Рекомендую для прочтения брат книгу о танках.
Артем Драбкин
Я дрался с Панцерваффе. "Двойной оклад - тройная смерть!"
https://www.litmir.me/br/?b=117320
Из моего:
...Медленно крутя маховичками, Аврам сопровождал "свой" танк:
-Четыреста, триста пятьдесят. Пора!
- Батарея! Огонь!- сквозь стрельбу и грохот разрывов, донесся еле слышно, голос комбата и тут же команда Мишки:
- Аврам! По танку! Под срез башни, бронебойным! Огонь!
- Выстрел!- орудие дернулось, откат, лязг полуавтомата затвора, вылетела гильза, но танк в это время полускрылся в низине. "Мимо!".
- Так, так плавненько,- вполголоса себе.- Выстрел!- сноп искр от башни танка: "Не берет!". А танк заводил уже "хоботом", в поисках пушки. Кругом разрывы, но Аврам ничего не видел.
Время остановилось. Он - Прицел - Пушка- Танк. Танк выплюнул сгусток огня, снаряд лег чуток дальше.
- Выстрел!- рикошет от башни. - Мать твою!!!
И крик Мазурина:
- Аврам! Бей по гусеницам!
Танк опять плюнул:
- Слава Богу, мимо. Не видят нас.
- Выстрел!- мимо.
- Выстрел! - Есть!- танк дернулся, гусеница ящерицей, его крутануло на месте. "Да так хорошо! Борт! Но потом!",- радость. Сразу же откинулся люк, и танкисты посыпались из танка*: 'Гадов надо положить!'.
- Осколочным! Огонь!- Мишка оторвался от пулемета, из которого стрелял и тут же снова приник к "эмгэшке".
Сзади разрыв, ещё разрыв, взвизгнули осколки: "Чуть не попали?".
- Выстрел!- нет выстрела. - Выстрел!- нет. Аврам оглянулся: заряжающий Махмуд Батобаев лежал навзничь, рядом валялся осколочный снаряд, в метре от пушки. Чуть дальше, опрокинувшись на спину, Колька Лукьяненко. Второй, правильный Надыров сидел, привалившись к брустверу, пытаясь судорожно, окровавленными руками, засунуть обратно свои внутренности, вывалившиеся наружу, из разорванного осколком живота. "Ни хрена себе! Ребята! Всех!?!",- горестная мысль, тут же откинутая: "Снаряды!".
Младшой кинулся к снаряду, мельком заметив, что Мишка, бросив пулемет, выскочил из командирского окопа и бежит к последнему ящику со снарядами. Снаряд, канал, лязг затвора, разрыв сзади, визг осколков, жужжащие пули, краем глаза зацепил Мишку, с бронебойным снарядом, подбегающего к пушке.
- Выстрел! Попал!- откат, накат, стук гильзы вылетевшей из канала ствола, разрыв осколочного, догнавший осколками троих, из убегающего экипажа танка. Из-за подбитого танка вынырнул корпус танка.
- Бронебойный!- крик Мишки, убегающего за следующим снарядом.
- Выстрел!- и какая-то неведомая сила приподняла, подкинула младшего сержанта Перекрест Аврама Гордеевича вверх: "Как? Что?". Б о л ь.
И последнее, что он увидел, и отложилось в меркнущей памяти, это странно летевшее вверх колесо от его пушки и небо, небо голубое, с кудряшками облаков и клин журавлей улетающих на юг.
"Мама! - Боль!- Боль!". Мрак!