Сегодня православные прославляют Алексия Карпаторусского.

Хочется верить, что предстоящая канонизация о. Алексия станет началом процесса прославления всего сонма карпато-русских святых, а Свято-Никольский монастырь в Изе станет русинской Лаврой.

После смерти настоятеля прихода подкарпатского села Иза о. Ивана Раковского воспитанное им поколение стало думать об открытом переходе в Православие. Хотя в Австро-Венгрии по конституции была обеспечена религиозная свобода, на практике либеральное законодательство "просвещенной Австро-Венгерской монархии" не распространялось на православных. Так, можно было переходить из римо-католичества в какую угодно религию, даже в иудейство, но только не в Православие. Поэтому, когда жители села Иза заявили властям о своем возвращении из унии в православную веру, начался их крестный путь.

В 1903 году крестьяне села Иза в одно из воскресений пропели в церкви Символ веры, исключив из восьмого члена слова "и от Сына". Этим прихожане фактически заявили о своем переходе в Православие. Тотчас село было наводнено венгерскими жандармами. Начались поголовные обыски, конфисковали все богослужебные книги и даже иконы. Жандармы простояли в Изе несколько месяцев, отбирая у крестьян провизию, всячески притесняя их и глумясь над женщинами. Долго терпело беззащитное население всевозможные обиды. Наконец, доведенные до отчаяния, некоторые стали поговаривать: "Пора прийти русским и выгнать мадьяр!" Этого стало достаточно, чтобы возбудить дело о государственной измене.

Многих крестьян арестовали, а 22 человека были привлечены к суду.

Дело, названное "Первый Мармарош-Сигетский процесс", слушалось в 1904 году, при этом обвинение в государственной измене было заменено на неопределенное обвинение в "подстрекательстве против мадьярской национальности". Крестьян Иоакима Вакарова, Василия Лазаря и Василия Каменя приговорили к 14 месяцам тюрьмы и, сверх того, к уплате огромного денежного штрафа. Кроме того, им присудили огромные судебные издержки. Все эти меры разорили крестьян, хозяйство которых и так было сильно подорвано жандармским постоем и административными штрафами, взимавшимися, когда главы семейств находились в заключении. С молотка были проданы за бесценок земля, дома, скот, домашняя утварь.

Крестьяне вышли из тюрьмы нищими, их семьи ютились у односельчан и жили на средства православной общины села Иза. Но Иоаким Вакаров и его товарищи не пали духом и занялись поденным трудом. Несмотря на то что село Иза находилось всего в пяти верстах от города, правительство распорядилось на средства крестьян построить в селе жандармскую казарму. Вскоре Иоаким Вакаров был схвачен жандармами и умер под пытками. Крестьяне погребли его без священника, с пением "Святый Боже".

Смерть Вакарова только усилила православное движение. В Православие перешли многие села - Лучки, Теребля и другие. Крестьяне занялись поиском священника, и с этой целью обратились к сербскому епископу Богдановичу в Будапешт. Богданович испугался конфликта с властями и не принял делегацию. Тогда крестьяне отправились в Карловцы к сербскому патриарху Бранковичу (тогда все православные венгерской части империи находились в юрисдикции Сербской Церкви). О русских священниках нельзя даже было и думать. Только позже юрисдикции Русской Церкви над Карпатами добился архиепископ Антоний (Храповицкий), но для этого потребовались вся энергия и талант этого выдающегося архиерея.

Патриарх Бранкович так описывал этот визит: "Явились ко мне крестьяне из села Иза, просили принять их в лоно Православной Церкви и прислать священника. Я долго с ними беседовал, наконец сказал им, что ввиду правительственного террора не решусь дать им священника. Потупились русские крестьяне, затем, очнувшись от горя, громко и твердо сказали мне: "Ты православный святитель, но мы вызываем тебя на Страшный суд, и ты дашь ответ Господу Иисусу Христу". Тут я уж смутился духом и решил исполнить свой долг. Призвал к ним священника Петровича и... обещал послать его к ним. Но тем временем мукачевский униатский епископ, узнав, что село Иза получит православного священника, поспешил в Вену и доложил императору, что если появится в той местности православный священник, то он, епископ, останется без епархии, так как народ немедленно перейдет в Православие. И король-император повелел передать мне, что он не желает назначения православного священника в село Иза. В Австро-Венгрии, где конституция - всего лишь фикция, желание короля... и я священника не послал, и теперь суди меня Бог на Страшном суде".

Жители Изы сами совершали требы, а детей тайком посылали в Буковину к румынскому священнику, который их крестил. Построенный крестьянами молитвенный дом был разрушен жандармами, а самим верующим запретили собираться на общие молитвы. Однако вслед за Изой целые села стали переходить в Православие.

В 1910 году Угорская Русь получила, наконец, своего религиозного вождя в лице иеромонаха Алексия (Кабалюка). До сих пор существует предание, которое передается из поколения в поколение, как весной 1910 года по приглашению местных жителей в село тайком, в телеге, накрытой сеном, прибыл о. Алексий.

Этот подлинный исповедник Православия родился 12 сентября 1877 года в карпато-русской деревне Ясенье, в семье лесоруба Ивана Кабалюка. Мальчика назвали в честь святого благоверного князя Александра Невского. В детстве он поступил послушником в униатский монастырь Кишь-Баранья, но его чуткая душа не могла примириться с ложью унии; он бросил униатский монастырь, и бежал на Афон, где нашел пристанище в русском Свято-Пантелеимоновом монастыре и принял Православие. Оттуда его направляют в Россию, где он становится послушником Яблочинского монастыря на Холмщине.

Тамошний архиепископ Евлогий (Георгиевский) рукополагает его в иеромонахи 15 августа 1910 года. Слух о нем дошел до крестьян Изы, и они обратились к о. Алексию с просьбой стать у них священником. Никакие препятствия, муки, гонения не могли остановить о. Алексия перед тем, куда звала его горячая вера и желание дать своему народу духовную опору. Пастырь не хотел жить на средства прихожан и работая точильщиком. Он обходил все села, перешедшие в Православие, совершал требы и таинства, наставлял и укреплял в вере.

В селе Иза он в один день крестил 200 детей и причастил более тысячи верующих, а в течении двух дней крестил 400 крестьян из соседних сел. По данным венгерской газеты "Оз ешт" ("Вечер"), за это время только в одной Мармарощине перешло в Православие более 14 тыс. человек.

Эти цифры наглядно свидетельствуют о размахе православно-русского возрождения в Угорской Руси. В ответ усилились гонения. Жандармы окружали церкви, обыскивали дома, отбирали книги, образа, крестики и молитвенники. На крестьян налагали непосильные денежные штрафы, во все села были введены жандармы, закрывались молитвенные дома. Всех перешедших в Православие сажали в тюрьмы. Но в ответ все новые села переходили в Православие. На о. Алексия началась настоящая охота, и он был вынужден бежать в Америку, где находилась большая карпато-русская колония.

Там он, вместе с священномучеником Александром Хотовицким, продолжал свой миссионерский подвиг, и сотни тысяч карпато-россов вернулись к вере отцов. Отец Алексий вел обширную переписку со своей карпато-русской паствой, и австро-венгерские власти стали арестовывать каждого, кто получал письма с американской маркой. В тюрьму были брошены несколько сот человек, в том числе все родственники отца Алексия.

Жандармы прибегали и к пыткам. Православных подвешивали к дереву так, чтобы ноги не доставали до земли. Через час такого висения из носа, горла, ушей текла кровь. Если несчастный начинал терять сознание, его поливали водой и продолжали истязания. В селе Лежие под пыткой умерла женщина. Многие прошли "мучилищное дерево", но от Православия не отреклись. Другие искали спасения в лесах и горах. Так, одиннадцать девушек, которых наставляла сестра о. Алексия Василиса, тайно приняли постриг, удалились в горы, построили в лесу дом, и жили там по монашескому уставу. Жандармы, узнав об этом, нашли их, сорвали одежды, и в одних рубашках загнали в реку, продержали в ледяной воде два часа, а затем бросили в тюрьму. Вот имена этих святых исповедниц: Мария Вакарова, Пелагея Смолик, Анна Вакарова, Мария Мадор, Пелагея Тусть, Пелагея Щербань, Параскева Щербань, Юлианна Азай, Мария Прокун, Мария Довганич, Анна Камень.

В 1910 году православные люди, оставшиеся без священника, обратились за содействием к России. В русский Яблочинский монастырь Холмской епархии были отправлены кандидаты для рукоположения: Василий Камень, Василий Вакаров и другие. Архиепископ Евлогий (Георгиевский) и граф В. А. Бобринский с любовью их приняли и устроили в монастыре.

Жители села Иза собирались на молитву у крестьянина Максима Прокопа, а его племянница Иулиания Прокоп в 1913 году пострадала за Христа и стала святой исповедницей. Совсем юной девушкой она организовала в селе православную женскую общину, которая жила по монашескому уставу.

23 июля 1913 года начался второй Мармарош-Сигетский процесс - венгерский королевский прокурор Андор Иллеш в Мармарошском Сигете передал суду акт за №5919/1913 , в котором говорилось: "Мною обвиняются: Александр Кабалюк (в иночестве Алексей), 36 лет, униатского вероисповедания, лесной рабочий (русский монах), родившийся и живущий в Ясенье". Далее перечислялись еще 94 обвиняемых, в том числе православные священники о. Григорий Грицак и о. Николай Сабов, остальные - крестьяне Иза. Отец Алексий добровольно вернулся из США. "Означенные лица, - писал прокурор, - находятся в сношениях с графом Владимиром Бобринским, русским подданным, председателем "Русского Национального Союза", членом Думы и Синода, с Евлогием Холмским, Антонием Житомиро-Волынским, православными русскими епископами, с афонскими, холмскими, киевскими, почаевскими и яблочинскими монахами и получают от них денежную поддержку. С этими лицами, кроме того, с врачом Романом Геровским, адвокатом Алексеем Геровским и инженером Георгием Геровским в Черновцах (Буковина), они вошли в соглашение с целью обратить униатских жителей государства, живущих в Мармароше, Угоче и Переи, в православную русскую веру... Все это сделалось с целью присоединения означенных территорий к русскому государству и подчинения их скипетру русского царя. Руководствовались они отчасти соображением материальной выгоды, отчасти же любовью к православной русской вере, которая служит национальной русской идее".

Специально прибывший на процесс граф Бобринский дал достойный ответ, подловив обвинителей на элементарной нелепости обвинений: "...Указывается, что в двух корчмах православные предъявляли "копейки и рубли", это свидетельствует, что движение поддерживается из-за границы. Какая наивность! Неужели бы мы не сумели разменять рубли на кроны ранее, чем раздавать их угро-россам?.. Прокурору хорошо известно, что не материальной выгоды ищут православные, не богатеют они. Они разорены штрафами, постоем войск и тюремным заключением. Но прав, вполне прав прокурор, когда он говорит, что его жертвы "руководствовались любовью к православной русской вере". За это, конечно, их и держали в тюрьме, за это их ныне и судят..."

Последнее слово взял о.Алексий. Он торжественно заявил: "Где правду ищут, то место святое, как Церковь. Здесь предстоят верующие и я, как священник. Я в этом храме присягаю, что я - невинный и ничего не делал против отечества. Все то, что мы совершали, делали во имя религии, а потому в этом деле последнее слово скажет Христос".

Обвиненные зарыдали, тронутые этими словами. Председатель сената нетерпеливо закричал на о. Алексия. О. Алексий продолжил свою речь: "Какой ни будет приговор, мы его примем. Если нам придется страдать, мы будем страдать за святое дело. Я прошел три части земного шара, был в Америке, когда узнал об обвинении, и немедленно поспешил домой, тянула меня любовь к отечеству. Если стадо страдает, место пастыря - среди страдающих. Там, горе?, - он поднял руки к небесам, - там знают, что нами руководит только религиозная правда, а не противогосударственная деятельность" ("Русский народный голос". Ужгород. 29 декабря 1933 года).

Разбирательство длилось два месяца, 3 марта 1914 года был оглашен приговор - о. Алексий (Кабалюк) был осужден к 4 годам и 6 месяцам и штрафу в 100 крон, отец Николай Сабовок - к 3 годам, остальные получили от 2,5 лет до 6 месяцев. Вскоре после окончания суда император Николай II даровал о. Алексию золотой наперсный крест за его исповеднический подвиг, а в православных храмах России были проведены молебны во славу его подвига.

Во время процесса жандармы ночью ворвались в село Иза и схватили Иулианию Прокоп с сестрами. Их отправили в казармы, где долго пытали, заставляя отречься от Православия. Затем, облив на морозе водой, жандармы вывели девушек на улицу для устрашения селян. Здесь их обнажили и долго нещадно били. Они выводили исповедниц босыми, с неприкрытой грудью, долго водили их по селу, издевались, надеясь на отречение от Православия. Однако улицы села были пусты, а жители с негодованием отнеслись к беззаконию, хотя помочь ничем не могли. Униатский священник Андрей Азарий, который вызвал полицию, велел привести к себе Иулианию. Он снова пытался убедить ее отречься от Православия, обещал заступничество, если она хотя бы притворно отречется от "московской веры", говорил: "Мне жаль тебя, зачем ты, такая юная, обрекла себя на истязания". Однако Иулиания осталась неколебимой, и пытки продолжались еще три месяца. Никто из сестер Иулиании также не отрекся от Православия.

В начале 1914 года из России в село Иза прибыли иеромонахи о. Амфилохий (Василий Камень), о. Матфей (Василий Вакаров) и о. Серафим (впоследствии он был убит на войне). Они сразу же были арестованы и отвезены в город Хуст. Первых двух выпустили из тюрьмы и отправили под домашний арест, а отца Серафима отправили в армию. Когда началась Первая мировая война, был арестован о. Амфилохий и сорок крестьян. О. Амфилохий был приговорен к 4 годам тюрьмы.

Иулианию Прокоп с сестрами тоже арестовали и под конвоем отправили в город Хуст. Перед вступлением в этот город русской армии тюремщики отпустили сестер. После отступления русских сестры остались верны православной вере, собираясь для молитв ночью. За духовным руководством они ходили к о. Амфилохию в Кошицкую тюрьму.

В 1917 году - снова домашний арест всех сестер, на этот раз строжайший. Они должны были являться по три раза в день в жандармерию для допросов и истязаний. В 1918 году жандармы избили Иулианию до полусмерти. Все тело ее было покрыто ранами, разбита голова, сломан нос. Все эти пытки сопровождались уговорами отказаться, хотя бы внешне, от исповедания православной веры и монашеского образа жизни. Но Иулиания не отреклась. Ее, окровавленную и обезображенную, жандармы отнесли в подвал и засыпали песком. К подвалу поставили служанку, чтобы никто не мог туда проникнуть.

На четвертый день Иулиания очнулась. Жандармы, не ожидавшие, что она выживет, отнесли ее к отцу и вызвали врача. Однако Иулиания отказалась от врачебной помощи, и была исцелена чудом Божиим.

Когда в Венгрии произошла революция, православных русских оставили в покое. Отец Амфилохий продолжал служить в Изе, потом отыскал остальных священников-изян. И проповедь Православия на Карпатской Руси продолжилась.

После падения Австро-Венгрии Подкарпатская Русь оказалась в составе Чехословакии. Прокатолическое чешское правительство продолжило борьбу с Православием в Карпатской Руси. Предусмотренная Сен-Жерменским договором 1918 года автономия Карпатской Руси не была дарована, продолжалось насаждение унии и "украинизация" - культурная униатская экспансия; и то и другое, впрочем, - быстро провалилось.

В 1939 году 83% карпато-россов проголосовало на референдуме за русский язык. У молодого чехословацкого государства не было мощного репрессивного аппарата, без которого оно не могло подавить возрождение Православия. Иулиания Прокоп была в 1924 году пострижена в монахини с именем Параскева и стала игуменьей женского монастыря города Мар-марош. Похоронена она в Свято-Никольском монастыре в Мукачево.

Вернувшись из заключения, отец Алексий (Кабалюк) до конца жизни оставался в основанном им Свято-Никольском монастыре села Иза, созданном возле храма, в котором служил отец Иоанн Раковский. Он продолжил свою миссионерскую деятельность. Уже в 1920 году в Мармарошском округе в селах Иза, Быстрый, Го-ринчево, Уйбарово, Липча, Селище, Теребля, Кошелево в Православие перешло все население.

В 1921 году, 19 августа, отец Алексий открывает собор Карпато-русской Православной Церкви. На него съехались делегаты (более 400 человек) со всех православных сел края. Делегаты приняли Устав и официальное название "Карпато-русская Восточная Православная Церковь".

Еще со времен Австро-Венгрии Подкарпатская Русь находилась в юрисдикции Сербской Церкви. Из-за гонений на Православие в России съезд решил остаться в сербской юрисдикции, к тому же Сербская Церковь наиболее близка Русской, ее тогдашнее священноначалие - выпускники российских духовных школ, в Сербии располагался центр русской церковной эмиграции. Ее лидер, митрополит Антоний (Храповицкий), серьезно помогал карпато-россам, на Пряшевскую Русь был отправлен знаменитый миссионер архимандрит Виталий (Максименко), бывший до революции начальником типографии Почаевской лавры. Он основал монастырь св. Иова Почаевского на Пряшевщине, пригласил туда старцев из Валаамского монастыря, начал издавать газету "Православная Карпатская Русь".

Также Подкарпатской Руси помогала знаменитая Битольская духовная семинария в Сербии, в частности такие ее выдающиеся представители, как святитель Иоанн (Максимович) и преподобный Иустин (Попович), который некоторое время служил на Пряшевщине. Подкарпатская Русь приняла около 11 тыс. русских белых эмигрантов, среди которых отец Василий Пронин, ставший старцем-схиархимандритом и написавший уникальный труд по истории карпато-русского Православия (скончался в 1996 году).

Тем не менее возрожденное в Карпатах Православие ждало еще одно испытание - попытка раскола. Во времена Константинопольского патриарха - обновленца и экумениста Мелетия (Метаксакиса) и его последователей, "прославившихся" поддержкой советских обновленцев и жестокими гонениями на валаамских монахов, державшихся старого стиля и не признававших обновленчества, в противовес Сербской Церкви Фанаром на на Карпатскую Русь был назначен епископ Савватий (Врабец). Делается это при поддержке чехословацкого правительства.

И вновь отец Алексий (Кабалюк) стоит на страже церковных канонов. Карпато-русскую Церковь удалось отстоять от претензий Константинополя, однако окончательно эта проблема была решена только в 1946 году, когда отец Алексий возглавил движение за присоединение обеих юрисдикции к Русской Православной Церкви, которое увенчалось успехом, и таким способом разделение было преодолено.

Схиархимандрит Алексий (Кабалюк) был убежденным приверженцем идеи национального единства карпато-россов с русским народом и присоединения Подкарпатской Руси к России.

4 декабря 1949 года архимандрит Алексий отошел ко Господу. В 1998 году Сербской Православной Церковью в лике святых был прославлен владыка Досифей, столь много сделавший для Православия в Подкарпатской Руси. Зимой 1999 года были обретены мощи отца Алексия. Практически полостью сохранилось тело и мантия, истлели только стопы и кисти рук. Из могилы была извлечена положенная туда при погребении Иверская икона Божией Матери, которую отец Алексий привез с Афона. На ней, пролежавшей в более чем влажном грунте вместе со святыми мощами духовного отца Подкарпатской Руси, даже не потускнели краски.

Хочется верить, что предстоящая канонизация о. Алексия станет началом процесса прославления всего сонма карпато-русских святых, а Свято-Никольский монастырь в Изе станет русинской Лаврой.

Кирилл ФРОЛОВ

Источник: http://archiv.orthodox.org.ua/page-682.html

Много раз являлась Пресвятая Богородица отдельным великим святым, обычно в сопровождении одного или двух апостолов Христовых, а преподобному Серафиму Саровокому являлась и одна. Но никогда и никому не являлась Она в такой славе, как в Константинопольском Влахернском храме, в этот великий праздник, именуемый Ее Покровом.

     В храме было множество народа, и в его числе стояли блаженный Андрей, Христа ради юродивый с учеником своим Епифанием.

     Совершалось всенощное бдение. Народ горячо молился об избавлении от нашествия варваров, которые уже подошли к самому Константинополю.

     Около четырех часов утра блаженный Андрей внезапно увидел под сводами храма стоящую на облаках Пресвятую Богородицу, окруженную сонмом Ангелов, апостолов, пророков, святителей и множеством великих святых.

     Блаженный Андрей спросил Епифания: "Видишь ли ты Госпожу и Царицу Мира?", – "Вижу, отец мой духовный, и ужасаюсь", – ответил Епифаний.

     На глазах их обоих Пресвятая Богородица сошла вниз, вошла в алтарь и долго молилась Богу, стоя на коленях пред престолом. Потом встала, вышла на амвон и, сняв с себя сиявшее небесным светом и блиставшее молниями большое покрывало, распростерла его над всем молящимся народом.

     На этом внезапно окончилось чудесное видение Андрея и Епифания.

     Утром всем стало известно, что на рассвете варвары сняли осаду Константинополя и ушли.

     Думаю, что всем вам понятно, как велика разница между этим преславным и чудным явлением Покрова Пресвятой Богородицы и Ее многочисленными явлениями отдельным великим святым с одним-двумя апостолами, или даже в одиночестве.

     Хочу углубить Ваше внимание и остановить его на тех весьма важных чертах, которыми отличается Ее чудесное явление во Влахернском храме в великий день Ее Покрова.

     Велика, конечно, разница между тем, во что веруем только понаслышке или по письменным сообщениям и тем, что видят глаза человеческие.

     Правда, и во Влахернеком храме чудесное видение Покрова Пресвятой Богородицы видели не все молящиеся, а только Андрей, Христа ради юродивый и ученик его Епифаний, но свидетельство блаженного Христа ради юродивого, исполнившего в великой мере первую заповедь блаженства о нищете духовной, вполне убедительно для нас, ибо такой великий святой, конечно, не мог солгать или выдумать небылицу, и его глазам мы можем верить, как своим собственным.

     Никто да не усомнится в том, что видели человеческими глазами блаженный Андрей и ученик его Епифаний.

     Никогда больше не являлась Пресвятая Богородица в такой великой славе, со множеством Ангелов, апостолов, пророков и святых. Такая огромная и преславная свита, какую видели Андрей и Епифаний, могла сопровождать только воистину Святейшую Всех Святых, и огромно для нас значение этого Божьего свидетельства о Ней.

     Сердцами своими мы верим, что Пресвятая Богородица всегда молится о роде христианском и предстательствует о нем пред Своим Божественным Сыном, но своими человеческими глазами убедились в этом блаженный Андрей и Епифаний, когда сошла она из-под сводов храма в алтарь и долго молилась, стоя на коленях.

     Вспомним, что Апостол Павел называет диавола князем, господствующим в воздухе, и тогда с великой благодарностью Ей и Божественному Сыну Ее, поймем значение блиставшего Божественным светом Ее Покрова, распростертого над головами молящихся, которым Она защищала их от низко носившегося в воздухе князя тьмы и темных ангелов его, которых поражала Она молниями своих молитв, сверкавших из Ее Покрова.

     Видите ли, люди Божии, как велико и свято для нас значение праздника Покрова Пресвятой Богородицы, как укрепляет видение блаженных Андрея и Епифания нашу веру в Нее как Заступницу Усердную мира нашего.

     Будем же любить Ее всем сердцем, как любят маленькие дети свою мать, и воздадим великую славу и честь Ее Божественному Сыну по плоти человеческой, Господу и Богу нашему Иисусу Христу, с Его Предвечным и Безначальным Отцом и Пресвятым Духом.

     Аминь.

1958 г.

архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

По Иоакимовской летописи, митрополит Киевский Михаил - родом из Сирии, по другим летописным сообщениям - болгарин или серб. В 989 году он прибыл из Корсуни вместе с другими священнослужителями к князю Владимиру, незадолго до этого (в 988 г.) принявшему Крещение. Первый митрополит участвовал в насаждении христианства на территории Руси. В Ростове он основал первую деревянную церковь в честь Успения Пресвятой Богородицы.

Преставился святитель Михаил в 992 году и был погребен в Десятинной церкви Пресвятой Богородицы в Киеве. Около 1103 года при святом игумене Феоктисте, мощи его были перенесены в Антониеву пещеру, а 1 октября 1730 г. в Великую Печерскую церковь (Успенский храм). Ранее память его отмечалась также 2 сентября, вместе с преподобными Антонием и Феодосием Печерскими.
 

"Последний шаг разума заключается в том, чтобы признать существование множества таких вещей, которые выходят за пределы нашего познания, и, если разум не приходить к этому познанию, то он весьма слабый разум."

Блез Паскаль

 

«Что такое еврей? Этот вопрос вовсе не такой странный, каким он может показаться на первый взгляд. Посмотрим же, что это за особое существо, которого все властители и все народы оскорбляли и притесняли, угнетали и гнали, топтали ногами и преследовали, жгли и топили, и который назло всему этому всё ещё живёт и здравствует. Что такое еврей, которого никогда не удавалось сманить никакими соблазнами в мире, которые его притеснители и гонители предлагали ему, лишь бы он отрёкся от своей религии и отказался от веры отцов? <…> Еврей — символ вечности. Он, которого ни резня, ни пытки не смогли уничтожить; ни огонь, ни меч инквизиции не смогли стереть с лица земли. Он так долго хранил пророчество и передал его всему остальному человечеству, — такой народ не может исчезнуть. Еврей вечен, он — олицетворение вечности».

Лев Толстой, эссе «Ковчег Завета». 1891

 

«Если верить статистике, евреи составляют менее 1 % населения мира, они являются подобием мелкой туманности, исчезающей в сиянии Млечного пути. Было бы естественно, если бы мы слышали о евреях лишь изредка, чтобы им было посвящено менее 1 % новостей. Однако в действительности всё наоборот — мы слышим о них постоянно. Еврейский народ знаменит во всем мире, и его значимость признается вне всякой зависимости от его численности. Его представители внесли неизмеримый вклад в развитие литературы, науки, искусства, музыки, экономики, медицины, гуманитарных дисциплин. Этот народ вёл удивительные бои в этом мире, во все эпохи, даже тогда, когда его руки были скручены за спиной, он может гордиться этим, — и за это мы должны простить ему его высокомерие.
Великие империи древности, египтяне, вавилоняне и персы, не были таковыми. Да, в своё время и они вставали и наполняли землю своими шумными голосами, блеском и великолепием. Но время их уходило, и они увядали, превращались в призраки и исчезали. После них пришли греки и римляне, подняли большой шум — но также и они прошли и ушли… И другие народы пробуждались, поднимали зажженный факел, но лишь до поры до времени, пока он не угасал, а сейчас они — либо в предзакатном свете, либо вовсе исчезли, как будто их и не было вовсе. Еврейский народ видел всех, в конце концов, побеждал их всех, и сегодня он такой же, как всегда, не обнаруживающий ни увядания, ни старения; не уменьшаются его силы, и душа его — бодрствующая, действующая, инициативная и яркая. Все смертны — кроме евреев. Великие народы прошли, и только евреи — остались. В чём же секрет вечности евреев?»

Марк Твен, 1899 г

 

«Удивительный, непостижимый еврейский народ! … Сквозь десятки столетий прошёл он, ни с кем не смешиваясь… тая в своём сердце вековую скорбь и вековой пламень. Пёстрая жизнь Рима, Греции и Египта давным-давно сделалась достоянием музейных коллекций… а этот таинственный народ, бывший уже патриархом во дни их младенчества, не только существует, но сохранил… свою веру… сохранил священный язык своих вдохновенных Божественных книг, свою мистическую азбуку… Нигде не осталось следа от его загадочных врагов, от всех этих филистимлян, амалекитян, моавитян и других полумифических народов, а он, гибкий и бессмертный, всё ещё живёт, точно выполняя чьё-то сверхъестественное предопределение. Его история проникнута трагическим ужасом и вся залита собственной кровью… Как мог он оставаться в живых? Или, в самом деле, у судьбы народов есть свои, непонятные нам, таинственные цели?.. Почём знать: может быть, какой-нибудь Высшей Силе было угодно, чтобы евреи, потеряв свою родину, играли роль вечной закваски в огромном мировом брожении?»

А. И. Куприн, «Жидовка», Собр. Соч. 1902

 

«В дни моей юности, когда меня привлекало материалистическое понимание истории, когда я старался проверить его на судьбах народов, мне казалось, что величайшим препятствием для этого является историческая судьба еврейского народа, что с точки зрения материалистической судьба эта совершенно необъяснима. Нужно сказать, что со всякой материалистической и позитивно-исторической точки зрения этот народ давно должен был бы перестать существовать. Его существование есть странное, таинственное и чудесное явление, которое указывает, что с судьбой этого народа связаны особые предначертания. Судьба эта не объясняется теми процессами приспособления, которыми пытаются объяснить материалистически судьбы народов. Выживание еврейского народа в истории, его неистребимость, продолжение его существования, как одного из самых древних народов мира, в совершенно исключительных условиях, та роковая роль, которую народ этот играет в истории, — всё это указывает на особые мистические основы его исторической судьбы!»

Н. А. Бердяев, «Смысл истории». Обелиск, Берлин, 1923

 

«Израиль не является таким же народом, как любой другой, несмотря на то, что многие его представители стремились к этому на протяжении веков. Израиль — народ, подобного которому нет больше в мире, ибо это единственный народ с самого начала являвшийся одновременно и нацией, и религиозным сообществом»

Мартин Бубер (ср. Чис.23:4)

 

«…приписывать Status in Statu одним лишь гонениям и чувству самосохранения — недостаточно. Да и не хватило бы упорства в самосохранении на сорок веков, надоело бы и сохранять себя такой срок. И сильнейшие цивилизации в мире не достигали и до половины сорока веков и теряли политическую силу и племенной облик. Тут не одно самосохранение стоит главной причиной, а некая идея, движущая и влекущая, нечто такое, мировое и глубокое, о чём, может быть, человечество ещё не в силах произнести своего последнего слова.»

Ф. М. Достоевский, «Дневник писателя за 1877 год». Берлин, 1922

 

«Евреи… были свидетелями и участниками множества человеческих Деяний. Они придали им форму и развили их в большей степени, чем кто бы то ни было. Они же и пострадали от них больше, чем любой другой народ.»

психоаналитик Эрнест ван ден Хааг

 

«Что такое история? Последовательность событий, совокупность которых не имеет смысла? Неужели нет никакого существенного этического различия между историей рода человеческого и, скажем, историей муравьёв? Неужели не существует никакого Высшего плана, исполнителями которого мы являемся? Ни один народ никогда не настаивал так твердо, как евреи, на том, что у истории есть цель и у человечества — предназначение. Уже на очень ранних стадиях своего коллективного существования они верили в то, что им удалось разгадать Божественный план, предначертанный Им для человеческого рода, и что их народ должен быть исполнителем этого плана. Они чрезвычайно подробно разработали свою роль. С героической стойкостью придерживались они её перед лицом жестоких преследований. Многие из них верят в неё до сих пор…»

историк Пол Джонсон

 

«Эта непрерывность национального существования была сама по себе причиной изумления и обожания, опасения и ненависти, негодования и зависти. Для одного из придворных прусского короля Фридриха II она была доказательством Б-жественного Провидения, а для многих создателей историософских конструкций камнем преткновения. Большая часть их попросту игнорировала её, объявив, что существование евреев лишено исторического смысла („продолжающая жить окаменелость“, по выражению крупнейшего историка современности А.Тойнби), по-видимому, в соответствии с известным методом, по которому следует считать несуществующими факты, не вмещающиеся в рамки какой-либо системы теоретических предпосылок. А некоторые … дошли … до полного абсурда — отрицания существования древнейшей в мире исторической нации, доказавшей исключительную жизнеспособность.»

историк проф. Ш. Этингер

 

За Википедией

 

В царствование императора Адриана жила в Риме вдова, родом итальянка, по имени София, что в переводе значит премудрость. Она была христианка, и сообразно своему имени, жизнь свою вела благоразумно – по той премудрости, которую восхваляет Апостол Иаков, говоря: "мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов"¹ (Иак.3:17). Сия премудрая София, живя в честном супружестве, родила трех дочерей, коим нарекла имена, соответствующие трем христианским добродетелям: первую дочь назвала она Верою, вторую – Надеждою, а третью – Любовью. Да и что иное могло произойти от премудрости христианской, как не Богу угодные добродетели? Вскоре после рождения третьей дочери София лишилась супруга. Оставшись вдовой, она продолжала жить благочестиво, угождая Богу молитвою, постом и милостынею; дочерей же своих она воспитывала так, как может сделать это премудрая мать: она старалась их приучить проявлять и в жизни те христианские добродетели, имена коих они носили.

По мере того как дети росли, возрастали в них и добродетели, они хорошо уже знали пророческие и апостольские книги, привыкли внимать поучениям наставников, прилежно занимались чтением, были усердны в молитве и в домашних трудах. Повинуясь святой и богомудрой матери своей, они преуспевали во всем и восходили от силы в силу. А так как они были чрезвычайно красивы и благоразумны, то на них вскоре все начали обращать внимание.

Слух об их премудрости и красоте распространился по всему Риму. Услыхал о них и начальник области Антиох и пожелал их видеть. Как только он увидел их, тотчас же убедился, что они – христиански; ибо они не желали скрывать своей веры во Христа, не сомневались в надежде на Него и не ослабевали в своей любви к Нему, но открыто пред всеми прославляли Христа Господа, гнушаясь богомерзкими идолами языческими.

О всём этом Антиох известил царя Адриана, и тот не замедлил сейчас же послать слуг своих с тем, чтобы они привели девиц к нему. Исполняя царское повеление, слуги отправились в дом Софии и когда пришли к ней, то увидали, что она занимается поучением дочерей своих. Слуги объявили ей, что царь зовет к себе ее вместе с дочерьми. Уразумев, с какою целью зовет их царь, они все обратились к Богу с такою молитвою:

– Всесильный Боже, сотвори с нами по Твоей святой воле; не оставь нас, но пошли нам Твою святую помощь, чтобы сердце наше не устрашилось гордого мучителя, чтобы не убоялись мы страшных его мучений, и не пришли в ужас от смерти; пусть ничто не отторгнет нас от Тебя, Бога нашего.

Сотворив молитву и поклонившись Господу Богу, все четверо – мать и дочери, взяв друг друга за руки подобно сплетенному венку, пошли к царю и, часто взирая на небо, с сердечным воздыханием и тайною молитвою вручали себя помощи Того, Кто повелел не бояться "убивающих тело, души же не могущих убить" (Мф.10:28). Когда подошли они к царскому дворцу, то осенили себя крестным знамением, говоря:

– Помоги нам, Боже, Спаситель наш, прославления ради Твоего святого Имени.

Их ввели во дворец, и они предстали пред царем, который горделиво восседал на своем троне. Увидев царя, они воздали ему подобающую честь, но стояли пред ним без всякой боязни, без всякого изменения в лице, с мужеством в сердце и смотрели на всех веселым взором, как будто бы они призваны были на пир; с такою радостью явились они к царю на истязание за Господа своего.

Видя их благородные, светлые и бесстрашные лица, царь стал спрашивать, какого они рода, как из зовут и какова их вера. Будучи премудрою, мать отвечала так благоразумно, что все присутствующие, слушая ее ответы, дивились такому ее разуму. Упомянув кратко о своем происхождении и имени, София начала говорить о Христе, Коего происхождение разъяснить никто не может², но Имени Коего должен поклоняться всякий род³. Она открыто исповедала свою веру в Иисуса Христа, Сына Божия и, назвавши себя Его рабою, прославляла Его Имя.

– Я христианка, – говорила она, – вот то драгоценное имя, коим я могу похвалиться.

При этом она сказала, что и дочерей своих обручила она Христу, дабы нетленную свою чистоту они сохранили для нетленного Жениха – Сына Божия.

Тогда царь, увидав пред собою столь мудрую женщину, но не желая вступать с ней в продолжительную беседу и судить ее, отложил это дело до другого времени. Он послал Софию вместе с дочерьми к одной знатной женщине, по имени Палладии, поручив ей наблюдать за ними, а через три дня представить их к нему на суд.

Живя в доме Палладии и имея в своем распоряжении не мало времени для научения своих дочерей, София утверждала их в вере день и ночь, поучая вдохновенными от Бога словами.

– Дочери мои возлюбленные, – говорила она, – ныне время вашего подвига, ныне настал день уневещения вашего бессмертному Жениху, теперь-то вы сообразно именам вашим должны показать веру твердую, надежду несомненную, любовь нелицемерную и вечную. Настал час торжества вашего, когда мученическим венцом вы будете венчаться с прелюбезным Женихом своим и с великой радостью войдете в пресветлый Его чертог. Дочери мои, ради сей чести Христовой не жалейте юной вашей плоти; не жалейте красоты вашей и молодости, ради Краснейшего добротою более сыновей человеческих, и ради жизни вечной не скорбите о том, что лишитесь сей жизни временной. Ибо ваш небесный Возлюбленный, Иисус Христос, есть вечное здравие, несказанная красота и жизнь нескончаемая.

И когда тела ваши ради Него будут замучены до смерти, Он облечет их в нетление и раны ваши сделает светлыми, как звезды на небе. Когда красота ваша будет чрез муки за Него отнята от вас, Он украсит вас небесною красотою, коей глаз человеческий никогда не видел. Когда же лишитесь вы временной жизни, положив души за Господа своего, то Он наградит вас жизнью бесконечною, в коей прославит вас во веки пред Отцом Своим небесным и пред Его святыми ангелами, и все небесные силы нарекут вас невестами и исповедницами христовыми. Вас восхвалят все преподобные, о вас возвеселятся мудрые девы и примут вас в свое общение. Дочери мои дорогие! не давайте соблазнить себя прелестями вражьими: ибо, как я думаю, царь будет расточать вам ласки и сулить большие дары, предлагая вам славу, богатство и честь, всю красоту и сладость сего тленного и суетного мира; но вы не возжелайте ничего подобного, ибо всё сие, как дым исчезает, как пыль ветром разметается и как цвет и трава засыхает и обращается в землю.

Не устрашайтесь, когда увидите лютые мучения, ибо, пострадав немного, вы победите врага и восторжествуете на веки. Верую в Бога моего Иисуса Христа, верую, что Он не оставит вас страждущих во имя Его, ибо Он Сам сказал: "Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя" (Ис.49:15), неотступно Он пребудет с вами во всех ваших муках, взирая на ваши подвиги, укрепляя немощи ваши и уготовляя вам в награду венец нетленный. О, дочери мои прекрасные! вспомните мои болезни при рождении вашем, вспомните труды мои, в коих я вскормила вас, вспомните слова мои, какими я учила вас страху Божию, и утешьте мать вашу в ее старости вашим добрым и мужественным исповеданием веры во Христа. Для меня будет торжество и радость, и честь, и слава среди всех верующих, если удостоюсь я именоваться матерью мучениц, если я увижу ваше доблестное за Христа терпение, твердое исповедание Его Святого Имени и смерть за Него. Тогда душа моя возвеселится, и дух мой возрадуется, и старость моя подкрепится. тогда и вы будете воистину моими дочерьми, если, послушав наставления своей матери, будете стоять за Господа своего до крови и умрете за Него с усердием.

Выслушав с умилением такое наставление своей матери, девицы испытывали сладость в сердце и радовались духом, ожидая времени мучения как брачного часа. Ибо будучи святыми ветвями от святого корня, они желали всею душою того, к чему наставляла их премудрая их мать София. Они принимали к сердцу все ее слова и приготовляли себя к подвигу мученичества, как будто собирались в светлый чертог, ограждая себя верою, укрепляясь надеждою, и возжигая в себе огонь любви ко Господу. Ободряя и утверждая друг друга, они обещали матери своей все ее душеполезные советы осуществить с помощью Христа на самом деле.

Когда настал третий день, они приведены были к беззаконному царю на суд. Думая, что они легко могут послушаться его соблазнительных слов, царь начал так говорить к ним:

– Дети! видя вашу красоту и щадя вашу молодость, я советую вам, как отец: поклонитесь богам, властителям вселенной; и если вы послушаете меня и исполните то, что вам приказано, то я назову вас своими детьми. Я призову начальников и правителей и всех моих советников и при них объявлю вас своими дочерьми, и вы от всех будете пользоваться похвалою и почетом. А если вы не послушаете и не исполните моего повеления, то причините себе великое зло, и старость матери своей огорчите, и сами погибнете в то время, когда бы могли более всего веселиться, живя беспечно и весело. Ибо предам я вас лютой смерти и, раздробив члены тела вашего, брошу их на съедение псам и будете вы попираемы всеми. Итак для вашего же собственного блага послушайте меня: ибо я люблю вас и не только не хочу губить красоты вашей и лишить вас сей жизни, но желал бы стать для вас отцом.

Но девы святые единогласно и единодушно отвечали ему:

– Отец наш – Бог, на небесах живущий. Он промышляет о нас и нашей жизни и милует наши души; мы хотим быть Им любимыми и желаем называться Его истинными детьми. Поклоняясь Ему и храня Его повеления и заповеди, на твоих богов плюем, а твоей угрозы не боимся, ибо мы того только и желаем, чтобы страдать и переносить горькие мучения ради сладчайшего Иисуса Христа, Бога нашего.

Услыхав от них такой ответ, царь спросил мать Софию, как зовут ее дочерей и сколько им лет.

Святая София отвечала:

– Имя первой моей дочери Вера, и ей двенадцать лет; вторая – Надежда – имеет десять лет, а третья – Любовь, коей всего девять лет.

Царь был весьма удивлен, что при таком юном возрасте они обладают мужеством и разумом и могут так отвечать ему. Он начал снова принуждать каждую из них к нечестию своему и сначала обратился к старшей сестре Вере, говоря:

– Принести жертву великой богине Артемиде.

Но Вера отказалась. Тогда царь велел раздеть ее до нага и бить ее. Мучители, нанося ей удары без всякого милосердия, говорили:

– Пожри великой богине Артемиде.

Но она молча терпела страдания, как будто били не по ее телу, а по чужому. Не достигнув никакого успеха, мучитель повелел отрезать ее девические сосцы. Но из ран вместо крови потекло молоко. Все смотревшие на мучение Веры дивились сему чуду и терпению мученицы. И, покачивая головами, втайне укоряли царя за его безумие и жестокость, говоря:

– Чем эта красивая девица согрешила, и за что так страдает? О, горе безумию царя и его зверской жестокости, бесчеловечно губящей не только старцев, но даже и малых детей.

После сего была принесена железная решетка и поставлена на сильном огне. Когда она раскалилась, как горячий угол. и от нее летели искры, то положили на нее святую девицу Веру. Два часа лежала она на сей решетке и, взывая ко господу своему, нимало не опалилась, что всех привело в изумление. Затем она была посажена в котел, стоящий на огне и наполненный кипящей смолою и маслом, но и в нем осталась невредимою, и сидя в нем, как бы в прохладной воде, воспевала Бога. Мучитель, не зная, что еще сделать с нею, чем бы он мог ее отвратить от веры Христовой, приговорил ее к усечению мечом.

Услыхав сей приговор, святая Вера исполнилась радости и сказала матери своей:

– Помолись за меня, мать моя, чтобы мне окончить шествие мое, дойти до желанного конца, увидеть возлюбленного Господа и Спасителя моего и насладиться лицезрением Его Божества.

А сестрам сказала:

– Помните, любезные мои сестры, Кому мы дали обет, Кому уневестились; вы знаете, что мы запечатлены святым крестом Господа нашего и вечно должны служить Ему; посему претерпим до конца. Одна и та же мать родила нас, одна воспитала и научила нас, посему и мы должны принять одинаковую кончину; как единоутробные сестры, мы должны иметь одну волю. Пусть буду я для вас примером, дабы и вы шли об за мною к призывающему нас Жениху нашему.

После сего она поцеловала свою мать, потом, обнявши сестер, также целовала их и пошла под меч. Мать же нисколько не скорбела о дочери своей, ибо любовь к Богу победила в ней сердечную печаль и материнскую жалость к детям. она о том только сокрушалась и заботилась, как бы какая-либо из ее дочерей не устрашилась мук и не отступила бы от Господа своего.

И сказала она Вере:

– Я тебя родила, дочь моя, и из-за тебя претерпела болезни. Но ты воздаешь мне за сие благом, умирая за имя Христово и проливая за Него ту самую кровь, которую приняла в моей утробе. Иди к Нему, возлюбленная моя, и обагренная своею кровию, как бы облеченная в багряницу, предстань прекрасною пред очами Жениха твоего, помяни пред ним убогую мать твою и помолись Ему о своих сестрах, чтобы и тех укрепил Он в том же терпении, какое проявляешь ты.

После сего св. Вера усечена была в честную главу и отошла к Главе своей Христу Богу. Мать же, обняв многострадальное тело ее и целуя его, радовалась и славила Христа бога, принявшего дочь ее Веру в небесный Свой чертог.

Тогда нечестивый царь поставил пред собой другую сестру Надежду и сказал ей:

– Любезное дитя! Прими мой совет: я говорю это, любя темя так же, как отец, – поклонись великой Артемиде, чтобы не погибнуть и тебе, как погибла твоя старшая сестра. Ты видела ее страшные муки, видела ее тяжкую смерть, неужели и ты захочешь так же страдать. Поверь мне, дитя мое, что я жалею твою молодость; если бы ты послушала моего приказания, я объявил бы тебя своею дочерью.

Святая Надежда отвечала:

– Царь! Разве я не сестра той, которую ты умертвил? Разве я не от одной с нею матери родилась? Не тем же и молоком я вскормлена и не то же ли получила я крещение, как и святая сестра моя? Я росла вместе с нею и от одних и тех же книг и от одного наставления матери научилась познавать Бога и Господа нашего Иисуса Христа, веровать в Него и Ему одному поклоняться. Не думай, царь, чтобы я поступала и думала иначе, и желала не того же, чего и сестра моя Вера; нет, я хочу идти по ее следам. Не медли и не старайся разубеждать меня многими словами, но лучше приступи к самому делу и ты увидишь мое единомыслие с сестрою.

Услыхав такой ответ, царь предал ее на мучение.

Раздев ее до нага, как и Веру, слуги царские долго били ее без всякой жалости, – до тех пор пока не устали. Но она молчала, как бы совсем не чувствуя никакой боли, и только смотрела на мать свою блаженную Софию, которая стояла тут, мужественно взирая на страдания своей дочери и моля Бога о том, чтобы Он даровал ей крепкое терпение.

По повелению беззаконного царя св. Надежда брошена была в огонь и, оставшись невредимою подобно трем отрокам, прославляла Бога. После сего она было повешена и ее строгали железными когтями: тело ее падало кусками и кровь лилась потоком, но от ран исходило чудное благоухание, а на лице ее, светлом и сияющем благодатью Св. Духа, была улыбка. Св. Надежда стыдила еще мучителя в том, что он не в силах победить терпение такой малолетней отроковицы.

– Христос моя помощь, – говорила она, – и я не только не боясь муки, но желаю ее как сладости райской: так приятны для меня страдания за Христа. Тебя же, мучитель, ожидает мука в геенне огненной вместе с бесами, коих ты почитаешь за богов.

Такая речь еще больше раздражила мучителя, и он приказал наполнить котел смолою и маслом, – поджечь его и бросить в него святую. Но когда хотели бросить святую в кипящий котел, он немедленно как воск растопился, а смола и масло разлились и опалили всех окружающих. Так чудодейственная сила Божия не оставляла св. Надежду.

Гордый мучитель, видя всё сие, не хотел познать истинного Бога, ибо сердце его было омрачено прелестью бесовскою и пагубным заблуждением. Но, осмеянный малою отроковицею, он испытывал великий стыд. Не желая долее переносить такой позор, он осудил, наконец, святую на усечение мечом. Отроковица, услыхав о приближении своей кончины, с радостью подошла к матери и сказала:

– Мать моя! да будет с тобою мир, будь здрава и поминай дочь свою.

Мать же, обняв, целовала ее, говоря:

– Дочь моя Надежда! Благословенна ты от Господа Бога Вышнего за то, что на Него надеешься и ради Него не жалеешь пролить свою кровь; иди к сестре твоей Вере и вместе с нею предстань к твоему Возлюбленному.

Надежда целовалась также с сестрою своею Любовью, смотревшею на ее мучения, и сказала ей:

– Не оставайся здесь и ты, сестра, предстанем вместе пред Святою Троицею.

Сказав сие, она подошла к бездыханному телу сестры своей Веры и, с любовию обняв его, по свойственной природе человеческой жалости, хотела плакать, но по любви ко Христу переменила слезы на радость. После сего, преклонив свою главу, св. Надежда была усечена мечом.

Взяв тело ее, мать прославляла бога, радуясь мужеству дочерей своих, и побуждала к таковому же терпению своими сладкими словами и мудрыми увещаниями и младшую свою дочь.

Мучитель же призвал третью отроковицу Любовь и старался ласками склонить ее, как и первых двух сестер к тому, чтобы она отступила от Распятого и поклонилась Артемиде. Но напрасны были старания обольстителя. Ибо кому же так твердо пострадать за Своего возлюбленного Господа, как не Любви, так как и в Писании сказано: "крепка, как смерть, любовь… Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее" (Песн.8:6-7).

Не угасили в сей отроковице огня любви к Богу многие воды мирских соблазнов, не потопили ее реки бед и страданий; ее великая любовь особенно ясно видна была из того, что она готова была положить душу свою за своего Возлюбленного, Господа Иисуса Христа, а ведь, нет большей любви, как положить душу свою за друзей (Иоан.15:13).

Мучитель, видя, что ничего нельзя сделать ласками, решил предать на страдания и Любовь, думая разными мучениями отвлечь ее от любви ко Христу, но она отвечала, по Апостолу:

– Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? (Рим.8:15).

Мучитель приказал, растянув ее по колесу, бить палкой. А растянута она была так, что члены тела ее отделялись от составов своих и она, будучи ударяема палкою, покрылась как багряницею кровию, которою напоялась и земля, как бы от дождя.

Потом была разожжена печь. Указывая на нее, мучитель говорил святой:

– Девица! скажи хоть только, что велика – богиня Артемида, и я отпущу тебя, а если не скажешь сего, то сейчас же сгоришь в этой разожженной печи.

Но святая отвечала:

– Велик Бог мой Иисус Христос, Артемида же и ты с нею погибнете!

Мучитель, разгневанный такими словами, повелел предстоящим тотчас же ввергнуть ее в печь.

Но святая, не дожидаясь того, чтобы кто бросил ее в печь, сама поспешила войти в нее и, будучи невредимой, ходила по средине ее, как бы в прохладном месте, поя и благословляя Бога , и радовалась.

В то же время из печи вылетело пламя на неверных, окружающих печь, и некоторых пожгло в пепел, а иных опалило и, достигнув до царя, обожгло и его, так что он далеко бежал.

В печи той были видны и другие сияющие светом лица, которые ликовали вместе с мученицей. И превозносилось имя Христово, а нечестивые были посрамлены.

Когда погасла печь, мученица, прекрасная невеста Христова, вышла из нее здравою и веселою, как из чертога.

Тогда мучители, по повелению царя, провертели члены ее железными буравами, но Бог подкреплял святую Своею помощью и в этих муках, так что и от них она не умерла.

Кто бы мог претерпеть таковые мучения и не умер бы мгновенно?!

Однако возлюбленный Жених, Иисус Христос, подкреплял святую, чтобы как можно более посрамить нечестивых, а ей воздать большую награду, и чтобы крепкая сила Божия прославилась в немощном сосуде человеческом.

Разболевшийся от ожога мучитель повелел, наконец, усекнуть святую мечом.

Она же, услыхав о сем, радовалась и говорила:

– Господи Иисусе Христе, возлюбивший рабу Твою Любовь, – пою и благословляю многопетое имя Твое за то, что вчиняешь меня вместе с сестрами, сподобив и меня претерпеть за имя Твое то же, что и они претерпели.

Мать ее св. София, не переставая, молилась Богу о младшей дочери своей, чтобы Он даровал ей терпение до конца и говорила ей:

– Третья моя ветвь, чадо мое возлюбленное, подвизайся до конца. ты идешь добрым путем и для тебя сплетен уже венец и отверзся уготованный чертог, Жених уже ожидает тебя, взирая с высоты на твой подвиг, чтобы, когда ты преклонишь под меч свою голову, взять твою чистую и непорочную душу в свои объятия и упокоить тебя с сестрами твоими. Помяните и меня, мать вашу, в царстве Жениха своего, чтобы он оказал милость и мне и не лишил меня участвовать и пребывать с вами в славе Его святой.

И тотчас св. Любовь была усечена мечом.

Мать, приняв ее тело, положила его в дорогой гроб вместе с телами святых Веры и Надежды и, украсив тела их как должно, поставила гроб на погребальную колесницу, отвезла их из города на некоторое расстояние и с честью похоронила дочерей на высоком холме, плача от радости. Находясь на могиле их три дня, она усердно молилась Богу и сама почила о Господе. Верующие погребли ее там же вместе с дочерьми. Таким образом и она не лишилась с ними участия в царстве небесном и мученического венчания, потому что если не телом, то сердцем своим и она страдала за Христа.

Так премудрая София и жизнь свою окончила премудро, принеся в Дар Святой Троице трех добродетельных дочерей своих Веру, Надежду и Любовь.

О, святая и праведная София! Какая женщина спаслась чрез чадородие⁴ так, как ты, родившая таких детей, кои уневестились Спасителю и, пострадав за Него, ныне с Ним царствуют и прославляются? Поистине ты мать, достойная удивления и доброй памяти; так как, смотря на страшные, тяжкие муки и смерть возлюбленных своих чад, ты не только не скорбела, как свойственно матери, но, утешаемая благодатью Божиею, больше радовалась, сама научила и умоляла дочерей не жалеть временной жизни и без пощады пролить кровь свою за Христа Господа.

Наслаждаясь ныне зрением пресветлого Его лика вместе со святыми твоими дочерьми, пошли и нам премудрость, чтобы мы, сохранив добродетели веры, надежды и любви, сподобились предстать Пресвятой, Несозданной и Животворящей Троице и славить Ее во веки веков. Аминь.

Кондак, глас 1:

Софии честныя священнейшыя ветви, Вера, и Надежда, и Любовь показавшеся, мудрость обуиша еллинскую⁵ благодатию: и пострадавше, и победоносицы явившеся, венцем нетленным от всех Владыки увязошася.

________________________________________________________________________

¹ Апостол сравнивает мудрость земную, мирскую с мудрость, которая свыше, т.е. нисходящею от Бога и указывает свойства последней: она свободна от всякой греховности и страстности, миролюбива, любит мир сама и любит умиротворять всякую вражду; чтобы не нарушать мира, она сама кротко переносит всякие несправедливости; в ней отсутствует страсть к спорам и прениям и даже в других стремится она подавить эту страсть покорностью (послушлива), она полна милосердия и добрых дел.

² Род Его кто изъяснит? – сказано в кн. прор. Исаии (53:8); т. е. происхождение или рождение Иисуса Христа (Его предвечное рождение от Бога Отца и временное – от Пресвятой Девы Марии) никто не в силах достойно изобразить. Эта великая тайна не вполне открыта даже ангелам (см. 1Пет.1:12).

³ См. Филип.2:10. Здесь разумеется имя Сына Божия, вследствие коего Христу должны поклоняться все роды существ, небесных и земных, и даже обитателей преисподней, злых духов.

⁴ Рождение детей в болезнях было наказанием для женщин за грехопадение Евы, но в этом же заключается и условие их спасения. Посему ап. Павел говорит: "спасется (жена)через чадородие" (1Тим.2:15), впрочем, "если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием". Такова и была св. София.

⁵ Т.е. мудрость языческую обратили в безумие. Ср. Ис.33:18 и 1Кор.1:20; 3:16.

Источник: http://www.pravmir.ru/

     Праздник Воздвижения Креста Господня так велик, что Церковь Святая установила, как и перед Рождеством и Богоявлением, особые евангельские и апостольские чтения в воскресные дни перед Воздвижением и после него.

     В великом множестве пришли вы вчера вечером в этот святой храм. Что влекло вас? Почему таким глубоким благоговением были проникнуты ваши сердца, когда видели вы, как выносил я и воздвигал пред вами крест Христов? Почему так любим мы крест Христов? Почему так преклоняемся пред ним?

     Конечно, не древу только поклоняемся, хотя и древо креста Христова стало величайшей святыней после того, как было оно облито Кровью Христовой.

     Мы поклоняемся распятию Христову, поклоняемся Христу Богу, распятому на кресте, ибо величайшее таинство совершилось на кресте. Какое это таинство? Зачем Господь наш Иисус Христос принес такую потрясающую жертву за спасение мира?

     Ответ на этот вопрос находим в словах Христовых, сказанных в ночной беседе с Никодимом: "Как Моисей вознес змия в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную" (Ин. 3, 14-16).

     И то же самое говорит и св. апостол Иоанн Богослов в Первом своем соборном послании: "Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь чрез Него.

     В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши" (1 Ин. 4, 9-10).

     Вот ответ на вопрос, почему мы так преклоняемся пред крестом Христовым: потому что им явлена любовь Божия к нам, окаянным грешникам, погибающим в суете мира, в служении страстям и похотям.

     Любовь Божия, неописуемая никакими словами, любовь, приведшая к тому, что Единородный Сын Божий воплотился, приняв плоть человеческую от Пресвятой Девы Марии, и эту плоть и кровь отдал за спасение людей, отдал, чтобы не погибли, но имели жизнь вечную.

     И не только эта безмерная любовь, но и нечто еще более непостижимое, нечто совершенно не вмещающееся в наше слабое сознание явлено Богом в распятии Господа Иисуса Христа. Вот послушайте, что говорит об этом св. апостол Павел: "Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения. Итак, мы – посланники от имени Христова, и как бы Сам Бог увещевает чрез нас, от имени Христова просим: примиритесь с Богом" (2 Кор. 5, 19-20).

     Сам Бог, Сам великий Бог просит у вас примирения с Ним. Сам Бог просит, чтобы не злобствовали, не враждовали против Него, чтобы примирились с Ним.

     И это желание примирить с Собою мир вместе с величайшей любовью привело на крест Господа Иисуса Христа.

     Вот это изумительное, вот это не вмещающееся в наше сознание смирение Божие, не менее великое, чем любовь Его к нам, привело на страшный крест воплотившегося Сына Божия.

     Мы, жалкие и ничтожные, когда враждуют против нас люди, сами воспламеняемся злобой и враждой против них.

     А Бог просит у нас примирения, просит, чтобы не враждовали против Него. Ведь это проявление величайшего смирения. Но когда я говорю это, то волнуется дух мой, и я спрашиваю себя: неужели Сам великий Бог может быть смиренным, может просить примирения с тварью Своей? Но, подумав немного, я успокаиваюсь, вспомнив слова Господа нашего Иисуса Христа: "Научитеся от Меня, яко кроток есмь и смирен сердцем".

     Если смирение и кротость присущи Сыну Божию, Второму Лицу Святой Троицы, то зачем мне волноваться, когда слышу, что Бог, являя непостижимое смирение, просит примирения у враждующей против Него твари своей.

     Господь сказал: "Когда вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе".

     Так и сбылось: уже на кресте Своим поведением при страшных муках Он привлек первых двух человек: привлек распятого с Ним разбойника, уверовавшего в Него и просившего: "Помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем"; привлек и второго – того римского сотника, который командовал распятием Христа. Он, видя все, что явил Господь Иисус Христос на кресте, был потрясен, и сказал, когда испустил Господь Свой последний вздох: "Воистину Человек сей был праведник", и уверовал в Него, обратился к Нему и сам стал мучеником Христовым. Привлек и целую толпу зрителей Его распятия, расходившихся от креста, низко опустив головы и бия себя в грудь.

     Обратились к Нему бесчисленные миллионы и миллионы людей с добрыми сердцами, которые были потрясены крестом Христовым, людей, которые никогда не могли забыть о кресте Его.

     И больше всего крест Христов потряс апостола Павла, который все на свете забыл, все презрел, ибо крест Христов неотступно стоял пред его духовными очами, и весь мир был для него распят на этом страшном кресте, и он сам сораспялся Христу.

     Его потрясла Кровь Христова. За эту Кровь и другой великий из великих Иоанн Богослов в своем Откровении воссылает хвалу, так говоря: "Ему, возлюбившему нас и омывшему нас от грехов наших Кровию своею, и соделавшему нас царями и священниками Богу и Отцу своему слава и держава во веки веков! Аминь" (Откр. 1, 5).

     Как это омыл нас Христос Кровию Своею? Не внешне, конечно, ибо Кровь его не капала на грязные тела наши, а духовно.

     Мы были грязны, и отвратительны, и упорны в грехах, как пес, возвращающийся на свою блевотину, и как омытая свинья, идущая опять валяться в грязи (2 петра 2, 22).

     Но крест Христов поразил и потряс нас навсегда, и неотступно помышляя о Крови Сына Божия, пролитой за нас, грязных и погибающих, духовно очищаемся от мертвых дел, и так всецело очищаемся, что получаем власть быть чадами Божьими, царями и священниками Богу нашему. Вот почему так велик крест Христов.

     У великого католического святого Франциска Ассизского, непрестанно помышлявшего о кресте Христовом, источая бесчисленные слезы, на руках и ногах на местах гвоздинных язв Христовых образовались язвы.

     Помышляйте же и вы неустанно о господе нашем Иисусе Христе, распятом за нас, и крест Господень начертайте на сердцах ваших.

     Храните это начертание, как величайшую святыню и бойтесь стереть его нечистыми желаниями и помышлениями сердец ваших.

     Аминь.

.

архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

27 сентября 1953 г

Я много раз проповедовал вам на чрезвычайно важные для нас послания святого апостола Павла и призывал вас к тому, чтобы при чтении этих посланий вы вникали в каждое слово их. Послушайте же ныне мои объяснения слов Павловых во втором послании Коринфянам: "Утверждающий же нас с вами во Христе и помазавший нас [есть] Бог, Который и запечатлел нас и дал залог Духа в сердца наши" (2 Кор. 1, 21-22). Конечная цель жизни нашей есть общение со Христом, Его Предвечным Отцем и Святым Духом в жизни вечной и бесконечной.

Достижение этой великой цели должно начинаться уже в этой жизни и с великим трудом и страданиями продолжаться до конца ее.

Надо нам быть глубоко утвержденным в законе Христовом и в любви к Нему. С великой радостью и утешением слышим от Апостола, что утверждает нас во Христе, в Его Законе и в любви к Нему Сам Бог.

Он помазывает нас на это великое служение неведомым нам духовным помазанием, напоминающим то видимое, вещественное помазание, которым помазал пророк Самуил Саула на царство над народом Израильским, а пророк Илия – своего ученика Елисея на пророческое служение. Совершив над избранниками Своими это духовное помазание, Бог запечатлевает его залогом Духа.

Эти необыкновенные слова уже глубоко волнуют нас, ибо ими изображается союз между нами и Богом подобно тому, как залогом верности утверждается всякий союз между людьми.

Этот великий залог состоит в том, что утвержденные во Христе получают плод Духа, о котором так говорит святой Павел: "Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание" (Гал. 5, 22-23).

Все ли именующие себя христианами получают этот великий залог их общения с Богом? Нет, не все, а только те, о которых сказал Апостол Павел в послании к Римлянам: "…кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братиями. А кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил" (Рим. 8, 29-30).

Всеведущий Бог, видящий сердца и утробы наши, еще до рождения человека знает, какими будут духовный облик человека и направление его жизни – со Христом или против Христа.

В послании Галатам о себе самом пишет Апостол Павел, что он был избран Богом от утробы матери своей и предназначен к тому, чтобы открылся в нем Христос.

Он получил ум Христов. Он пламенел любовью ко Христу и, конечно, был в числе друзей Христовых.

Только подобные в этом отношении Апостолу Павлу, только способные стать святыми и праведными получают помазание от Бога и залог Духа.

А те, которые только взывают к Нему: "Господи, Господи!", услышат от Него тяжелый ответ: "Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие" (Мф. 7, 23).

Мученик Мамант, святую память которого мы ныне празднуем, принадлежал, конечно, тоже к друзьям Христовым, был помазан Самим Богом и в залог единения о Ним получил великие дары Святого Духа. В числе даров этих был и необыкновенный дар любовного общения с дикими зверями, понимания их и высокой оценки их духовной жизни.

До начала своей жизни среди зверей он был жестоко мучим за веру во Христа, был утоплен, но спасен из воды Ангелом, указавшим ему гору, на которой он должен был жить со зверями.

Когда, по прошествии долгого времени, послали за ним воинов, они не смели подойти к нему, боясь окружавших его зверей, но он велел зверям отойти и отдался в руки воинов.

Мучитель Демокрит, к которому он был приведен, спросил его, каким волшебством он усмиряет зверей, и получил ответ, который нам надо запомнить: "Я не волшебник, а раб Господа Иисуса Христа. Я лучше предпочел жить со зверями, чем с идолопоклонниками. Звери боятся Бога и почитают служителей Божиих, а вы не знаете Бога и безжалостно убиваете рабов Его".

Духовная жизнь животных и диких зверей нам мало известна и непонятна, но она, несомненно, гораздо более глубока, чем нам кажется. Можно было бы привести много примеров их привязанности к людям за оказанную им помощь и благодеяния.

Напомню вам только о тяжело страдавшем и стонавшем льве, которому преподобный Герасим Иорданский вынул из лапы большую занозу. Лев пошел за ним, не отходил от него, пас его осла и иногда вместо него носил воду. Когда умер преподобный Герасим, лев лег на его могилу, бился головой о землю и умер на могиле.

В житии великого католического святого Франциска Ассизского читаем легенду о том, как целыми стаями слетались птички на большое дерево, под которым он часами проповедовал им о Господе Иисусе Христе.

Почему эти легенды так волнуют нас и приводят в тихую радость? Не потому ли, что это не легенды, а истинные события?

Верим, верим мученику Маманту, что страх Божий есть даже у диких зверей. Будем же жить так, чтобы не рабским, а святым страхом Божиим были полны сердца наши и чтобы нам сподобиться помазания от Самого Бога в число друзей Христовых и в залог этого получить благодатные дары Святого Духа.

Аминь.

 

Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

Снова Иродиада беснуется, снова смущается, снова пляшет, снова требует у Ирода беззаконного усечения главы Иоанна Крестителя. Опять Изавель умышляет восхитить виноградник Навуфеев и умышляет изгнать в горы святого Илию. И не только я один прихожу от сего в ужас, но думаю, что и вы все, слышавшие голос Евангелия, изумитесь вместе со мною дерзновению Иоаннову, неразумию Иродову и звероподобному неистовствованию безбожных женщин. Ибо что мы слышали? Иродъ пославъ ятъ Иоанна, и связа его в темнице. За что? Иродиады ради, жены Филиппа брата своего.

 

Кто в достаточной мере обличит безумие Иродово, проявившееся по причине его чрезмерной женоугодливости? Или кто опишет неслыханную дерзость злых женщин? Кажется мне, что в поднебесной нет такого зверя, который был бы подобен злой жене (ныне я говорю лишь о злой женщине, а не о доброй и целомудренной, ибо знаю, что есть много женщин кротких и благонравных, о добродетельной жизни которых будет упомянуто впоследствии, к пользе и для подражания добродетельным, дабы мы возлюбили то, что добро и честно). Ни один зверь в мире не похож на злую женщину. Что может быть яростнее льва, среди четвероногих? Ничто. Что может быть опаснее змеи из числа пресмыкающихся? Также ничто; однако, лев и змий питают менее злобы, нежели женщина (злая), как подтверждает мои слова и мудрейший Соломон, говоря: лучше жити со львом и змием, иже жити с женою лукавою и злоязычною. Пусть не подумает никто, что пророк изрекал сие, посмеиваясь (над женщиною): – самые дела удостоверяют с точностью то же самое: Даниила во рву львы устыдились; праведного же Навуфея умертвила Иезавель. Кит сохранил невредимым Иону во чреве; Далида же, остригши и связавши Самсона, предала его иноплеменникам. Змии, аспиды и гадюки убоялись Иоанна в пустыне: Иродиада же усекла его на вечери. Вороны питали Илию на горе: Иезавель же устремлялась убить его, после того, как он благодействовал, низведши дождь. Вот что она говорила ему: «Если ты Илия, то я – Иезавель; пусть сотворят со мною боги (что хотят), и пусть увеличат возмездие мне, если завтра в сей же час твоя душа не будет умерщвлена». И убоялся Илия, и ушел ради спасения души своей, и скрылся в пустыне, идя сорок дней, и начал искать смерти себе, сказав:»Господи, Боже! Достаточно для меня (страданий сих): возьми от меня мою душу, ибо я нисколько не лучше отцев моих»!

 

О горе! Пророк Илия испугался женщины; убоялся женщины тот, кто носил в себе дождь вселенной над язычниками, кто свел с неба огонь, кто молитвою воздвиг мертвого. Да, действительно, убоялся. Ибо никакая злоба не может быть сравнена со злобою женщины. Мои слова подтверждает и книга Премудрости, говоря: несть главы паче змиины и нет злобы более злобы женской!

 

О зло диавольское, и острейшее оружие!

 

Издревле в раю диавол уязвил Адама женщиною, женщиною кротчайшего Давида склонил к обманному убийству Урии, женщиною склонил к преступлению мудрейшего Соломона, женщиною мужественнейшего Самсона ослепил, по вине женщины умертвил сыновей священника Илии, по вине женщины заключил в оковах в темницу благороднейшего Иосифа, по вине женщины предал на усечение Иоанна, светильника всего мира.

 

Да, что говорю я о людях (вообще)? по вине женщины диавол и святых отвлекал от добродетелей; он (диавол) женщиною всех посекает, всех убивает, всех порочит, всех уничижает; ибо женщина бесстыдная никого не щадит, священников не чтит, левита не стыдится, пророка не стесняется. О зло, злейшее всякого зла, женщина злая! Если она бедна. Богатеет злобою, если же имеет богатство, способствующее ее лукавству, то это вдвойне пагубно. Женщина нетерпеливое животное, неисцельный недуг, неукротимый зверь. Я видел и аспидов неукротимых укрощенными, и львов, и единорогов и медведей прирученными; женщина же злая и, будучи обличаема, гневается, и будучи усовещеваема с ласкою, превозносится. Если муж ее облечен властию начальственною, то она и днем, и ночью, развращает его речами, побуждая к злодейству, как Иродиада Ирода; если же она имеет бедного мужа, то побуждает его к гневу и брани. Если она вдова, то самолично бесчестит всех; ибо не обуздывает языка своего страхом Господним, не взирает на будущий суд, не уповает на Бога, не хранит законов любви. Злой женщине ничего не стоит предать смерти своего мужа. Ибо жена праведного Иова советовала ему отдать себя на смерть через хуление (Бога), говоря: «Скажи некое слово ко Господу и умри».О нрав лукавый! О намерение неблагочестное! Жена Иова не явила милосердия, видя своего мужа, страдавшего утробою по причине тяжелой болезни, подобно углю распространяющему искры, – видя все тело его покрытым язвами и снедаемым червями; не склонилась к милосердию, видя его скорченным, весьма болезненным и крайне страдавшим, испускавшим сквозь болезненно отверстые уста учащенное дыхание. Не смягчилась сердцем, видя ходившего некогда в царской порфире, ныне лежащим на гноище, обнаженного телом. Не вспомнила прежнего обычного нежного супружеского отношения, не вспомнила о том, сколь много славы и добра получила она от него ранее. Но что говорит она: «Скажи некое слово ко Господу, и умри».

 

О милость женщины! О средство к врачеванию скорбей! О узаконение любви супружеской! Разве он (т.е. муж) когда-либо говорил тебе, бывшей в болезни, такие слова? Не молитвами ли своими и делами благими он излечивал тебя от болезней? Разве не достаточно было для него и сего временного наказания, что ты испрашиваешь для него вечное мучение через хуление (Господа)? Или ты не знаешь, что всякий грех отпустится людям, хуление же, – грех против Духа Святаго, – не отпустится им ни в сей жизни, ни в будущей? Желаешь видеть иную (женщину), подобную сей своим лукавством? Посмотри на Далиду, которая, связав сильного Самсона, предала его иноплеменника; она предала иноплеменникам своего супруга, которого любила, ласкала, которому говорила, что любила его больше, чем себя. Того, кого вчера любила, ныне обольщает, кого вчера согревала лобзанием, ныне, обольщая, предает смерти. Разве он был не красив? Кто был красивее его тогда, когда, нося на голове семь кос, он являл образ седмосветлой благодати? Разве он не был мужествен? Но кто был мужественнее его тогда, когда он один поборол в пути страшного льва и одною лишь челюстию ослиною побил тысячу иноплеменников? Нет, он был добродетелен настолько, что ощутив некогда жажду, он помолился о воде (о ниспослании ему от Бога воды) и из держимой им в руках мертвой челюсти истекла вода, которою он утолил жажду. И вот такого прекрасного, такого мужественного, такого добродетельного мужа, собственная жена, как врага, связала и отдала в руки неприятелей. Но каким образом женщина возмогла победить такого сильного? По причине свойственной мужчинам доброты: ибо, лишив его ночью тайны его силы, она связала его нагого крепким вервием. Посему мудрость (Божественная) повелевает тебе: от сожительницы твоея хранися, еже сказати ей что.

 

Какое животное, скажи мне, могло помыслить таковое на сродный себе мужеский пол? Какая змея намеревается погубить своего сожителя? Какая львица отдаст на заколение своего льва? Ты видишь, что справедливо изрекает Книга премудрости, говоря, что несть главы паче главы змиины, и нет злобы более злобы женской!

 

Скажу прямо: тот, кто имеет злую жену, пусть знает, что он имеет возмездие своим беззакониям. Дабы слово сие было не бездоказательным, слушай Премудрость, изрекающую, что злая жена посылается беззаконному мужу за его дурные дела.

Доселе мы говорили о злой женщине, и здесь окончим сию речь. Подобает теперь воспомянуть и добрых женщин, в особенности ради тех, кто присутствует здесь.

 

Почему же сии женщины называются добрыми? Потому, что когда видят добродетели, угодные Богу, творимые иными, то радуются о них, как о своих, и труды тех усвояют себе, как награду за добродетель.

Добродетельною и нищелюбивою женщиной была соманитянина, которая, испросив согласие мужа, устроила для Елисея место обитания, дабы он мог иметь у нее отдых; она устроила для него постель, светильник и трапезу; постель не была лишена одеяния, но была снабжена приличным пророка убранством; светильник не был не без света, но с елеем, горящим и светящим; трапеза была не без хлеба, но преисполнена пищи.

 

Точно также кто скажет, что дурное относительно той убогой вдовицы, которая принимала пророка Илию? Она не имела многих пенязей, но явила богатство благорасположения. У нее не было ни пшеницы, ни вина, ни иного чего из числа предметов земных; у нее не было поля, засеянного пшеницей, которое приносило бы ей хлебные злаки; виноградник не родил для нее сладостного гроздия; растения не рождали для нее сладких овощей. Каким же образом она могла принимать и питать пророка? Хотя она не имела даже и пяди земли для обработки, не имела также виноградника и на локоть (т.е. площадью, или объемом), но всегда во время жатвы ходила по меже и, наклонявшись к земле, собирала колосья, падавшие из под серпов жнущих; таким образом она на каждый года запасала для себя необходимое количество пища. К сей то вдовице пришел Илия во время голода, когда вся земля истаявала от бездождия, когда небо разгаралось, воздух раскалялся, облака заключились; когда не было ни злака. Ни цветка, ни отпрыска растения, ни дыхания влажного ветра, орошавшего и поднимавшего рост молодых колосьев; когда реки иссохли, источники, питавшие реки, исчезли от зноя, а море стало весьма соленым, ибо пресные воды не попадали в него по причине того, что дождь и потоки иссякли. Тогда-то пришел Илия к убогой вдовице. Но вы знаете, как страдает вдовица и во время хорошего урожая. Однако пророк оставил богатых, имевших обильные запасы хлеба, и, сойдя с горы, пришел к сей вдовице. Но почему Илия, низведший с неба огонь своим словом, не низвел себе хлебов? Может быть потому, что не мог? Нет, мог, но не сделал так. Почему же? Дабы не лишить плодов нищелюбия вдовицу, и дабы увеличить благословением сосуд с мукою и небольшой запас масла. Ибо пророк пришел не столько с целию напитаться, сколько с целью напитать убогую и сделать явным скрытую в сердце ее добродетель и благорасположение. Так творит Бог: ибо, будучи в состоянии питать всех рабов Своих, бывших вместе с Ним в мире, Он требует подаяния, дабы обнаружить благорасположенные сердца делами их нищелюбия. И когда уже не бывает никого, кто мог бы напитать их (рабов Своих), тогда Он питает их или птицами, как Илию на горе, или чужестранным пророком, как Даниила во рву, или зверем морским, как Иону китом, или Сам от Себя посылает пищу, как отцам нашим в пустыне; ибо, когда у них не было ничего, что бы они могли взять (себе для питания), тогда Он ниспослал им с неба манну и источил из камня воду. Но когда святые Его живут в миру с прочими людьми, то Бог удерживает десницу Свою, хоты и видит их скорбными; оставляет их, дабы вознаградить благодатию тех, кто пожелает благотворить им; ибо через сие могли бы получить спасение многие.

 

Итак Илия пришел к вдовице, у которой не было ничего, кроме горсти муки, которой ей могло хватить разве только на один обед для нее и для детей ее.

Что же говорит ей пророк?

– «Принеси мне немного воды в сосуде, дабы я мог напиться.»

Когда она пошла за водой, то он сказал в след ее:

– «Принеси мне также в руке твоей и хлеба печеного».

Она сказала о том, чего не имела, но то, что имела, не утаила, а объявила, сказав: «Жив Господь! Разве есть у меня где хлеб в потаенном месте? У меня нет ничего, кроме горсти муки и небольшого количества масла в сосуде.»

Замечательно уже то, что несмотря на такую скудость, она не утаила бывшего у нее небольшого остатка пищи. Как много ныне таковых, которые, имея много золота и серебра, не делятся с друзьями своими, когда те просят у них? Даже и тогда, когда их упрашивают с любовию, они говорят, что не имеют ничего, не желая давать; но если, после долгих просьб склонятся к тому, чтобы дать кому-либо взаймы, тогда берут с тех, кому дают, расписку, более прочную, чем железо, связывают подписью руку принимающую, в присутствии свидетелей и поручителей. Но та вдовица по одному слову не отреклась от горсти муки.

Что же сказал ей пророк? «Поспеши и приготовь опресноки, прежде всего, для меня, потом же для тебя и для детей твоих.» Сие слово пророческое было испытанием, – было испытанием сердца, было испытанием благорасположения. Сердце блаженной вдовицы находилось как бы в тисках, будучи в недоумении, что предпочесть, любовь ли к своим детям, или нищелюбие к пророку? И предпочла вдовица лучше обидеть себя и детей своих, пророка же принять, ибо знала, что приемляй пророка во имя пророче, мзду пророчу прииметъ; и напоивший чашею студеной воды во имя ученика, не потеряет награды своей.

Но почему же пророк сказал: «Поспеши!» Разве он был настолько голоден, что нуждался в особенном усердии вдовицы? Нет, ни в каком случае, но он таинственно знаменовал сим, что благое дело должно творить с усердием и радостию, а не с печалию и тоскою: доброхотна бо дателя любитъ Богъ. «Поспеши и приготовь, прежде всего, для меня, потом же для тебя и для детей твоих». «Поспеши», – подобно тому, как Авраам, когда к нему пришли ангелы, поспешил к волам и заколол тельца, дабы принять Агнца; также подобно тому, как Сарра поспешила к опреснокам, дабы получить хлеб, сокрытый в небесах. «Поспеши и поступи так, как Авраам с жертвами Богу; не тебе первой и потом мне, как поступили: Каин, Офни и Финиес, сыновья священника Илия, которые уничижали Бога, взимая в свою пользу начатки даров, приносимых Богу. Вдовица исполнила приказание пророка с усердием.

Пророк же, приняв хлеб, хоть и малый, но поданный с великим усердием, вкусил от него и наполнил благами дом ее, ибо он сказал: «Не оскудеет горсть муки в водоносе, и масло в сосуде, до тех пор, пока Господь не пошлет дождя на землю.» Но почему, – до того времени (когда будет ниспослан дождь)?

 

Дабы таинственно показать, что ветхий закон оканчивается тогда, когда явилась новая благодать, как дождь с неба.

 

И действительно случилось так, как сказал пророк.

Видишь ли, как добрые женщины получили плоды нищелюбия? Ибо благие труды дают благие плоды и неистлевающий корень целомудрия. Вы, женщины, слышали о делах злых женщин и о добродетели благих; одних возлюбите, других же сторонитесь; тем подражайте, других же избегайте, дабы, следуя пути благих (женщин), вы были бы сопричислены к лику святых, о Христе Иисусе, Господе нашем, Коему подобает слава и держава вечно. Аминь.

 

Святитель Иоанн Златоуст

 

10 сентября 2004 года

 

Источник: Православие.RU

 

Позорнейшим пятном в истории человечества был тот страшный день, в который под мечом палача упала святейшая глава Иоанна Предтечи и Крестителя Господня, величайшего из рожденных женами, по слову Господа нашего Иисуса Христа. Упала глава его, и была принесена на диавольский пир, и была отдана плясавшей девице, и она отнесла ее матери своей, ученице вселукавого диавола – Иродиаде. И наслаждался сам диавол зрелищем того, как эта его окаянная ученица со злобной усмешкой колола иглой язык отрубленной головы Предтечи...

Но радость диавола была очень омрачена тем, что блюдо, на котором лежала отрубленная глава Предтечи, было наполнено кровью, и невольно вдыхал диавол из этой крови, наполнявшей блюдо, Божественный аромат души Предтечи, ибо душа – в крови, по слову Священного Писания (Втор. 12, 33).

И возносилось это благоухание Христово из крови святейшего из мучеников высоко-высоко, превыше небес к бесплотным силам. Вдыхали они его и радовались великой радостью, что так преславно и с несказанным величием закончилась необыкновенная, полная тяжелейших трудов жизнь Ангела во плоти Иоанна, уготовавшего путь Господу и Спасителю нашему Иисусу Христу.

В первые три века истории христианства десятки тысяч мучеников и мучениц Христовых продолжали подвиг Предтечи Господня. По злобе диавола, не терпевшего проповеди о воплотившемся и распятом Сыне Божием, они подвергались ужаснейшим мучениям и самым лютым смертям. И вместе с потоками крови их благоухание Христово, которым были полны их души, возносилось к небесам, и постоянно мучило оно диавола.

Прошло то время, когда мученики Христовы, горевшие верой и любовью к Господу нашему Иисусу Христу, приносили себя в жертву за Него. Нет более таких жертв.

Но еще раньше, с пришествием в мир восприявшего плоть человеческую Сына Божьего, прекратились и все другие жертвы, те жертвы, которые приносил народ Израильский целые тысячелетия. Почему закончились?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо объяснить вам смысл ветхозаветных жертв, завещанных Самим Богом чрез великого пророка Моисея. И Сам Бог устами пророка Исаии и Псалмопевца Давида так говорит:

"К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу" (Ис. 1, 11).

"Ем ли Я мясо волов и пью ли кровь козлов?" (Пс. 49, 13).

Эти жертвы не были нужны Самому Богу, ибо у Апостола Павла, в послании к Евреям, читаем: "…невозможно, чтобы кровь тельцов и козлов уничтожала грехи" (Евр. 10, 4). Если так, если Богу не нужны были жертвы всесожжения, значит не для Себя требовал Господь Бог принесения в жертву животных. Жертвы эти были нужны для самих людей, которые совершали их. Людям жертвы эти были необходимы для всегдашнего напоминания о их грехах и о покаянии в них.

Но кровь жертвенных животных имела и другое, весьма важное, значение, ибо она прообразовала святейшую и драгоценнейшую Кровь воплотившегося для спасения мира Предвечного Сына Божьего. Это значение прообраза Креста Христова кровь жертвенных животных потеряла после пришествия в мир Самого Спасителя. А жертвы как напоминание о грехах и покаянии были заменены великим таинством исповеди.

Так что же? Не нужны для нас теперь никакие жертвы?

О нет! О нет! Еще за тысячу лет до Христа великий пророк и Псалмопевец Давид понимал, что есть еще одна форма жертвы Богу, несравненно более приятная Ему, чем всесожжения животных. В своем пятидесятом псалме он написал драгоценные для нас слова: "Жертва Богу дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит" (Пс. 50, 19).

Будем же все мы, малое стадо Христово, всегда помнить, что именно этой жертвы – глубокого смирения сердца и неустанного сокрушения желает от нас Бог. Будем помнить и о том, что есть еще одна угодная Богу жертва – жертва возношения Ему всегдашней хвалы, по слову того же Псалмопевца: "Жертва хвалы прославит мя, и тамо путь, имже явлю ему спасение мое" (Пс. 49, 23).

Бог ждет от нас не только молитвенных прошений о нуждах наших, но и всегдашней хвалы за безмерные благодеяния Его к нам.

Чтобы лучше запомнить вам это, воспоем сейчас все едиными усты и единым сердцем хвалебную песнь Богу нашему.

(Все поют "Хвалите имя Господне, хвалите раби Господа...")

 

Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

1957 г. 

 

Рассказы о чудесах святителя Николая поведала мне раба Божия Галина из г. Боготоля Красноярского края. Это было 31 декабря 1945 года в одном поселке на Урале. Жила там благочестивая вдова с двумя дочерьми. У одной муж был сквернослов и неумеренно употреблял спиртное. Когда подошло время вдове уйти из этого мира, в поселке из мужчин остались в основном старики да инвалиды войны. Могилу копать было некому, кроме ее зятя, который, сквернословя, отправился на кладбище. Не успел начать копать - кайло упало ему на руку и сломало большой палец. Он с руганью пошел домой, и пришлось идти копать дочери вдовы.

 

Морозы стояли сильные. Дочь вдовы добрела по снегу до места могилы, с трудом подняла кайло, ударила им в землю, но оно отскочило. Поняла дочь, что не выкопать ей могилу. Села на поваленную березу и горько заплакала. Вдруг почувствовала, что кто-то сзади положил ей на правое плечо руку и спросил:

- Молодуха, о чем ты так горько плачешь?

 

Повернулась она - стоит перед ней старец: без головного убора, в брезентовом одеянии, с котомкой через плечо; лицо у него розовое. Рядом со старцем - мальчик лет двенадцати. Женщина сказала, что у нее умерла мать, а могилу выкопать некому. Старец ей ответил, что они с мальчиком выкопают. Сняли котомки, повесили на березу. Старец взял кайло, легко отколол кусок земли и принялся копать. Мальчик же брал комья земли и отбрасывал их в сторону. Минут через двадцать могила была готова, и старец сказал дочери вдовы:

- Вот, мы выкопали на полтора метра, а больше не надо. Хорони свою мать.

Женщина спросила:

- Чем же я с вами рассчитаюсь?

- Ничего нам не надо, - был ответ.

Тогда она пригласила их на поминальный обед.

- Если будет время - придем, - сказал старец.

 

Пошли они в глубь кладбища, а в снег не проваливаются, идут, как по асфальту. И растаяли. Когда после похорон собрались на поминальный обед, никто за стол не садился - ждали старца. Дочь вдовы вышла в сенцы, чтобы посмотреть, не идет ли он, и тут услышала его голос:

- Не жди, не придем.

Через некоторое время она поехала к своей тетке - верующей. Та была во дворе и пригласила племянницу в дом, пропуская ее вперед. Открыв дверь, дочь вдовы невольно обратила взгляд в передний угол - и увидела... икону того, кто копал могилу, - св. Николая Чудотворца. И не могла переступить порога, потому что от иконы стало исходить сияние. После этого женщина уверовала в Бога и стала почитать святителя Николая.

 

А вот другое чудо. В одной деревне двое пошли рыбачить, а рыба никак не ловилась. Тогда один рыбак говорит другому: "Давай поставим Чудотворцу Николаю свечей на десять рублей". Тот согласился. Прошло немного времени. Видят рыбаки, что сеть их потянуло в воду. Схватили сеть - и с трудом ее удержали. Вытащили осетра - полтора метра длиной; потом его разрубали топором.

Через некоторое время у двух других рыбаков тоже не ловилась рыба. Однако вспомнили они тех рыбаков, которым так повезло. Вот и говорит один другому: "Давай и мы поставим свечей Чудотворцу Николаю". А другой был выпивши и стал сквернословить. И в это время лодка перевернулась, и они очутились в воде. Не смогли вернуть лодку в прежнее положение и с великим трудом добрались до берега.

Иеромонах Нифонт,
п. Итат Тяжинского района Кемеровской обл.

 

http://www.nikola-ygodnik.narod.ru

 

Серия сообщений "Чудеса Православия":
Часть 1 - Милость Николая Чудотворца
Часть 2 - По молитвам батюшки Серафима Саровского
...
Часть 6 - Когда врачи бессильны…
Часть 7 - Святитель Спиридон Тримифунтский. Чудеса своими глазами
Часть 8 - Два чуда
Часть 9 - Малинка. Чудеса преподобного Серафима Саровского

 

Когда Христос призывал учеников, Он нередко выхватывал их прямо из повседневности: вот сидят рыбаки, чинят сети после ночного лова, Он зовет их за собой – и они идут, бросив всю свою прежнюю жизнь вместе с этими самыми сетями (Мф 4:18-22). Но один подобный случай просто поражает: «Другой же из учеников Его сказал Ему: Господи! позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего. Но Иисус сказал ему: иди за Мною, и предоставь мертвым погребать своих мертвецов» (Мф 8:21-22, ср. Лк 9:59-60, где ученик отвечает так на прямой призыв последовать за Христом). Так и видишь эту картину: только что умер отец, сегодня-завтра его похоронят, и ученик хочет отдать ему последний долг сыновней любви в окружении скорбящих родных… но Христос отказывает ему в этом, да еще и называет мертвецами всю его родню! Как-то совсем не по-доброму звучит.

 

Это место всегда вызывало много споров и порождало много толкований. Обычно проповедники и богословы стремились как бы оправдать Христа: мол, так Он в резкой форме объяснял, что даже естественная забота о родителях не должна быть препятствием в следовании за Христом. Ну, а что касается мертвецов, они обычно понимаются как духовно мертвые люди, от которых все равно ждать нечего, так пусть, по крайней мере, озаботятся похоронами. Но боюсь, что такое толкование может только подогреть ревность неофита, который почитает себя уже духовно совершенным, а всех своих близких – мертвецами, и относится к ним соответственно. Не так вел Себя Христос, он с заботой и любовью принимал всех, не исключая самых «бездуховных» мытарей и блудниц.

Во-первых, совершенно не обязательно, что отец ученика к тому моменту уже умер. Возможно, выражение «прежде похоронить отца» означало «прожить с ним, сколько ему еще осталось, и так исполнить свой сыновний долг». Мол, сейчас у меня еще есть обязательства перед родными (возможно, отец был стар и тяжело болен), но вот когда я их исполню, то приду к Учителю. Конечно же, у него не было никакой возможности так поступить: земное служение Христа длилось очень недолго, и ученик должен был решать сразу: последовать за Ним здесь и сейчас или остаться с семьей. О том, что любовь ко Господу стоит выше любви между родителями и детьми, Христос предупреждал и в других местах (например, Мф 10:37).

Но дело даже не только в этом. Насколько вообще буквально следует понимать эти слова Христа? Очевидно, что мертвецы сами друг друга хоронить не могут, так что это уже заставляет нас задуматься о переносном значении этого оборота речи. Посмотрим и на те слова, которые идут перед этой фразой: «Тогда один книжник, подойдя, сказал Ему: Учитель! я пойду за Тобою, куда бы Ты ни пошел. И говорит ему Иисус: лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову» (Мф 8:19-20).

Неужели Ему в буквальном смысле слова негде было ночевать? Но мы видим из Евангелия, как часто Его принимали самые разные люди у себя дома, и принимали как почетного гостя! Очевидно, «негде преклонить главу» – преувеличение, образный оборот речи. Книжники были уважаемыми людьми со стабильным доходом и положением в обществе, и в сравнении с этим жизнь бродячего проповедника, конечно же, была полна опасностей и лишений – Христос об этом и предупреждает книжника.

Более того, у Луки после слов о похоронах отца приводится еще один диалог: «Еще другой сказал: я пойду за Тобою, Господи! но прежде позволь мне проститься с домашними моими. Но Иисус сказал ему: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия» (9:61-62). Итак, перед нами не история какого-то одного ученика и его семьи, а скорее три примера, три призвания – и три препятствия, по одному для каждого из них. Книжнику негде будет преклонить главу, одному ученику не удастся похоронить отца, другому – даже некогда будет проститься с семьей.

Обратим внимание на прибавление, которое находим у Луки: «предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие». Смысл здесь совсем не в том, чтобы отказаться хоронить отца (неважно, назначены ли эти похороны на завтра или ему еще предстоит дожить остаток жизни). Единственное, что следует делать – возвещать Царствие здесь и сейчас, вне зависимости от событий семейной жизни. Как часто и в наши дни люди обращаются к Богу только тогда, когда им нужно похоронить родных, и только для того, чтобы похоронить – то есть нужен им не Бог, а всего лишь достойные похороны!

Христос, как мы знаем, вовсе не относился с пренебрежением к родным – с креста Он поручил свою Мать заботам апостола Иоанна (Ин 19:27). Не был Он равнодушен и к смерти Своего друга Лазаря – не только пришел к его могиле, но даже воскресил умершего, о чем Его и не просили (Ин 11). Но если бы главным делом для Него была забота о родных и близких, не стоило восходить на крест… Он бы, безусловно, никогда не сказал Отцу: знаешь, я исполню Твою волю как-нибудь потом, а сейчас мне надо позаботиться о Матери, похоронить друга, да и вообще много неотложных дел накопилось. Он исполнял волю Отца безоговорочно и незамедлительно – а уж всё остальное делал, как получалось, и при этом остальное действительно получалось хорошо. Об этом Он, видимо, говорил и ученику.

А кто же такие эти мертвецы, которые погребают мертвецов? Трудно сказать наверняка. Возможно, это что-то вроде верблюда, пытающегося пролезть в игольное ушко (Мф 19:24) – яркий, парадоксальный образ, который наверняка запомнится слушателям, хотя, конечно, в реальной жизни такого не увидишь. Может быть, это вообще что-то вроде поговорки тех времен, наподобие «смерть своё возьмет». Да, она своё возьмет, говорит он ученику, но перед тобой открывается Жизнь, иди по ее дороге, возвещай о ней другим людям. Живи не семейной историей, а Вечностью, живи ей здесь и сейчас – вот что, по-видимому, Он хотел сказать этими словами тому ученику и всем нам.

Андрей Десницкий

 

Мф., 79 зач., 19, 16-26

В то время некий юноша подошел к Иисусу, кланяясь Ему, и сказал: Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную? Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди. Говорит Ему: какие? Иисус же сказал: не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй; почитай отца и мать; и: люби ближнего твоего, как самого себя. Юноша говорит Ему: все это сохранил я от юности моей; чего еще недостает мне? Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною. Услышав слово сие, юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение. Иисус же сказал ученикам Своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное; и еще говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие. Услышав это, ученики Его весьма изумились и сказали: так кто же может спастись? А Иисус, воззрев, сказал им: человекам это невозможно, Богу же все возможно.

Мы слышим историю о богатом юноше, о печали человека, который побоялся полагаться только на Бога. Все есть у этого богатого человека, одного ему недостает - благодати. Не напоминает ли он многих из нас, все соблюдающих, хранящих уставы Церкви, честно проходящих свой жизненный путь со строгостью, иногда, может быть, даже чрезмерной по отношению к себе?

 Богатый человек в Евангелии, во всяком случае, вызывает сочувствие. Когда Христос перечисляет заповеди: «не убивай», «не прелюбодействуй», «не обижай», «чти отца твоего и мать», он отвечает: «Все это я сохранил от юности моей». Христос, как сказано в Евангелии от Марка, взглянув на него, полюбил его. Но Он сделал ему неслыханное предложение. Он предложил ему совершенный разрыв с его богатством - не только материальным, но и духовным. Не то что Господь отменил для него заповеди, в которых заключена жизнь. Наоборот, Он указал на них как на единственный путь к совершенству, то есть к любви. Но сам человек никакими усилиями совершенства достигнуть не может. Этому человеку, который привык рассчитывать только на собственные усилия и на собственное богатство, Христос предлагает внезапно даром все - всю Свою любовь, все Свое совершенство: «Оставь все и следуй за Мною».

 Мы-то с вами знаем, что нельзя заработать вечную жизнь никаким трудом, никакими подвигами, никто не может победить смерть и грех, стать «причастником Божественного естества» и храмом Духа Святого. И, тем не менее, как часто мы уподобляемся одной корреспондентке святителя Игнатия Брянчанинова, которая недоумевает, почему она, столь тщательно готовясь к исповеди, стараясь жить строго и внимательно, назвала все свои грехи, в том числе самые мелкие, а вышла из храма пустой, без радости. «Это потому произошло, - ответил ей Святитель, - что ты думала рассчитаться с Богом сразу со всеми долгами, в то время как твои долги неоплатные».

 Вечная жизнь - это пребывание с Богом, и все заключается в том, чтобы узнать, что Христос - это Бог, и следовать за Ним путем Его заповедей. Все заповеди существуют для того, чтобы мы научились личным отношениям с Богом и с людьми, то есть любви. Чтобы Бог и люди стали для нас живыми. «Все соблюл», - говорит молодой человек, но его отношения с Богом и с людьми совершенно эгоистичны. Он в плену своих имений, материальных и духовных. Он в цепях, которые надо разбить.

 Вечная жизнь - жизнь, которой живет Христос Бог. Она - любовь и самоотдача, и жертвенная щедрость. Если мы узнаем, что такое вечная жизнь здесь, на земле, что от Христа исходит этот мир и эта радость, мы с радостью пойдем за Христом. И для нас будет понятно, что следовать за Христом - это служить людям, за которых Христос умер.

 Каждый из нас пусть испытает себя сегодня, какая в нем печаль и какая радость, и в чем причина их. Богатый человек не мог решиться продать свои богатства, отделить себя от них. Этим объясняется печаль, с которой он, опустив голову, отошел от Христа. Печаль того, кто был не в силах принять предложенную ему радость. Радость дается только нищим духом. Только тем, кто смиренно молит о благодати, следуя за Христом. Юноша опечалился, потому что не мог приобрести совершенства по своей собственной тяжелой цене, и отказался принять его по легкой Христовой.

 Но если такой человек погибает - не можем мы не воскликнуть со всеми учениками Христовыми - то кто же может спастись? «Человекам это невозможно, - отвечает Христос, - но не Богу. Ибо все возможно Богу». Никогда не должно отчаиваться. В этих словах Спасителя сокрыта милость по отношению к богатому юноше, который отходит от Него. Не невозможно для Бога возвратить и его. Но закон один - рано или поздно все вольно оставить и принять даруемую благодать.

 Путь на небо - для всех узкий путь, и врата, ведущие в жизнь, тесны. Легче верблюду - говорит Христос - пройти сквозь игольное ушко - чем богатому войти в Царство Небесное. Некоторые полагают, что речь здесь идет о воротах в Иерусалиме, которые называются «игольные ушки» за их тесноту. Верблюд не может пройти через них, пока не будет разгружен. Так богатый человек не может взойти на небо, пока не пожелает рассчитаться с грузом земных богатств и склониться перед предписаниями смиренной веры.

 Другие считают, что неслучайно слово «верблюд» на греческом языке совпадает со словом «канат». Богатый человек по сравнению с бедным - толстый канат по сравнению с тонкой ниткой. И он не пройдет сквозь игольное ушко, пока его не расщепить на отдельные нити. Так богатый человек должен освобождаться от своих богатств, чтобы нить за нитью проходить сквозь игольное ушко.

 Где взять нам мужество и самоотверженность тех, кто, все оставив, уходили в пустыню или принимали мученическую кончину? Давно ли Церковь наша была на кресте, когда все верные Господу уповали только на благодать и, лишенные всего, ничего не имели, кроме сокровища на небесах? Но каждому без исключения дается смерть как потеря всего или как Пасха Господня.

 

Протоиерей Александр Шаргунов.

 

07.09.2008

 

 

Сегодня Церковь празднует память пророка Божия Самуила. Жил он очень давно, за много веков до Рождества Христова, и, конечно, в его время люди еще не знали ни Закона Евангельского, ни правды Христовой, и вера им как бы только-только начинала светить, как солнце до своего восхода первыми лучами зари освещает землю... Так было и тогда, когда жил пророк Божий Самуил.

Мы с вами, христиане, живущие уже после явления Спасителя на Земле, живущие уже в свете Его Евангелия, знающие уже и Путь, и Истину, и Жизнь, — призываемы Церковью оглядываться назад и вспоминать дни древние, вспоминать тех людей, которые подготовили и предварили явление в мир Истины Христовой.

Священное Писание, рассказывая о жизни пророка Самуила, приводит для него много значительного, важного, заставляющего задумываться над жизнью людей, над их отношением друг к другу, к Святыне, к Богу.

Пророк Самуил родился при необычных обстоятельствах; Его мать Анна была бесплодной, и для нее это было великое горе, потому что человек, не имевший детей, считался проклятым Богом. Она проходила по улицам, как прокаженная, как зачумленная, каждый мог показать на нее и сказать: «Вот идет Анна, от которой Бог отвернулся. Он покарал ее за грехи».

И вот однажды ее боль сердечная и страдания дошли до самой высшей точки терпения, она пошла в город Силом, где стоял Ковчег Завета. В то время не было еще Храма Иерусалимского, да и самого Иерусалима, как священного города еще не было. А был город для молитв и для поклонения Шело или Силом. Там в шатре, охраняемый священниками и служителями-левитами, находился Ковчег Завета — священная реликвия, Святыня народа Божия; Драгоценный ларец, который как бы служил престолом, на котором незримо пребывал Сам Господь, когда благословлял верующих. День и ночь охраняли и сторожили служители и этот шатер — Скинию, и этот Ковчег.

Пришла Анна к порогу Скинии, остановилась, упала на землю и долго плакала. А потом поднялась и начала молиться. Но от горя у нее уже и язык не повиновался, и слова те она произносила в сердце, а если бы она говорила устами, то кричала бы громким голосом! И вот старый священник Илий, который возглавлял братство служителей Скинии и Ковчега, сидел на своем кресле возле святилища и наблюдал за этой женщиной. Ему показались странными ее движения, ее молчаливые закушенные губы, из которых не вырывалось ни одного звука. Ему вдруг пришло в голову, что она пьяная, и он строго сказал ей: «Уйди от Святыни, ты пришла сюда пьяная!» Тогда она поклонилась ему и стала говорить:

«Прости меня, я пришла сюда совсем не пьяная. Меня горе убило. Я потому не держусь на ногах, что вся жизнь у меня сломана и угнетена. Я потому шатаюсь, что бремя моей печали слишком велико. Я прошу у Бога, чтобы он снял с меня поношение и дал мне наконец дитя».

Священник Илий растрогался и сказал ей: «Иди, дочь моя, в дом, будет тебе сын!» И через некоторое время у нее родился один сын, потом второй и третий. И своего первенца она назвала Самуилом, что означает по-русски: «Бог услышал».

И Анна дала обещание, что с малых лет она посвятит ребенка на служение Господу. Когда он научился ходить, она привела его к старику Илию и сказала: «Вот, отец, я привела тебе ребенка, которого вымолила в твоем присутствии». И священник Илий взял юного Самуила для службы в Скинии. В его обязанности входило помогать священникам и левитам, а ночью он спал прямо при этой Скинии, в двух шагах от Священного шатра, перед которым люди падали ниц.

И вот однажды ночью Самуил услышал голос, который звал его по имени. Думая, что его зовет старый священник, он поднялся и сказал: «Вот я, тут, ты зовешь меня?»Но увидев, что старик спит, он разбудил его и рассказал, что кто-то его звал. Так повторялось дважды, а на третий раз Илий понял, что мальчика призывал Господь. И он сказал ему: «Когда ты услышишь этот зов, встань и ответь: «Вот я. Господи, раб Твой, слушаю Тебя!» И юный Самуил послушался голоса старца.

Когда в третий раз таинственный, нездешний Голос его призвал, он поднялся, встал перед Ковчегом и сказал: «Вот я, Господи, я Твой служитель, я слушаю Тебя!» И было ему открыто, что больше не будет Божьего благословения над семьей священника Илия, много лет хранящей Ковчег Завета, потому что священники — сыновья Илия — Офни и Финеес унизили свое достоинство служителей алтаря. Они поступали гнусно, греховно и безобразно, и тем самым оскорбляли Святыню.

К отцу не раз приходили люди и говорили: «Что же ты смотришь, как поступают твои сыновья с теми, кто приходит к Богу, к Святыне?» И он взывал к сыновьям: «Дети мои, если согрешишь перед человеком, покаешься, и Господь простит, но если самого Бога оскорбляешь, кто за вас будет ходатаем?» Но эти легкомысленные сыновья по-прежнему продолжали свое недостойное лжеслужение у Ковчега Господнего.

И вот открыл Бог юному Самуилу, что рука Божия будет отнята от этой семьи, прежде поставленной на службу Божию. И оба недостойных священника — сыны Илия — умрут в один день. И Ковчег Завета будет отнят на время у народа Божия за грехи. А сам Самуил был призван возродить снова истинное служение.

Прошло некоторое время, быть может, несколько лет, когда старый священник ожидал, конечно же в покаянии, в горе, в отчаянии, что вот-вот свершится предзнаменование. Он понял, что то, что Господь обещает, дает, Он может взять назад. Господь благословил его род, поставил на служение Святыне, но недостойна оказалась семья, и теперь отнимается у нее Святыня.

И вот однажды началась война с сильным, могущественным врагом, морским народом филистимлян, которые пришли в ту страну. У них были тяжелые железные колесницы, оружие, которому никто не мог противиться. И тогда израильтяне, чтобы ободрить себя, пришли в Силом, взяли Ковчег Завета, поставили его на шесты и понесли впереди войска, как позже православные воины несли иконы впереди войска.

Но может ли Святыня защитить людей грешных? Нет. История нас этому учила много раз. Только тогда покров Святыни действенен, когда люди, взывающие к Богу, хотя бы немного достойны этой Святыни! Священник Илий знал это и, сидя с молодым Самуилом у шатра, с тревогой ожидал, что будет с Ковчегом Господним.

Они сидели, ждали, и вот вдали показались бегущие люди, в разодранной одежде, с кровоточащими ранами, наспех перевязанными головами и руками. Перед ними предстала разбитая толпа. И закричали все: «Победили нас филистимляне! А Ковчег Завета взяли в плен». И так это потрясло старого Илия, что он потерял сознание, упал со своего кресла и тут же испустил дух.

После этого Господь воздвиг Самуила, хотя он и был молод, и тот занял место Илия и поднял народ к покаянию, призывавши всех проснуться от греховного сна. И говорил он: «Над вами бедствия тяготеют, потому что вы отступили от Бога! Вы потеряли свою Святыню, потому что вы недостойны Ее. Покайтесь, и тогда Господь поможет вам изгнать язычников из своей страны». И когда дело покаяния было совершено, когда люди в слезах, в рубище каялись, просили Господа, чтобы Он простил им их прегрешения, слова пророка Самуила исполнились: был возвращен Ковчег, и стали постепенно отступать филистимляне.

А вскоре Бог воздвиг царя, которого пророк Самуил помазал на царство. Помазал — это значит благословил, низвел на него силу и дар Святого Духа. И вновь повторилась та же история, что и со старым Илием и его семьей. Царь оказался недостойным Божьего призвания. И Господь вновь призвал Самуила, к тому времени уже пророка преклонных лет, и сказал ему: «Тот царь, которого ты поставил своей рукой, более Мне не угоден, ибо он идет по своим путям. Помажешь на царство иного!»

И Самуил вышел навстречу царю, чтобы сообщить ему печальную новость, что тот отвергнут Богом. А перед этим он предупреждал царя, чтобы все, что тот захватит в бою, было уничтожено, и чтобы царь не брал себе ничего. Царь же привел с собой после битвы стада овец, якобы для жертвы Богу. И тогда пророк сказал ему: «Что важнее, послушание Господу или жертва? Отнимается от тебя престол твой и корона твоя».

И нашел он юношу по имени Давид и тайно помазал его на царство. Это было последнее дело старого пророка. Когда он помазывал его, снова явилась Тайна Божьего избрания. Господь сказал: «Пойди к человеку по имени Иессей, у него несколько сыновей. Я тебе укажу, какой из них Мой избранник». И вот Самуил пришел, а у Иессея один сын был лучше другого: сильные, красивые, высокие, крепкие... Подходит к одному, но Голос Божий в сердце ему говорит: «Нет, это не тот. Ибо Я не взираю на лица». Подходит к другому — то же самое. И оказалось, что избранником Божиим был самый младший, Давид, которого даже и в доме-то не было, его вызвали с поля как пастушка. И Господь повелел пророку помазать его. Тайна Божия принадлежит Тому, Кто смотрит в сердца человеческие...

Так вот, дорогие мои, Священное Писание рассказывает нам о жизни этого пророка, о том, что с ним совершалось. И еще раз повторяю, этот рассказ, хотя и повествует о делах давних, но о многом нам говорит.

И мы с вами, в памяти своей воскрешая эти сказания библейские, должны думать о том, что Тот же Самый Господь, Который говорил древним пророкам, обращается и к нам. Тот же Самый Господь исполняет наши молитвы, Тот же Самый Господь может покинуть нас, как Он в древности покидал недостойных людей.

Тот же Самый Господь может и укрепить нас и каждого из нас поставить рядом со Святыней, как поставил Самуила. Тот же Самый Господь обращает к нам слова пророка, что послушание воле Божией важнее всяческих жертв, и что Господь взирает не на лица, а на то, что таится в сердце человека. Вот какие уроки мы можем извлечь из сказания о пророке Самуиле, память которого мы нынче совершали. Аминь.

Из сборника "Свет во тьме светит"

 

Несмотря на то что все чудеса святого Спиридона официально признаны церковью и имеют документальное подтверждение в хрониках острова Кипр, современному человеку очень сложно в них поверить.

Однако мне повезло: я, попав в храм святого на Корфу, своими глазами увидел подтверждение того, о чем столько читал и слышал.

Рака с мощами святого находится в храме на самом виду, она вся обвешана золотыми и серебряными украшениями - дарами тех, кому помог святой. Это вместилище реликвии заперто на замок: хранитель открывает его только для православных туристов, а католикам разрешается поцеловать лишь саму раку.

Пожалуй, для меня это было одно из самых сильных потрясений в жизни. Сквозь стекло мне очень хорошо удалось рассмотреть лицо святого. Его черты вполне узнаваемы, прекрасно сохранились волосы и белоснежные зубы. Кожа немного сморщена и потемнела, но сохранила свою форму. Кстати, хранители раки говорят, что потемнел святой Спиридон относительно недавно. Это случилось в XVII веке, когда была проведена реформа православной обрядности и богослужебных книг, известная у нас как реформа патриарха Никона. Видимо, святому она пришлась не по душе.

Тело святого Спиридона имеет постоянную температуру: 36,6 градусов. У него растут волосы и ногти. И что самое удивительное - одежду, которая на нем надета, меняют раз в полгода, потому что она снашивается, будто он не лежит в раке, а ходит. Хранитель раки рассказал, что бывали случаи, когда ключ просто не может открыть замок на раке. И тогда священники знают - святого в раке просто нет, он ходит по острову.

Феномен нетленных мощей святого Спиридона пытались исследовать ученые со всего мира, и церковь им не препятствовала. Однако биофизики и биохимики, изучив мощи святого, лишь развели руками. Нет иного объяснения, кроме чуда, тому, что может видеть любой православный посетитель храма на Корфу.  

Серия сообщений "Чудеса Православия":
Часть 1 - Милость Николая Чудотворца
Часть 2 - По молитвам батюшки Серафима Саровского
...
Часть 5 - Чудесное исцеление тяжко больной Ксении
Часть 6 - Когда врачи бессильны…
Часть 7 - Святитель Спиридон Тримифунтский. Чудеса своими глазами
Часть 8 - Два чуда
Часть 9 - Малинка. Чудеса преподобного Серафима Саровского

Из наставлений старца Арсения (Папачока)

19 июля 2011 года в возрасте 96 лет отошел ко Господу архимандрит Арсений (Папачок) – старейший и один из самых почитаемых ныне румынских старцев. Он принадлежал к золотой плеяде румынских духовников ХХ века, которые не имеют себе равных по истовости и всецелой жертвенности своей веры, опыту подвижничества в суровых условиях безлюдной пустыни, подобно аввам из древних патериков, – опыту, сочетающемуся с духовной мудростью, тонкостью проникновения в тайники человеческой души и недюжинными литературными дарованиями. Старец Арсений подвизался в непроходимых лесных дебрях румынских гор вместе с отцом Клеопой (Илие), подвергался преследованиям со стороны богоборческих властей, сидел за исповедание веры в тюрьме. С 1975 года он был духовником монастыря во имя святой Марии в городе Текиргёл под Констанцей.

Предлагаем вниманию читателей ответы старца на некоторые актуальные вопросы духовной жизни.

– Сегодня, когда христиане уже не могут соблюдать пост и вести нравственную жизнь так, как этого требуют священные каноны, на каких условиях мы можем причащать их?

– Христиане тоже переживают свои исторические моменты и не свободны от желаний и житейских забот, но зерно истины, вложенное в человека, не может не встрепенуться и не разбудить голос Бога в нем – совесть. Я не верю, что существует такой христианин, у которого не встрепенется сердце и который не вздохнет и не поклонится, услышав звон колоколов, бьющих по церковному обычаю или в какой-нибудь особый момент. Он знает этой самой божественной искрой, живущей в нем, что этот строгий, священный и проникающий в душу звон колоколов призывает живых, оплакивает мертвых и разгоняет злые тучи.

Каноны остаются в силе как великие маяки, на которые ориентируются, чтобы видеть в особенности тяжесть греха; у них есть свои определения и толкования, но следует знать, что у них есть и гибкость. Великое дело – исцелить его [христианина] рану, а не оставить его одного на целые годы без великих благодатей Святых Таин. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Ты хочешь годы назначить ему? Надо сделать его здоровым!» Чтобы он пришел в знание себя и сам открыл великие сокровища небесных благодатей. Чтобы он знал, что пришествие Спасителя, Который снизошел до глубин человеческой мизерности, было не для того, чтобы уничтожить Свое создание, а чтобы его преобразить; что великая жертва Спасителя была принесена, чтобы мы через покаяние были прощены во всех грехах и чтобы он, христианин, жил в великой надежде без опаски. Ибо «никакое несчастье ничего не значит и ничего не потеряно, пока вера стоит на ногах, покуда голова поднимается и душа не отрекается» (М. Метерлинк).

Нужно делать упор не на продолжительности подвигов при наложении епитимии, а на их интенсивности. Не время может решать, а качество жизни с постоянным настроем души, не дающим места омрачающим огорчениям. Одно искреннее и сильное сожаление вызовет в нем [христианине] более истинное смирение, столь нужное для прощения и столь благотворное для новых видений и откровений, превосходящих человеческий разум, которыми любовь Божия богатит человека смиренного, а не скованного суровыми подвигами. Иисус Христос скорее дарует Себя сердцу раненому, но кающемуся и смиренному, чем сердцу постящемуся и молящемуся, но, конечно, требующему своего по праву. «Ни вдова, ни дева не имеют иной ступени на небе, чем та, которую устанавливает умиление».

Итак, духовник не погрешает, сокращая время покаяния под свою огромную ответственность, ибо святитель Василий Великий говорит в 74-м правиле: «Тот, кому вверена от человеколюбия Божия власть вязать и решить, видя усердие к покаянию того, кто согрешил, не осудится за сокращение времени покаяния, потому что те, кто исповедуются с великой болью, скоро достигают человеколюбия Божия»[1].

Кому дороги чада и их спасение, те должны знать, что их усилия и исповедь не значат вообще ничего, они не мешают тебе быть в их сердце и сделать снисхождение, причастив их. Иисус Христос, милостивый Владыка наш, рад был первым ввести в рай разбойника, исповедавшего Его; это Тот же Христос, Который сурово обличал начальников синагоги по причине их ожесточенности. Их опередили блудницы, разбойники и мытари, которые, будучи с кротостью прощены, воодушевились и освятили свои души.

Итак, вот как Иисус Христос, с той же любовью и добротой, желает даровать Себя чадам Своим, а Его снова отодвигают суровостью и строгостью «закона». Бог милостив и ищет причин, чтобы исполнить христиан богатством Своих благодатей. Духовник должен исследовать своих чад проницательным взором и искусно, ибо, как говорит Илия Минятий, «душа человека не может раскрыть свои крылья здесь, на земле, если не чувствует себя окруженной любовью, вечностью и безграничностью».

– Духовник, делающий снисхождение при допущении к святому причастию и не следующий строгости священных канонов, может спастись?

– Прежде всего нужно знать, что эти снисхождения – чтобы можно было причащаться Святых Таин не спустя столь долгое время, как это определяют некоторые правила в случае различных тяжких грехов, – делаются по многом и смиренном рассуждении и также по дозволению некоторых правил: 74-го правила святого Василия Великого, 102-го правила VI Вселенского Собора, 4-го правила святого Григория Нисского – и следуя исполненным Духа увещаниям святого Иоанна Златоуста, опыту многих святых отцов, ведающих, что все Священное Писание есть сладкая и прекрасная гармония, даже если сами эти святые отцы не издали своих правил, но не лишены авторитета – скажем так, юридического – в Церкви (см. определения 87-го правила святого Василия Великого, из которого явствует, что всякое слово святых отцов имеет силу закона).

Кроме этих дозволений и благословенных и мотивированных приемов, само священное здравомыслие внутри тебя говорит, чтобы ты не отстранял с жестокостью, но и не попустительствовал с греховной терпимостью.

В своей огромной ответственности, когда ты говоришь от сердца к сердцу и, разумеется, с глазу на глаз, ты более склонишься к тому, чтобы верить, что Благий Бог скорее внушает тебе снисхождение. Никто не смирится, однако, с разрешением [от грехов] случайным и особенно происходящим без вовлеченности духовного чада, которое должно выйти из душевного неустройства и войти в знание себя. Этот способ не назидает духовного чада, более того – обманывает его, и оно остается теплохладным и окамененным для важных дел. Говорят, что олень плохо бежит по двум причинам: когда он или слишком жирен, или слишком тощ. То есть подвиг может сделать его [христианина] тощим, а нерадение и невовлеченность – жирным. Принимай во внимание и то, что у каждой души есть свои особенности, и ты поймешь, сколько она может понести.

Но в любом случае очень важно учитывать, что сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит[2]. Это великая отправная точка, отец духовник, и в этом ответ на вопрос, который был поставлен. И ты не только не будешь осужден Церковью или Богом, но это вменится тебе в великую мудрость, если ты смог разбудить в своих чадах христианскую благостыню.

Ничто не может быть легко, если бескрайняя благость Бога и молитвы Пресвятой Богородицы не будут со всеми нами.

Вопросы архимандриту Арсению (Папачоку)
задавал архимандрит Иоанникий (Балан)
Перевела с румынского Зинаида Пейкова

Перевод выполнен по: Ne vorbeste parintele Arsenie. Editia îngrijita de а Arhimandrit Ioanichie Balan. Vol. 1. Editura Manastirea Sihastria, 2004.

 

16 августа 2011 года

---

 

[1] Ср.: Книга правил святых апостол, святых соборов Вселенских и Поместных и святых отец. М., 2004. С. 141.

[2] Пс. 50: 19.

Источник: http://www.pravoslavie.ru/orthodoxchurches/48107.htm

 

Кто умирал так из земнородных, как умерла Пресвятая Богородица? Чье смертное ложе окружали лики апостолов? В возглавии чьего смертного одра сияла небесным светом райская ветвь, принесенная архангелом Гавриилом за три дня до смерти Пресвятой Богородицы?

Чью душу пришел принять Сам Господь и Бог наш Иисус Христос?

О никто, никто, конечно, никто!

Не смертью, а блаженным успением называем мы кончину Пресвятой Богородицы. Она уснула блаженным вечным сном.

На ней исполнились слова Спасителя: "Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь" (Ин. 5, 24).

Неужели можно представить себе, чтобы на суд предстали Пресвятая Богородица, Иоанн Креститель, святые апостолы, святые пророки, весь бесчисленный сонм мучеников?!

О нет, о нет! Этого представить себе нельзя.

Над ними исполнятся слова Иоанна Богослова из Откровения его (глава 20) о смерти первой и смерти второй.

Смерть первая это то, что испытает всякий земнородный – смерть тела. А смерть вторая – это ужасная вечная смерть тех, кто погряз во грехах, кто услышит страшные слова Христовы: "Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его".

Смерти второй, конечно, не вкусят все праведники, все те, кончина которых была подобна кончине Пресвятой Богородицы, чья кончина была тоже не мучительной, обычной для людей смертью, а блаженным успением.

Ибо знаем мы, что блаженным успением кончили жизнь свою весьма многие великие праведники.

На коленях пред образом Пречистой Богородицы скончался блаженным успением, уснул преподобный и богоносный отец наш Серафим Саровский.

И так же, как он, на коленях пред образом скончался великий святитель земли русской, блаженной памяти Филарет, митрополит Московский.

Блаженна была смерть многих и многих праведников.

А слышим мы на каждой литургии, вот и только что слышали, страшные слова: "Смерть грешников люта".

О как люта бывает смерть грешников!

О если бы вы знали то, что видел я, чего никогда не забуду: я видел, как умирал несчастный окаянный протоиерей, бывший миссионером, а потом отрекшийся от Бога и ставший во главе антирелигиозной пропаганды.

О как страшна была его смерть! Она была подобна смерти окаянного Ирода, убившего Иоанна Крестителя, который был заживо изъеден червями: у него был рак в зловонном месте, и в громадной ране кишмя кишели черви, и исходило от него такое нестерпимое зловоние, что все отказывались ухаживать за ним.

Тяжелой смертью, в мучительных, невыносимых предсмертных страданиях умирают многие, многие люди.

Позорной смертью умирают на виселице и на плахе предатели родины, умирают злодеи, убившие множество людей.

Под забором, в грязи умирают несчастные пьяницы.

О как это страшно!

О да сохранит всех нас, грешных, Господь Иисус Христос от такой страшной, такой позорной участи.

Да будет кончина наша хоть в малой мере подобна блаженному успению.

Что же надо для того, чтобы стяжали мы блаженное успение, чтобы смерть наша не была лютой смертью грешников?

Что мешает тому, чтобы стяжали мы блаженную кончину?

На каждой утрени при чтении шестопсалмия слышите вы слова пророка и псалмопевца Давида: "Несть мира в костех моих от лица грех моих".

Грехи, грехи, наши окаянные неисчислимые грехи лишают нас мира. А блаженной кончины удостаиваются только те, кто стяжал мир, блаженный Божий мир.

Господь и Бог наш Иисус Христос незадолго до Вознесения Своего сказал ученикам Своим: "Мир оставляю вам, мир Мой даю вам" (Ин. 14-27).

Он оставил всем праведным, всем тем, кто пошел вслед за святыми апостолами, свой, Божественный мир.

Христов мир есть мир Духа, вечный, ничем ненарушимый мир. Он неразрывно связан с радостью о Святом Духе, с высшей мудростью: он не нарушается никакими оскорблениями, лишениями имущества, страданиями.

Мир, который дает мир, есть мир внешний, покой от внешних нападений. Он очень шаток: сегодня мир, завтра война.

Но не только войны между народами отнимают мир: все мы постоянно воюем друг с другом, и мир, который дает мир, – это кратковременный покой от нападения на нас людей и наших нападений на них.

Не только такой мир нужен нам, нам нужен тот мир, о котором сказал пророк Давид в псалме 36-м: "...кроткие наследуют землю и насладятся множеством мира".

Чтобы наследовать множество мира, мало стяжать кротость и смирение. Этот мир дается тем, очи которых постоянно источают слезы, – не слезы от скорбей, которых у вас так много, а другие слезы, слезы святые, слезы горького покаяния о грехах ваших, слезы о зле, неправде и страданиях, которых так много в мире; слезы о тех, кто погибает в неведении Господа Иисуса Христа, кто никогда не взирает на крест Христов, кто равнодушен к нему.

Те, кто умеет плакать такими слезами, – только те получат мир Христов, мир вечный и ненарушимый.

Каким же путем достигается такой мир?

Тем путем, который указывает апостол Павел, говоря: "Поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти, ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы" (Гал. 5, 16-17).

Надо жить жизнью духа, а не жизнью плоти. Надо стяжать в этой жизни постоянными подвигами борьбы духа с плотью великие плоды духа, которые так определяет святой Павел: "Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание" (Гал. 5, 22-23).

Вот те, только те, кто живет жизнью духа, а не жизнью плоти, получат мир.

Мир они собирают в сердца свои в течение всей своей жизни изо дня в день, подобно тому, как пчела собирает мед с цветов. Она трудится весь день. Надо и нам работать Господу все дни жизни нашей, надо и нам собирать крупицы мира душевного постоянным деланием не плоти, а духу.

Подумайте, может ли Дух Святой, дух мира, обитать в сердце, в котором бушуют страсти? Может ли Он обитать, как в Своем храме, в сердце, которое наполнено плотской похотью, страстью сребролюбия, в сердце, которое кишит завистью, тщеславием, которое полно гордости бесовской?!

О нет! О нет! Дух Святой не войдет в такое полное страстей сердце – там нет Ему места.

Так вот, если хотите, чтобы кончина ваша была блаженным успением, конечно, не столь блаженным, как успение Пресвятой Девы, работайте не плоти, а духу.

Собирайте мир в сердца ваши изо дня в день.

Это трудно, это очень трудно, это должно быть делом всей жизни, это великий подвиг.

Речь свою вам закончу я словами святого апостола Павла: "Сам же Господь мира да даст вам мир, всегда во всем. Господь со всеми вами! Аминь" (2 Фес. 3, 16).

Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий)

 

28 августа 1951 г.

 

http://video.yandex.ua/users/zavetru/view/68/?autostart=yes

15 (28 по н.ст.) августа, двунадесятый праздник

«Иисус, увидев Матерь и ученика, тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: «Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Ин. 19, 26—27).

Евангелие от Иоанна повествует о том, что Иисус, претерпевая Крестные страдания, поручает свою Мать заботам любимого ученика Иоанна. Пресвятая Богородица поселилась в доме Иоанна Богослова недалеко от Елеонской горы. Она была с теми, кто поддерживал и утверждал молодую христианскую Церковь. Уверовавшие во Христа приходили в Иерусалим из дальних стран, чтобы увидеть и услышать Богородицу. Апостолы записали все, что Она рассказывала о Своей жизни и о земной жизни Своего Сына. Церковный историк Никифор Каллист подробно изложил предание, которое передает обстоятельства Успения Божией Матери. Предание основано на свидетельстве священномученика Дионисия Ареопагита и сочинении епископа Сардийского Мелитона, составленного во II в.

Никифор Каллист писал о том, что многие из тех, кто не верил в учение Христа, покушались на жизнь Матери Божией. Из дома Она выходила только в церковь и всегда в сопровождении близких. Нередко Она приходила к Святому Гробу Господню на Голгофу и там молилась. В одно из таких посещений Ей явился Архангел Гавриил и поведал о скором Ее переселении из этого мира в мир небесный, вручив Ей в залог пальмовую ветвь. Пресвятая Богородица рассказала об этом Иосифу из Аримафеи как о благой вести, потому что скоро Она должна была увидеть Своего Сына. По молитве Божией Матери сделалось так, что ко времени Успения в Иерусалим из дальних стран стали собираться Апостолы. Св. Иоанн Дамаскин говорил, что они слетелись, подобно облакам и орлам, чтобы послужить Матери Божией. Она сообщила им, что скоро покинет их. Во время беседы с Апостолами пред Ней чудным образом предстал Апостол Павел со своими учениками. Наступил час, когда должно было свершиться Успение Божией Матери. Апостолы окружили ложе, на котором пребывала Дева Мария. Внезапный свет затмил пламя горевших свечей, и сошел сам Христос, окруженный Ангелами и Архангелами. Видевших это охватил священный трепет. Божия Матерь произнесла: «Величит душа Моя Господа и возрадовался дух Мой о Бозе Спасе Моем, яко призре на смирение рабы Своея». Без страдания, как бы во сне, душа Пресвятой Девы покинула этот мир и отошла к Вечной жизни.

Святые Апостолы Петр, Павел, Иаков и другие понесли одр, на котором лежало тело Пресвятой Богородицы, через весь Иерусалим в Гефсиманию. Над процессией появилось облако света и послышались звуки небесной музыки. О погребальном шествии донесли первосвященникам. Послали стражу, чтобы разогнать процессию, но облако спустилось к земле и закрыло ее от нападавших. Были слышны шаги и пение, но никого не было видно. Первосвященник Афония попытался опрокинуть одр, но его руки были отсечены невидимой силой. Афония ужаснулся и раскаялся, он получил исцеление и стал исповедовать учение Христа. К вечеру святые Апостолы положили тело Пресвятой Богородицы во гроб и закрыли вход в пещеру большим камнем.

По Божиему промыслу Апостол Фома не присутствовал при погребении Богородицы. Он пришел в Иерусалим по прошествии двух дней на третий и стал плакать возле гроба. Апостолы сжалились над ним и отвалили камень от гроба, чтобы Апостол Фома мог приложиться к святому телу Приснодевы. Но тело Ее исчезло, и в пещере лежали только погребальные пелены. Пречистая Богородица была взята на небо в теле. Вечером того же дня за трапезой им явилась Матерь Божия и произнесла: «Радуйтесь! Я с Вами во все дни». В ответ Апостолы воскликнули при преломлении хлеба: «Пресвятая Богородица, помогай нам».

Праздник Успения Пресвятой Богородицы торжественно совершается в Гефсимании, на месте Ее погребения. Здесь возведен храм, в котором хранятся погребальные пелены Богородицы. В IV в. священный покров был перенесен во Влахернский храм. В 866 г. русский флот подошел к Константинополю, и город был осажден язычниками. Император и Патриарх Константинопольский молились всю ночь во Влахернском храме, а затем погрузили погребальную ризу Богоматери в море. Внезапно поднялась буря и разметала русские корабли в разные стороны. Русь потерпела поражение, которое знаменовало победу христианства.

В Русской Православной Церкви праздник Успения Божией Матери почитается особо, равно как и чудотворные иконы Успения: Киево-Печерские, две иконы Московского Успенского собора, Псковско-Печерская и другие.