Почти автобиографическая повесть
о холодильнике ЗИЛ, телевизоре "Панасоник"
и об отставном полковнике.

Вальяжный старый холодильник ЗИЛ -
лет тридцати, а может даже с лишком,
на кухне добросовестно служил,
хотя страдал трясучкой и одышкой.
Ну, а в гостиной новый Панасоник
висел напротив кресла и вещал,
а в кресле отставной сидел полковник….
смотрел его, пил водку и дремал…
И в этой дреме он, как будто, слышал,
как телевизор плоский Панасоник,
из комнаты тихонько боком вышел,
и в холодильнике нашарил джин и тоник.
Затем хлебнул, задумался и всхлипнул,
и к стенке прислонившись, задремал,
тут, холодильник дверцей тихо скрипнул:
- Ну что, дружок, я вижу, ты устал?
Заметно, грустен ты, экран темнее ночи,
вон, выпивать стал… думаешь, поможет?
и наш хозяин, пить стал, между прочим,
из-за тебя, панель, спивается, похоже…
- Как тут не пить? – панель хлебнула джину,
- мне бред нести с утра и до утра,
вещаю ужасы и страшные картины,
что пробирает, бля, до самого нутра.
- Да! – вздрогнул ЗИЛ и заурчал мотором,
- Несешь ты, извиняюсь, чистый бред,
и бред несешь такой, что очень скоро…
сопьется отставник – шестидесяти лет…
- Жениться бы ему, да на хорошей бабе!
- Так, где ж ее найти – он вроде староват?
- Хозяин наш не стар и как мужик не слабый,
я помню, как под ним, и стонут, и кричат...
- Не каркай, старичок, вот, бабу приведет,
на кухню та зайдет, увидит старый ЗИЛ-
тогда тебя хозяин на свалку отвезет,
и, как ты говоришь? - "хозяину служил"?
И эхом отозвалось "служил, служил, служ и и и л..." -
полковник вдруг очнулся, панель со стенки снял…
и долго Панасоник над городом кружил….
А старый холодильник довольно заурчал…
----------------------------------------------------------------
Писатель ставит точку, встает, идет к окну:
Там за окном «панели», как стая журавлей,
А старые "Рубины" в прудах идут ко дну,
И стали люди больше напоминать… людей…