Одно из красивейших зданий Москвы - Дом Пашкова. Это здание хорошо знакомо и москвичам и гостям столицы, красивый белый особняк с колоннами около библиотеки имени В.И.Ленина. У этого творения архитектора Василия Ивановича Баженова очень богатая история, с множеством загадок и легенд.  Так одна из них гласит, что получив в 1784 году заказ на строительство дома для разбогатевшего помещика П.Е. Пашкова (сына денщика Петра I), В.И.Баженов, находясь в обиде на императрицу Екатерину II за то, что та отвергла его проект в конкурсе на реконструкцию Московского Кремля, поставил вновь построенный дом так, что тот как бы "отвернулся" от Кремля. Действительно это так - главный фасад Дома Пашкова находится во дворе, а на Кремль смотрит "задняя часть" архитектурного строения. Такова была "месть" архитектора высокопоставленной хозяйке Москвы.

Долгое время Дом Пашкова использовался москвичами как смотровая площадка. С террасы дома можно было обозревать окрестности Москвы. Об этом написано и у Михаила Афанасьевича Булгакова в "Мастере и Маргарите":  прощаясь с первопрестольной, Воланд и Азазелло стояли "высоко над городом, на каменной террасе одного из самых красивых зданий в Москве, здания, построенного около полутораста лет назад". А есть еще и один уже исторический факт, во время которого почетный гость Москвы встал перед ней на колени, именно здесь на площадке Дома Пашкова. Этот момент и запечатлен на картине русского живописца Николая Сергеевича Матвеева. 

В мае 1818 года король прусский Фридрих Вильгельм III приезжает в Россию по случаю рождения внука, великого князя Александра Николаевича (будущего императора Александра II). Король и наследный принц, будущий Фридрих Вильгельм IV, ходят по Москве в русских мундирах с лентой ордена Андрея Первозванного. Посещение Москвы, древней столицы, принесенной в жертву ради общей победы над Наполеоном, венчается романтическим поступком: поднявшись на бельведер Пашкова дома, Фридрих Вильгельм опускается на колени со словами "вот наша спасительница". Это событие стало достоянием общественной жизни и вписало еще одну славную страницу в историю Дома Пашкова, и оставило свой след в живописи.