Назначение: Выпечка

Основной ингредиент: Овощи

Блюдо: Другое

Время приготовления: 30-60 минут

География кухни: Кухня Европы

 

 

Это десертное и постное блюдо, где банан прекрасно заменяет яйцо ;) 

 
фото кликабельны

http://mirpiar.com/forum/3-7-182

Вот такие миленькие чайнички могут поселиться у вас на кухне)
Приятного чае и кофепития))))

http://blog.i.ua/community/2785/1223377/

Топ с ажурным рукавом-крылышком

Само крылышко можно использовать для переделки




фото кликабельны

http://mirpiar.com/forum/3-7-182

Мытарства Феодоры — этот сюжет из жития византийского подвижника Василия Нового известен практически каждому православному христианину: умершая Феодора по молитве старца является ученику Василия, чтобы рассказать ему о своей посмертной участи. Этот рассказ определил представления о смерти для многих тысяч православных христиан, но так и не обрел статуса обязательного догмата Церкви.

Не нужно крайностей!

Как сообщает Православная энциклопедия, житие Василия создано во второй половине X века в Константинополе и известно в различных редакциях. Композиционно оно состоит из двух частей: истории Феодоры — первого видения ученику — и эсхатологического откровения о конце мира — второго видения, уже не имеющего отношения к Феодоре. И то и другое на Руси стали известны уже с X I века.

Картина, которую рисует житие, такова: чтобы попасть в рай, душа доставляется туда ангелами, но по пути ее пытаются отобрать злые духи, «специализирующиеся» по страстям. Отобрать они ее пытаются на основании грехов, совершенных душой. Если ангелы затрудняются оправдать душу перед бесами, то душа отправляется в ад — ждать Второго Пришествия, если нет — то удостаивается пребывания в райских чертогах. Душу самой Феодоры, по грехам не достойную рая, ангелы выкупают у бесов за некие дары, переданные от Бога ангелам по молитвам ее духовного отца Василия. Этот н атурализм «Мытарств Феодоры», и особенно идея торга между ангелами и бесами, может показаться сомнительным. Так, с беспощадной критикой «видения» недавно выступил в собственном интернет-блоге протодиакон Андрей Кураев, преподаватель МДА, известный миссионер и публицист.

«Не нужно впадать в крайности, — убежден заведующий кафедрой Догматического богословия ПСТГУ протоиерей Борис Левшенко. — Те образы, которые доступны святым в видениях или которые мы слышим в церковных гимнах, это не буквальное описание, но это и не пустая аллегория. Это приближение к истине. Это язык притчи. Разве только аллегорией были слова Господа, когда Он определил Царствие Небесное как невод, в который попадают рыбы? Или как поле, засеянное пшеницей? Или как горчичное зерно? Дело в том, что, когда мы не можем до конца проникнуть в какую-то тайну, мы создаем условную модель для нашего понимания — но эта модель прямым образом соотносится с самим предметом. Это похоже на то, как физики создают модели Вселенной. И там, где физики используют модели, богословы используют притчи.

Следует понимать, что жития и гимнография — это особенные жанры, истина в которых высказывается несколько иначе, нежели в богословском трактате, где четко определены все понятия и термины».

История вопроса

«О суде Божием после смерти человека у апостола Павла говорится так: “…человекам положено однажды умереть, а потом суд” (Евр. 9, 27). Первые три века понятие этого “суда” никак не расшифровывалось, и разъяснения появляются только в IV веке. Святой Макарий Александрийский, великий аскет, живший в IV веке в Египте, говорит, что первые три дня после смерти душа свободна; в течение последующих шести дней она смотрит на блаженство праведников и либо терзается из-за того, что не может получить этого блаженства, либо сорадуется; потом, до 40-го дня, осматривает места мучений; на 3-й, 9-й и 40-й день является на суд Божий. Но у святого. Макария речь идет еще не столько о мытарствах, сколько о разных состояниях радости и мучения после смерти. Только святитель Кирилл Александрийский (богослов V века) говорит уже о мытарствах более определенно. Святитель пишет, что душе приходится проходить через зону “воздушных мытарств”, он говорит и о предъявлении к душе разного рода обвинений на этих мытарствах — то есть дает вполне развитое учение: ангелы, добрые и злые, борются за душу человека. Учение о мытарствах позже развивается и у святого Иоанна Златоуста, и у многих других авторов, даже на Западе, например, у Августина Блаженного. Можно сказать, что в какой-то момент мытарства становятся общеправославным и общепринятым представлением о посмертном суде.

Что же касается видений Феодоры в “Житии Василия Нового”, то там ставится совсем другой вопрос, а именно: возможно ли душе миновать мытарства? И трактовать частности этого видения вне данного контекста большая ошибка», — считает отец Борис Левшенко. Некоторых мытарств Феодора избегает по молитвам своего духовного отца, и вопрос «спасутся ли еретики?», который связывает в житии два видения (откровение о конце мира и видение Феодоры), в конце «мытарств» получает свой ответ: для христиан « святые Ангелы являются их защитниками, и святые угодники Божии молятся о спасении душ таких людей», а о еретиках же «никто не заботится, и в защиту их Ангелы ничего не могут сказать».

Ничего католического

«Относительно элементов католического учения о сверхдолжных заслугах или юридического понимания греха (заступничество св. Василия представляется в житии как выкуп. — Ред.) я не нахожу ничего подобного, — говорит отец Борис Левшенко. — Так же как и не вижу сходства в учении о мытарствах с католическим “чистилищем”. Ведь и нам, православным, не чужда юридическая терминология, мы боремся не столько с самой юридической терминологией, сколько с ее односторонностью. Принципиальная разница между мытарствами и католическим чистилищем в том, что мытарства — это образ суда, а чистилище — это место наказания и исправления. Это две совершенно разные концепции. В чистилище грешник мучается в возмещение недостатка “заслуг”, добрых дел при жизни, чем “удовлетворяет” Божие милосердие, а по “отбытии” положенного пропускается в рай. Мы тоже допускаем раскаяние человека в аду и освобождение на Страшном суде, но католическое учение слишком жестко связывает это с понятиями вины и наказания. С точки зрения Православной Церкви чистилища не существует. Мытарства — это суд совести и испытание духовного состояния души перед лицом любви Божией, с одной стороны, и дьявольских страстных искушений — с другой».

http://www.pravmir.ru/mytarstva-bogoslovskoe-modelirovanie/

В центр Москвы вместе с оператором мы приезжаем на автомобиле, чтобы найти тех, кто обманывает доверчивых людей. С самого начала я не верил в успех нашего мероприятия – выйти на группу сектантов «бога Кузи». Как вообще можно бороться с сектами? Это же столько книг нужно прочитать. В конце концов, кто я такой, чтобы бороться с ними, с этими загадочными адептами?

Метро «Марксистская», улица Таганская. Один из самых известных православных маршрутов. Напротив центра саентологии стоит человек в черном подряснике. Перед ним – столик. Такие берут на пикники, дачу и на промо-акции – рекламировать сыры и йогурты. Но здесь – никакой рекламы. Икона блаженной Ксении Петербургской. Рядом ящичек для пожертвований и желтый лист формата А4. На нем перечислены требы на все случаи жизни: от пожаров до простуды.

– Добрый день, – обращаюсь я к благообразному дедушке. У него и у меня очки. Это немногое, что нас объединяет.

–Добрый, – осторожно отвечает отче.                            

Христос воскресе! Сегодня мы слышали Евангелие, которое читается на водосвятном молебне в знак того, что каждый день Господь может совершать древнее чудо.

В Иерусалимском храме в Овчей купели был притвор, где лежало множество болящих — слепых, хромых, иссохших, чающих движения воды, «ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью». Далее мы слышим, по какой причине человек, в течение тридцати восьми лет находящийся в тяжелой болезни, не мог получить исцеления. «Не имею человека, — говорит он Христу, — который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня». Но Господь говорит ему: «Встань, возьми постель твою и ходи», — и   больной тотчас выздоровел. Он встал, взял свою постель и пошел.

И еще одна замечательная подробность, которой заканчивается Евангелие о расслабленном. Иисус, встретив этого человека в храме, говорит ему: «Ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже». В этих словах Христа — ответ на вопрос о том, что происходит с родом человеческим, со всеми нами, с нашей Россией. Сколько мы согрешаем, и сколько милости являет Господь после наших грехов! Всякий раз, исцеляя нас, Он говорит: «Да не будет тебе, что хуже». Но мы видим, что делается все хуже и хуже. Несмотря на весь так называемый «прогресс» человечества — человеку становится все хуже и хуже. Все горше болезни, все более страшные бедствия... И это еще не самое главное. Страшнее то, что происходит внутри человека. Ведь никогда, даже в самые тяжелые времена, не было такого общего бессердечия, какое мы можем наблюдать сегодня.

Недавно одна прихожанка рассказывала мне о молодом человеке, который упал на вокзале — у него случилось прободение язвы. Он лежал в течение долгого времени, но никто не хотел вызвать «Скорую помощь». Он просил, но никто не хотел этого сделать. Ярославский вокзал. Тысячи людей проходят мимо, но не нашлось ни одного человека, который бы помог этому «расслабленному»!

Или рассказ другой женщины о том, как в подъезде ее дома в течение нескольких дней лежал труп. День за днем люди проходили, и никто не хотел позаботиться об отправке его в морг. Как это страшно, когда людей много, но «не имею человека», как это было с евангельским расслабленным!