Подобные альбомы были распространены также у институток.

Оригинал  www.playcast.ru/communities/zapiski/

Конечно, вы не раз видали
Уездной барышни альбом,
Что все подружки намарали
С конца, с начала и кругом.
Сюда, назло правописанью,
Стихи без меры, по преданью
В знак дружбы верной внесены,
Уменьшены, продолжены,
На первом листике встречаешь
Qu'esrirez-vous sur ces tablettes;
И подпись: t. a v. Annette,
А на последнем прочитаешь…

(А.С. Пушкин, «Евгений Онегин»)

В 19 веке у каждой уважающей себя дамы был альбом.
Альбомы в жизни русского общества начала XIX века занимали довольно большое место: к ним относились неравнодушно, даже когда на них сердились:

Я не люблю альбомов модных:
Их ослепительная смесь
Аспазий наших благородных
Провозглашает только спесь…

Это Пушкин.

А между тем даже сердитый поэт писал в альбомы – и далеко не всегда эпиграммы. В альбомы писали Батюшков, Баратынский, Вяземский, Языков…

В XIX веке сложилась форма девичьих альбомов с загнутыми уголками-секретами, где скрывалась надпись: «Кто прочтет секрет без спроса, тот останется без носа»; с надписями на последней странице: «Кто любит более тебя, пусть пишет далее меня». Удивительно – форма альбома практически без изменений прошла через полтора столетия и дошла почти до нашего времени.

Хозяйка давала альбом кому-нибудь из посетителей ее салона с просьбой написать ей стихи. Получивший «задание» из любопытства читал другие записи и реагировал на них. Получался разговор. Конечно, альбомная лирика – это всевозможные мадригалы,(* Мадрига́л (итал. madrigale, от лат. matricale — песня на родном (материнском) языке)

Мадригал был распространён как стихотворный жанр , содержащий комплимент лицу, которому был посвящен. Сюжеты особенно не варьировались, зато развивались различные формы – каламбуры, галантные уподобления, неожиданные концовки.

Когда б вы жили в древни веки,

То верно б греки

Курили фимиам

Вместо Венеры… вам!

Очень часто в альбом вписывались поздравления к каким-либо праздничным датам или событиям.Иногда там можно встретить тематические стихи. Вообще, альбом давал простор для своеобразной альбомной игры.

Проходило время, менялись отношения между людьми. Пушкин, листая альбом Анны Алексеевны Олениной, под стихотворением «Я вас любил, любовь еще, быть может…», вписанным автором в альбом в 1829 году, приписывает: «PLUSQUEPARFAIT – давно прошедшее. 1833»

На обложке альбома часто помещали название: «SOUVENIR» – сувенир, воспоминание. Альбом заполнялся долго, иногда переходил от матери к дочери. Иногда около записей появлялись могильные кресты – знак, что автора записи уже нет на свете. Альбом не только сопровождал человека по жизни – он обозначал его отношения со смертью.

Это уже отражение салонной культуры – в альбоме как бы застыла беседа, которая только что прозвучала в гостиной. В контексте такой беседы многое становится понятно. В альбоме отражается кокетливая беседа- игра, запечатлевается разговор наедине – это не предназначено для печати, но это уже не дневник, который никому не показывают.

Альбомы и сейчас служат драгоценным источником поэтических текстов, многие из которых так и не попали в печать при жизни автора, потому что автор писал их в разные альбомы, применяя мадригал к адресатам.

Альбом передавали по наследству, в нем отпечатывались литературные и житейские интересы, споры, прочитывалась целая историческая переписка.Такой альбом сохранился в семье Даргомыжских.

В альбомах пушкинского круга был принят обмен цитатами, переделки известных стихотворных текстов. Это специфическая альбомная игра – ведь предполагается, что владелец альбома узнал подлинник.

Уместно будет вспомнить, что некогда было даже заключено соглашение жестоко высмеивать "безальбомных" барышень, претендующих на гордое звание "Дамы 19 века"!