Ее называют Джульеттой белорусского средневековья, средневековой Еленой Прекрасной. Белорусский литератор и краевед XIX века Владислав Сырокомля писал, что ее судьба «…более печальна, чем история прославленных коронованных мучениц Анны Болейн, Джоанны Грей или Марии Стюарт». Ее возлюбленного называли польским Ромео, современники называли их роман «любовью века»…



В этом романе было все: беззаветная любовь, противодействие родных, тайный брак, королевская корона… И даже завершающий штрих, который вот уже несколько столетий делает эту любовную историю столь привлекательной для художников, поэтов и драматургов. Яд, отрава, поданная в кубке вина. Или еще более романтическая версия – отравленное яблоко (как тут не вспомнить историю Евы и Змея). Причем, половину яблока съел отравитель – и остался жив и здоров, а другая половина, отравленная, досталась несчастной влюбленной…

Если уж совсем точно, то не отравитель, а отравительница. Все было, как и положено в сказках: влюбленный принц, его возлюбленная, тайно с ним обвенчанная, и злая свекровь.

Так и хочется повесить плакат: «Женщины! Будьте бдительны! Не все свекрови одинаково полезны!».

Речь идет о красавице Барбаре Радзивилл (1520-1551), которая против воли короля и королевы Польши вышла замуж за их сына, великого князя литовского Сигизмунда Августа. И была отравлена после признания брака и коронации (1550) своей свекровью, Боной Сфорца, коварной итальянкой из рода Сфорца (sforzzare (итал.) – принуждать, навязывать свою волю, вот уж действительно знаковая фамилия!). Сфорца были в родстве с Борджиа и Медичи, отличались той же необузданностью нравов, желаний и склонностью решать проблемы с помощью яда. «Есть яд – нет проблемы!» – таков мог бы быть девиз этих родов.

Легенда о Черной Даме необычайно красива. Жила на свете красавица, Барбара Радзивилл. Воспитывалась в древнем замке. Изучала языки, стихосложение, математику, верховую езду и танцы. Все то, что полагалось девушке из такого рода, и еще немного сверх того. Она была не только красавица, но и умница.

И повстречала она прекрасного принца – великого князя литовского Сигизмунда Августа. Они полюбили друг друга, и Сигизмунд женился на своей избраннице. Правда, тайно. Потому что его родители были категорически против. Но умер старый король, и Сигизмунд II Август представил свою прекрасную жену сейму. «Вот она, великая княгиня литовская и королева Польши!». Однако, вместо того, чтобы восхититься достоинствами юной королевы, шляхта возмутилась и потребовала расторжения брака. Говорят даже, что один из магнатов заявил: «Я скорее соглашусь видеть на польском престоле султана турецкого, чем Барбару Радзивилл!».

Но король был упорен. Будто бы даже сказал такие слова: «То, что свершилось, переменить нельзя, и вам надлежит просить меня не о том, чтобы я нарушил слово, которое дал жене, а о том, чтобы сохранить слово, данное каждым из нас. Я дал слово быть верным моей супруге и не нарушу его, пока Господь Бог будет оберегать меня на этом свете. Для меня дороже слово чести, чем все государства мира».

По другой версии король сказал: «Я ведь не только последний внук Ягеллончика, но я еще и человек, как и все мы… грешные. А любовь – дело сердца и совести каждого христианина. И вы знайте: да, я безумно люблю Барбару…».

Но королей, как известно, не находят в капусте. У них обязательно имеются родители. И если старый король умер, то старая королева (кстати, не такая уж и старая) благополучно здравствовала. Ее грызла ненависть к жене сына – ведь теперь она стала королевой, у нее была власть и любовь.

И старая королева отравила невестку. Будто бы поднесла ей за обедом яблочко, да еще и разрезала его пополам: «Съедим его вместе в знак примирения и вечной любви между нами». А нож, которым яблочко резала, предварительно смазала ядом с одной стороны.

История Евы и Змея. История Белоснежки и злой королевы. История Спящей Красавицы и ее мачехи. Все – в одном флаконе. Кстати сказать, Бона Сфорца получила прозвище «коронованная змея»…

Прекрасная королева съела отравленную половинку яблока, тяжело заболела, истаяла, как свеча, и умерла на руках у неутешного короля.

Король, похоронив королеву, только о ней и мог думать. Забросил дела, просиживал днями перед портретом любимой. «Приди хоть на миг!», – уговаривал он. В конце концов, король прибегнул к помощи магов. И они вызвали дух прекрасной Барбары в таинственной комнате, уставленной зеркалами и свечами. Она явилась, сияющая красавица в белом, протянула тонкие, нежные руки к возлюбленному королю. Король бросился к жене, коснулся ее рук…

Раскатился гром, сверкнула молния, клубы дыма скрыли прекрасную белую фигуру, а по комнате поплыл тяжелый трупный запах.

Но такова была сила любви короля, что дух его любимой остался на земле. Призрачная Барбара поселилась в Несвижском замке Радзивиллов, дожидаясь смерти мужа. Он должен был приехать туда в последний свой час, чтобы после смерти влюбленные могли воссоединиться.

Но Сигизмунд II Август умер неожиданно и в Несвиж не приехал. А Барбара все ждет… С момента смерти любимого она является в черных одеяниях, как знак траура по загубленной своей жизни и любви.

Очаровательная легенда, которая так и просится в роман. У меня лично прямо чешутся пальцы, чтобы написать романтическую историю…

Вот только одно останавливает – а была ли она такой уж романтической?

Существует еще одна версия смерти молодой королевы. Барбара до встречи с Сигизмундом была замужем за Станиславом Гаштольдом. Правда, недолго. Через три года после свадьбы она стала вдовой. И болтали злые языки, что была Барбара в своем вдовстве необычайно любвеобильна. Будто бы только за 10 месяцев вдовства она сменила 38 любовников, причем, не обращая ни малейшего внимания на их социальный статус, а ориентируясь лишь на «интимные достоинства». Болтали, что вдова совращала конюхов, крепостных и даже монахов.

Радзивиллы же, мечтающие о короне, попросту свели очаровательную Барбару с Сигизмундом. Поймав же любовников в весьма недвусмысленном положении, тут же заставили Сигизмунда жениться – ксендз ждал за дверью спальни. «Дабы смыть пятно с чести сестры нашей и с чести нашего рода…», – пояснили строгие братья.

Польше этот брак ничего не давал. Все «бонусы» отходили только Радзивиллам. В том числе и земли, на которые уже наложила свою нелегкую ручку Бона Сфорца – старая королева отчего-то предпочитала белорусские, а не польские земли, чем откровенно стояла поперек горла Радзивиллам.

Но сейм смирился. Бона Сфорца поскандалила, но что ж делать…

Вот только старые грехи отбрасывают длинные тени. И любвеобильность прекрасной Барбары принесла свои плоды в виде венерического заболевания. От которого она и умерла. Король же, не желая верить всему, что говорили о его любимой жене, обвинил в ее смерти мать.

По еще одной версии причиной смерти Барбары явилось отсутствие наследника – что для королевской четы смерти подобно, а для королевы означает либо монастырь, либо могилу. Будто бы Барбара заболела из-за лекарств от бесплодия, которые и свели ее в конце концов в могилу.

Но что интересно – даже самая неромантическая, «венерическая» версия смерти Барбары не отрицает того, что обожавший ее король вызывал дух. И что дух этот все еще ожидает своего возлюбленного в старом Несвижском замке.

Говорят, что призрак Барбары теперь предрекает несчастья. Например, его видели в 2002 году, перед пожаром в замке. Некоторые экскурсанты утверждают, что своими глазами наблюдали, как Черная Дама проплывает по замковым коридорам. И вы вполне можете попробовать встретиться с призрачной красавицей.

София Варган