Первый час ночи – звонок редактора отдела вырывает из сладкого небытия в суровую столичную субботнюю реальность.

 

- Саня, извини, что так поздно. Немцова убили. Четырьмя выстрелами в упор. Или семью. В центре Москвы. Чуть ли не у Кремля. Пиши, что думаешь по этому поводу.

 

Что я думаю? Что сам бы сейчас убил ту скотину, которая застрелила Бориса Ефимовича. Понятное дело, я охранитель режима по убеждениям. И мне Немцов не нравился никогда. Но вот чтобы вставать из-за его гибели посреди ночи, после того, как сладко заснул по окончании рабочей недели? Да я бы сам сейчас застрелил того киллера, что выпустил несколько пуль в Бориса Немцова.

 

Что он мог, он уже совершил. Сначала, как политик во власти во времена Бориса Ельцина в Нижнем Новгороде и Москве. Потом как оппозиционер в той же Москве. Аж глава МВД приехал на место убийства. Сочувствую. И родственникам Немцова, и министру.

 

Еще думаю, что такое демонстративное убийство - стиль не нынешнего времени. Что решивший судьбу Бориса человек как будто проснулся после лет эдак десяти-пятнадцати заморозки и начал решать проблемы теми методами того времени, когда и какими он привык решать проблемы. Или добиваться своих целей.

 

Соратники Немцова всполошились. «Убили у стен Кремля», «ясно кто», «режим перешел красную черту». Бывший депутата Госдумы Геннадий Гудков вообще выступил в своем микроблоге: « Ответим на убийство Немцова всеобщим выходом 1 марта на Марш «Весна». Это лучшее, что мы можем сделать сейчас. Прошу ретвита». Завтра, а вернее сегодня утром пророчу выход западных и наших либеральных СМИ с аршинными заголовками на первых полосах: «У стен Кремля убит противник Путина». Или что-нибудь еще такое в этом роде. В Твиттер, да и просто в интернет до воскресенья можно не заходить. Деятели оппозиции тут же стали пиарить свое шествие в воскресенье.

 

Вот интересно, они действительно думают, что они такие страшные для власти, все из себя революционеры, которые завтра Кремль захватят. Кому и какую угрозу представлял этот жуир, бабник и веселый компанейский человек, на долях процента (реальный масштаб популярности) завоевавший с трудом место в заштатном облсовете? Причем, заметьте, не в том регионе, где был губернатором (там, видимо, шансов не было совсем). Звучное имя героя вчерашнего дня. Среди лидеров даже нынешней оппозиции он был во втором эшелоне. Если не в третьем. Не та эта политическая фигура, которой тому же режиму или кому бы то ни было стоит опасаться или бояться. Тем более, настолько, чтобы решать вопрос так кардинально. Со своей поддержкой в 0,5%, которая меньше статистической погрешности.

 

Должен он был там кому или нет. Со своей девушкой гулял, приехавшей в Москву 23-летней украинкой, или с чужой. Вот честно, не знаю я этого всего. Но это более вероятные версии мотивации заказчика, чем заказ от власти. Да еще перед шествием 1-го марта. Тут, честно говоря, больше попахивает методами покойного ныне Бориса Березовского. Но не всем удается вовремя и благополучно для себя соскочить с поезда с билетом в одну сторону, как посчастливилось в 2004-м тому же Ивану Рыбкину. К тому же, семь выстрелов. Это уже не профессионализмом попахивает, а личной местью, ненавистью или неумелостью.

 

Если в основе заказчиков убийства личные мотивы, то это может быть все, что угодно.

 

Если это политика, то, скорее, дело рук противников Кремля. Вот только новой головы Гонгадзе из Немцова не получится. Не та фигура. Ему даже Болотная свистела в свое время, сгоняя с трибуны. Хотя сейчас начнутся воспоминания о «светлой личности» со стороны тех, кто при жизни его ненавидел и всячески подсиживал.

 

Если это политика, то кто угодно, но не власть. Имя все же звучное. Убийство резонансное. Просто по логике, пусть и цинично – зачем резонансом увеличивать число протестующих прямо перед маршем?

 

Только затем, чтобы не ограничиваться во время шествия просто маршем, а попытаться выйти на новый уровень протеста? Тогда уж сами судите, кому это надо.

 

Александр Гришин