Все тот же еврейский вопрос?!

Исполняется 75 лет Александру Аскольдову, "режиссеру одного фильма", впервые
в советском кино осмелившемуся сказать о евреях и Холокосте, и за признанный
ныне шедевр мирового кинематографа растоптанному властью.

Когда в 1939 году арестовали отца и мать, он, пятилетний, ночью прибежал в
знакомую еврейскую многодетную семью - и они укрыли, спасли "сына врагов
народа". Потом он сумел выбиться "в люди", после университета стал
чиновником культуры, референтом министра культуры и бросил карьеру, поступил
на Высшие режиссерские курсы и получил право снять выпускной фильм. По
какому-то невероятному стечению обстоятельств ему удалось "протащить"
сценарий по коротенькому рассказу Гроссмана "Это было в Бердичеве" (ему
говорили:"Ты хороший мужик, но на кой дались тебе эти евреи!"), потом снять
сам фильм, который был показан только один раз, в 1967 году - приемной
комиссии.

Сейчас фильм "Комиссар" во всех киноэнциклопедиях (кроме российских)
называется одним из лучших произведений мирового кино, в 80-90-е гг. он
получил множество призов на престижнейших кинофестивалях, Нонну Мордюкову
Британская энциклопедия назвала одной из десяти лучших актрис ХХ века именно
за роль в "Комиссаре". Это совершенно уникальный случай - фильм получил все
свои международные награды почти через четверть века после своего создания.

Действие фильма происходит во время Гражданской войны. Героиня комиссар
Красной Армии (Нонна Мордюкова) привыкла к суровой, мужской военной жизни, и
казалось бы, в ней не осталось ничего женского, но когда полк
останавливается в местечке, она обнаруживает, что беременна. Она в ужасе,
рожать она приходит в семью бедного многодетного еврея Магазанника (Ролан
Быков). Там она оказывается среди людей совсем другой жизни, живущих совсем
другими заботами, чем мировая революция, там, окруженная "еврейскими"
хлопотами о будущем ребенке, она постепенно "оттаивает". Но, когда уже с
новорожденным на руках, она видит, как уходит ее полк, она оставляет своего
младенца у приютившей ее семьи - и бросается вслед за своими боевыми
товарищами Финал фильма: "марш обреченных" через двадцать лет евреи местечка
идут в печи и рвы Холокоста+

За этот фильм Александра Аскольдова исключили из партии, уволили с работы с
формулировкой "профнепригоден", годами длилось судебное преследование о
"растрате в особо крупных размерах"
(имелся в виду сам факт создания такого фильма). Ролан Быков о нем
писал: "Аскольдов делал эту картину поразительно одиноко, и все, кто
поддерживал его, предали его, когда она вышла. И его стали бить. Вы знаете,
и нас всех били, но так жестоко не били никого. Я не знаю человека, больше
пострадавшего в нашем искусстве, чем Аскольдов".
"Самая трагическая судьба нашего кино это Аскольдов" (знаменитый
мультипликатор Юрий Норштейн).

Конечно, дело было в том, что на Гражданскую войну Аскольдов посмотрел
совсем не так, как видится она во всенародно любимом "Белом солнце пустыни",
конечно, "не принято" было вообще упоминать, что рядом живут евреи, но самую
большую ярость вызвала финальная сцена (стилистику которой позаимствовал,
"процитировал"
Спилберг в своем "Списке Шиндлера"). Когда уже в "перестройку" пленку
достали из архива, от ее создателя потребовали одно-единственное, но главное
- "вырезать Холокост"

Сейчас Александр Яковлевич Аскольдов живет в Германии, не любит приезжать на
родину, где до сих пор чувствует на себе косые, а то и ненавидящие взгляды
бывших коллег. И нашей стране, ее русскоязычной общине в особенности, не
грех помнить таких людей - своей судьбой заплативших за правду о судьбе
нашего народа.

Я хочу вам предложить одно стихотворение: Его написал замечательной души
человек, Александр Державец.

ЖИЛ ЧЕЛОВЕК ХОРОШИЙ
=======================
Собаки лаят где-то,
Гремит пальба иль гром.
Сосед мне по секрету
Шепнул: "будет погром".
Совет небрежно брошен,
Чтоб прятался скорей:
"Ты человек хороший,
Но все-таки еврей".
Жил человек хороший
Да, вот беда - еврей,
Клейменный словно лошадь
На родине своей.
Он верил идеалам,
И думал все равны.
Наивный этот малый
Не знал своей страны.
Мой прадед при погроме
Погиб в расцвете лет.
Семьей не похоронен
Пропавший в гетто дед.
На фронте стал калекой
Отец в сорок втором,
Но минуло полвека,
Я снова жду погром.
Жил человек хороший
Да, вот беда - еврей,
Клейменный словно лошадь
На родине своей.
Он верил идеалам,
И думал все равны.
Наивный этот малый
Не знал своей страны.
Был Родиной отринут,
И долго горевал.
Наверное чужбину
Я Родиной считал.
Теперь все это в прошлом
Грусти или жалей.
Жил человек хороший,
"Но все-таки еврей"..

Лариса Васильева в своей книге "Кремлевские жены"
повторяет убогую сплетню о том, что некий "еврейский центр" повелел молодым
еврейкам выходить замуж за русских мужчин, стремящихся к власти, всемерно
содействовать этим мужчинам и "направлять их властную деятельность" по
руслу, нужному этому "еврейскому центру". Васильева считает также, что
русских мужчин привлекала некая экзотичность еврейских девушек, которым, в
свою очередь, "нравилась мужественность и бравость" славянских парней.

Число таких браков действительно резко возросло в начале прошлого века в
России. Но причины, конечно, поглубже: не в последнюю очередь общие цели,
совместная работа и стремление "отречься от старого мира" и его обычаев, а
может быть, революционерки из местечек просто утверждали так свою
независимость от требований иудаизма или шли путем, указанным вождями: ведь
Маркс и Ленин не видели для евреев другого пути, кроме физической
ассимиляции. Цель нашей не очень серьезной заметки сообщить факты, возможно,
не всем известные. А над причинами большого числа еврейско-русских браков
романтического периода революции наш читатель может поразмышлять сам.

В архангельской ссылке молодая эсерка Голда Горбман приглянулась рабочему
парню Климу Ворошилову. Брак их был разрешен при условии венчания в церкви.
Невеста приняла православие и стала Екатериной. На родине Голды в
присутствии всего населения местечка раввин предал ее проклятию (херему), на
еврейском кладбище появилась условная могилка, к которой безутешные родители
Голды приходили помянуть потерянную дочь. А полувековой брак Екатерины
Давидовны и Климента Ефремовича оказался на редкость гармоничным. Своих
детей у них не было, но они вырастили пятерых приемных, среди которых и двое
детишек Михаила Фрунзе. Вспоминает их невестка:
В Бабьем Яре у Екатерины Давидовны погибла родная сестра с ребенком. И без
того немногословная, она стала еще молчаливей, но когда возникло государство
Израиль, она не сдержалась:
"Вот теперь и у нас тоже есть родина"..

Несколько фактов без комментариев и подробностей:
жены С.М. Кирова, Г.В. Плеханова, М.Г. Первухина были еврейками.
Еврейские жены Ежова, Рыкова (сестра архитектора Иофана), Каменева (сестра
Троцкого) были уничтожены Сталиным еще до войны.
В 1921 году на совещании в Москве В.М. Молотов приметил хорошенькую
смышленую Полину Жемчужину. Домой в Запорожье она уже не вернулась и вскоре
стала женой Вячеслава Михайловича. Однако только роль жены аппаратчика ее не
устраивала. Очень умная и властная, Полина Семеновна Жемчужина (настоящее ее
имя Перл Карповская) много работала и в разные годы была даже наркомом
пищевой и рыбной промышленности. В 1948 году на официальном приеме в доме
Молотовых присутствовала Голда Меир, посол нового государства Израиль. В
своей книге Голда вспоминает: "Ко мне подошла жена Молотова Жемчужина и
сказала на идиш: "Я дочь еврейского народа"". Они беседовали довольно долго,
и, прощаясь, Полина Семеновна сказала: "Всего вам хорошего.
Если у вас все будет хорошо, все будет хорошо и у всех евреев в мире".
В конце 1948 года Сталин приказал арестовать всех жен-евреек ближайших своих
соратников. Арестовали жену Андреева Дору Моисеевну Хазан, жену Поскребышева
Брониславу Соломоновну, вдову Калинина (негодяям, видимо, казалась
подозрительной ее эстонская фамилия). Арестовали и Полину Жемчужину. Сталин
проверял лояльность и преданность своих вассалов.
Жена Поскребышева была сестрой невестки Троцкого.
Подавая Сталину на подпись ордер на арест своей жены, Поскребышев попросил
простить ее. Сталин подписал ордер: "Найдем тебе бабу". А несчастную
Брониславу Соломоновну, продержав три года в тюрьме, расстреляли.

Женой Якова Джугашвили была танцовщица Юлия Мельцер.
Когда Яков оказался в фашистском плену, Сталин отдал Берии
распоряжение: "А эту одесскую еврейку в Красноярский край. Пусть погреется
под сибирским солнцем..." Кто-то заметил, что, если Юлия будет среди людей,
слухи о Якове получат подтверждение. Лучше уж ее в тюрьму, в одиночку.
Сталин согласился. А вот Екатерину Давидовну Ворошилову не арестовали.
Говорят, когда за ней пришли люди Берии, Климент Ефремович несколько раз
предупредительно выстрелил из револьвера в потолок. Запросили Сталина. "А
черт с ним", сказал "отец народов". Около пяти лет пробыла Жемчужина в
ГУЛАГе. После ее смерти постаревший Молотов сказал интервьюеру: "Мне выпало
большое счастье, что она была моей женой. И красивая, и умная, а главное
настоящий большевик..." У Николая Ивановича Бухарина было даже две еврейские
жены: Эсфирь Исаевна Гурвич и юная дочь большевика Ларина (Михаила Лурье)
Анна. При аресте у нее отняли годовалого сына.
Почти двадцать лет она не видела его. Мальчик вырос в детдоме с чужим
именем, не зная, кто его отец.

А вот еще факты без комментариев. Супругой мудрого российского министра
Сергея Юльевича Витте была еврейская женщина. Да и сам он был потомком одной
из дочерей петровского канцлера Шафирова.
Лиля Брик одно время была женой героя Гражданской войны легендарного комкора
В.М. Примакова. А супругой знаменитого Бориса Савенкова некая Е.И. Зильберг.
Легендарный Николай Щорс был женат на еврейке Фруме. Их дочь Валентина вышла
замуж за известного советского физика Исаака Марковича Халатникова. В
дневнике Корнея Ивановича Чуковского 12 марта
1967 года есть запись: "Жена анархиста Кропоткина еврейка". Почему этот факт
остановил внимание Чуковского? Не потому ли, что матерью его талантливых
детей и хозяйкой дома была еврейская женщина? Надо сказать, что немало
русских писателей сделали такой же выбор. Это и Леонид Андреев, и Аркадий
Гайдар, и Владимир Тендряков. У блестящего русского писателя Владимира
Набокова было два романа с еврейками.
Третья, Вера Слоним, стала его женой, любимой до конца дней. Они встретились
за границей, куда семья Слоним бежала от большевиков, так же, как и семья
русских аристократов Набоковых, принципиальных борцов с антисемитизмом.

Русских мужчин привлекала некая экзотичность еврейских девушек, которым, в
свою очередь, "нравилась мужественность и бравость" славянских парней... И о
женах. ... Когда пытались арестовать жену Ворошилова, то тот начал палить
из, кажись, нагана, не разрешая никакого ареста. Позвнили к Сталину.
Рассказали что происходит. Сталин рассмеялся и сказал: "Ну ворошиловский
стрелок!
Ладно, оставьте их." И ареста не было. просто жен своих любить надо.
Вот и все.