Театр "Мастерская" Григория Козловского

А. Вампилов "Старший сын"

8 января 2012

 

Подкрепите меня вином, освежите меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви...( Песнь Песней Соломона )

Художник Геннадий Спирин

О' Генри "Дары волхвов"

"Скандал в Белгравии"

Бенедикт Камбербэтч - Шерлок Холмс

Мартин Фриман - Доктор Ватсон

"Этюд в розовых тонах" 

"Слепой банкир"

"Большая игра"

Опять четверг...

Вот Крамской - хороший художник, выдающийся.

А вот Куинджи - тоже хороший художник, учитель Рериха, между прочим. Шли-то мы в гости к нему, но нас не ждали. Сказали приходить после праздников.

И пошли мы под дождем искать впечатлений, и не нашли.

Конечно, нашему городу цвета не хватает. Но не настолько.

Сняли урожай. Лимон - 1 штука. Весит грамм 300.

Сумерки на площади Искусств

То ли Дракон, то ли Жар-птица

Итальянская улица

Ну почему на голове у Пушкина всегда сидит голубь?

Гостиный двор зажигает огни

Елка в Пассаже

Саша Черный

У моей зеленой елки
Сочно-свежие иголки,
Но, подрубленный под корень,
В грубых ранах нежный ствол.

Освещу ее свечами,
 Красно-желтыми очами, 
И поставлю осторожно
На покрытый белым стол.

Ни цветных бумажных пташек,
Ни сусальных деревяшек
Не развешу я на елке,
Бедной елочке моей.

Пестрой тяжестью ненужной
Не смущу рассвет недужный
Обреченных, но зеленых,
Пышно никнущих ветвей.

Буду долго и безмолвно
На нее смотреть любовно,
На нее, которой больше
Не видать в лесу весны,

Не видать густой лазури
И под грохот снежной бури
Никогда не прижиматься
К телу мачтовой сосны!

Не расти, не подыматься,
С вольным ветром не венчаться
И смолы не лить янтарной
В тихо льющийся ручей...

О, как тускло светят свечи -
Панихидные предтечи
Долгих дней и долгих вздохов
И заплаканных ночей...

Тает воск. Трещат светильни.
Тени зыблются бессильно,
Умирают, оживают,
Пропадают и растут.

Юной силой иглы пахнут.
О, быть может не зачахнут?
О, быть может, новый корень прорастет...
Сейчас... вот тут...

1909 год

Это утро не похоже ни на что, оно и не утро вовсе, а короткий обрывок первого дня: проба, бесплатный образец, авантитул. Нечего делать. Некуда идти. Бессмысленно начинать что-то новое, ведь еще не убрано старое: посуда, скатерти, обертки от подарков, хвоя, осыпавшаяся на паркет.
Ложишься на рассвете, встаешь на закате, попусту болтаешься по дому, смотришь в окно. Солнце первого января что в Москве, что в Питере садится в четыре часа дня, так что достается на нашу долю разве что клочок серого света, иссеченный мелкими, незрелыми снежинками, или красная, болезненная заря, ничего не предвещающая, кроме быстро наваливающейся тьмы.
Странные чувства. Вот только что мы суетились, торопливо разливали шампанское, усердно старались успеть чокнуться, пока длится имперский, медленный бой курантов, пытались уловить и осознать момент таинственного перехода, когда старое время словно бы рассыпается в прах, а нового времени еще нет. Радовались, как и все всегда радуются в эту минуту, волновались, как будто боялись не справиться, не суметь проскочить в невидимые двери. Но, как и всегда, справились, проскочили. И вот теперь, открыв сонные глаза на вечерней заре, мы входим в это странное состояние – ни восторга, ни огорчения, ни спешки, ни сожаления, ни бодрости, ни усталости, ни похмелья.
Этот день – лишний, как бывает лишним подарок: получить его приятно, а что с ним делать – неизвестно. Этот день – короткий, короче всех остальных в году. В этот день не готовят - всего полно, да и едят только один раз, и то все вчерашнее и без разбору: ассорти салатов, изменивших вкус, подсохшие пироги, которые позабыли накрыть салфеткой, фаршированные яйца, если остались. То ли это завтрак – но с водкой и селедкой; то ли обед, но без супа. Этот день тихий: отсмеялись вчера, отвеселились, обессилели.
Хорошо в этот день быть за городом, на даче, в деревне. Хорошо надеть старую одежду с рваными рукавами, лысую шубу, которую стыдно людям показать, валенки. Хорошо выйти и тупо постоять, бессмысленно глядя на небо, а если повезет – на звезды. Хорошо чувствовать себя – собой: ничьим, непонятным самому себе, уютным и домашним, шестилетним, вечным. Хорошо любить и не ждать подвоха. Хорошо прислониться: к столбу крыльца или к человеку.
Этот день не запомнится, настолько он пуст. Что делали? – ничего. Куда ходили? – никуда. О чем говорили? Да вроде бы ни о чем. Запомнится только пустота и краткость, и приглушенный свет, и драгоценное безделье, и милая вялость, и сладкая зевота, и спутанные мысли, и глубокий ранний сон.
Как бы мы жили, если бы этого дня не было! Как справились бы с жизнью, с ее оглушительным и жестоким ревом, с этим валом смысла, понять который мы все равно не успеваем, с валом дней, наматывающим и наматывающим июли, и сентябри, и ноябри!
Лишний, пустой, чудный день, короткая палочка среди трех с половиной сотен длинных, незаметно подсунутый нам, расчетливым, нам, ищущим смысла, объяснений, оправданий. День без числа, вне людского счета, день просто так, - Благодать.

Татьяна Толстая

Едкий дымок мандариновой корки.
Колкий снежок. Деревянные горки.
Всё это видел я тысячу раз.
Что же так туго натянуты нервы?
Сердце колотится, слезы у глаз.
В тысячный – скучно, но в тысяча первый…


Весело вытереть пальцы перчаткой.
Весело с долькой стоять кисло-сладкой.
Всё же на долю досталось и мне
Счастья, и горя, и снега, и смеха.
Годы прошли – не упало в цене.
О, поднялось на ветру, вроде меха!

Теплая картинка, с текстом. И тихо как.

А у нас за окном стрельбы.

А я всех читателей и просто проходящих мимо моей елки поздравляю с  Новым годом! Будьте все прекрасны и счастливы!

 

 

Все ждут, конечно, Новый год,

А я - жалею Старый. 

Ведь он совсем от нас уйдет!

Мне даже грустно стало. 

А я уже привык к нему,

Я за год с ним сдружился. 

Я с ним сдружился потому,

Что плавать научился, 

Что море видел первый раз

И что сестренка родилась.

Мне правда грустно стало,

Что год уходит Старый.

Е.Григорьева

Из рассылок:

http://youtu.be/XTLpu2r_OQ0

Новогодние рыбки

и еще...