Ты вдруг поразилась, что твоя и ее подруги ругаются матом.  Ну, они девочки умные, не обращай внимания, просто выскочили из-под запрета, это скоро пройдет. Останется крепкое словцо от обожженного пальца или внезапной неконтролируемой ситуауии, типа попой об лед.

Как была однажды поражена я, попав в молодости в крутейшую литературную компанию, - не успевала уже никуда и мне постелили раскладушку на кухне.  Писатели под утро вылезли опохмелиться и думали, что я сплю. Там был такой полушепот, что ох!

К сему старый  анекдот -

Учительница на уроке:
- Дети, придумайте слова на букву "ж". Пожалуйста, Машенька!
Машенька:
- Жук.
- Хорошо. А ты, Петенька?
- Журавль.
- Отлично. А ты, Вовочка?
- Жопа.
- Вовочка, нет такого слова!!!
Вовочка (изумленно):
- Как же так, Мариванна? Жопа есть, а слова нет?
 

 Мат - особая часть русского языка. Ни в одном языке нет такой самобытной, красочной и своеобразной части лексики.

 А наше отношение к мату  идет из зажатой православной традиции, в которой секса нет, и все сексуальные части тела - мерзкие. Соответственно, их названия тоже. И это еще долго будет сидеть в нас. А ведь в дотатарских  церковных летописесях, в житие протопопа Аввакума - все эти слова вплетаются и называются обыденным образом. И совсем не звучат ругательствами и не коробят. Откуда же пошло табу на них... Да после Петра, когда наиболее интеллигентная часть общества - дворяне, поставили русский язык во вторую очередь   в своем призрении всего простонародного, так это *фу* в надушенный платочек так и торчит в нас.  

Именно люди, употребляющие мат "не по теме" вызвали у половины нашего населения стойкую аллергию к мату. Это:
- те, кто матом оскорбляет
- те, кто матом "поливает" (т.е. употребляет мат через слово)
- и, как ни странно, те, кто мат употреблять не умеет, но все - таки употребляет.
Матерный язык - это искусство.    Наиболее образованные, развитые люди умеют ввести матное слово так, что оно не раздражает, а украшает.

Мата, практически, нет в мире нигде. То есть, эти слова есть. Но нигде на них не лежит цензура. Все вы слышали в американских фильмах классическое "фак ю"  - наши обычно переводят его "иди в задницу". Что самое интересное, англоговорящие люди употребляют свой мат по прямому значению, в книгах, фильмах, жизни, т.е везде. Единственное, где не допускается - в политике, в публичных выступлениях и т.п. То есть, НЕТУ У НИХ МАТА!
Посмотрите, какова разница в силе выражений. Hell with him! (Дословно - ад с ним) - употребляется в нашем значении  *** с ним".
А наше полудетское "пошел в ж " по - английски - очень сильное ругательство.
 Французы и немцы обзываются словом "г". Тоже в фильмах, книгах, повседневности.
Нигде не перекрыли кислород своему мату! Только мы.
Подцепили дурацкое "вау!". А родное слово *** только на заборах можно писать. Наверное, поэтому и пишут. Запретный плод.
 

В СССР маститые писатели  и доктора филологии  с ученым видом поднимаясь над интеллигентской неловкостью защищали в печати права мата на литературное гражданство, *светски впиливая в академическое построение ядреный корень*

В зажатой стране мат - воля, реванш, кукиш.

Снятие табу - слова те же а экспрессия ушла. Незапертый порох сгорает свободно, не может произвести удар выстрела.

И как вывод  - Материться-то человек умеет редко. Обыватель - в силу бедности воображения и убогости языка. Интеллигентный - в силу сознания табу, часто в неуместности ситуации и статуса.

НО КОГДА  РАБОТЯГА ВМЕСТО ЗУБИЛА ТЯПНЕТ ПО ПАЛЬЦУ - Вот здесь все будет святой истиной из глубины души....

А зачем писатели употребляют "нехорошие слова"?
Для выразительности, ибо "только русский человек способен восторженно материться на закат"
Для создания картины реальности (вся Россия матом кроет)
Для гиперболизации
Для того, чтобы оскорбить определенную публику
Для того, чтобы шокировать
Для того, чтобы посмешить
Много еще для чего.
Не умею я объяснить словами как пишут стихи, как сочиняют музыку, почему художник берет ту или иную краску. Люди! Если вы не слышите музыки слов, вы НЕ АВТОРЫ, ВАМ ТУТ НЕЧЕГО ДЕЛАТЬ!
Совсем не обязательно всем писателям употреблять мат. Кому - то он - как выразительное средство. Кому - то - не нужен. Каждый художник творит, как требует его душа.
 Спор бессмысленный. Аксиома. Русский мат бессмертен, потому что он есть глубинная часть психики русского человека, он лежит во всех пластах русской культуры, ничего вы с ним не сделаете.
И он имеет право быть.
В жизни, литературе, везде.
А задача писателей - сделать из мата не похабщину, а искусство.
Кто не умеет - не употребляйте его. И всё!

Так что девочки, почитайте все вышеизложенное. И не делайте мат оскорблением. Иногда слово недожаренная сосиска или жирный индюк бывают гораздо обиднее, потому что неожиданны и не приелись.

Так что ку-ку...

 

мы рассекаем друг друга мгновенно
нас миллионы и нам по колено
мы курим при встрече при встрече жмём руки
мы сушим тела чтобы были упруги
мы только штанами метём по асфальту
нам юбки - измена а платья - как спальник

 мы врём нашим мамам отцов мы не знаем
мы кольца на самый большой надеваем
мы травим чернилами голые плечи
мы меряем силу ладоней - кто крепче
целуемся в чётную - узкие губы
мы злимся когда обзывают нас грубо
мы бьём без раздумий с размаху и точно
по-девичьи нежно по-девичьи сочно 

  мы любим орехи мы белки с хвостами
мы скачем по клубам и схема простая:
сначала по пиву потом по танцполу
и градус крепчает дальнейшее скоро
и быстро случится в кино в туалете
на задних сиденьях без света на свете
для нас не проблема нас больше - мы стая
и нас по-иному уже не заставишь

а я слушаю тома йорка про самый уличный спирит
и питерский дождь рассекаю колёсами мотоцикла
и если ты станешь взрослой и даже совсем не тоненькой
я буду любить тебя так же как в наше первое лето

             И все таки стихи да и книги надо читать самому, автор и чтец как бы подминают тебя под себя. Исключение очень редко. Тоже и с иллюстрациями, но в иллюстрации ты поневоле выдаешь свое отношение и чувство, если, правда, владеешь материалом. Но именно владение иногда засушивает чуаство, золотая середина редка.  Очень нравится стихотворение. Но для меня в  нем больше беззащитности и страха перед будущим...

         А это просто кусочек работы.....

Внизу заплакал ребенок. 5 утра. Как-то особенно громко и мрачно кричал свою молитву муэдзин. Вспомнила, у них - рамадан, здесь - суббота. Почему они ставаят кричать молитвы людей абсолютно лишенных слуха...странно.  Пугают, а не услаждают слух молитвой..Я вспомнила  московских татар своего детства.  Дедулю -старьевщика, что скупал старые вещи шутками-прибаутками, катал нас на своей дряхлой кобыле  и угощал малышню конфетами  и дворника Измаила, что был добрым гением детворы, да и всего дома, вечно с метлой или сидел на солнышке со своей трубочкой и присматривал за детворой. Он был участковым нашего двора и во всех спорах тритейским судьей...  А его внучка Розка была деятельной участницей всех наших проказ. И никому из нас и в голову не приходило делить детей на евреев и татар, были свои человеческие мерки. Где ты, Ходжа Насреддин, или ты вымысел русского писателя и чувство юмора не свойственно этой половине человечества. Ирония и чувство юмора - прибежище нормального человека и прежде всего к себе.... Мой приятель в 70-е художник-реставратор, путешествовал с женой по средней Азии между Бухарой и Самаркандом. Остановились на ночлег. Ночью постучались двое мужчин и сунули ему в руки пачку денег -отдай свою женщину. Приятель  выбрался  с женой через окно в  поле, схватив только документы. Что, уже и тогда....

   Свинячий грипп. Свиной звучит слишком серьезно, как бы рассчитывая на страх. Вспомнила рассказх приехавшего из Америки знакомого врача. Правда давно, в 80-е. Его тамошний приятель как раз занимался гриппами. И как-то занес домой вирус. У него умер младший сын. С тех пор он скармливал детям по таблетке из комплекса витаминов и по не помню сколько но точно больше шести гранулок аскорбинки.  А во время эпидемии добаллял чуть-чуть аспирина. Витамины и кислота, говорил он, витамины и кислота...

Странно. Я ни разу не болела вирусным гриппом дома. Но здесь каждую зиму. Наверное тепло и влажность и привычка органона к сухому климату... Что ж, витамины и кислота...

Ощущение опасности в воздухе от этого гриппа. Все меньше  медиа говорят об опасности гриппа и все больше больных - боятся паники, наверное.Здесь сразу вычислили спокойненько приблизительное число погибших этой зимой от гриппа.  Ко всему запоздали с вакциной. Все более увеличивающаяся мобильность мира - серьезная угроза распространения любой заразы. Именно по причине мобильности больше всего будет страдать белое население планеты. ...

 

 

 

 

 

УФ! Накачала кучу музыки, больше не дают, завтра докачаю. Завтра весь день бегать, но в субботу сяду подо все это и допишу картину, она громадная и ее ждут. Так и буду под всю эту музыку весь день сидеть и писать....В понедельник -  в Тель-Авив, фоток привезу, денег заработаю, уууустану! Жаль никак нельзя поместить сюда свою подборку музыки , а эту подборку кинуть к себе. Так и буду слушать отдельно...

...*посидеть и выпить на Иерушалимскую. Это единственное место в мире. Ни Дизенгоф, ни Ундер дер Линден,  ни Бродвей, ни Пиккадили - нет подобных...Недолгая пешеходка вымощена  розовым галилейским камнем. С темнотой и звездами зажигаются фонари у столиков и навесов, светятся нараспашку столики и кафе, чередуя негромкую музыку, и все приветствуют, потому что знакомы и сошлись судьбами. Раскаленные за день сосновые посадки на склонах снизу  отдают смолистое тепло в остывающий горный воздух. Рубеж святой земли. Ветхозаветная твердыня художников и богословов - уют и вершина....Жизнь окольчато преломляется в разные измерения. Странно бредит напоминание, что живешь в них одновременно...*  ЦФАТ глазами Веллера.

Город галлерей и центр кабалистов всего мира, здесь можно гулять по ночам, потому что сюда не добираются, да и боятся арабы.  Так как кабала не религия, а филосовская математика вне религий, сохраненная евреями для всего мира, то светские вольнодумцы спокойно уживаютчя рядом. Зимой на склонах лежит снег. До моря час на автобусе (попробуй за это время выбраться из Москвы на дачу....). Как только все утрясется с Иваном, уеду в Цфат. К тому же там есть возможность получить государственную квартиру. И у меня есть предложения от галерей. А я не пишу.  Наверное там нет такой большой библиотеки, как в Хайфе и я наконец вылезу из интернета и любимого занятия -  лежки с книгой на пузе и чашкой чая в руке...  Сяду писать под радиоголоса, благо в интернете  слушай - не хочу...

Джигит можэт быть оборванэц, но чтоб оружие в серебре... - это про меня.  Посмеялась здесь с Веллером в его*Ножике Сережи Давлатова*... -*    Куда мчимся, да? Птица-тройка дает ответ,  дышлом да мозги вон,  впрягли в бричку  лебедя, рака и щуку и задумали сыграть квартет, но мартышка к старости слаба мозгами стала, кибитка потеряла колесо, и докатилось оно до Москвы, до Казани и до Трансваля, страны моей...земля-то - она круглаяи вертится и поки даю я страну, где прожил жизнь, не разберу чью*...

Хочу посмотреть *Андалузского щенка* Банюэля, интели падали от фильма в обморок...пропустила.

Отцу Ивана отрезали ногу (может бросит пить и курить), невестка лежит после инсульта (чем кончится, неведомо, может придется возвращаться....внуки...), Иван совсем захандрил, а хандра у него напрямую связана со здоровьем...жизнь собирается в точку...Нарыв вот-вот лопнет...и что...

 

 

Ладно тебе,  вместо *внутрисебясамойпереваривания* перейди на Внутрисебясамойпотребление*... Что же касается любой критики, то ее главная цель не истина (ибо что есть оно), а заставить усомниться тебя в твоих умственных способностях....да и злы они как *цепные суки*.... Искусство вообще  делится на чистое и прикладное - одно для профессионалов, другое для потребителей и середина между ними - гении и критики. Одни бесспорны, другие убеждают в беспорности. Иначе как ты повесишь у себя в двушке на обоях в цветочек хотя бы Ван-гога. Да от него такая волна...Да и в городской тоске и беготне мил лесной пейзажик... Большое искусство - это  сбережение денег и эквивалент золотого рубля для большинства, а не дрожь в коленках от наслаждения. Все приедается, становится фоном.    Музеи и поездки -новизна впечатления и атмосфера., как поход в театр или чтение, к твоей личной жизни в общем-то отношения не имеющие, но ...Сидела здесь в черед в банке, напротив висела великолепная вплодь до прощупывания мазков копия вангоговского стога. Эх, чтобы так писать, помимо таланта нужно полное отрешение, наверное.

Очень рада, что у вас прижилась игра в корень слов, вот могу подарить  БОР - забор, бор-ьба, бор-т, бор-щ, у-бор, на-бор, у-бор-ка ну и туда же у-бор-ная....давай дальше. А к Мору, самое неожиданное это мор-е , у-мор-а и мор-да...

А у нас грядет медкомиссия и я со всех сил держу Ивана за фалды...рвется в Москву...

Пишу....

Вот тебе пример - расходились такие картиночки как блины, а разве назавешь нетленкой....

 

 

А этот второй дневник, *Яр Зоя*от гугла причепився как хвост к этому дневнику и боюсь удалять, как бы опять чего...так что я теперь с пасынком...

Вот подруга и я..

Третий мой пентиум глючит и корежит. Поменяла винду на совсем старую, чтобы не так тормозить, повыкидывала все, что только можно. И спохватилась, что с кучей хлама выкинула и младенца, то бишь  пароль на дневник.  Кидаю свой сайт для восстановления, а мне говорят, что вас не существует. То-то я смотрю, что с тех пор, как  в те черных два дня, когда из дневников исчезли картинки, на мой сайт перестали приходить подписки из чужих дневников. Пишу опять. Мне опять. Вас нет. Чтобы выяснить все изнутри, завожу на гугле адрес и на него кидаю новый дневник с переворотом, вместо Зои Яр - Яр Зоя. Объясняюсь. Мне говорят, спокойно, дама, входите. И объединяют два дневника. Причем на старый я так и не попадаю, а новый теперь заходит и с яндекса, хотя зарегистрирован на гугле. Все, думаю, кердык. И с ьездарностью казеиновой сосиски  в приливе активной злобы к жизни и презрения к себе, собираюсь  выкидывать новый дневник. Но мое сознание не захотело определяться бытием и с упорством манька  лущу старые пароли и - ура - нахожу. И вот я здесь и праздную новоселье духа.  Потому как дневник превращается в наркотик. Т.к. по большому счету жизнь - тот же роман и ее можно сделать рукописной при наличии у автора ассоциативного мышления.  Госпожа виртуаль все стерпит.     Сбегаю-ка-ка я в Тель-Авив, поменяю сброшенные богом часики на денюшку и куплю комп.

В общем вынесла я из этого один вывод, может кто не знает. Куда бы вы в виртуале не гуляли, как бы не прятались, вы прозрачны, если выходите из домашней заререгистрированной линии. Посему, хошь сбежать из-под надзора, покупай маленький компактненький и иди в любую воздушку хоть в метро. Любая регистрация - отпечаток пальца в воздухе интернета.Ось так вот.

Посылаю тебе на память мою усталую 66(о ужас!)-летнюю ногу, эстетийно оформленную. Ку-ку....

И в утешение - никогда не бывает так плохо, чтобы не могло быть еще хуже.   Хейко банзай!

Шла с базара.. Тяжеленный арбуз кинула в сумку на батон. Домой принесла сплющенный в лепешку хлеб.

Сразу вспомнилась передача по телеку в те горбачевско-голодные времена, когда  еще не было  понятно, что чтобы ни делал человек в России, его все равно жалко и что перестройка *приведет своих зачинщиков, творческую интеллигенцию, к помойке*. Так там сидел частник-пекарь из дальней сибирской глубинки, чей дед был сгобнен в лагере, но успел передать своему сыну секрет хлеба, возимого из Москвы в Сибирь. Когда его сунешь в печь и он - как только что испеченный. Принес пекарь два громадных калача. На один сел сам, а другой постелил под диктора. Час шел разговор о хлебе. В конце передаче они встали. Один калач был в лепешку, другой - поднялся. Пекарь дал свой телефон для оглашения секрета профессионалам. Чем кончилось, не знаю. Но этот калач из-под пекарской задницы запомнился...

 

Здесь обещают с утра самый жаркий по влажности день.Очень хочется аккуратненько снять крышечку и помешать это расплавленное желе вместо мозга. Запираюсь и сижу с кисточкой, вдруг что-то наконец рожу...
На Яндексе нечаянно словила Гумилева одно из любимых и к настроению, кидаю для памяти и к месту...
И совсем не в мире мы, а где-то
На задворках мира средь теней,
Сонно перелистывает лето
Синие страницы ясных дней.

Маятник старательный и грубый,
Времени непризнанный жених,
Заговорщицам секундам рубит
Головы хорошенькие их.

Так пыльна здесь каждая дорога,
Каждый куст так хочет быть сухим,
Что не приведет единорога
Под уздцы к нам белый серафим.

Там, где все сверканье, все движенье,
Пенье все, - мы там с тобой живем.
Здесь же только наше отраженье
Полонил гниющий водоем.

Кусочек из давно куда-то пропавшей работы из серии. По-моему мы ее забыли на асфальте при очередном квартирном передвижении по Москве.

Ну вот возьми хотя бы слово мор - казалось бы совершенно противоположное - умора (рассмешить до потери сознания), заморить червячка, обморок, морочить, сморчок, сморило, мор-оз....
А ты ей подсунь весь костяк русской литературы, сначала Бажовские сказки, потом Шергина и уж потом Лескова с Гоголем. Так сказать по восходящей. Я здесь как-то взяла почитать Акунинского ФМ, так он весь из Лескова вышел. Просто иногда один в один.
А Лесковский *На ножах* самая непечатанная из классиков книга, причем и в царское и в советское время, даже в собраниях сочинений в советское время не был, разве что академическом. Бесов Достоевского печатали, а На ножах - нет. Может после перестройки напечатали...
Мне здесь Иван всякие приколы из интернета подкидывает...
Столько фальшивок, выдумок... вот занятная, посмейся, - если бы не 7, 9,10 можно было бы поверить, но в общем то безобидно и смешно... Вот -
Этот документ, помеченный 1825 годом, найден в кладовой монастыря под Ленинградом . Некий маляр был приглашен на работу в церковь для обновления "Ивана Купала"; после выполнения работ настоятель предложил маляру написать счет о проделанной работе для оплаты. Маляр, будучи незнаком с бухгалтерским делопроизводством, написал следующее -
Щ е т
1. Увеличил небо и прибавил звезд................1 руб
2. Раскрасил место рождения христа................3 руб
3. Исправил одежду Адама и Евы после искушения ......5 руб
4. Помыл святую Деву ......10 руб
5. Отделал Варвару у входа ..........................8 руб
6. Деве Марии сделал нового младенца................10 руб
7. Поправил ангела и вставил перо святому духу.......7 руб
8. Восстановил деве Марии потертые места.............9 руб
9. На горе Синайской покрыл матом 12 апостолов.......6 руб
10. Зашпаклевал и закрасил зад Николаю-угоднику.......3 руб
11. Разделил линиями и поставил крест над всеми святыми...........................................5 руб
Итого: 77 руб
На данном документе настоятелем была сделана следующая резолюция :
Оплатить этому дураку, что просит - иначе он перепортит всех святых.

В общем то, даже если это выдумка, то жаль, - было бы лишнее подтверждение снисходительного отношение российского народа к религии и церкви. Не было в России западного средневекового мракобесия, не жгли людей на кострах. В основном церковь боролась сама с собой даже в самое тяжелое время патриарха Тихона, если и жгли на кострах, то своих же служителей, в борьбе со старообрядцами.. Да и дальше анафемы никогда не шла. Не даром так легко пришел во власть Распутин и так легко победила революция. А почитать русские сказки о попах... Так что сей документик был бы к этому месту, а так просто кинул мысль в эту сторону.

Привет. Да я нечего. Просто совсем зажарилась... Хочу моросящего московского дождичка...Мозг совсем заплавился...Сегодня видела смешного дядечку - в горку на велосипеде, чисто гиппопотам, килограмма по три в свисающих из-под майки боков, пузо на руле, как у беременной, большой козырек, и мокрые от жары пшеничные усы, пыхтит, но ползет вверх по 40градусной жаре, поливая себя из термоса холодной водой, фырчит и чихает.
Наш русский брат около рынка так и не дополз до тени, и проходящий араб брезгливо морщит нос. Полетел мобильник и мои мгновенные снимки от пуза отложились. Без фотоаппарата и смотреть вокруг не хочется. Личности здесь коларитнейшие, еще бы этакая гремучая смесь со всего мира.Иногда идешь, особенно в толпе вдруг мелькнет - господи, неужели это все евреи....
Московского дождичку!!!!!
Впору вспомнить любимейших Гийома дю Вентре. Как вспомнишь, что все это писалось по ночам в бараке после 11-часового лесоповала под надзором конвоя...
Многое часто бормочется из моего любимого сонета...

В шальной калейдоскоп фортуны-шлюхи
Весь я не погружался ни на миг:
Я видел все, я слышал, щупал, нюхал,
Я пробовал от скуки на язык -

Все вскользь... Увы, казалось: только снится
Мирских делишек пестрый карнавал!
Я лишь Свободы робкие зарницы
Шестым чутьем угадывал, искал...

Пять чувств оставил миру Аристотель.
Прощупал мир я вдоль и поперек,
И чувства все порастрепал в лохмотья -
Свободы отыскать нигде не смог.

Пять чувств кормил всю жизнь я до отвала,
Шестое чувство - вечно голодало.
Мне скулы от досады сводит:
Мне кажется который год,
Что там, где я, - там жизнь проходит,
А там, где нет меня, - идет!

А дальше - больше, каждый день я
Стал слышать злые голоса:
- Где ты - там только наважденье,
Где нет тебя - все чудеса!

Ты только ждешь и догоняешь,
Врешь и боишься не успеть,
Смеешься меньше ты и, знаешь,
Ты стал разучиваться петь!

Как дым твои ресурсы тают,
И сам швыряешь все подряд.
Зачем? Где ты - там не летают,
А там, где нет тебя, - парят.

Я верю крику, вою, лаю,
Но все-таки, друзей любя,
Дразнить врагов я не кончаю,
С собой в побеге от себя.

Живу, не ожидая чуда,
Но пухнут жилы от стыда -
Я каждый раз хочу отсюда
Сбежать куда-нибудь туда.

Хоть все пропой, протарабань я,
Хоть всем хоть голым покажись,
Пустое все: здесь - прозябанье,
А где-то там - такая жизнь!

Фартило мне, Земля вертелась,
И взявши пары три белья,
Я шасть - и там! Но вмиг хотелось
Назад, откуда прибыл я.

Ты только ждешь и догоняешь,
Врешь и боишься не успеть,
Смеешься меньше ты и, знаешь,
Ты стал разучиваться петь!

Как дым твои ресурсы тают,
И сам швыряешь все подряд.
Зачем? Где ты - там не летают,
А там, где нет тебя, - парят.

Я верю крику, вою, лаю,
Но все-таки, друзей любя,
Дразнить врагов я не кончаю,
С собой в побеге от себя.

Живу, не ожидая чуда,
Но пухнут жилы от стыда -
Я каждый раз хочу отсюда
Сбежать куда-нибудь туда.

Хоть все пропой, протарабань я,
Хоть всем хоть голым покажись,
Пустое все: здесь - прозябанье,
А где-то там - такая жизнь!

Фартило мне, Земля вертелась,
И взявши пары три белья,
Я шасть - и там! Но вмиг хотелось
Назад, откуда прибыл я.
Вспомнила вдруг Катаева. Его как-то спросили, что бы вы хотели от жизни - жить в гостинице и каждое утро выбрасывать в окно вчерашние носки.... Это - выьрасывать в окно....особенно. Я бы тоже хотела. Но имею обыкновение мгновенно обрастать всякой ненужностью. Вокруг так много вещей хотят спастись...

В каждом городе свои колодцы. Только в Хайфе я их нафотографировала штук 6, одна крышка даже с русским и английским текстом, от электрической компании. В Акко совсем другие даже по размеру. Интересно, как в Европе, там как-то под ноги не смотрелось... Теперь куда не поеду, буду под ноги смотреть. А что, коллекции колодцев наверное ни у кого нет. Правда теперь эти колодцы - история, потому что сейчас делают их из бетона с заливкой металла по краям. И решетки стали делать из пластмассы, метал воруют... И здесь русский дух и русью пахнет...Ох-хо-хо...

Я про дневники, т.е.так называемые социальные сети...
С чего всё начинается. В основном со знакомых уже ведущих дневник. Или с чтения, допустим. Я читаю. Мне что-то нравится. Я ставлю заметку на авторе. Когда он снова что-то напишет, я об этом узнаю. Если он меня разочарует, я сниму метку. и больше не буду знать, что он что-то написал.
В обсуждении мне понравилось, как некто излагает свои мысли. Я его помечаю. Я начинаю общаться с его кругом общения. Тех из него, кто мне интересен, я помечаю.
Я могу ругаться и не оглядываться на то, что кого-то обижу. Не нравится - забань.
Таким образом ты формируешь свой круг общения.
Спорщики - к спорщикам. Меломаны - к меломанам, а всеядные суетятся между ними, играя роль журналистов и вытягивая на общее обозрение самых интересных. В ЖЖ например ходят по разным дневникам тысячной толпой по совету ведомого. Сегодня один дневник, завтра другой. А люди балдеют, то один человек в неделю, а тут две тысячи за день. Своего рода спорт.

Я могу выбрать, кто будет комментировать мои записи, а кто - нет.
Я могу запретить доступ конкретных пользователей к комментированию своих записей.
Или запретить доступ незарегистрированных пользователей. Или незнакомых пользователей.
Я могу создавать сообщества, присоединяться к сообществам.
Я могу стирать те комментарии, которые на мой взгляд не должны иметь быть к моим записям.
Так я формирую свой круг общения.
Например я причисляю себя к живописцам, поэтому меня занес сюда как вирус товарищ Парашутов, мне понравилось то, как он собирает материал и pmos_nmos, живущая в Иерусалиме. Я нашла их по тегам Живопись и Иерусалим...
Скучно не бывает, столько неожиданной информации попадается в дневниках. И если может показаться, что я, например, трачу много времени на дневник, то это не так. Сижу, пишу картинку, мою посуду, иду по улице что-то крутится в башке. Пришел - за полчаса написал. Удовольствие необычайное, как от удачной живописи. И выкинула статистику, чтобы не заболеть этим вирусом читаемости, все равно чем, лишь бы привлечь. Тоже своего рода спорт, болезнь дневников. Все равно, кому ты интересен, тебя прочтут.
Вот у меня круг общения односторонний, только через почту с более чем узким кругом друзей. Но я принадлежу к людям, которые никогда не пишут комментариев (понравился человек - ссылочка, нет - забыла). Наверное меня читают такие же. Здесь искала по дневникам музыку (кстати, музыки до удивления мало, это надо в жж искать, там попадаются такие перлы, что -ох).и набредала на очень одиноких и даже несчастных людей. Многие дневники кричат от одиночества. Особенно женские. Одинокие мужчины ищут друзей, одинокие женщины сидят дома.
Я вообще с трудом заставила себя вести дневник, как-то неудобно было вываливать свое на чужую голову. А потом увидела, здесь общаются по интересам и что меня просто никто читать не будет, кроме друзей, которым больше любопытно и которые НИКОГДА вести дневник не будут.Но через дневник, говоря в общем о о далеких от наших отношений вещах, я смогла навести мосты с некоторыми людьми, с которыми словесно никак не могла найти общего языка. Для меня это оказалось важным. Через чужие проблемы говоря об иносказательных вещах, я как бы нашла с ними общий язык. Да просто возможность поковыряться через слово в собственной жизни увлекла. Не констатировать факт, а выразить увиденное и прочувствованное через слово - это как добавление к живописи или фотографии, еще одна грань и неповторимая бытия. Именно сиюминутным дневником, а не выдуманным сюжетом.Увлекательно. Да и остановка мгновения. Вот такую бы возможность в перестройку бы, глядишь, многое пошло бы по другому руслу, ей-богу..
Вот хотя бы. Встретила сегодня собачонку. Жара на солнце за 40, маленькая стриженая болонка с ошейником (кобелек,удрал, видно, погулять). Стоит высунув язык под капающую из трубы воду. А труба в стене, только голова еле дотягивается до трубы и зад собачонки греется этим безжалостным товарищем-солнце. Она возмущенно повизгивает, жалуясь на обжигаемый зад, старается изобразить из себя букву г, выгибая шею, прислоняется к дому. Да и капля капает раз в несколько секунд, а пить охота. Мимо бредут разомлевшие прохожие и никому до нее нет дела. А я вот написала. И собачка как бы живет уже на этой странице. И я вместе с ней.

Как-то холоднющей зимой дети заволокли меня на птичий рынок, денег у нас не было, только на дорогу, так что сей экскурс был был чисто зоопарковского толка. Приехали под самый конец, часам к 3-м, птичка полупуста. Ряд с замерзшими на 20-градусном морозе попугаями был пуст. Только в конце стоял совсем пьяненький мужичок с клеткой, в которой сидели беленькие новорожденные попугайчики. Дядь, а сколько стоит - Да вон у меня дохляк с отмороженными лапами, дай на метро, а то пропил все с морозу. - Пашка сунул попугая в варежку и всю дорогу до трамвая отогревал его дыханием. Так как отдали все деньги на проезд, то ехали до дому на трех трамваях зайцами. Дома посадили попугая в ящик, он был маленький, облезлый и лежал на боку, так как лапки у него были отморожены. Пашка поил его изо рта. На следующий день отвезли Гошку, так мы его назвали- в клинику и через месяц попугай зазеленел и стал прыгать и летать по всему дому. Купили ему клетку, но он сразу не взлюбил ее. Ел он с нами за столом, ставили ему отдельное блюдечко, но он прыгал по столу и ел что понравиться из всех тарелок. Через два месяца Гошку было не узнать. Он превратился в голубого толстенького красавчика, скандального и нахального. Спал на оконных шторах и там же и только там гадил. Так что шторы у нас стали разноцветными, потому что все Гошкины прелести не отстирывались. Компания у нас была большая и вообще дом был проходным, двери и окна никогда, даже ночью не закрывались. Приходил какой-то народ с тортами, с выпивкой, с игрушками. Знакомые и не очень оставляли на вечер детей, если уезжали в гости или в театр. И попугай стал всеобщим любимцем. Как-то перед новым годом зашел с рюмкой знакомый музыкант. Гошка уселся у него на плече и покусывая бутерброд что-то нежно барабанил музыканту в ухо. Так прошел час. Пьяненький музыкант вдруг сказал, - а ты знаешь ваш попугай проговорил мне слов сто и два больших монолога. Попробуйте с ним медленно разговаривать, увидишь, как он заговорит... И вся наша гвардия стала учить Гошку говорить. Проблема была в том, что он говорил очень быстро. Но постепенно из его скороговорок стали слышаться отдельные слова. Первое услышанное мной слово было -сука, оно стало вообще любимым его ругательством, откуда он его взял, не знаю, но подозреваю, что такое большое сообщество часто оставляемых без присмотра людей, да тот же музыкант, вполне могли для смеха научить Гошку ругаться. Матерщинником он стал отменным. Говорил моим голосом, смеялся, как Машка и больше всех любил Пашку. Все время сидел у кого то на плече и общался-общался с самозабвением. Когда Машка надолго зависала дома, он повисал вверх ногами на ее пышной челке и преданно смотрел в глаза. Первое время мы боялись, что он клюнет ее в глаз... Сосед наверху никогда не выключал радио и Гошка научился многим песням. Но коронным номером его был гимн советского союза. После чего он вскакивал на Пашку и дергая его за одеяло, орал на всю квартиру моим голосом - паразит! в школу пора, в школу пора!- Один раз у нас был самый настоящий скандал из-за попугая. Пришла Мария в шикарной блузке с приятельницей, садятся пить чай с диалогом - ах, какая блузочка - да Боря подарил - ой, а ты скажи Коле, что дали поносить, чтобы купить, сходим куда-нибудь.- Так и сделали. Коля приходит с работы, дает деньги на кофточку, садится обедать, попугай, как всегда на плече у жующего, и один в один повторяет весь диалог Машки с подругой. Я потом час бегала за Колей вокруг дома по морозу, упрашивала успокоиться. Потом долго смеялись. Да без памяти влюбленный в свою жену Коля все мгновенно забывал. Мне казалось, ему даже где-то льстили все эти мужские водовороты вокруг Машки. Был еще смешной случай. Как обычно где-то в конце недели вдруг кончаются деньги (а я тогда за неделю написывала картин на тройной средний заработок). Сажусь за малютки, жарю их в духовке, поливаю лаком. От жарки ночные пейзажи под лаком обретают очень красивый монохром. Звоню заказчице. Все это под нытьем - ма, теть Зой, Ешка - денег нет. Да сейчас приедет заказчица, пойдете по магазинам.- Приходит дама в перьях на шляпке. Мы забыли загнать Гошку в другую комнату, что старались всегда делать при посторонних. Он в восторге от перьев забирается ей на голову и устраивает там любовный танец. Мы с криком сгоняем его. Тетка в шоке. Тут Гошка обиженно садится на соседний стул и повторяет с садистскими подробностями весь наш разговор по поводу денег и жарки картинок. Тетка в панике убегает. Таких случаев было множество и мы не представляли уже и жизни без Гошки, легче казалось бы руку потерять. Он возмужал и возникли у него свои мужские потребности. Как-то случайно приятельница обронила клубок из ниток для вязания ярко-красного цвета. Гошка взгромоздился на него и началась свадьба. Он он шепелявил, щелкал, называл клубок мой голубчик (машкино выражение) и почему-то пустячок. С тех пор с этим клубком он не расставался. Мы пытались приносить точно такой же, потому что невеста наша стала серо-черной и завоняла, но Гошка устраивал такие скандалы, что клубок и остался жить у нас вторым попугаем. Каждую весну ребята приволакивали с улицы сброшенных непогодой птенцов. Как то раз мы подобрали из-под колес на дороге вороненка. У него что-то было с крылом и он у нас зажился. Назвали его Сарой. Уж очень он был похож на старую обиженную на весь мир носатую даму. Посадили по первости в Гошкину клетку, в которой тот никогда не сидел. Гошка игнорировал всех этих птенцов, которых мы откармливали и отвозили в парк культуры, но Сару он невзлюбил. Он прыгал по клетке и сердито орал -Сара сука! Сука, Сара!- Месяца через два Сара стала клокотать, мы испугались, что заболела, оказалось, она пыталась заговорить. Сара очень любила, когда ее украшали побрякушками и бантиками, садилась перед зеркалом и что-то бормотала в восхищении. Сидела только в одном месте - на спинке старого кресла, чем привела его в полную негодность и никого из чужих в кресло не пускала. Любимым развлечением всех было, когда увешанная побрякушками ворона кокетливо поводя хвостом прыгала перед попугаем, который норовил сорвать с нее что-нибудь блестящее, после чего разыгрывался громкий скандал с чисткой перьев. К сожалению, я уехала в Крым, оставив попугая приятельнице, а ворону приходил подкармливать знакомый. Приятельница выставила клетку на балкон, отчего от тоски и солнца он заболел, ослеп и за три дня умер. А Сару приятель со словами - загадила весь дом - выкинул на улицу, где я думаю она быстро погибла из-за доверчивости к людям. Птенцов ребята продолжали приносить, но уже никогда никого не оставляли. Мы с полгода не решались выбросить попугайную клетку. А приятельница сказала - подумаешь...- У меня нет-нет да возникает попугайная мысль, но из-за своей бездомно-суетной жизни все как-то не овеществляется...
Самое смешное, первого внука мы назвали Егорием, просто по святкам взяли ближайшего святого, им оказался грузинский князь Егорий. Внук стал Гошей - и только потом мы вспомнили, что так звали нашего попугая....

Рассказ напечатан изначально в одесском юморном журнале и теперь с успехом гуляет по сети... Как подумаешь, какого пласта юмора лишилась страна....уж очень хорош для поднятия настроя...
Уезжал Шамис. Сказал — приходите, возьмите, что надо. Народ потянулся. Прощаться и брать.
Горевоцкие тоже пошли. Оказалось — поздно! На полу в пустой гостиной валялась только стопка нот «Песни советской эстрады», а на подоконнике стояла клетка с попугаем. Горевоцкая, тайная жадина, стала голосить — да зачем же вы уезжаете, кидаться на грудь Шамису, косясь, а вдруг где-нибудь что-нибудь. Шамис, растроганный показательным выступлением Горевоцкой, говорил, мол, что ж вы так поздно, вот посуда была, слоники, правда пять штук, книги, кримплены. А Горевоцкий шаркал ножкой — да что вы, мы так, задаром пришли. После горячих прощаний Горевоцкая уволокла ноты и попугая. Не идти же назад с пустыми руками.
Попугая жако звали Зеленый. Зеленый был серый, пыльный, кое-где битый молью, прожорливый и сварливый. На вопрос, сколько ему лет, Шамис заверил, что Зеленый помнит все волны эмиграции. Даже белую, в двадцатые годы.
Первый день у Горевоцких Зеленый тосковал. Сидел нахохленный, злой. Много ел. Во время еды чавкал, икал и плевался шелухой. Бранился по-птичьи, бегал туда-сюда по клетке и громко топал. На следующее утро стал звонить. Как телефон и дверной звонок. Да так ловко, что Горевоцкая запарилась бегать то к телефону, то к двери. Еще через сутки он прокричал первые слова:
— Зельман! Тапочки! Надень тапочки, сво-о-лочь!
— Значит, он и у Зельмана жил!.. — воскликнула Горевоцкая.
Зельман Брониславович Грес был известным в Черновцах квартирным маклером.
Последующие пять дней Зеленый с утра до вечера бормотал схемы и формулы квартирных обменов, добавляя время от времени «Вам как себе», «Побойтеся Бога!», «Моим врагам!» и «Имейте состраданию». Тихое это бормотание внезапно прерывалось истеричным ором:
— Зельман! Тапочки! Надень тапочки, сволочь!
Через неделю в плешивой башке попугая отслоился еще один временной пласт, и Зеленый зажужжал, как бормашина, одновременно противно и гнусаво напевая:
— Она казалась розовой пушин-ы-кой
В оригинальной шубке из песца...
— Заславский! Дантист! — радостно определила Горевоцкая. — Я в молодости у него лечилась, — хвастливо добавила она и мечтательно потянулась.
Зеленый перестал есть и застыл с куском яблока в лапе. Он уставился на Горевоцкую поганым глазом и тем же гнусавым голосом медленно и елейно протянул:
— Хор-роша! Ох как хор-роша!
Горевоцкий тоже посмотрел на жену. Плохо посмотрел. С подозрением.
— Может, он тебя узнал?!
— Да ты что?! — возмутилась Горевоцкая. — Побойся Бога!
— Имейте состраданию! — деловито заявил Зеленый и, громко тюкая клювом, принялся за еду.
Ночью он возился, чесался, медовым голосом говорил пошлости и легкомысленно хохотал разными женскими голосами.
— Бордель! — идентифицировал Горевоцкий, злорадно глядя на жену. — Значит, ты не одна у него лечилась!
От греха попугая решили отдать в другие руки. Недорого. Зеленый, в ожидании участи, продолжал напевать голосом дантиста, внимательно следя за Горевоцкой из-за прутьев клетки:
— Моя снежин-ы-ка!
Моя пушин-ы-ка!
Моя царыца!
Царыца грез!
Вечером пришла покупательница — большая любительница домашних животных. Зеленый пристально взглянул на потенциальную хозяйку, отвернул голову и скептически изрек:
— Ничего особенного! Первый рост, шестидесятый размер!
— Это я — первый рост?! — возмутилась покупательница и, обиженно шваркнув дверью, ушла.
— Магазин готового платья? — предположил Горевоцкий. И тут же засомневался: — Хотя... попугай в магазине...
— А может, Фима Школьник? Он немножко шил... — покраснела Горевоцкая и опустила ресницы.
— Школьник? — подозрительно переспросил Горевоцкий.
Зеленый четко среагировал на ключевое слово «школьник» и завопил:
— Товарищ председатель совета дружины! Отря-ад имени Павлика Морозова, живущий и работающий под девизом...
— Живой уголок. В сто первой школе, — хором заключили Горевоцкие.
А Зеленый секунду передохнул и заверещал:
— Зельман! Тапочки! Сво-о-лочь!
По городу разнеслась весть, что попугай Горевоцких разговорился и раскрывает секреты прошлого, разоблачает пороки прежних хозяев и при этом матерится голосом бывшего директора сто первой школы.
Из Израиля, Штатов, Австралии, Венесуэлы полетели срочные телеграммы: «Не верьте попугаю! Он все врет!»
Горевоцкие завели себе толстый блокнот, забросили телевизор, каждый вечер садились у клетки с попугаем и записывали компромат на бывших владельцев птицы.
«Морковские, — писал Горевоцкий, — таскали мясо с птицекомбината в ведрах для мусора».
«Реус с любовницей Лидой гнали самогон из батареи центрального отопления».
«Старуха Валентина Грубах, член партии с 1924 года, тайно по ночам принимала клиентов и торговала собой».
«Жеребковский оказался полицаем и предателем, а его жена его же и заложила».
«Сапожник Мостовой, тайный агент НКВД, брал работу на дом и по ночам стучал молотком. Будя соседей».
Однажды Зеленый закашлялся и сказал, знакомо картавя:
— Алес, Наденька! Рэволюция в опасности!
Горевоцкие испуганно переглянулись. А попугай с той поры замолчал. Выговорился.
И только иногда, когда Горевоцкий приходит с работы, попугай устало и грустно произносит:
— Зельман, тапочки! Надень тапочки! — и ласково добавляет: — Сволочь...

В конечном счете ты права, к чему возиться со старьем, когда сейчас полно мыльниц, да и мобильники вполне приличны....Кстати. Я вообще предпочитаю ходить с мобильником сына, он у него с вполне ничего себе снимает и даже с увеличением. Например здесь можно и по... получить, если без спроса снимать кого-то. Я вот снимала балкон, обалдевши от красоты решетки, а там арабка развешивала белье, так наверное ее муж догнал меня на улице схватил за руку и стал кричать. Хорошо рядом оказался русскоговорящий и я на глазах араба уничтожила снимок. А так как знает, получила бы и по шее. А мобильник, - делаешь вид, что звонишь и от пуза снимаешь. Иногда получаешь неожиданный эффект. Вот типичный снимок мобильником.

Впору написать с фото картину с фигурой на переднем плане, светящимися в небе окнами и парой фар вдали...
Здесь решила разобраться с этими часами... Отнесла к часовщику, за починку механизма и защелок берет 100 долл. Сказал - конец 19 века, золото 14 карат, бриллианты на крышке дороже часов, какие-то редкие... Оценить нигде не могу. Зашла на пару часовых форумов, там одна развлекаловка, одни дорого продают, другие дешево покупают, сплошная без дела трепотня. Плюнула.
Сдавала здесь золотой лом из того маленького клада...Ладно, лом. Но часы в золотом браслете и корпусе 50-х годов, вполне себе антиквариат. Так они вынули и выбросили механизм и купили все по цене золотого лома, а там было колечко с вполне приличным бриллиантиком....Ну ладно, заделала долговую брешь....Даром досталось...
Но старинные швейцарские часы сдавать на слом рука не поднимется. А так оно и будет. Здесь лет 20 тому украли из музея редкую коллекцию старинных часов, настоящие произведения искусства, так вор умер и вдова стала все продавать, на чем и попалась. Половина часов продавалась как лом, просто часы ЛОМали. Я подозреваю, что здесь, как впрочем и везде, работают подпольные антиквариатчики из арабов. Они в пух и прах разносят свою часть Иерусалима. Но если раньше продавали, что находили, то теперь, боясь быть пойманными, найденное переплавляют. Вон арабы копают храмовою гору, чтобы уничтожить даже из земли присутствие евреев на ней, а евреи сидят внизу и просеивают остатки, чтобы хоть что-то найти. Был недавно скандал в Монреале, арабы заблокировали выставку Кумранских рукописей, с требованием вернуть их палестинцам. Да найди они эти рукописи с самыми древними выдержками из библии, подтверждающие многовековое присутствие здесь евреев, они бы уничтожили свитки. И мир бы не пикнул, как не пикнул он, когда взрывали самого большого в мире будду в Афганистане или как уничтожали монастыри 10 века с фресками и иконами в Сербии... Слава музеям! Только им мы и обязаны овеществлению истории... Эк меня занесло от часов...

Сначала восприняла статью как скрытую рекламу, но к концу чтения вдруг поняла, что я люмограф от рождения. В 70 годы я работала в реставрации, ездили по стране и вешали таблички *Охраняется законом* по городам и весям, иногда , прослышав про нас, местные чуть ли не на глазах эти памятники взрывали иногда на всякий случай иногда убоясь ответственности за их состояние. Я ездила с опытными реставраторами как фотограф, у меня был именно такой фотоаппарат и еще обычная *Смена*, снимала не думая, иногда шла по дороге и просто так щелкала от бедра, сознавая, что в это место мне больше не попасть никогда. Сколько же прекрасных снимков, самых неожиданных порой печальных (глядя на житие глубинки было от чего печалится, по сравнению с тем временем, сейчас просто невиданный подъем (почитай Шукшина, я именно в то время ходила). Так что описанное ниже давно знакомо и работало всегда.Читать далее

Обычная лужа на деревенской дороге, пример фотографии от бедра...Чем не ломография и снята обычной сменой. Ведь можно место фильтров пользоваться фотошопом, что, как я подозреваю, большинство люмографов и делают. Уж очень муторен процесс с пленочными фотоаппаратами, надо быть фонатом или профессионалом.
Ну вот, я НИКОГДА не печатаю здесь чужих работ и фотографий, разве что портреты певцов, да для фотошопа иногда вытаскиваю что-то, но уже перерабатываю....