Предисловие. Серия очерков о жизни в Австралии и Новой Зеландии

Мы прожили в Антиподии без малого год. И разделили эту жизнь на три неспешных маршрута. Первый — юго-восток и восток Австралии, включая Тасманию и Южный океан. Третий — круг по континенту, пересечение пустынь и морские путешествия по Индийскому-Тихому океанам плюс — по заливу Карпентариа. Схемы первого и третьего маршрутов — ниже:

Между первым и третьим маршрутами вклинился второй: жизнь в Новой Зеландии. Схема наших перемещений по Земле Майори — ниже:

Засим, к рассказу о первом маршруте. Публиковать мы его будем долго. Часть за частью. Так что если, нажимая на «продолжение», Вы не увидите следующей статьи — ждите, она готовится к публикации.

.
.

I транс-антиподский маршрут Путеводки

Первый транс-антиподский маршрут Путеводки стартовал из Мельбурна австралийским летом 2009 года (по-нашему — зимой). Мы исколесили Тасманию, Викторию, Новый Южный Уэльс и южную часть Квинсленда. 

В общей сложности пройдено:
• по Южному Океану, заливу Порт-Филлип и проливу Басса более 600 морских миль;
• по озерам Гибсленда более 40 морских миль;
• по дорогам Тасмании более 2000 километров;
• по дорогам Австралии более 11000 километров;

Наше путешествие не коррелировало с турпоездками организованных туристов, видящих страны глазами гидов. Мала корреляция и с «дикими» отпускниками, ограниченными во времени и вынужденными посещать лишь «раскрученные» достопримечательности. 

Мы фактически жили в Австралии. Общались с людьми, а не с представителями туриндустрии. Забирались в такие уголки, куда ни один гид не привезет своих подопечных. Что-то вызывало неприятие. Что-то — недоумение. А что-то — восторг, любовь и благодарность. 

.

Водные маршруты

Водные маршруты преодолевались под парусами, под мотором, на паромах. Спасибо экипажу мельбурнской яхты Galaxy за знакомство с австралийской морской погодой. Гибслэндские озёра пройдены на 6,5-метровом моторном катере, доказавшем: прекрасная разметка австралийских водных путей не всегда соответствует сиюминутной морской обстановке, а «путешествующие» мели и банки, особенно в отлив, — не сказки, но реальность. 

Лодки арендуются в Австралии «на раз». Похоже, морской австрал просто не может себе представить, что кто-то не способен справиться с лодкой. Короткий вопрос:
 — Вам на воде — не впервой?
Короткий ответ:
 — Не впервой.

И всё. Даже корки яхтмастера интересуют не очень. Ключи от движка в руку, проводят по пирсу до лодки, — ша. Если чего не хватает — идешь к хозяину, спрашиваешь:
 — Мне бы ещё одну веревку подлинее, да пару кранцев, а то мало у вас как-то…
 — Хм… — идет на соседнюю лодку, снимает с неё последние кранцы и веревку, дает.
 — А нельзя было бы какой-никакой замочек на брандерщит? Все-таки, ночевки предстоят, да и вообще, мало ли куда завеемся?
 — Хм… — идет к сарайчику-ангарчику, снимает с него замок, отдаёт.
 — А когда лодку вернуть надо?
 — Не позже 5 вечера в последний день аренды.
 — А на кой вам лодка в 5 вечера? Давайте я её в 9 утра на следующий день верну?
 — А нам её помыть-прибрать надо.
 — А я верну помытой-прибранной.
 — Да? Хм… Ну валяй. Только в тёмное время суток на арендованных яхтах мы ходить запрещаем.
 — А я буду.
 — Да? Хм… Ну валяй… Только следи, чтобы страховые случаи случались лишь в светлое время суток…

И всех делов! Отличные ребята. 

.

Пешие и автомобильные маршруты

Сухопутные дороги мялись колёсами старенького японского рыдвана — отличной машинки, которая справила свое 12-летие. Часть маршрута по песчаным пляжам и каменистым ручьям острова Фрэйзер преодолевалась на лёгком джипе. Пешие отрезки пути — ногами, с рюкзаками. Самый большой пеший переход — около 100 километров по тасманийским горам.

С собой: палатка, спальники, керогаз, лопата и иная всякая всячина. Во время пеших переходов отличную службу сослужило яхтенное обмундирование: в невысоких горах Тасмании мы сталкивались и с жарой, и с ливнями, и со снегом, и с градом.

Отечественные рюкзаки и не самые дорогие китайские кроссовки показали себя с лучшей стороны. Австралийские лесники-рэйнджеры, разглядывая наши незатейливые заплечные мешки, цокали языками и завидовали: лёгкие, вместительные, удобные. Если бы они ещё и стоимость этих рюкзаков знали (самый дорогой — 40 евро), то сошли бы с ума стопудово.

В Австралии, когда надоедало спать в палатке, мы научились находить жильё по 60-80 австралийских долларов за отдельный сарайчик (на тот момент — примерно 35-45 евро за двоих человек). А разбить палатку рядом с водой, электричеством и газом обходилось в 15-20 австралийских долларов. Пафосные сараи могли стоить 100-150 австралийских долларов за ночь. Однажды нам предлагали «президентский» сараище за 500, но, произнося эту цену, хозяйка улыбалась как-то заискивающе-виновато-безнадёжно.

Хозяева сарайчиков, как правило, — очень приятные дяди-тёти или, чаще, — дедушки-бабушки. С ними есть о чем поговорить-потрепаться. Лишь в одном месте, в столице Австралии Канберре, нам пришлось довольствоваться супер-пупер отелем с огромными номерами, где мы теряли друг друга по пути из ванной в гардеробную, а на ресепшене вместо симпатичных бабушек-дедушек торчали длинноногие дуры-куклы с приклеенными улыбками.

Маршрут поездки графически отобразить непросто. Мы не имели конкретного плана, ехали куда глаза глядят, и в то же время могли почти с неделю прожить в особо полюбившемся месте, дружась с зверями, деревьями и людьми. Часто по нескольку раз возвращались в какой-нибудь городишко. Или из одной точки карабкались по ведущим в разных направлениях тропам. Поэтому на карте путешествие легче обозначить областями, нежели ясными линиями.

Дороги в Австралии прикольны. Есть довольно приличные. Конечно, не немецкие и не французские, но вполне можно носиться. Есть похуже. А есть и такие, как эта тропа в Голубых горах на Сиднейщине, без джипа — ни-ни. 

.
Радуют сельские почтовые ящики. Конечно, ящики — не только австралская тема. Но в Австралии она звучит мажорно :) Думаете, эта ржавая железяка — Харлей? Дудки, это — почтовый ящик! Видите, в районе бака — прорезь? Она — для писем и газет.

.

Австралия в тезисах :)

Предваряя последующий рассказ, несколько слов, аккумулирующих антиподские впечатления. 

1. Граница. Для нас, знакомившихся с землёй британских каторжан (практически наша Сибирь — те же ссыльные-переселенцы, то же золото, так же далеко отовсюду) не через окна туристических автобусов, многое предстало в неожиданном свете. Первое знакомство — граница-таможня-карантин. Там, конечно, взяток не берут. Но дурь — сравнимая с нашей. Другая, но сравнимая: сумасшедшие тётки с собаками бегают, нюхают, просвечивают, вытряхивают, ищут запрещенную к ввозу в Австралию заморскую жратву-колбасу. Маразм. 

2. Нация. Австралия предстала любопытной и совершенной моделью несостоявшегося развития иного государства. Представьте: во II Мировой Войне одержал победу безумный Адольф. В соответствии со своими дикими планами парень уничтожил всех «недочеловеков», а выживших превратил в слякоть. И наступило счастье. Что было бы через полторы-две сотни лет подобного счастья? А вот что. 

Географические объекты были бы переименованы в «Гитлер-равнины», «Геринг-бурги», «Борман-реки», «Геббельс-океаны» и «Проливы Евы Браун». На территориях Освенцима и Дахау разбили бы красивые парки, в углу которых установили бы микроскопические таблички с текстом: «Тут был замучен солдат Иван Петров». Из влачащих жалкое существование остатков «недочеловеческих» наций были бы сформированы «комитеты малых народностей», занимающиеся популяризацией балалаечной музыки. Остальных лишенцев загнали бы за северный полярный круг к белым медведям, объявив эту землю «резервациями». Бункер Адольфа, будуар Евы и конторка Геббельса превратились бы в мемориальные памятники, знаменующие истоки цивилизации. А мирные счастливые бюргеры, исповедующие принцип «мы не виноваты — так получилось» — были бы ориентированы на сохранение популяции среднеевропейского майского жука… Но Адольф проиграл. А вот семейство британских урождённых и финансовых королей-королев реализовало нацистскую идею Гитлера сполна.

География «Зеленого Континента» изобилует именами отморозков. Места их бесчинств почитаются историческими реликвиями. А детишки в школах учат слова о добром английском капитане, очистившем землю от «тупых» аборигенов…

.
3. Демократия. В Австралии наблюдается полная победа демократии над человеком. Все повязаны платежными картами, все под колпаком, все послушны и пластилинны — варятся в тёплом супе, жестко ограниченном стенками кастрюли-системы. Даже в замученной базами данных Европе не ощущается такой безысходности. Лучше всего выглядят бабушки-дедушки: они уже сварились и благостно отдыхают на осыхающей тарелке, готовясь предстать гарниром к загробному ужину Демиурга. 

Кстати, местное правительство вполне осознает свой «статус» и справедливо трусит: чинуш фотографировать законодательно запрещено. Так, аэропортный чиновник стер наш репортаж из зала вылета, ибо на плёнке был запечатлен его «государственный лик». А когда мы фотографировали площадь рядом с минобороны, к нам подскочил местный гэбэшник, переписал документы и стёр кадры, на которых нашел номера чиновных автомобилей. Боятся. 

4. Уют. В целом Австралия — отличная страна для людей, озабоченных локальным счастьем. Дом, автомобиль, приусадебный участок, хобби, бег по утрам, гамбургеры по вечерам, барбекю по выходным, телевизор — всего этого страна достигла в полной мере. Все друг другу улыбаются. Все друг с другом здороваются. Никому ни до кого нет дела. Здесь отлично доживать жизнь: тепло, комфортно, уютно… 

.
5. Природа. Огромная страна, за всю свою историю не замеченная ни в каких серьезных проектах по развитию гуманитарного или технического прогресса, весь свой нерастраченный интеллект употребила на заботу о природе. И это — прекрасно! Флора и фауна, на сохранение которых брошены неимоверные силы, воздают сторицей! 

.
6. Моряки. Костяком австралийской нации являются не каторжане, не эмигранты, а те, кто опасными морскими путями водили корабли между Европой и Антиподией. Моряки — дух, интеллект и воля Австралии. Поэтому в местных маринах и дышится, и разговаривается совсем иначе, нежели в офисах традиционного бизнеса. 

7. Спорт. Одна из немногих наций на нашей планете, заслуживающая безусловного уважения в области мужского спорта — это англичане. Можно по-разному относиться к красоте английского футбола, но на поле — настоящие мужики, не размазывающие сопли, не катающиеся по полю даже когда боль, не канючащие штрафных. То же относится и к регби, и к автоспорту, и к яхтингу. Австралийцы и новозеландцы в полной мере унаследовали это английское свойство. 

В регби и «регбиподобные» игры здесь играют повсюду. На лужайках парков, на газонах, на стадионах. Мощные плотные мужики носятся по траве, но… при этом — ни матерни, ни злобы. Ровные спокойные ребята, очень вежливые в общении как друг с другом, так и с окружающими. 

8. Железяки. Чудо Австралии — разбросанные по всей стране мемориалы железяк-механизмов. То на постамент водружен бойлер, в котором неведомый Смит сто лет назад кипятил воду. То паровой насос, которым неизвестно кто неизвестно что качал. То железнодорожный каток, непонятно когда и где укатывавший щебеночное полотно. Ценность функционала отступает перед самим фактом заботливо сохраняемых железяк. Подходи, трогай, влезай — не проблема. Очень понравилось! 

.
Кстати, сохраняются не только уникальные бесполезности, но и действующие, приносящие пользу механизмы. До чего приятно видеть австралийскую свадьбу, приехавшую на берег океана не в тупом кадиллаке-линкольне, но в стареньком глазастом микроавтобусе! Кайф! 

.
9. Жизнь. Чем дальше от мегаполисов, тем больше в Австралии жизни. Исчезает суета. Куда-то деваются лубочные аборигены, исполняющие лубочную музыку на лубочных диджериду. Рассасываются запутанные парковочные знаки. В Канберре и Сиднее нормальному человеку делать нечего. А в глубинке можно жить! 

10. Медицина. Австралия — это медицина, «заточенная» под детей и стариков. Цены на лекарства для нас, не обладающих льготами, оказались чудовищны. Но осознание: «мы оплачиваем рыбий жир вон для того малыша», — греет. 

11. Пенсионеры. «Соль» Австралии — дедушки-бабушки, которые доварились до состояния нирваны: как хорошо сидеть с просветленным гуру на завалинке и трепаться ни о чем… 

Кстати, у австралийских дедушек-бабушек есть возможность играть в игрушки, что вызывает просто несусветный восторг! Вот пенсионер в огромном эллинге на своем участке построил невероятный макет железной дороги. Действующий. С разными составами, светофорами, стрелками, рельефом, станциями, людьми. Просто чума! С каким удовольствием я забрался бы в это счастье и неделю ездил-дудел миниатюрными паровозиками! 

.
А вот и реальная мини-дорога, на которой катаются дети. Огромная территория, паровозы, вагоны… И всё это — руками одного единственного дедушки! Уже не игрушка, а настоящее нужное дело, доставляющее радость окружающим! И никакой президент-губернатор-мэр-депутат-налоговик-участковый, никакая другая загребущая сволочь ничего у дедушки не отбирает — фантастика! 

.
12. Люди. И, наконец, Австралия — это пусть небольшое, но реальное количество вменяемых людей, которых никто за их вменяемость идиотами не считает. Вот, например, человек вырастил на дереве рядом с домом много лимонов — самому не съесть. Пришпандорил корзину с внешней стороны забора, насыпал туда плодов, и написал: «Берите кому надо, но не больше 2 в одни руки». И всё. То есть, нормальный людь с нормальными людьми живет. Приятно. 

.