Спасибо!

Пасибо!

Спасибо Зина!

- Кукаруку! кукареку!- Василий открыл глаза:"Утро!?!" – скосил лиловый: «Жена спит рядом. Что вчера?». Жизнь «оборвалась», когда они заехали в сельмаг, где работала Васькина одноклассница продавцом и взяли в долг пяток бутылок «Дубравы». И когда, не отходя от «кассы», возле магазина приговорили первую, вот после этого у Василия нарисовалась нирвана. «Так что? Ага, есть! Как подлетели к тещиному двору, вспомнил: музон был - Арлекино, арлекино …! Маг лежал у Кольки большого на коленях, мы с ним сидели, Колян «Маленький», стоя на телеге, придавал бичом ускорение Серку. Тот чувствуя, что пассажиры у него русские - а какой русский не любит быстрой езды, шел хорошей иноходью. Так, бочки загрузили, теща не вспоминалась, наверное, дома не было, а то бы бочки ни дала:- Потеряете!Но как, же болит голова и бок, почему-то?»,- Василий осторожно встал, чтобы жену не разбудить и прошел из спальни в зал. Там, в баре стенки, стояла бутылка водки, настоянная на березовых почках. Теща ею суставы мазала. "То, что надо! Плохо одному пить! Но, надо! Кому сейчас на селе легко? Ладно, душа примешь рюмку? Нет, ну и ладно, отодвинься!- Василий, под выплывший в памяти анекдот, принял рюмку и сразу же налил вторую. Теперь покурить? Не, еще одну! Осторожно, чтобы не заскрипел пол, вышел через кухню на улицу. А там, та же идиллия: « И во дворе никого! О! Племяш! «Большого» сын, крестник»:- Леха, дуй сюда! Привет! Ну доложи, что было вчера?