Отца Николая называют часто «наш Батя», и он не обижается: во-первых, называют его так уважительно, во-вторых, называют сослуживцы, с которыми он, будучи спецназовцем, прошел огонь и воду. «До медных труб не дойдет, похоже, – смеется он. – У начальства я никогда в фаворитах не хаживал». Так что обращение это, так сказать, только для внутреннего пользования. Тех же, кто пытается употреблять его, не имея на то права, ждет короткий, но доходчивый ответ: «Не надо, пожалуйста». Понимают, кстати, быстро.

Иногда мы сидим с отцом Николаем в трапезной храма, где он служит. Тогда настоятель может и рассказать пару-тройку историй из своей армейской или же священнической жизни. «А нет большой разницы, – убежден батюшка, – ты и там на войне, и тут. Никакая тут для нашего брата отца не “гражданка” – тут такие бои идут, что страх берет». В этот раз мы и говорили о страхе.

Собака Баскервилей. Кадр из фильма

Отец Николай почему-то сам эту тему поднял за чаем. «Помнишь фильм “Собака Баскервилей”?

В житиях святых мы можем прочесть, как равнодушно подвижники относились к своим телесным немощам и болезням и подчас отказывались лечиться. Известны и такие слова: больной человек – счастливый человек. Так как относиться нам, обычным людям, к своему здоровью? Нужно ли заботиться о нем и лечить свои телесные хвори, попущенные нам Богом с некоей целью? И как вести себя по-христиански во время болезни?

От автора: Это реальная история. Когда я только собирался рассказать про этот случай, у меня возникли сомнения. Правильно ли батюшка поступил, имел ли он право на такую странную Исповедь? Вдруг это нарушение какое-то, и о нем не стоит рассказывать. Ответа не искал, даже не знал, как вопрос сформулировать. Включаю видео православное. А там священнику в прямом эфире зрительница задает вопрос: «Можно ли причастить больного, который уже не может исповедаться?» Батюшка отвечает: «Священник должен попробовать установить контакт, например, через глаза. Возможно, задавать вопросы, на которые больной сможет ответить посредством глаз: ‟да” или ‟нет”. Из ситуации нужно исходить конкретной». У меня мышление слишком рациональное, чтобы во всем видеть предзнаменования и указания. Но в случайность такую поверить еще труднее.

Давно слышал, что дядя Петя заболел сильно, но не было повода попасть в село, где он жил. А для того, чтобы специально ехать проведать, я его слишком мало знал. Он нам родственник по жене, тете Насте, с которой мы тоже виделись крайне редко. Сын тети Насти и дяди Пети – мой ровесник, дочь – намного старше, она уехала в город давно: встречу – не узнаю. Когда-то, в былые времена, еще ребенком, бывал в их доме. Наша семья – папа, мама и мы с братом – жила тогда в одной комнате ветхого деревянного здания, и тети Настин трехкомнатный дом с туалетом и ванной внутри казался нам сказочными хоромами.