Летел по небу кит горбатый

Когда в небесную высь взлетает 30-тонная громада, это производит впечатление. Вэйлвотчинг (wahle watching) – наблюдение за прыжками горбатых китов – в последнее время стал популярным трендом в туризме. Однако наблюдать за китом с берега и находиться в море на маленьком катере в нескольких метрах от этого гигантского животного – совершенно разные вещи.

 

Фотографий горбатых китов (Megaptera vaeangliae) много, но количество не соответствует качеству. Сделать хороший кадр действительно сложно. Это классическая фотоохота – погоня за удачным снимком, ведь ты не знаешь наверняка, в какой момент кит выпрыгнет из воды, а можешь только приблизительно очертить ареал, в котором будет происходить фантастическое событие. Кит вылетает абсолютно бесшумно: чтобы догадаться о его приближении, нужно улавливать самые слабые изменения в контрасте синего моря и белой пены.

Прибрежные воды Мадагаскара – летняя стоянка одной из пяти основных групп популяции горбатых китов. Каждый год с середины июня до середины сентября матери с детенышами в сопровождении самцов приплывают сюда подкормиться. На острове Святой Марии расположена база французской организации Cetamada – одной из немногих некоммерческих структур, занимающихся научным мониторингом горбатых китов.



Для того, чтобы поймать отличный кадр, нужно с утра до вечера быть на воде. Киты начинают прыгать с рассветом.

На 50 процентов результат зависит от элементарной удачи, но выжать максимум из возможного можно суметь только на мощном скоростном катере, способном за несколько минут добраться до места событий. Надежная камера и зум-объектив, способный моментально кадрировать объект в движении, – также важные элементы успеха. Третье слагаемое успеха – конкретные знания экологии морских млекопитающих, а также опыт. Если кит взлетел один раз, можно с уверенностью ждать следующего прыжка. О «полетах» предупреждают иногда и фонтаны, появляющиеся на горизонте. Биологи с помощью сонара определяют, сколько животных находится в акватории острова.

Конечно, результат стоит затраченных усилий. Прыжок горбатого кита – всегда событие, и неважно, в первый или в сотый раз ты за ним наблюдаешь.

Совсем недавно самые большие в мире животные находились под угрозой уничтожения. В шестидесятых-семидесятых годах двадцатого века коммерческий китобойный промысел привел к чрезвычайному сокращению численности многих видов крупных китов. Казалось, мир может лишиться одного из своих чудес.

К счастью, этого не произошло. Сегодня пролив Ауау между гавайскими островами Мауи и Ланаи кишит горбатыми китами. Гиганты весом до сорока пяти тонн поднимаются на поверхность, пускают фонтаны, крутятся, бьют по воде плавниками и хвостами. Они выпрыгивают высоко из воды и падают обратно с грохотом, который слышно за многие километры.

Пару десятилетий назад во всем мире оставалось всего нескольких тысяч горбачей. Их численность стала восстанавливаться после того, как в шестидесятые годы двадцатого века ввели международный запрет на отлов этих животных. По расчетам участников проекта SPLASH, в течение трех лет ведущих интенсивное наблюдение за горбатыми китами, только в северной части Тихого океана их популяция составляет сейчас от десяти до двадцати пяти тысяч особей.

С конца ноября до начала мая большая их часть собирается в проливе, который является частью обширного Национального морского заповедника горбатых китов на Гавайских островах.

Точное число китов определить невозможно: под каждым горбачом, поднимающим столб брызг в солнечных лучах, плывут другие.

Увидеть китов можно в те моменты, когда они выныривают из темных вод океана, чтобы набрать воздух. Плавают горбачи гораздо ближе к поверхности воды, чем другие виды китов, но все же девяносто процентов времени они проводят на глубине. Ученые не могут проследить пути их скитаний по суровым дальним морям, поэтому жизнь морских гигантов по-прежнему окутана тайной. Но в прозрачных и теплых водах пролива Ауау исследователи собрали новые свидетельства о важнейших периодах жизни китов: ухаживании и появлении потомства.

Кажется, что во время долгих путешествий они ничего не едят, хотя многие из них проплывают от мест кормления у берегов Аляски и Британской Колумбии более четырех тысяч километров. Возможно, плавая вдали от берега, киты время от времени «перекусывают». Но исследователи, ежедневно наблюдающие за горбачами в проливе Ауау, не находят следов их жизнедеятельности, то есть фекалий. Скорее всего, киты существуют за счет подкожного слоя ворвани: заглатывают чудовищные объемы пищи и накапливают тонны жира. Это позволяет им совершать долгие и далекие путешествия.

Плывущие без дела горбатые киты, в отличие от более занятых, не слишком заботятся о дыхании и остаются под водой более получаса, едва шевеля плавниками.

Интересно, что плывущие без дела горбатые киты не слишком заботятся о дыхании. Вместо того, чтобы по примеру более занятых (например, добыванием пищи) горбачей выныривать каждые десять-пятнадцать минут и делать несколько вдохов, они остаются под водой более получаса, едва шевеля плавниками. Вероятно, они берегут силы для гораздо более важных вещей, которыми можно заняться на зимних территориях, точнее – для развития романтических отношений.

Иногда можно увидеть самца, который почти наполовину высунулся из воды, расправил в обе стороны длинные, похожие на крылья нагрудные плавники – в этой позе он похож на распятие. Таким образом кит перекрывает дорогу группе самцов, плывущей следом за ним. Гнаться за самкой, которая плывет во главе стада, он не может, и не дает другим.

Ученые выяснили, что быстро плывущие команды горбачей – это всегда самка и преследующая ее эскадра самцов, которую назвали «группой соперников». Ближе всех к самке держится крупный самец, так называемый «основной сопровождающий». Он постоянно отгоняет других тяжеловесов – «вторых сопровождающих». Те, в свою очередь, борются с пытающимися их обогнать. Эта гонка может продолжаться часами. Киты плывут настолько быстро, что нижние части их плавников и хвостов, обычно белые, становятся розовыми – скорее всего, из-за притока крови.



Свежие ссадины, царапины и ушибы на шкуре горбача свидетельствуют о серьезном соперничестве между самцами. Бывают случаи, когда двое или трое самцов объединяются, чтобы помешать самке плыть дальше или оттереть одного из главных сопровождающих.

Никто не знает, почему они объединяются. Возможно, киты осознанно создают некие союзы; может быть, одни особи предпочитают держаться поближе к другим, более сильным. Но вполне вероятно также, что их согласованные, на первый взгляд, действия – всего лишь совпадение.

Известно, что горбачи могут действовать сообща: например, в летних местах кормления на Алеутских островах они окружают добычу. Иногда они выпускают огромные пузыри, заманивают рыбу в эти воздушные сети и, раскрыв пасть, плывут сквозь серебристые косяки.

Они вместе гонят рыбу и криль к берегу или в заросли бурых водорослей. Однажды пятеро горбачей, словно буксиры, толкали льдину – наверное, это была игра. Бывали случаи, когда небольшие группы спешили на помощь одиноким горбачам, которых атаковали другие обитатели глубин – косатки.

Но никто не знает, что же на самом деле происходит в мозгу этих огромных животных. Океан притягивает исследователей, которые мечтают понять непохожую на нашу жизнь громадных млекопитающих.



Когда детеныши горбатых китов появляются на свет, их длина составляет от четырех до пяти метров. Меган Джонс из Китового фонда давно наблюдает за самками и их потомством. Детеныш ерзает над и под мамиными плавниками. Когда она задерживается у поверхности, он играет на ее огромной спине: наклоняет ее в разные стороны и скатывается, как c горки. Как и детеныши других млекопитающих, они очень любят ездить на маме. Ученые видели, как горбачи возят на спинах афалин – дельфинов отряда китовых, иногда поднимая их очень высоко.

На Гавайях самки редко контактируют друг с другом. У большинства из них есть как минимум один поклонник-самец, который следует за своей подругой. Время от времени он заплывает вперед или движется рядом, словно пытаясь изменить ее маршрут. По сравнению с гонками самцов-соперников они плывут очень неторопливо.

Каждый год, запутавшись в рыболовных сетях, во всем мире гибнет около трехсот тысяч китов и дельфинов.



Ранить горбачей могут также и корабли, хотя по закону суда должны держаться на расстоянии минимум восьмидесяти метров от них.

Самки обычно рождают одного детеныша раз в два-три года, беременность длится одиннадцать месяцев. Целый год мать кормит малыша молоком и опекает его. Большинство самок с детенышами не участвуют в брачных играх, но исключения все-таки есть. Поэтому самцы ухаживают как за одинокими самками, так и за мамами с детенышами.



Звуки, которые производят только самцы, возможно, являются самыми длинными и искусными произведениями в мире животных. На исполнение такой подводной арии уходит масса времени. Ранее считалось, что цель ее исполнения – привлечь самок. Но в 1997 году исследователи обнаружили, что «певцы» в проливе Ауау привлекают других самцов. Очевидно, что самок пение не привлекает, а вот самцы стремятся узнать, откуда оно доносится.

Вновь прибывший самец присоединяется к «певцу», а не соревнуется с ним, отмечает Дарлинг. Часто два кита плавают кругами, не проявляя друг к другу никакой агрессии. Потом они могут даже вместе уплыть или присоединиться к другим китам. Возможно, «певцы» созывают союзников-самцов, чтобы найти самку и оттеснить основного сопровождающего. Если самка попытается ускользнуть, вокруг нее может образоваться группа соперников, которые будут яростно бить плавниками по воде.

А может быть, эти «песни» – нечто гораздо большее, чем простые призывы к союзникам или соперникам? Все горбачи одного региона «напевают» одну и ту же мелодию. «Песни» также меняются со временем – как из года в год, так и в течение одного брачного сезона.

Недавно исследователи, слушающие горбачей в северных местах кормления, обнаружили, что они поют в конце осени, весной и даже в начале лета. Гидрофоны военно-морских сил, размещенные на дне, регистрировали пение китов во время их длительных миграций.



Изучать горбачей предстоит еще долгие годы.

Источники: 1, 2