Кажется, всё, всё неизменно
я по-прежнему шагами комнату мерю
весь мир в моих глазах держится на доверии,
которое я никому не дарю.
Так обожжёшься однажды и больше ни разу…
Я больше не ставлю ни на чёрное, ни на красное
всё одно сплошное зеро, которое не выиграет,
я всё так же иногда курю – меня это гипнотизирует
затягиваюсь – закашливаюсь.
Примеряю на себя то жёлтое, то голубое
надеваю чёрное и валю из дома;
терроризирую тех, кто меня любит нескладными стихами,
которые опасаюсь показывать маме.
По ночам по-прежнему
/хоть и зарекалась, что больше не буду/
то реву беззвучно, то на луну гляжу…
Так смотреть на мир через розовое –
и там только положительные герои,
а если просто смотреть, -
то всё очень херово.

Мужчины-гурманы,свершилось!
Держите рты и ширинки шире!
Первое в мире

Ресторанное порно!

Задорное
ню меню:

Лидирует аперитив
кровавая мэри.
Маша по-нашему.
Пряная-пьяная.

На первое
рекомендую
Святую
невинность
под соусом винным.

А вот и чего погорячее:
Отменная блядь на блюде-
отведайте,люди
ломоть ее плоти!

Для любителей экзотики-
Горячие черные ротики,
щедро приправленные эротикой.

И непременный десерт-
мертвая
накокаинненная мальвина
в стиле ню
с ликером
блю
кюрасао.

Без кофеина
без холестерина
без газа-

все сразу

до оргазма

до отказа
набивайте желудки!
Жрите,ублюдки!

Аппетитные
сытные
недорогие подруги
И диетические почасовые пассии.
***
Сие посвящается всей той массе,
что видит в женщине мясо.

она разговаривала даже с птицами, перелистывая страницы
своей длинной черно-белой повести с монологом
неспокойной совести, хронически недомогающей,
протягивающей руки/а в ладонях голуби...
ей мерещатся глубокие холодные проруби
с ярко-синим дном, а потом вечность...
ее сердечность/не-до-статочность света
оставляют следы. разорванная смета
с израсходованными чернилами
цвета тёмно-синего. её бы силами,
её бы рифмами да разрушать океанские рифы,
и она знает.

выкуривает несколько за раз
и ,выдыхая углекислый газ
ложится кислородом на страницы.
она как птица....
шарф, связанный божественными спицами
ласкает её шею.
а я ей верю.....

девочка, как никто другой рисующая небо,
она глядит в тебя в упор и слепо,
молчит в тебя.
и где-то
снится ей мечта насыщенного фиолетового цвета...

Она бродит по городу собственных снов,
В алых туфельках, в платье из чёрного шёлка.
Ей знакомы названия улиц, мостов,
И мужчина, в мелькнувшей вдали треуголке.
Мостовые, прохожие, свет фонарей,
Это запах весенней и влажной сирени…
Это всё уже было, наверное, с ней,
Пару жизней назад, на исходе апреля.
«Это всё уже было»…Прошепчет листва
Тех деревьев, чьи кроны давно опустели.

Она бродит по городу собственных снов,
В алых туфельках, в платье из чёрного шёлка…
Ей знакомы названия улиц, мостов,
И мужчина, в когда-то моей, треуголке.

Я чуть-чуть не такая,
Как ты бы хотел...
Что ж...
Решительно вычти из избранных королев,
Нарисуй что-то более нежное на холсте...
Напиши что-то менее грешное...
Отболев, успокоится сердце
И выгладится душа...
Неудобная память
Не станет терзать твой сон...
Жаль...
До истины нам оставался
Всего лишь шаг...
По полшага навстречу
Для каждой из двух сторон...

Как зовут тебя, девочка с нежной улыбкой?
…Эти варежки, вечер, мерцающий снег…
Мне хотелось бы стать твоей лучшей ошибкой,
В тайной комнате сердца сокрытой от всех.
Зазеркалье витрин, горький вкус шоколада,
Этот город, в гирлянде полночных огней.
Воплощенье Венеции, Снежного бала,
В бесконечном круженьи дворцов, площадей.
Эти маски и лица – роскошная вьюга…
Я не помню, который окончился век…
Все слова – о Любви, и все Жизни – по кругу.
И когда-нибудь нас заметёт этот снег…

Как зовут тебя, девочка с жарким румянцем,
В новогоднюю белую, тёмную ночь
Под адажио престо случайного танца,
В переливах Корелли скользящую прочь…
Этот вечер звучит, словно первая скрипка,
Словно твой вечно юный, волнующий смех…
Мне хотелось бы стать твоей лучшей ошибкой,
В тайной комнате сердца сокрытой от всех...

я миррой из ладони ада -
в твою лампаду
стекаюсь...
ядом…
тихой…
темной…
я буду рядом…
я буду кАмедью запекшейся
на теле...
твоею болью и агонией...
я – время…

слова слова -
они ракушками морскими
будут впиваться в сети-руки…
в сети-имя…
я поделю тебя на части
биссектрисой...
я - Саломея...
я - Иштар...
я - суть и смысл…

я - сюрреальность...
я - бессонница…
я - вечность...
я - сети-пальцы...
нецелованные плечи…
я – страны мира, где ты не был...
и – навряд ли!
я - звуки звуков…
тень теней…
бег без оглядки…

глазурь обид…
твоя майолика притворства…
я - ваза ваз,
что о б ж и г у не поддается…
полынный вкус…
приправы южных кулинаров…
я – маков цвет на коже…
зЕленость отваров…

и до бела внутри железо
накалилось...
нет, я - не милостыня, милый,
и не милость…
я – дар…
я – дрожь
земли…
я – магия друидов…

и мне ни края, ни конца не будет видно…

У меня много лиц:
Фарфоровых, разных,
Выкрашенных
Акварельною краской.
Я могу быть стервой,
Прожженной заразой,
Равнодушно пускающей
Дым в потолок…
А могу фанатично,
Не чувствуя ног,
Под собой,
Бежать на свиданье,
Тонуть в ожидании,
Жить лишь надеждой,
Быть САМОЙ нежной…
Мои маски,как прежде
Сбивают с толку,
Я могу затеряться
Малой иголкой-
Могу ярко гореть
И греть
Каждого своим теплом,
А потом
Холодом обжигать…
Меня трудно поймать,
Чаще я попадаюсь сама,
Ты спросишь-игра?
Я отвечу-да,
Но правил в ней нет…
А потом, я выключаю свет
И становлюсь развратной,
Сахарной ватой
Таю на языке…


Но бывает:
Рука в руке,
Я,
Молча,
Бреду
С Ним
По городу.
И скрывать
Лицо
Больше
Не вижу
Повода.

У меня самолёты плывут и летят корабли.
Иногда он шутя называет меня Амели.
Я умею приманивать дождь и люблю чудеса.
Я могу изменить этот мир – дайте мне полчаса!

У меня даже армия есть – оловянных солдат,
тех, в которых он в детстве играл – я нашла этот клад.
Я работаю феей в кофейне с окном на Монмартр.
У меня в волосах, как заколка, запутался март.

Я ценю пустяки, поднимаю упавших с колен.
Если он не звонит, я боюсь, не попал ли он в плен –
он смеётся над этим и дразнит меня «Амели».
Но когда его нет, всё равно моё сердце болит.

Снежных мух я легко превращаю в огромных слонов –
вскоре тают они в наших быстрых объятиях, но,
если глаз не закрыть, не увидеть (палитра бедна),
как на пёстром Измухислоне едет наша весна.

***************************************


Проще простого...быть сложной...запутанной...
скрученной в узел морской...
Грезить...гордиться и хвастаться ...путами...
и упиваться тоской...
Шёлковых платьев...цветные обители...
рваными сделать на треть...
Чтобы запомнили...чтобы увидели...
чтоб захотели жалеть...
Пред зеркалами...молиться и каяться...
вместо икон... зеркала...
Чтобы не грешница в них...а красавица...
там...в Зазеркалье...жила...
Проще простого...рассыпаться искрами...
и никого...не согреть...
Проще простого...быть сложной и выспренной...
и беспощадной...как сеть...
Проще простого...жить...чтобы заметили...
всё получить...задарма...
Но без любви...даже все добродетели...
медленно сходят с ума...

Сложила ладони, всмотрелась в глазок темноты –
Опять беспросветность. Смахнула соринку с ресницы…
…Зачем я придумала Бога по имени Ты?
В надежде на то, что когда-нибудь он воплотится?
Наивная вера! Возвысить воссозданный лик
И несколько строк, почитая слова как заветы…
Шептать: мой прекрасный, мой милый, ты мудр и велик…
И уши закрыть, чтоб не слушать чужие советы:
Мол, глупая, время бездумного счастья лови -
И пой или пей, оставаясь ему первой встречной…
Все лучше, чем жить безрассудностью этой любви -
Она безнадежна.
С того-то и кажется - вечной…

Я сбегу от тебя на какой-нибудь

богом забытый остров - ветер,удочка,книги и кот под мышкой.

Буду выть, материться,

с катушек слечу просто -

наплевать, если кроме кота

никто не услышит.

А потом успокоюсь,

и вроде бы легче станет,

я коту принесу свежей рыбы

на блюдце глиняном.

И в конце, перебрав миллионы возможных названий,

всё равно

назову этот остров

твоим именем.

…и по лужам.

невыносимо
раскрываю рот и ловлю твои поцелуи
те несбывшиеся-бывшие или будущие
на ладонях линии-тире-точки-линии.
/где ты где ты ну где же ты где же ты?/
терпение и такт и так терпение
сколько сказок себе рассказано?
голос твой телефонные линии
связаны мы связаны
полуоборваны сорваны выжаты
соком мятой чаем и травами
глаза мои откровенно бесстыжие
таем мы таем мы таем мы

не растаяли
стекли
стёкла вымыты
отражения чужие родные чуждые
глаза твои на фотографиях
плавят кожу мне
глотнуть бы
воздуха

… и по лужам.

больше никаких потерь
больше никаких потерь
никогда больше не открывать дверь
на звук
тревожного стука
дабы не впустить очередную суку
в череду сук
больше никаких разлук
больше никаких разлук

больше никаких встреч
больше никаких встреч
которые не согревают плеч
не заставляют кровь
ни течь
ни жечь
по метражу вен
больше никаких четырех стен
больше никаких четырех стен

больше никаких вывернутых душ
в мои уши
ни о чем не спрашивать
никого не слушать
ни за кого не просить
ни о ком не грустить
никогда не врать
ничего ни от кого не ждать
все прощать
все прощать

не улыбаться людскому фаршу
карамельной фальшью
мясу - мясо
патоке - патока
не торговать с лотка
откровениями
больше никаких "пожалей меня"
я не желейная
я не кисельная
я двужильная
самая_сильная
небо выкуси

потому что северные богини
рождаются
непобедимыми

Я слишком колкая, чтобы меня так просто держать.
Слишком умею медузою целовать.
Слишком умею жалить всей сотней своих жал.
Слишком укутываю паутиною всех своих пут и ват.
*Коробочками ватными (это мы помним еще из школ)
укрывается то самое мягкое, что внутри.*
Я не сяду даже на золоченый твой кол,
сколько его ты мне не хвали, не три
палиролью. На золото я не манюсь, не ведусь.
Я продаюсь за иное. За тишину
ночную со вкусом твоих откровений. За звезду,
которую, как меня, назовут. За вершину,
которую покорю крепостью связывающего нас каната.
Я не обычная девочка. Я не для каждых рук.
Я пинаю землю, сламывая супинаторы.
Я слишком сильная. Я играю в свою игру.

И не надо вот разговоров, вот этих оров
По ночам тихо сам с собою кухонных споров
Я и так уже понаумничала немало,
Я устала

И не надо вот типа Бог меня не оставит,
И наступит март и снег наконец растает.
Я итак уже истекаю весной и верой,
Я созрела

И не надо вот онанировать мне на нервы
Вечно первой быть, вечно первой быть вечно первой.
Я итак уже словно парусник полный ветра
Я бессмертна.

мои руки ночью не подчиняются мне
их тени, как пауки, ползут по стене
я боюсь их бессмысленной пляски и собственных кукольных поз
я целую взасос
оконное око звезд...

перламутровым утром туман застилает виски
я цепляю обрывок сна, как нить из клубка
в этом сне ты любил меня, мы были близки
моя бездна была нереальна и далека...

эти призраки смотрят в глаза, открывают рот
и кричат: тот,кто не был зачат, никогда не умрет
тебя нет. иди к нам, мы расскажем тебе про свет
на дне пыльного шкафа, закрытого тыщу лет...

Девочка прячет своих не случившихся мальчиков
в робкие взгляды,истории, строчки,письма,альбомы,
в инициалы,в закрытые накрепко записи,
прячет известных ей и прячет едва ли знакомых.
Тех,кто придёт к ней,как только поманишь их пальчиком
в этих шифровках нет.

Девочка верит в большое,светлое будущее,
и в настоящее, в яркую, солнечную весну.
Нежно лелеет странные, дерзкие надписи,
знает,что те кто под сердцем не бросят её одну.
Слёзы,истерики,смех-всё такое будничное.
Девочка прячет свет.

Я – военная девочка, я – сумасшедший стрелок,
я стреляю навскидку, стреляю навылет, стреляю в упор,
я стреляла даже в себя, но пули ушли в молоко,
я не стану стрелять только в спину и, может, на спор.

Я сжигаю себя сигаретами, пивом, дешевым вином,
я гуляю по улицам ночью, меня очень сложно догнать,
мои вены до самого края залиты жидким огнём,
я взрываюсь отчаянно быстро, если меня задевать.

Я – опасное хобби, я – личный домашний экстрим,
во мне часовой механизм, и он всегда заведён,
и если ты не боишься смотреть на меня – смотри,
как я превращаюсь в твой собственный Армагеддон.

И я стану, конечно, суперсверхновой звездой,
я спалю тебе всё, чем ты прикасался ко мне,
и если ты всё ещё не боишься остаться со мной –
оставайся, попробуешь выжить на этой войне.

Ожерелье дней и время бег,
Обожжёт закат, но исцелит рассвет.
Расстояньем в укор и ветром разлук,
Мы растопим лёд теплотою рук...

По кромке небес, небес,
По тонкому льду, иду...
На встречу к тебе лечу, бегу...
Я каплей дождя, дождя,
В ладони твои, твои,
С небес упаду, лавиной любви...

Поменяю завтра на вчера, вчера.
Время вспять и всё опять с нуля...
Многоточье слёз на пустых листах,
Я к тебе лечу в предрассветных снах!

По кромке небес, небес,
По тонкому льду, иду...
На встречу к тебе лечу, бегу!
Я каплей дождя, дождя,
В ладони твои, твои,
С небес упаду, лавиной любви...

Эта девочка никогда не любила сентиментов,этих обниманий,поцелуев /пусть даже в щёку/ с почти незнакомыми ей людьми....
Её жизнь состояла из множества ярких моментов -
Она часто смеялась /громче всех/,плакала /тише вех/....мало кто знал,что она умеет грустить!
Она выбирала лишь самое лучшее-сигареты,духи,мечты...
Говорила,что всё равно ни от кого не зависит,но часто висела на волоске...
Жила то ли августом /летом?/,то ли банальным ТЫ...
Рисовала какие-то странности /не понятные/ на песке...
Эта девочка знала все последние новости /любознательность?,интерес /.
Напевая под нос одну из любимых песен,заражала буквально всех....
И всегда улыбалась,если хотите знать.....
/УЛЫБАЛАСЬ...../
Самой большой ошибкой будет её потерять!!!