А потом следы ее и вовсе потерялись — как жила, чем жила, кто был рядом?..

Ее послереволюционная жизнь уложилась в нескольких архивных документах, даже год смерти точно не установлен.

Много чего случилось в российской истории за девять десятков лет, с того сентября 1916 года, когда трагически взорвалась и угасла звезда Марии Пуаре — именно так звали женщину, актрису, о которой я хочу рассказать читателям.

Я ехала домой, душа была полна
Неясным для самой, каким-то новым счастьем.
Казалось мне, что все с таким участьем,
С такою ласкою глядели на меня.Я ехала домой… Двурогая луна
Смотрела в окна скучного вагона.
Далёкий благовест заутреннего звона
Пел в воздухе, как нежная струна…Раскинув розовый вуаль,
Красавица заря лениво просыпалась,
И ласточка, стремясь куда-то в даль,
В прозрачном воздухе купалась.Я ехала домой, я думала о Вас,
Тревожно мысль моя и путалась, и рвалась.
Дремота сладкая моих коснулась глаз.
О, если б никогда я вновь не просыпалась…
(1901)

Романс «Я ехала домой». Поет Алла Баянова.

Много чего произошло и в музыкальном мире России — менялись жанры, менялись вкусы. Одно осталось неизменным — любовь к русскому городскому романсу. И в репертуаре многих известных и не очень известных исполнителей занимали свое место романсы «Я ехала домой…» и «Лебединая песнь» — без упоминания авторов. Ведь старые, еще дореволюционные, сборники с их текстами и нотами в большинстве своем не сохранились, сметенные из книжных шкафов и полок любителей музыки различными трагическими событиями в истории страны.

Но, как оказалось, именно Мария Пуаре была автором слов и музыки этих двух романсов.

Более того, если внимательно прочитать стихотворения и историю жизни актрисы, то выходит, что ими она сама себе предрекла судьбу, предугадала ее.

Что ж, самое время приступить к рассказу.

Все, написанное о Марии Пуаре, по объему можно разделить на две неравные части.

Как ни странно, документальных свидетельств и свидетельств очевидцев, упоминающих ее в своих мемуарах, практически нет. Прославилась она написанием нескольких романсов и громким судебным процессом. Отсюда, наверное, и диспропорция в источниках. Документов, подтверждающих достоверность того или иного факта биографии Пуаре, фактически нет.

Несколько дореволюционных сборников романсов упоминаются в небольшой статье «Пуаре М.Я.», написанной для энциклопедии «В мире цирка и эстрады».

Остальное — косвенные «литературные» источники.

Подлинные документы, связанные с именем певицы, находятся в Государственном центральном театральном музее им. А.А. Бахрушина в Москве. Это, согласно описи, рукописи М.Я. Пуаре: автобиография (1928), черновики стихотворений (1905—1906), стихотворение на смерть М.Н. Ермоловой (1928), стихотворение, посвященное В.Ф. Комиссаржевской (1928). Там же хранятся материалы к биографии: заявление с просьбой о персональной пенсии и ходатайство артистов государственных театров (1928), письма-ходатайства Ю.М. Юрьева (1929), В.Э. Мейерхольда (1933), Л.В. Собинова (1933); решение о предоставлении пенсии М.Я. Пуаре (1933); справки и др.

В музее находится также письмо Марии Пуаре (1890-е) к Виктору Людвиговичу Форкатти, актеру, режиссеру в театрах М.В. Лентовского и Ф.А. Корша, антрепренеру провинциальных театров.

Мария Пуаре — автор книги «Сицилия. Путевые заметки» // Москва. 1910г. Заметки относятся к 1898 году.

Мария Яковлевна Пуаре (по сцене Марусина), артистка театра М.В. Лентовского (1880—1890), Александринского (1890—1898), Малого (1898—1900) театров, родилась в Москве в 1863 году. В журнале «Люди и песни», №1 указывается точная дата рождения — 4 января — и место — Петровка, 17, а также говорится, что в семье было семеро детей (Мария — младшая). Мама Марии — Юлия Андреевна Тарасенкова, дочь богатых суконных фабрикантов.

Ее отец, Яков Викторович Пуаре (1826—1877), содержатель гимнастического заведения в Москве. В 60-х годах XIX столетия дед Марии, В.Я. Пуаре — француз, оставшийся в России после Отечественной войны 1812 года, открыл в Москве гимнастический зал и перевел на русский язык руководство по гимнастике. «Старика Пуаре» упоминает в книге «Мои скитания» писатель Владимир Гиляровский, а также Булат Окуджава («Похождения Шипова, или Старинный водевиль»).

На сайте «Москва в журнале «Наука и жизнь» опубликована статья почетного члена Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, члена общества «Старая Москва», библиографа В. Сорокина «Памятные места Неглинной улицы».

О доме №23 по левой стороне Сорокин пишет следующее:

«Сюда выходил угол длинного двухэтажного строения, принадлежавшего князьям Касаткиным-Ростовским, где в 1830-х годах жил В. Г. Белинский. После ремонта Пуаре и Билье открыли школу гимнастики и фехтования, которую посещали Л. Н. Толстой, А. В. Сухово-Кобылин и др. Вход в эту школу был со стороны Трубного бульвара (так называли нынешний Неглинный бульвар)»

О В.Я. Пуаре (дедушке Марии) и Билье упоминает в своем дневнике за 1951 год Л.Н. Толстой.
На сайте «Памятные толстовские места России» говорится, что «Л.Н.Т. часто посещал гимнастический зал Пуаре на Большой Дмитровке».

По словам В. Сорокина, один из сыновей Якова Пуаре служил в российском флоте, а сестра Марии Александра вела классы гимнастики в Московском Екатерининском и Александровском институтах и в Усачевско-Черняевском женском училище. Сорокин также утверждает в своей статье, что Мария Пуаре в 1901 году пела в московском театре «Аквариум» на Садовой улице.

А на этой странице сайта «Москва в журнале «Наука и жизнь» есть упоминание о доме №17 на Петровке (левая сторона), в котором в середине 19 века жил Яков Викторович Пуаре. Здесь с большой долей вероятности и родилась будущая актриса и автор романсов, что подтверждает информацию журнала «Люди и песни».

Старший брат Марии Эммануил родился в Москве в 1858 году. Он мечтал учиться военному делу и вернуться во Францию. На родину деда он попал, когда ему исполнилось 19 лет, но стал там известным художником-карикатуристом под именем Каран д'Аш. Кстати, в Швейцарии есть известная компания по производству канцелярских принадлежностей Caran d'Ache. Как гласит легенда, основатель компании, тогда карандашной фабрики, Арнольд Швейцер в 1924 году при покупке назвал ее в честь любимого художника своей жены.

С 1880 года Каран д'Аш стал публиковать свои рисунки в «Парижской хронике» (La Chronique Parisienne). С 1895 года он — постоянный автор издательского дома «Фигаро». Каран д'Аш известен также книгами рисунков «Рассказы без слов».
Он умер в Париже в 1909 году.

Совершенно в неожиданном месте нашлась информация о третьем брате Марии, к сожалению, без указания имени — в очерке Максима Горького «Палач» («… полицейский пристав Пуаре, бывший повар губернатора Баранова, хвастун и пьяница — он называл себя родным братом известного карикатуриста Каран д'Аша…») и в романе «Жизнь Клима Самгина»:

— Пуаре? — переспросил он неестественно громко и неестественно оживленно начал рассказывать: — Он — брат известного карикатуриста Каран д'Аша, другой его брат — капитан одного из пароходов Добровольного флота, сестра — актриса, а сам он был поваром у губернатора, затем околоточным надзирателем, да…
— Беспутнейший человек этот Пуаре, — продолжал Иноков, потирая лоб, глаза и говоря уже так тихо, что сквозь его слова было слышно ворчливые голоса на дворе. — Я даю ему уроки немецкого языка. Играем в шахматы. Он — холостой и — распутник. В спальне у него — неугасимая лампада пред статуэткой Богоматери, но на стенах развешаны в рамках голые женщины французской фабрикации. Как бескрылые ангелы. И — десятки парижских тетрадей «Ню». Циник, сластолюбец…
— Пуаре. Помните — полицейский, был на обыске у вас? Его сделали приставом, но он ушел в отставку, — революции боится, уезжает во Францию.
Эдакое чудовище…

Примечание. Прямые указания на работу над «Жизнью Клима Самгина» содержатся в письмах М. Горького к разным лицам, начиняя с марта 1925 года.

«Пуаре, пристав» действительно существовал и указан в Сводном перечне имен в Российских архивах.

Кроме того, на странице в Интернете «Библиотека преподобного Серафима Саровского» среди документов 1903 года под № 72 значится «Пуаре А.Я., пристав. Заявление на имя его Преосвященства, Преосвященнейшего Назария, епископа Нижегородского и Арзамасского. // Н. Новгород, 1903 г., 10 с. (из «Нижегородских епархиальных ведомостей», 1903 г., № 11)».

Мария Пуаре начала писать стихи, увлеклась музыкой и театром после смерти матери.

В 16 лет она вышла замуж за 46-летнего инженера Павла (?) Свешникова (умер в 1913-м году в Троице-Сергиевской лавре). Муж протестовал против увлечений жены, в семье начались ссоры, и в результате нервного срыва Мария попала в психиатрическую лечебницу, откуда она вырвалась благодаря известному режиссеру и антрепренеру Михаилу Лентовскому. По некоторым сведениям, Пуаре была дружна с младшей сестрой Лентовского, Анной, актрисой труппы Малого театра с 1882 по 1883 г., позже выступавшей на сцене под псевдонимом Рюбан. После Малого театра Анна Лентовская принимала участие в спектаклях московского театра «Эрмитаж», организованном ее братом Михаилом.

В записках А. Чехова «Осколки московской жизни» (1884 год, 17, 18 февраля) читаем: «Г-жа А. Лентовская тягается с коммерческим судом, причем выдает себя за «девицу, живущую при матери», а не за антрепренершу. (Театр М. и А. Л.)».

О Лентовских можно прочитать в воспоминаниях Владимира Гиляровского «Люди театра».

После десяти лет работы в антрепризах Михаила Лентовского, Мария Пуаре перебирается в Петербург и становится актрисой Александринского Императорского театра, а в газете «Новое время» появляются ее стихи. В Александринке она была занята в водевилях и легких комедиях с пением, но большего успеха у публики она добилась исполнением цыганских романсов.

По возвращению в Москву, с 1898 по 1900 г. Пуаре состоит в труппе Малого театра (книга «Малый театр. 1824—1974»). Позже начинает карьеру исполнительницы русских и цыганских романсов. Свой знаменитый романс «Лебединая песнь» она в качестве автора слов и музыки написала к спектаклю по комедии А. Плещеева о жизни актеров «В своей роли». В статье из энциклопедии «В мире цирка и эстрады» автор относит написание романса к 1907 году:

«В 1907 П. вновь в Петербурге. Пытается создать свой собственный театр наподобие кабаре; к одному из представлений пишет знаменитую «Лебединую песнь».

По другим источникам, слова и музыка написаны не позднее 1901 года.

Отчасти это подтверждают записи на пластинку замечательной исполнительницы романсов Вари Паниной — фирма «Патэ» (Петербург, 1905 г., 24163); фирмы «Граммофон» и «Зонофон» (Москва, 1905 г., 2-23010, 63570).

Проработав два сезона в Малом театре в Москве, Мария в 1901 году попыталась создать свой собственный театр. Об этом факте упоминает Екатерина Николаевна Рощина-Инсарова (1883—1970), русская драматическая актриса, в биографическом интервью «Непричесанные воспоминания», записанном на пленку 9 ноября 1965 года. Интервью это предназначалось для Радио Свобода и было частью огромного проекта воспоминаний участников и свидетелей русской революции:

«На следующий год мой дядя, артист театра Корша, устроил меня к Коршу, где я пробыла год, потом открылся в Москве театр Пуаре, где я тоже пробыла год, но этот театр закрылся, и я уехала опять в провинцию…»

В 1904 году Мария Пуаре с согласия А.С. Суворина, издателя газеты «Новое время», в качестве корреспондентки побывала на Дальнем Востоке. Шла русско-японская война, и певица участвовала в благотворительных концертах, а также писала для газеты очерки и стихи.

Эту часть биографии Пуаре, связанную с ее артистической деятельностью, стоит закончить небольшим рассказом о Михаиле Валентиновиче Лентовском, которому Мария обязана своей жизнью в театре.

М.В. Лентовский родился в 1843 году в Саратове в семье бедного музыканта. Познакомившись со Щепкиным, с его помощью переехал в Москву, поступил в театральную школу, а затем в Малый театр. В 1865 уехал в провинцию. Красивая внешность и голос, сценический темперамент, врождённая музыкальность обеспечили Лентовскому успех в опереточных ролях и в водевилях с пением.

В 1878 он организовал в летнем саду «Эрмитаж» театр оперетты. Первые же спектакли поразили публику яркой зрелищностью и исполнительским мастерством. В 1882 Лентовский открыл в Москве Фантастический театр, который позже был переименован в «Антей». Прозванный «театральным магом и волшебником», он поражал воображение зрителей грандиозностью постановок, новизной, необычностью эффектов, богатством декораций, оформления и костюмов, живописностью массовых сцен. В 1898—1901 работал режиссером в Московской частной опере Мамонтова.

Из книги В.П. Россихиной «Оперный театр С. Мамонтова»:

«… М.В. Лентовский, популярный организатор пышных театральных увеселений и грандиозных фантастических феерий. Этот талантливый директор оперетт и кафешантанов (в прошлом — один из любимых учеников великого Щепкина) умел отбирать превосходных актеров, с большим вкусом и мастерством исполнявших эстрадную программу и для московского сада «Эрмитаж», и для петербургской «Аркадии». Лентовский не боялся рисковать: зачастую, прогорая, он снова принимался за дело, купцы-толстосумы долго предоставляли ему неограниченный кредит. И все-таки он разорился».

«Он молодец, красив, развязен», — говорили современники.

Рассказывают, что когда Лентовский разорился и задолжал кредиторам, у него была взята подписка о невыезде из Москвы, но он ее все-таки покинул. Когда позднее его хотели наказать за нарушение подписки, то он сказал: «С меня была взята подписка о невыезде, а не о невылете». Оказалось, что Михаил Валентинович улетел из Москвы на воздушном шаре.

Из сообщения газеты «Русское слово» за 25 (12) декабря 1906 года:

Вчера, в девятом часу вечера, скончался М.В. Лентовский.

Печальный исход наступил как-то неожиданно. И близкие, и врачи, пользовавшие М.В. Лентовского, питали надежды на восстановление его здоровья, веря в его могучую натуру. Но надежды не сбылись…

Старые недуги обострились и сломили старика-колосса…»

В этом же номере газеты напечатан некролог «Памяти М.В. Лентовского», подписанный Марусиной-Пуаре:

«Умер Михаил Валентинович Лентовский…

Кто не знал в Москве эту мощную, богатырскую фигуру в неизменном русском кафтане, эту красивую оригинальную голову, не умевшую клониться ни перед сильными, потому что он был сам сила, ни перед богатством, потому что его богатство были неустанный труд, его бесконечная энергии и его своеобразный гений? Судьба изменилась, — и никто не поддержал его в трудные минуты. Друзья, окружавшие его во время успеха и славы, куда-то исчезли, и он остался один сраженный тяжелым недугом, который и свел его теперь в могилу…».

«Московские вести» сообщали:

«Вчера хоронили М.В. Лентовского. Церковь Рождества в Столешниках, где было совершено отпевание, была убрана тропическими растениями, Отдать последний долг почившему собралось так много народа, что не только храм, но и церковный двор был переполнен…

Из церкви похоронная процессия направилась к Малому театру; здесь была отслужена лития; затем лития была отслужена у Нового театра и у Солодовниковского. Погребение было совершено на Ваганьковском кладбище, близ артистических могил Соколова-Градова, Родона и других».

Мария Пуаре

Я грущу, если можешь понять
Мою душу доверчиво нежную,
Приходи ты со мной попенять
На судьбу мою, странно мятежную.

Мне не спится в тоске по ночам,
Думы мрачные сон отгоняют,
И горючие слезы к очам,
Как в прибое волна, приливают.

Как-то странно и дико мне жить без тебя,
Сердце лаской любви не согрето.
Но мне правду сказали: моя
Лебединая песня пропета.

Романс «Лебединая песнь». Поет Наталья Тамара. 1912 г.

В биографии Марии Пуаре сложно отделить правду от вымысла. Она просто полнится различными легендами, судя по тому, что мне удалось прочитать в Интернете.

Российская певица Любовь Казарновская, с 2006-го года ведущая программы «Романтика романса» на телеканале «Культура», в одном из своих интервью сказала:

«Вы знаете, я для себя открыла ведь совершенно такие новые имена, абсолютно новые судьбы, о которых только слышала и, в общем, подробно никогда не вникала. Например, Мария Пуаре — это просто была Мата Хари…»

Приходится проверять каждое слово — например, о ее сердечной дружбе с Матильдой Кшесинской.

В рассказе Елены Ерофеевой-Литвинской «Я ехала домой» есть такие строки:

«Актрисы сблизились в летний сезон 1894 года в Красносельском театре…

Однажды Кшесинская отвела подругу в сторону и попросила держать в тайне все, что она сейчас скажет.

— У меня роман…

Малечка перевела дыхание. Ее черные глаза заискрились еще ярче, лицо словно озарилось изнутри. Маруся невольно залюбовалось ею.

— С наследником престола!

И Кшесинская рассказала Марии все подробности ее отношений с будущим императором Николаем II».

Действительно, 18-летняя Матильда 1 июня 1990 года после окончания Театрального училища была зачислена в балетную труппу Императорских театров и должна была принимать участие в красносельских спектаклях. В Красном Селе, расположенном в 24-х верстах от Санкт-Петербурга, был построен деревянный театр для развлечения офицеров во время лагерного сбора.

Вот что пишет об этом сезоне в своих «Воспоминаниях» Кшесинская:

«Государь после лагерного сбора вернулся в Петергоф, где обычно проводил конец лета. У меня больше не было надежды увидеть Наследника… В это лето я раз была в Петергофе у Маруси Пуаре и весь день надеялась встретить Наследника на прогулке, но этого не случилось».

А 7 апреля 1894 года была объявлена помолвка наследника престола с принцессой Алисой Гессен-Дармштадтской. «Что бы со мною в жизни ни случилось, встреча с тобою навсегда останется самым светлым воспоминанием моей молодости», — написал Матильде ее возлюбленный в прощальной записке.

Из «Воспоминаний»:

«На лето я наняла в Стрельне второй этаж в одной даче, где я поселилась с сестрой, совершенно уединившись от внешнего мира, не имея ни желания, ни сил кого-либо видеть… Я хотела лишь одного: чтобы меня оставили в покое. Но я взяла себя в руки, чтобы быть в состоянии выступать летом в Красном селе…»

Знакомство двух актрис мы с полной уверенностью можем признать фактом реальной биографии Марии Пуаре. Сердечная дружба между ними требует дополнительных исследований и свидетельств третьих лиц.

Вторая загадка Марии Пуаре — дочь Татьяна Павловна и внук Алеша. Об этом тоже можно прочитать в рассказе Елены Ерофеевой-Литвинской «Я ехала домой». Отцом Татьяны Елена называет князя Павла Дмитриевича Долгорукого.

В «литературных» источниках называется и год рождения дочери — 1898-й.

С одной стороны, именно в это время Мария покидает Петербург и перебирается в Москву. С другой стороны, есть написанная ею книга — «Сицилия. Путевые заметки», относящиеся тоже к 1898-му году. Конечно, Пуаре могла родить дочь и отдать ее на воспитание родственникам, учитывая ее театральную карьеру. Возможно даже, что отцом девочки был князь Долгоруков, который никогда не был связан узами брака, но зато принимал участие в театральных делах и имел много знакомых в театральном мире.

Елена Ерофеева-Литвинская, утверждая, что мужа Марии Пуаре звали Михаил Свешников, объясняет отчество и фамилию девочки (Татьяна Павловна Свешникова) тем, что брак Марии не был расторгнут, и по договоренности с законным мужем, дочь получила его фамилию. При этом он согласился, что ребенок будет носить отчество настоящего отца. Но есть одно обстоятельство…

В Интернете существует сайт «Генеалогия семьи Ульяновых», в числе членов которой и Владимир Ильич Ульянов (Ленин). Данная информация предоставлена Ульяновым Александром Игоревичем.

Удивительно, но в «Генеалогии» есть и Мария Пуаре:

Мария Яковлевна Пуаре

Муж: Павел Андреевич Свешников

Дети: Татьяна Павловна Свешникова

Татьяна Павловна вышла замуж за Анатолия Константиновича Зороастрова. В этом браке родился сын — Алексей Анатольевич Свешников, который, в свою очередь, был женат первым браком на Марии Алексеевне Алексеевой (дочь — Ольга Алексеевна Свешникова), а вторым — на Раисе Александровне Тардеевой (сын — Виктор Алексеевич Свешников).

Ольга Алексеевна Свешникова в браке с Вячеславом Андреевичем Поповым родила двух сыновей — Дмитрия и Юрий Поповых.

У Дмитрия Вячеславовича Попова в браке с Людмилой Алексеевной Поповой родился сын — Александр Дмитриевич Попов.

У Юрия Вячеславовича Попова в браке с Ольгой Александровной Поповой родился сын — Максим Юрьевич Попов.

У Виктора Алексеевича Свешникова в браке с Людмилой Александровной Тябликовой родился сын — Даниил Викторович Свешников.

Едва ли стоит искать прямую родственную связь Марии Яковлевны Пуаре с Владимиром Ильичом Ульяновым (Лениным) — она не просматривается. Пересечение семей произошло на каком-то этапе в связи с замужеством или женитьбой — точнее сказать я просто затрудняюсь. Тем не менее, эти сведения подтверждают реальность существования некоей Татьяны Павловны Свешниковой, дочери Марии Пуаре и матери сына Алексея.

В завершение этого эпизода из жизни актрисы — реального или придуманного — я расскажу немного о его герое — князе Павле Дмитриевиче Долгорукове. Эта фигура сама по себе интересна и трагична и сыграла большую роль в истории предреволюционной России. Собственно, речь идет о двух братьях-близнецах — Петре и Павле, князьях, депутатах Государственной думы (1-й и 2-й соответственно).

Павел Дмитриевич Долгоруков (1866—1927) — один из основателей Конституционно-демократической партии, депутат 2-й Государственной думы, руководитель Толстовского общества, Общества мира, председательствовал на мировом конгрессе пацифистов в Стокгольме.

В 1896—1898 — камер-юнкер двора.

Во время гражданской войны — организатор движения в поддержку Добровольческой армии. П.Д. Долгоруков исключал насилие как в разрешении вопросов внутри государства, так и в вопросах внешних сношений. Его называли «рыцарем без страха и упрёка», «кристально чистым человеком».

После расстрела Николая II и его семьи заявил, что все противники большевиков «и все русские, не потерявшие совести и государственного разума, должны содрогнуться, узнав об этом злодеянии» (Долгоруков П.Д., Великая разруха — Мадрид, 1964, с. 103).

Павел Дмитриевич Долгоруков принимал активное участие в культурной жизни Москвы: был близок к театральным кругам, состоял пайщиком акционерного предприятия Московского художественного театра, поддерживал дружеские связи с его ведущими артистами.

С 1920 в эмиграции (Константинополь, Белград, Париж, Варшава).

Желая лично убедиться, могут ли эмигранты рассчитывать на поддержку на родине, в 1924 перешёл советско-польскую границу; был задержан, но не опознан и отправлен обратно. Во второй раз перешёл через границу СССР и Румынии 7 июня 1926, пробыл в России 40 дней, был арестован.

Одиннадцать месяцев Павел Дмитриевич провел в Харьковской тюрьме. Он обвинялся «в нелегальном переходе госграницы с целью создания контрреволюционной организации и проживании по чужому паспорту». В Государственном архиве сохранилось несколько писем, посланных Павлом Дмитриевичем из тюрьмы своему брату.

Долгое время сохранялась надежда, что приговор по делу Долгорукова, учитывая его возраст, не будет слишком суровым. Особое совещание в своем постановлении от 15 февраля 1927 г. возбудило ходатайство перед коллегией ОГПУ о высылке Долгорукова в Нарымский край сроком на три года.

Однако 7 июня 1927 г. в Варшаве был убит советский посол П.Л. Войков. В ответ на это в СССР в ночь с 9 на 10 июня 1927 г. были расстреляны 20 представителей видных дворянских и буржуазных семей, содержавшихся в московских тюрьмах. Первым в списке значился князь Павел Дмитриевич Долгоруков. По воспоминаниям очевидцев, он, убежденный противник смертной казни, достойно встретил смертный приговор.

Место захоронения князя до сих пор не установлено. П.Д. Долгоруков своей семьи не имел (из различных источников).

Открытое письмо княгини Ирины Долгоруковой руководителям Центрального архива ФСБ и Московской мэрии:

«Мой муж, князь Михаил Петрович Долгоруков, был сыном одного из основателей кадетской партии, товарища председателя I Государственной Думы князя Петра Дмитриевича Долгорукова. Эмигрировав из России в 1920 году, Петр Дмитриевич отошел от активной политической деятельности и жил в Праге, где был арестован в 1945 году после вступления туда советских войск. Кажется, был этапирован в Москву. Дальнейшая судьба неизвестна.

Брат-близнец моего свекра, князь Павел Дмитриевич Долгоруков, также один из основателей кадетской партии, многолетний председатель ее ЦК, депутат II Государственной Думы, после эмиграции продолжил активную борьбу с советской властью. В 1926 году он нелегально перешел границу СССР и был арестован 13 июля 1926 года на пути из Харькова в Москву. В ночь с 9 на 10 июня 1927 года, по сообщениям как советской, так и эмигрантской прессы, он был расстрелян.

Обращаюсь к Вам в надежде узнать о последних днях жизни моих родных. Что сталось с князем Петром Дмитриевичем Долгоруковым? Верна ли дата и место расстрела князя Павла Дмитриевича? И нельзя ли узнать, где они похоронены?»

(Журнал «Огонек» № 20 от 19.05.1997 г.)

Усилиями энтузиастов установлено место захоронения князя Петра Дмитриевича Долгорукова на Князь-Владимирском кладбище г. Владимира (он скончался в 1951 г. в тюремной больнице Владимирского централа и был похоронен в братской могиле).