющий. – Все непьющие. А как воскресенье, одни драки по деревне. Ладно, не суть. Пусть стаканы. Главно дело подливай ей. А уж как она в кондиции будет, то тут незаметно так до постели и веди. Типа того, что давай, мол, приляжем, тоси-боси, тудым-сюдым… Понял? – Ну… И чё? – Точно – тютя, гадство! Клади и раздевай, чё ещё-то?! – Сань, дак это… Её чё, надо того, ну… это-самое? – Самое, самое. Только с твоим там делать нечего. Надо, чтоб она сама хотела, чтоб аж прям по самое-не-могу хотела. Тут надо хитрость иметь. – Чё это? – Надо, чтоб у неё того… – Саня почесал затылок, – как бы сказать… Я тут читал в одном журнале. Короче, у баб места есть, куда, если почесать или там ещё чё, погладить, к примеру, бабы прям звереют. Это «возбуждаются» называется. И тогда – всё, бери её голыми руками и делай с ней, что хошь! – Дак это, ты ж Райку видел. Пока я на ней эти места найду, пока чесать начну… Вдруг чё не так, убьёт, нахрен! – Да, вообще-то. Согласен. Ну ничё, я ещё кой-чё знаю. Читал как-то. Есть один верный способ. Это уж самый верный. Называется… Эх, не помню. Короче, вот в чём коленкор. Раздеваешь её. Так. Берёшь чё-нибудь холодное, к примеру, мороженку. И водишь ей по титькам. Она сперва замрёт, а потом затрясётся, затрясётся и… всё. Она вся твоя. – О, как! Прям по титькам? Боязно как-то. Да ещё это, Саня, откуда в нашем сельпе мороженки-то? Это ж в район ехать надо! Пока привезу – растают! – Это я к примеру про мороженку сказал. А там ты сам думай. Всё понял? – Нууу… Так-то всё. Дак чё, говоришь, красну и белу взять? – Возьми, хуже не будет. – И чё-нибудь заместо мороженки? Ладно. Понял я. Спасибо, Саня! – Давай. Чтоб молодцом был. Не подведи! Неделю Лёнька голову ломал, где добыть мороженку. Ничего лучше не придумав, слазил в тёткин погреб. Там, в самой глубине, был устроен ледник, чтобы молоко хранить и прочее. И холодрыга была, даже в самую жару. Лёнька нашарил пару кусков льда, завернул их в полотенце, положил в ведро и принёс домой. Поставил до поры в чулан. Потом дошёл до Райкиной избы. Постучал в окошко. Райка выглянула в одной рубашке – дома же, не видит никто: – Чё, Лёнь? – Рай, дело у меня к тебе. Край поговорить надо. Приди-ка вечерком. Придёшь? – Да чё случилось-то? – Райка вдруг разрумянилась, как, вроде, застеснялась. – Придёшь, там узнаешь. После табуна приходи. – Вот же, выдумываешь чё-то… Ладно, как Жданку подою – приду. Время подгоняло. Лёнька не знал, чего ещё на стол положить. Сало нарезано, лучок зелёный. Банку консервов открыл – скумбрию в томате, картошки отварил. Чё ещё-то… Водка, вино… А, хлеба порезал. И стаканы протёр, чтоб не стыдно было. Кажись, всё. А сердце всё равно не на месте. Придёт? Не придёт? Райка пришла, как стемнело. Тихонько стукнула в окошко, тихонько поднялась на крылечко, вошла в избу. – Вот она я, Лёня. Чё звал-то? – Дак это… Здравствуй, Рая. Это… – Виделись уже сёдня, – Райка хихикнула. – Ну, это… Проходи. Вот. Вишь, стол. Ничё, нормально? – Чё это за праздник? Деньрожденье, что ли? А чё один? – Я, это, Рая… Короче, того. Фу ты… Забыл… В общем, давай, что ли, выходи за меня? – Дак чё… Прям так сразу? – Райка снова захихикала, – хоть бы за стол усадил, рюмочку налил. Чё ж на сухую-то! – Нету рюмок. Стакан пойдёт? – Чё ж не пойдёт. Тоже, поди, посуда. Наливай, жених! Лёнька налил полстакана вина, протянул Райке. Потом себе налил. Чокнулись, выпили. Надо было как-то начинать разговор, а как – Лёнька понятия не имел. Начала Райка. – Дак чё, жениться захотел, что ли? Силов-то хватит на меня? Я ить не Любка Расторгуева, мне много надо. И чтоб долго. И чтоб того, чтоб аж до самых костей пробрало. Сможешь? Коли сможешь, то и замуж пойду. А так – неча и баловаться. – А чё, я серьёзно к тебе. Если ты так, то я же всей душой! – Лёнька сглотнул комок в горле, – я уж как есть, расстараюсь. Давай, что ли, ещё по одной? – Ну-к, по одной-то ещё можно. Наливай. Они снова выпили, закусили. Обоим похорошело, ощутимо захотелось любви и ласки. Райка встала из-за стола. – Ну чё, давай, что ли? Тока выйди, я разденусь. – А, конечно выйду. Покурю! Лёнька щёлкнул выключателем и вышел в сени. Занырнул в чулан, достал ведро со льдом. Сел на лавку в сенях, закурил. Сердце от волнения колотилось, как перепёлка в силках. Страшновато было – вдруг не получится. Докурил. «А, будь, что будет! Поди, не обманул Санька, всё срастётся!» Лёнька приоткрыл дверь в избу, прошептал: « Иду я, Рай!» Ответа не было. Ладно. В избе темно. Лёнька снял штаны прямо у порога, рубаху. Накинул крючок на дверь. Потом, подумав пару секунд, стянул трусы. Темнота, не страшно. Нашарил ведро со льдом, достал. Развернул мокрую тряпку. Два куска – скользкие и холоднючие, каждый размером с кирпич. Ну, пора! Лёнька на цыпочках подошёл к своей холостяцкой кровати, на которой виднелось белое Райкино тело, от него веяло жаром молодости и желания. Лёнька впопыхах забыл, куда надо класть мороженое. И положил обе ледышки на Райкин живот. На секунду тело замерло, потом раздался истошный вопль, и Лёнька получил страшенную оплеуху по ушам сразу с двух рук. Удар был такой силы, что Лёньке на миг показалось, будто у него лопнула голова! А Райка, вопя, выскочила из избы в чём мать родила, выбив при этом дверь с крючком. Лёнька не спал всю ночь. Голова гудела, как колокол. И было, ко всему, ещё жутко стыдно. Он понял, что облажался с этой дурацкой мороженкой на все сто. Говорил же Саня, что надо по титькам водить, а он… Эх, что-то теперь будет? А может и мороженки никакой не надо было? Выпили бы красную, потом беленькой бы добавили. И всё. Хоть поговорили бы. Посидели бы по-людски. А так… Уже утром, глянув в зеркало, Лёнька не узнал себя. Вместо ушей торчали два оттопыренных почерневших лопуха. Глаза были как две узкие щелочки с фиолетовым оттенком. «Жених, твою мать! Чисто Муслим Магомаев, чтоб тебя!…» – Лёньку аж перекосило от собственного отражения. Надо идти на работу. А там мужики, пропади они пропадом. Начнётся – кто, где, когда… И сказать-то нечего. Вот же попал! Понятно, что уши чёрными лопухами ни с того, ни с сего не становятся. Мужики позубоскалили вволю. Лёнька уж не знал, куда от них деваться. Но только отнекивался, никому не признался, что случилось. Вечером, когда уже стемнело, пришла Райка. Вид у неё был одновременно и виноватый, и воинственный. – Ну, чё, жених? Не шибко я тебя отоварила? – Дак это… Бывает… – Ты вчерась чем меня приложил-то? Меня ить чуть кондрат не хватил! – Дак льдом. Мороженки-то не было… – Чем-чем??? Ты чё буровишь, малохольный?! – Ну, это… Лёд приложил… Саня-академик того, насоветовал… И Лёнька рассказал, что ему насоветовал Саня, как он, то есть Лёнька, придумывал, чем заменить мороженое, и как он, Лёнька же, готовился к этому самому, к жениханию. Райка хохотала без остановки, даром, что не полчаса. Потом, утирая слёзы, обняла своего ухажёра: – Ну, Лёнька! Ну, балома! Это ж надо было придумать… Это ж в дурном сне не привидится! Ну и припарки ты мне сотворил! – Дак чё я… Это Саня всё… В журнале, говорит, вычитал… – Эх, вы, женихи-читальщики! Ума палаты, а простой вещи сделать не можете… – Ну, Рай, я ж как лучче, тебе, чтоб, того… этого… Не обижайся только… – Да ладно… Чё теперь поделать. Сам-то чё, не видишь, что ли, полгода уж по тебе сохну! – Рая, чё ж молчала-то!!! Рая!!! Дак я ж горы для тебя! Я ж того, я ж… это… Ну, Рая, ну ты ващееее… – Ваще-ваще… Хватит причитать! Гаси свет давай. По-новой жениться будем. Тока нынче уже без мороженки твоей. Вот и вся история. Оказывается, для того, чтоб жениться, ничего и выдумывать не надо. Просто сказать, что любишь. Если любишь, конечно. Хотя… Всяко бывает… © Олег Антонов |
Метки: Мороженка свадьба любовь деревня |
Без заголовка |
|
Имена... |
О том, что мой супруг болен на всю голову, свидетельствует уже тот факт, что он женат на мне. У него какое-то невероятное количество бзиков, которые со временем начинают распространяться воздушно-капельным путём на родных, друзей и знакомых. Одним из таких бзиков является манера давать человеческие имена неодушевлённым предметам. Не всем, конечно, а только наиболее достойным. И он не просто их крестит — он с ними ещё и разговаривает. Например, у него есть любимая кружка. На кружке нарисован пингвин. Пингвина зовут Пафнутий.Я как-то поинтересовалась: — А почему Пафнутий-то? Муж посмотрел на меня удивлённо и спросил: — Ну а как? Я подумала и поняла: действительно, больше никак. По утрам муж достаёт Пафнутия из кухонного шкафчика и говорит: — Ну, брат Пафнутий, по кофейку? Вечерами они с Пафнутием пьют чай, и муж мой жалуется ему на меня: — Видишь, Пафнутий, с кем приходится коротать век? Цени, брат, одиночество, не заводи пингвиниху. Ещё на даче у нас проживает болгарка по имени Зинаида. Болгарка - не в смысле уроженка Болгарии, а в смысле инструмент для резки металла. Сперва муж назвал её Снежана, потому что считал, что у болгарки непременно должно быть болгарское имя. Однако, познакомившись с характером болгарки, он понял, что она Зинаида. Когда нужно разрезать что-нибудь металлическое, он достаёт её из сарая и говорит: — Зинаида, а не побезумствовать ли нам? И они начинают безумствовать. А когда набезумствуются, он её относит в сарай, укладывает на полку и нежно говорит: — Сладких снов тебе, Зина. А в квартире у нас живёт шкаф по имени Борис Петрович. Вот так уважительно, по имени-отчеству, да. Это мы когда только купили квартиру, то первым делом заказали шкаф. И собирал нам этот шкаф сборщик, которого звали Борис Петрович. Конечно, сей факт бросает тень позора на моего мужа, но на самом деле этому есть объяснение. Вообще-то, всю остальную мебель в нашем доме (а так же в доме моей мамы, в доме его родителей и в домах многих наших друзей) муж собирал сам. И шкаф бы собрал, как раз плюнуть, но вышло так, что в день доставки он находился в командировке и вернуться должен был только недели через две. Я категорически отказалась жить две недели посреди немыслимого количества досок и коробок, к тому же мне не терпелось поскорей развесить всю одежду на вешалки, поэтому дожидаться мужа не стала и пригласила магазинного сборщика. И, конечно, сорок раз об этом пожалела. Сборщик Борис Петрович, собираясь ко мне в гости, принял одеколонную ванну, и этим одеколоном марки "Хвойный лес" (или "Русское поле", или "Юность Максима" — не знаю) провонял весь дом. Я спасалась от амбре Бориса Петровича на балконе. Работал Борис Петрович сосредоточенно, неторопливо, с чувством, с толком, с расстановкой, с пятью перерывами на чаепитие. Очень удивлялся, почему я не составляю ему компанию за столом. А я просто не могу пить чай, воняющий одеколоном. Профессионал Борис Петрович, будучи сборщиком от бога, собирал шкаф с 9 часов утра до 11 часов вечера. Мой муж за это время мог бы легко построить двухэтажный дом и баньку во дворе. Вещи мои так и остались лежать в коробках, не познав холодка вешалок, потому что все две недели до приезда мужа я проветривала всю квартиру, и шкаф в частности, от аромата Бориса Петровича. Мне даже было стыдно ездить в метро, потому что мне казалось, что от меня на весь вагон таращит этим дешёвым убойным одеколоном. Когда муж приехал, в квартире уже была вполне пристойная атмосфера. Он радостно подскочил к мебельной обновке, счастливо завопил: "О, шкафчик!" - и замер, распахнув дверцы. Примерно минуту он приходил в себя от нахлынувшего на него смрада, а потом спросил меня: — Эммм... Это что? — Это Борис Петрович, — ответила я. Вот так наш шкаф получил своё имя, а сборщик Борис Петрович, сам того не ведая, стал его крёстным (нашим кумом, стало быть). Теперь муж, собираясь на какое-нибудь важное мероприятие, советуется со шкафом, что ему надеть: — Борис Петрович, как насчёт синей рубашки? Или просит: — Не одолжите ли галстук, Борис Петрович? Или вешает в него костюм и говорит: — Борис Петрович, храни его, как свою честь. Ещё у нас есть микроволновка Галя. Я так понимаю, это что-то личное, о чём мне знать не надобно. Потому что когда муж пихает в неё тарелку с едой и нежно говорит: "Согрей, Галя... Сделай это для меня, крошка..." — у меня все вопросы застревают где-то в районе щитовидки. Отголоски романтического прошлого, видимо. Ещё у нас на даче есть электроплитка, которая вечно ломается. Муж зовёт её Надюша. Когда я спросила, почему именно Надюша, он ответил: — Да была у меня одна... Тоже всё время ломалась. Когда он утром собирается пожарить на ней яичницу, то всегда спрашивает: — Ну, Надюша, сегодня-то ты станешь, наконец, моей? Давай, детка, дай шанс моим яйцам. Эта инфекция носит вирусный характер. У одних наших друзей есть телевизор Филя (потому что "Philips") и холодильник Анатолий (потому что в нём всегда напихано всякого говна, как в карманах жилетки Вассермана). Другие лентяйку от телевизора назвали Люсей - в честь соседки, которая тоже, по их словам, лентяйка. У третьих проживает стиральная машина Любовь Петровна. Когда им эту машину доставили и распаковали, то их старенькая бабушка всплеснула руками и сказала: — Красивая, как Любовь Петровна Орлова! И даже у моей мамы есть чайная ложечка по имени Изольда. Я так и не знаю, почему именно Изольда. Когда я попыталась это выяснить, мама посмотрела на меня, как на умалишённую (впрочем, она всегда на меня так смотрит), а муж возмущённо сказал, что более глупого вопроса в жизни не слышал, и что каждому дураку понятно, почему ложечку так зовут. |
|
Где человек бессилен - поможет пара кошек.... |
весь мусор по всем возможным уголкам, видно борясь за лакомый кусочек и т.д. Кроме того метя территорию с таким богатством они нещадно ссали на ее двери.
Метки: кошки мусор пакет соседи |
Методы воспитания ) |
На столе стояла тарелка слив. Папа строго наказывал детям, чтоб не брали слив до обеда. А дети не послушались папу. Папа пересчитал сливы и обнаружил, что одной не хватает.- Дети, кто съел сливу? – строго спросил Папа. - Я! – честно признался Ваня. - А я разве не говорил не есть слив до обеда? – продолжил Папа играть в Макаренко. - А ты разве не собираешься меня хвалить за невиданное мужество и за стремление честно взять на себя ответственность за содеянное? – удивился Ваня. - О! Точно! – спохватился Папа – Молодец, Ваня! Честно признался, что съел сливу. - Врет он.- закричала Соня – Это я съела сливу. - Ничего я не вру. – обиделся Ваня - Я тоже съел сливу. Червивая была, между прочим. - Значит Ваня съел и я тоже съела сливу. Признаюсь честно и ожидаю похвал! – сообщила Соня Папе. - Дети! Кто-то из вас врет. – сказал Папа – Не хватает всего одной сливы. Одной, а не двух. - Соня, мне грустно осознавать, что у таких честных детей как мы отец – жлоб. – удрученно сказал Ваня – Сливы на стол с предварительным пересчетом ложит. - Перестань, Ванечка. – вступилась за отца Соня – Может этот тип просто нам не доверяет. Время такое сейчас. Даже собственным детям нельзя доверять. - Дети, что здесь происходит, а? – опешил Папа – Я, конечно, вам доверяю... - И поэтому сливы пересчитываешь? – ехидно спросил Ваня - Колбасу перед тем как положить в холодильник взвешиваешь? Чтоб, не дай бог, никто не угостился. Не объели чтобы отца семейства. - Порядок должен быть.- начал оправдываться Папа - Я сказал – не трогать, значит трогать нельзя. - Бытовой деспот. – пробурчал Ваня - Ты не понимаешь! – истерично взвизгнула Соня – Не понимаешь как это оскорбительно. Ты наказал не трогать слив и пересчитал их! Ты понимаешь? - И что? – не понимал таки Папа. - Как что? Пересчитывая сливы, ты изначально заподозрил нас, своих детей, что мы настолько испорчены, что посмеем ослушаться отца и возьмем с тарелки сливы. Это неверие в нас – оно оскорбительно! Неужели ты не понимаешь? - Вы же таки взяли сливы! - возмутился Папа – Ослушались! - Да! Но когда ты сливы положил на стол, ты не мог этого знать! То есть, ты превентивно оскорбил неверием! – возразил Ваня. - Но вы же взяли сливу! - Он по-прежнему нам не верит. – вздохнула Соня – Он по-прежнему думает, что один из нас способен врать отцу. Две! Две сливы! - Одна! Я же считал! – прикрикнул Папа – Не хватает одной. - Папа у Вани силен в математике – запела Соня. – Не напутал в счете, Папенька? Может посчитал неправильно? - Ничего я не напутал! – взьярился Папа – Было 32. Два раза считал! А теперь 31! И я жду объяснений! Почему сливы трогали до обеда! Тут вошла Мама и сказала: - Дети прекратите издеваться над папой! И ты, Папа, тоже успокойся. Во-первых ты проспал до 4 и обед уже был давно. Во-вторых это уже третья тарелка слив, которую едят дети. И ругаться не из за чего. - Ой. – сказал Папа. - А пересчет слив, и в самом деле – какое-то странное недоверие! Недостойное даже, я бы сказала. – сказала Мама. - Соня, забирай сливы и пошли в другую комнату их есть. – закричал Ваня – А родители сейчас будут о методах воспитания нецензурно спорить. |
|
Анекдоты |
После сна, бывает, подойдешь к зеркалу… глянешь в него, и думаешь… Вот всё в тебе по фен-шую! Линии плавные, глазки разные, щечки помятые, волосики дыбком… одним словом — крассава! - Ну и что, зато икота прошла.)) Американец схватил животное и начал ложкой запихивать горчицу ей в пасть. Русский возмутился: "Это насилие!". Англичанин положил горчицу между кусками колбасы и дал кошке.Русский: "Это обман!". Потом берет горчицу и мажет кошке под хвостом. Кошка с воем начинает вылизываться. Русский: "Обратите внимание: совершенно добровольно и с песней!". "Могу ли я вам чем-нибудь помочь?", я люблю отвечать: "Можете. Деньгами". Он: Приветик, познакомимся? Она: Ты кто? Он: Возможно тот, кого ты всю жизнь ждала. Она: Дед Мороз, что ли? - Что вы делаете? Таксист отвечает: - Во времена Пророка не было никаких такси, так что иди ты нахер и жди попутного верблюда! - Секса не будет! Я устала. - Эгоистка неблагодарная! И борщ у тебя кислый! И попа толстая! -Кузьмич, едят тебя мухи, ты хоть бы дверь навесил. -Дверь? Зачем? А чего тут брать-то? -У вас есть веревка и мыло? -Вы что, вешаться собрались? -Нет, блин, сейчас помоюсь и в горы! - Почему аисты на зиму улетают в Африку. Встаёт Вовочка: - Ясный пень, негры тоже хотят иметь детей. |
Метки: анекдоты |
Без заголовка |
— Возьмёшь синюю таблетку - и история здесь закончится: ты проснешься и поверишь в то, во что захочешь поверить. Возьмёшь красную таблетку - останешься в Стране Чудес, и я покажу тебе, насколько глубока эта кроличья нора.
Метки: анекдоты юмор |
Ваза из старой автомобильной покрышки |

















Метки: дача вазон шины ваза из старой покрышки |
Черч |
Первые десять лет жизни он был просто Кот. Сильная, наглая тварь серо-коричневого окраса, с плотной длинной шерстью, сбившейся на боках в вечные колтуны. Непроходящие глубокие царапины на морде и изодранные в лохмотья уши придавали ему совершенно бандитский вид. На просторах нашей старой и запущенной квартиры он, как гордый и свободный нохча, жил грабежом и разбоем. За ее пределами не брезговал и насилием. Требовал соблюдения прав и клал свой маленький, но изрядно натруженный писюн, на все обязанности. Будучи центровым по району, он немилосердно 3,14здил всех окрестных котов, совершенно неадекватно отвечая на малейшие поползновения в свою сторону. Порой казалось, что в него вселился несгибаемый дух великого каратиста Масутацы Оямы, именно с таким неистово-киокушиновским напором бросался он на всех соперников, сметая их, разметая в пух и прах даже мысли о каком-то сопротивлении.Имя у него появилось лишь тогда, когда подросла дочь, и назвала его для унификации Тима, так же, как и тещиного домашнего засюсюканного уйобка, вечно ссущего под диваном. Кот же был суров. Принимая меня за равного, жену и дочь он определенно ставил ниже себя в семейной иерархии и относился к ним со снисходительным презрением. Малая, подрастая приняла такой расклад как есть, жена же, получив в руки штурвал управления мною, попыталась было с наскока подмять под себя и Кота. Однако хер. Натыкаясь в финальной стадии бурного медовомесячного соития на угрюмо насупленный, как у седьмой бэхи, полуприщур, сквозь который Кот брезгливо наблюдал за хозяйской потной возней она каждый раз смущалась, и прервавшись на полуфрикции запахивалась в простыню, требуя убрать это наглое животное. Добившись нужного результата, Кот, задрав хвост, уходил сам. Гордость никогда не позволяла ему просить, он всегда или требовал, или брал с боем. Заботливо положенная женой в чистую мисочку еда заветривалась и пропадала. Голодный и злой, он снисходил до участия в семейном обеде: усевшись перед столом на свободный табурет клал голову на стол и закрывал глаза, демонстрируя полное безразличие к происходящему. Но стоило отвлечься лишь на секунду – из-под стола стремительным хуком вылетала растопыренная, с выпущенными когтями, лапа и неуловимым движением выхватывала с ближайшей тарелки котлету или сосиску. Такую же точно, как в его миске. Заслуженно получив от меня увесистого пинка, он, не выпуская добычу, пролетал юзом кухню и прихожую и, с грохотом врезавшись в дверь ванны, как ни в чем не бывало поднимался и, гордо задрав хвост, шел обратно, чтобы у моих ног спокойно съесть честно заработанный кусок. Мы, несмотря ни на что, уважали друг друга, но и правила тоже надо было соблюдать. Закон есть закон. Он был из первого помета соседской кошки. Первый помет, как говорят, всегда самый сильный. Три серых дымчатых и один грязно-коричневый. Наглым он был с рождения – в то время как другие котята, найдя свободную сиську, затихали и насыщались, он, возмущенно пища, ползал вокруг мамаши, игнорируя свободные соски, до тех пор, пока не отгонял кого-нибудь из братьев и не занимал его место. Рыба была его страстью. Любая: жареная, вареная, соленая, мороженная, протухшая. Но особенно живая. Еду он добывал виртуозно. Как опытный футболист при подаче углового, сломя голову летел на звук открываемого холодильника и, путаясь под ногами, пытался в суматохе реализовать розыгрыш стандарта. Ни один факт изъятия чего-либо съестного не проходил мимо его нарочито безразличного взора. Все забытое или оставленное хоть на минуту становилось его законной добычей. Поэтому мясо и рыба путешествовали по дому в короткий пас, как шарик у базарного наперсточника, не оставаясь неприкрытыми ни минуты. Рыба же его чуть не сгубила. С3,14здив как-то ночью у соседей через открытую форточку отрезанный хвост здоровенного, килограмма на три чебака, он припер его конечно же домой, и попытался съесть на ковре в гостиной. Банкет закончился тем, что одна из костей, застряв в горле, проткнула ему пищевод и трахею. Я нашел его около шести утра в забившимся под кухонный уголок. Изо рта шла пена, и сам он был похож на рыбу-шар. Часть выдыхаемого воздуха через дырку поступала под кожу, и Кот надувался буквально на глазах. Было утро субботы. Ветеринарка в этот день работала с 12-ти. Нужно было срочно принимать меры. Роль спасителя была возложена на соседку – 75-летнюю еврейку, гинеколога в отставке. Разбуженное ни свет ни заря, бабушко-божий одуванчик с голубыми волосами немного поворчало, но отказать не смогло. Тщательно, по Спасокукоцкому-Кочергину, вымыв желтые костлявые ручонки и надев резиновые перчатки, потухшее светило отечественной гинекологии уверенным шагом победителя вошло на кухню. -Котик, открой-ка ротик. В руке ее в лучах восходящего солнца блистало полированной нержавейкой нечто, напоминающее формой одновременно утиный клюв, большую прищепку и мужской уд. Врожденная сметливость подсказала мне, что данный прибор можно смело назвать 3,14здоскопом. Мои подозрения косвенно подтвердила жена, которая ойкнула, покраснела и стыдливо спряталась в ванну. Удивленный подобной ретирадой Кот небезосновательно решил, что сейчас это устройство, видевшее пизд больше чем интернет-эксплорер, будут совать ему в рот, и перешел к активной обороне, нанеся несколько глубоких царапин своей потенциальной спасительнице. Бой завершился техническим нокаутом и за явным преимуществом одной из сторон. Пока бабулька, желая Коту различных долгих и мучительных смертей, залечивала боевые раны, я через три3,14здыприятеля нашел-таки телефон девчонки–ветеринарши. Договорились на девять. Ветеринарская в нашем городе представляет собой большой кирпичный ангар дореволюционной постройки с бетонным полом. Посреди помещения вмонтирован станок для садомазохистских игрищ с крупным рогатым скотом. За хлипкой ширмочкой стоит обитый металлом стол. Это операционная. Очередная спасительница являет собой полненькую молодую перепуганную девицу, к тому же из моей школы, но лет на пять моложе. - Меня зовут Лена, и ты мне будешь помогать - заявляет она –Крови не боишься? - Боюсь конечно, а что делать то… К этому моменту Кот заполнил собой всю спортивную сумку, в которую был посажен для транспортировки и ее пришлось разрезать. Вколов ему во внутреннюю поверхность бедра какую-то хрень, Лена убежала готовить «операционную». - Он сейчас отрубится, и заноси. Кот не отрубался. Через пять минут укол повторили. Потом еще. Наконец, через полчаса, когда Лена, по ее словам, вкатила уже дозу для теленка, страдалец отправился-таки в царство Морфея. Меня начало подташнивать сразу, как только она стала привязывать кошачьи лапы к столу. Ненавижу медицинские запахи. Распластав кота пузом кверху, она заставила меня держать его голову, а сама, засунув глубоко в пасть пинцет, вытащила оттуда здоровенную зазубренную костомаху. - Этого мало. Нужно его сдуть и обязательно зашить трахею. Я буду резать, а ты держи шею. Можешь не смотреть. Легко сказать, держи шею. Кот к тому времени стал похожим на надутую резиновую перчатку, и понятие шеи было у него столь же относительно, как понятие талии у Лены. Пфииииить – легонько раздалось из кота в тот момент, когда она сделала первый надрез. Я почувствовал дующую снизу в лицо тоненькую струю воздуха, почему-то пахнущего свежей рыбой. В тот же миг я добавил к нему густой аромат вчерашнего борща и утренних котлет, веером расплескав их вокруг операционного стола. -Все? - Как ни в чем не бывало поинтересовалась Лена, – а теперь сдуваем. И мы стали в четыре руки сгонять воздух к разрезу на горле, так как будто сдували матрас на пляже. После того, как Кот стал похожим на сдувшийся шарик (или гондон - кому как нравится), началось самое интересное – операция! По моим ощущениям, когда на преддипломной практике резали котов - у Лены были месячные, ну или там аборт. Тему эту она пропустила. В общем, поиски трахеи превратились в поиски клитора у экипажа подводной лодки. Если б не моя смекалка- искали бы до сих пор. Мылом, говорю, помажь – где пузыри будут, там и дырка. И блеванул еще раз. Но уже в лоток с инструментами, по культурному. А потом вдруг вспомнил, как у Булгакова про трахеотомию читал. Режь, говорю глубже. Нашла… Кот в этот момент, не знаю с чего, начал приходить в себя и метаться на операционном столе, укусил Лену, умудрился освободить задние лапы и снес ими на пол все инструменты. Затем изодрал мне все руки и попытался встать. Несгибаемая русская женщина, оттолкнув меня, грудью придавила к столу беснующегося и всадила ему еще дури. Или святой воды, не помню, потому что мне стало плохо… Той же ночью, Кот получил от жены погоняло Черч – в честь приснопамятного котика из кладбища домашних животных Кинга. Часа в три ночи, несущаяся сломя голову и ноги в туалет, супружница была встречена ковыляющим, пошатываясь, на негнущихся ногах шарообразным существом, издающим булькающее- каркающие звуки. Начался отходняк, и кота пробило на хавчик. Пожрав, он забрался к нам на кровать и принялся вылизывать мне руки. Впервые за всю новейшую историю. Подозреваю, что это было проявление благодарности. Немигающие глаза его при этом были широко открыты и на них были видны прилипшие волоски и кусочки мусора. «Каждый человек сеет, что умеет, и пожинает плоды (с)». Надуваться Кот потом, конечно, постепенно перестал, но мяукать так не научился. А злополучный тот рыбий хвост он на следующий день-таки нашел и доел, для него это было делом принципа. Ибо путь воина – это путь смерти. |
Метки: кошки |
Arduino-кормилка для кошки с охотничьим инстинктом |
Метки: кошки крмление интстинкт |
Любовь зла |
|
Метки: дракон девушка рыцарь |