На селе у бати был позывной «Хирург». Он последние годы (как раз горбачевская борьба) возил врача на санитарке, выпивал с ним спирт, когда же он кончался, переходили на рецептную «Настойку боярышника», например. Их настоек много было, но по рецепту, а печать правильно, у них была. Как-то в отпуске я находился дома, отец с Сергеем Михайловичем, врачом, сторожко подъезжают к дому за мной. Близко не подъехали, ибо могли под арест попасть у мамы. Поэтому в проулке остановились и гонца, соседского мальчишку с наказом:
– Шоб взял пустую трехлитровую банку!

Так вот через пяток минут я с банкой в таблетке УАЗе «Скорой», которую ещё прозвали на селе «нескорая». Ибо когда она была нужна, то. То её с огнем не сыщешь, а когда не нужна, она у больницы стоит, сияет. А как ей не сиять? Ведь больные по очереди её мыли, врач ентому делу научился на службе «двухгодюшной» в санбате. Там же больных солдатиков лечат трудотерапией, так и здесь было. Организмы ж одинаковые, что у солдат, что у сельчан. Не хошь мыть, выписывайся, свято место не быват…

Короче, банку сразу у меня отобрали и колдуют в кабине «хирурги». Глянул, переливают эскулапы пятидесяти граммовые бутылочки в банку. Да ловко так, ни одна капля мимо и до конца сливают! В упаковке 50 штук, вот два с половиной литра пользительной жидкости в кармане и. И дальше берег речки. Эт тогда отец разбудил меня, спящего в салоне:
– Иди капитана запаса, притащи в машину, вон на берегу валяется!