Сказка о Красной Шапочке
Софья Бессонова
Жила была девочка. И звали ее Красная Шапочка.
Может, конечно, имя у этой маленькой девочки было и другое, но все звали ее именно так - Красная Шапочка, потому что на ее прелестной милой головке всегда красовалась прелестная красная шапочка... но тут, думаю, вы все в курсе. Но вот о чем вы не в курсе, так это о том, что девочка эта была очень, очень, очень, очень, ну, очень доброй. Она всегда хотела и стремилась всем во всем помогать и поэтому попадала в разные истории, о которых и пойдет наше повествование. Под ее красной шапочкой постоянно копошилась единственная, верная в своем постоянстве мысль – кому бы помочь, кому бы сделать что-нибудь эдакое... доброе... Собственно, может, поэтому ее и звали Красной Шапочкой, потому что Красного Креста тогда еще и в помине не было.
Итак... жила была Красная Шапочка...

Первые лучи солнца разбудили Красную Шапочку и ее, как мы уже знаем, первую мысль: "Я сегодня обязательно кому-нибудь помогу! Ведь я добрая девочка, так говорят все: и мама, и бабушка..." И Красная Шапочка, решительно отбросив одеяло в сторону, плюхнулась своими маленькими ножками на холодный пол. Она быстро надела свои башмачки, носочки и платьице, а на свои верные мысли – свою верную красную шапочку.
Вообще, надо признать, мудрая она была, эта Красная Шапочка. Ничего не понимая в брендинге, она, тем не менее, всегда придерживалась своего бренда: помощь – Красная Шапочка, красная шапочка – помощь. И кто бы ее сейчас вспомнил, если бы не ее красная шапочка? Ну, жила была девочка, ну, добрая, да, помогала, а вот Красную Шапочку помнят все. Серую бы навряд ли вспомнили, а вот красную... Прошу прощения...
- Красная Шапочка, я сегодня пирожков напекла. Вкусных. С мясом. Отнеси, пожалуйста, пирожков и для нашей бабушки.
- Да, мама!
- Заодно и узнаешь, как она себя чувствует. Что-то плохая она в последнее время стала...
- Хорошо, мама!
И маленькая задорная девчушка уже бежала вприпрыжку по деревне с пирожками в корзинке наперевес.
А ее верная мысль, как обычно, следовала за ней: "Я сегодня должна обязательно кому-нибудь помочь!" Ее ноги бодро взбивали дорожную пыль, а глаза неусыпно высматривали объект для ее помощи. А! Вот оно!!!
- Бедная, маленькая собачка! И кто надумал посадить тебя на эту противную, несносную цепь? Хочешь, я помогу тебе? Я тебя отвяжу, и ты сможешь бегать по дороге так же, как и я!!!
- Гав! – ответила "бедная собачка".
Красная Шапочка посмотрела по сторонам, аккуратно поставила корзинку с пирожками на обочину и подошла к собаке.
- Гав!- подозрительно покосилась собака на девочку.
- Сейчас, сейчас я помогу тебе, - ответила Красная Шапочка, осторожно погладила ее по мохнатой голове, почесала за ушком и расстегнула ошейник.
- Гав! – снова изрекла собака.
- О! Не стоит меня благодарить!
- Гав! Гав!! Гав!!! Гав!!!! Гав!!!!!!!!!!!
И собачка самым, что ни на есть, естественным образом кинулась на незнакомую девочку, совершающую подозрительные действия на ее территории. Она ведь не знала, что это Красная Шапочка, собаки - дальтоники...
А Красной Шапочке пришлось схватить корзинку с пирожками и, придерживая свою красную шапочку, чтобы не улетела, с неестественной скоростью скрыться за поворотом.
- Вот так вот... помогай после этого, - переводила дыхание Красная Шапочка уже за поворотом, - и спасибо не скажут... Но... как видно... это был не мой шанс.
- Ну, ничего, дорога еще впереди длинная, в помощи нуждаются очень многие, и шанс обязательно найдется, тем более, если его искать. Ведь мне нужен только шанс, единственный шанс, чтобы совершить доброе дело! - вернулась под красную шапочку ее верная мысль.
И, отряхнув с подола дорожную пыль, Красная Шапочка отважно поскакала с корзинкой наперевес дальше.
Деревня уже была позади, а дорога уводила в заливные луга, что простирались сразу за деревней. Солнце игриво искрилось в крыльях стрекочущих стрекоз, а цветастые бабочки взлетали цветами с цветов из под ног маленькой девчушки. Летняя анимированная картина в сопровождении спокойной симфонии обитателей луга так увлекли Красную Шапочку, что она чуть было не потеряла свою единственную верную мысль...
- Ме-е-е-е! Помоги-и-ите!
- Неужели мне это послышалось! Неужели кто-то просит о помощи! Моей помощи... – не веря своим ушам, засуетилась Красная Шапочка.
- Помоги-и-и-ите! Мне-е-е-е-е! Ме-е-е-е! – подтвердил ее догадки незнакомый жалобный голос.
Это была коза. Привязанная веревкой к колышку, она бегала по бесконечному кругу, не замечая ничего и никого вокруг, но тем не менее, мекая свою бесконечную монотонную песню:
- Ме-е-е-е! Помоги-и-и-и-ите! Мне-е-е-е-е-е! Ме-е-е-е! Помоги-и-ите!..
- О! Неужели это мой шанс! Это он, мой шанс! Она просит о помощи. Меня! – и Красная Шапочка отважно ринулась к козе.
О! Это отдельная история...

Итак, небрежно бросив корзинку с пирожками в траву, Красная Шапочка, полная отваги и решимости, кинулась на помощь к козе!
- Ме-е-е-е! А-а-а-а-а-а-а!!! – испугалась было коза.
- Не бойся меня, глупенькая, - с улыбкой во все лицо нежно произнесла Красная Шапочка и протянула к ней свою руку помощи, - Тебе нужна помощь, а я могу помочь тебе!
- Да?! - недоверчиво произнесла коза, - И как ты мне-е-е сможешь помочь?
- Ну, для начала я спрошу тебя, как я смогу помочь тебе, - задумчиво ответила Красная шапочка, почему-то оглядываясь назад, но не переставая улыбаться своей удаче.
- Ну, зна-а-ачит, так... – оценила девочку коза своим взглядом сверху вниз, - Ты-ы-ы, пожалуй, действи-и-ительно можешь помочь мне – ты вы-ы-ыше меня и гро-о-омче...
- В смысле? – оторопела Красная Шапочка.
- Дело в то-о-ом, что мой хозя-а-аин привязал меня здесь еще у-утром. И вся трава вокру-у-уг уже успе-е-ела зако-о-ончится. И тепе-е-ерь я должна бе-е-егать и гро-о-омко ора-а-ать, чтобы хозя-а-аин услышал и привяза-а-ал меня в другом ме-е-есте.
- Но я же могу тебя просто отвязать, и тогда ты сможешь есть траву в любом месте, в любом, где тебе захочется! – попробовала возразить умная девочка.
- Не-е-ет!!! – неожиданно серьезно возразила коза, - Так никто не де-е-елает!!! Нужно ждать хозя-а-аина! Только о-он может перевести-и-и меня в друго-о-ое ме-е-есто! Не хочешь мне помо-о-очь – убира-а-айся! – задела за живое коза Красную шапочку.
- Ну, хорошо. Что я должна делать? – спросила Красная Шапочка.
- Просто бе-е-егай за мно-о-ой и гро-о-омко зови на по-о-омощь.
- Хорошо.
И они побежали.
- Ме-е-е-е! Помоги-и-и-и-ите! Мне-е-е-е-е-е! Ме-е-е-е! Помоги-и-ите!..
- Помогите! Кто-нибудь! Помоги-и-ите! – изо всех сил старалась помочь добрая Красная Шапочка, бегая за козой по кругу.
А верная мысль ее тем временем бегала по кругу под красной шапочкой:
- Это что же получается, теперь уже и тебе помощь нужна?
- Нет. Мне не нужна. Помогать надо козе. Вот я и помогаю.
- Но ведь ты же бегаешь и кричишь: "Помогите!" Значит, помощь нужна тебе.
- Нет же, говорю, я помогаю козе, а мне помощь не нужна!
- Ну, тогда не кричи: "Помогите!"
- Но как же я не буду кричать, если меня коза помочь попросила?!
- А если кто увидит? Они же ведь подумают, что ты от козы бегаешь и зовешь на помощь!
- Нет! Это я за козой бегаю!
- Ничего не понимаю... Бред какой-то...
И так они бегали друг за другом и кричали долгое время. Обитатели луга смолкли поначалу от испуга, потом из любопытства, вслушиваясь в этот нелепый дуэт козы и маленькой девочки и пытаясь понять, что же тут происходит, а потом снова застрекотали, потеряв к ним всякий интерес.
- О! Я поняла! – пришла на выручку Красной Шапочке ее верная мысль, - Я тебя сейчас отвяжу и привяжу в другом месте так же, как делает твой хозяин, - и девочка бросилась к колышку - центру их недавнего круга взаимопомощи.
Но ее гениальная мысль была встречена на рога. Причем в самом прямом смысле. А из-под острых козьих рогов – свирепыми красными глазами своей обладательницы:
- ТАК НИКТО НЕ ДЕ-Е-ЕЛАЕТ! Нужно ждать хозя-а-аина!! Не можешь не помо-о-очь – убира-а-айся!!! – и коза сделала убедительный выпад рогами в сторону девочки.
- Но подожди, я же... – не успела возразить Красная Шапочка и под натиском изогнутых рогов попятилась вон из замкнутого круга.

- Ничего не понимаю... – устало плюхнулась девочка в траву рядом с корзинкой с давно остывшими пирожками.
- Она ведь просила помочь... – возвращалась Красная Шапочка к своей верной мысли, с аппетитом прожевывая вкусный пирожок с мясом. На минутку застыла с пирожком во рту, повернула голову в сторону козы и прислушалась.
- Ме-е-е-е! Помоги-и-ите!.. – снова жалобно доносилось оттуда.
- Вот. Опять! Ничего не понимаю... Ну да ладно... Надо идти дальше. А то до вечера не успею вернуться.
И Красная Шапочка поплелась по дороге, волоча за собой корзинку с пирожками. А вслед за ней похромала ее верная мысль...

Дорога в бабушкину деревню вела через лес. Солнце, которое тоже немного подустало и неизменно направлялось вниз, на покой, озаряло деревья своим волшебным светом. Замечали ли вы, что в лесу становится намного светлее, когда солнце только собирается сесть за горизонт? Не в полдень, когда оно горделиво взирает на всех сверху, а именно тогда, когда оно снисходит с небес на землю и способно озарить деревья во всей своей вековой высоте. Хотя, вряд ли замечали... Сейчас все больше по телефону разговаривают, а не по лесам ходят. А жаль. Лес в это время похож на сказку. И на эту сказку тоже.
Красная Шапочка, очарованная волшебством леса, чувствовала себя лесной феей и со всей нежностью в голосе, на которую по ее представлению были способны только феи, ворковала с птицами:
- Здравствуйте, дорогой воробышек! А вам моя помощь не нужна?
Ее верная мысль уже успела отдохнуть, и Красная Шапочка порхала от кустика к кустику, от воробышка к воробышку как настоящая лесная фея.
- Здравствуйте, Красная Шапочка.
Она обернулась на хриплый голос, который принадлежал явно не воробышку. На дороге, позади нее, стоял мохнатый серый волк.
- Я Вас знаю? – осведомилась Красная Шапочка.
- Нет... Просто на Вашей голове шапочка, и я осмелился предположить, что она красная. Могу я Вас так называть? – волк подошел поближе, чтобы рассмотреть Красную Шапочку получше.
- Да, конечно... А Вы...
- Серый Волк. Хорошая погода, не правда ли?
- Да, я как раз...
- Красная Шапочка, я был нечаянным свидетелем Вашей безграничной доброты и слышал...
- Ах! Это Вы о козе?
- О какой козе? С Вами еще и коза есть?
- Да нет. Коза осталась там, около деревни... Я просто думала...
Мимолетная заинтересованная искорка в глазах волка быстро переключилась на учтиво вежливую сдержанность:
- Это я о птичках...
- Да? О птичках... – застеснялась Красная Шапочка, понимая, что ее незатейливая игра в лесную фею не осталась незамеченной. Какой же глупой она, наверное, выглядела! И Красная Шапочка покраснела, потупив взор.
- Да. Как я уже сказал, я был нечаянным свидетелем Вашего доброго желания помочь этим крохотным беспомощным созданиям.
- Да! – лицо Красной Шапочки снова засияло как солнце, - Я люблю помогать и делать добрые дела!
Серый Волк перестал выписывать любопытные сдержанные круги вокруг маленькой девочки, присел на задние лапы и жалобно посмотрел на нее:
- Я бы не посмел Вас беспокоить, Красная Шапочка... но мне... но я.... – тут уже волк в свою очередь потупил взор, - Мне нужна Ваша помощь! – выдохнул волк, зажмурившись.
Ее отдохнувшая верная мысль ликовала! Вот оно! Наконец-то! Какой симпатичный волк! Конечно же, все страшные сказки, что по него рассказывают, - сущая неправда! Такое милое и учтивое созданье просто не может быть злым.
- Чем же я могу помочь Вам?! – всем сердцем откликнулась добрая девочка.
- Я голоден, Красная Шапочка... – еще больше потупил свой взор Серый Волк.
- О! Я действительно могу помочь Вам! В моей корзинке – свежие и очень вкусные пирожки с мясом, которые испекла моя мама. Вот, пожалуйста...
И Красная Шапочка высыпала все содержимое корзинки к ногам Волка. Они присели прямо на обочине дороги, ели вкусные пирожки и разговаривали. Красная Шапочка с умиленьем смотрела на волка, уминающего пирожки для бабушки, и чувствовала себя героем. Как же! Это же настоящая помощь! Помочь этому милому, но голодному Серому Волку – настоящее доброе дело! Красная Шапочка рассказала ему свою историю о козе, и они весело смеялись. Волк тоже хотел было уже рассказать свою веселую историю, но пирожки закончились.
- Красная Шапочка...
- Да, Серый Волк?
- Я все еще голоден...
- Но у меня больше ничего нет... – растерялась Красная Шапочка.
- Есть! – волк хитро прищурился и большая слюнявая пасть лязгнула рядом с ее рукой.
- Упс! – ответила Красная Шапочка на столь широкий жест и побежала! Очень быстро побежала...
Надо отдать должное тому псу, которому она помогала утром. Завидев волка, он бросился за ним и погнал до самого леса. Хотя, может, и не в знак благодарности к Красной Шапочке, но это уже и не важно, потому что сейчас благодарностью была преисполнена она: "Завтра снова ему помогу! Пусть еще погуляет", - закопошилась под красной шапочкой ее верная мысль.

- Что-то случилось? Красная Шапочка, да на тебе лица нет! Что-то случилось с нашей бабушкой?! – взволновалась не на шутку мама.
- Нет, мама, я не знаю, что случилось с нашей бабушкой. Я не видела ее, потому что меня чуть не съел этот злой Серый Волк!
- Ох! Ах! Ух!– запричитала мама, - Как я могла отпустить тебя одну?! Тут вроде идти-то 10 минут... Мое милое дитятко...
- Ну, ладно, мама, успокойся, я ведь живая. Я пойду спать. Я очень устала. Сегодня был такой трудный день!
Красная Шапочка закуталась в свое теплое одеяло: "Ничего! Завтра будет новый день! И завтра я обязательно кому-нибудь смогу помочь, главное стараться".
- Спокойной ночи! – пожелала она маме спокойно ночи и сладко заснула.
А тем временем ее бабушка лежала в своей кровати и с нежностью рассматривала картинку в своих руках, на которой была изображена ее внучка, Красная Шапочка.
- Как же я скучаю по тебе, моя внученька. Моя милая, добрая Красная Шапочка...

Садовник
Софья Бессонова
Разумеется, жил на свете, потому что он на самом деле жил, и этим, собственно, он и обязан тому, что попал на эти страницы, садовник. Точнее, родился-то он не садовником, а простым человеком, да и долгое время себя таковым не считал. Был он всю свою жизнь мужичком добродушным и всеми уважаемым.
Началось с того, что он посадил у себя под окном яблоню. Она прижилась, выросла, стала весной цвести, осенью – плодоносить. Понравилось мужику. Посадил он грушу. И она через какое-то время стала приносить плоды. Точнее, приносил-то их из сада сам мужичок, росли же и зрели плоды на дереве, им посаженном.
Теперь мужик мог именовать себя садовником, а место под окном – садом.
Насажал в своем саду еще яблонь и груш. Те разветвились, раскустились под ласковым солнцем и бескорыстными дождями. Мужик только успевал урожай снимать.
Как и у всех специалистов в своей области, стал же он садовником, деятельность его на этом не прекратилась. Он стал сажать редкие для своей местности растения. Для этой цели соорудил теплицу. Так появился в его саду виноград.
Виноград прижился. Однажды позаботившись о тепле, садовнику не приходилось утеплять его каждую зиму. Солнце также ласково и безвозмездно дарило теплоту и свет. А вот дождь со своей бескорыстностью уже сюда не попадал, теплица была крытой.
Будет несправедливо сказать, что садовник совсем не заботился о виноградной лозе. Время от времени он поливал ее, когда вспоминал о ней между всеми уважаемыми делами, и когда оставалось то самое время от этих важных дел.
Лоза выросла и стала приносить плоды. Но такие неказистые,. мелкие, так как сама была жиденькой, бледной, еле выделяясь из толпы окружавших ее сорняков.
Она тихо шуршала своей полузасохшей листвой. Наверное, она хотела попросить посадившего ее садовника немного внимания, сердечной теплоты или, хотя бы, воды.
Но садовник не слышал ее, так как был занят своими многоуважаемыми делами. В это время он помогал попросившим его людям сажать яблони и груши. Он не мог им отказать.

Архитектор
Софья Бессонова
Великий Творец сотворил дом. Обычный такой дом. С окошками, дверью, трубой на крыше.
В этом доме поселился человек. Неугомонный такой человек.
Однажды он возомнил себя архитектором. «Почему это, - подумал он, - труба, такая грязная от копоти, такая безобразная, а расположена на самом видном месте!» Снял он трубу с крыши и оттащил в подвал, подальше от глаз людских. «А через окна видно все, что внутри творится, да и сквозит через них», - и замуровал окна. «А фундамент-то – такой красивый, прочный, а не видно его совсем», – и поставил его вместо крыши, чтобы издалека видно было, какой дом прочный.
Таким образом, дом оказался переставлен с ног на голову.
Только жить в этом доме как-то неудобно стало архитектору. Сидит он в темноте, замурованные окна света белого не пропускают, что вокруг твориться, не видно. Шальной ветер раскачивает дом, стоящий на крыше. Прочный фундамент сверху давит. Холодно. Печку не затопишь – дым вываливается из печки прямо в дом, трубы ведь нет.
«Все должно быть на своем месте», - наконец-то подумал архитектор, замерзая от холода, и пошел искать трубу. Но не смог найти подвала.
И взмолился архитектор к Творцу о помощи, чтобы привести дом в первоначальный вид.

Костер
Софья Бессонова
На опушке леса весело потрескивал ласковый, горячий Костер, освещая лужайку вокруг и согревая всех около себя. Блики его света играли с ветвями окружающих деревьев. Он гордился красотой, которую создавал в темноте ночи. Веселый и жизнерадостный, он притягивал к себе всех своим теплым обаянием. Дымовой купол над ним мерцал искорками, переливаясь всеми оттенками желтого света. Чем больше он горел и отдавал свое тепло, тем больше тянулись к нему.
Но в задумчивый час поздней ночи, наблюдая за своими искорками, Костер увидел высоко в небе, значительно выше взлетающих ввысь искр, звезды. Они были разбросаны повсюду и так высоко, что их могли видеть все. Они также мерцали, как родные искры Костра. И он подумал: «Чем же мои искорки хуже? Они даже намного красивее своей желтой теплотой этих мертвенно-бледных звезд».
И он собрал все свои горячие силы и одним мигом взметнулся вверх, рассыпаясь на сотни, тысячи красивых искр.
Но, взлетая все выше и выше, эта великолепная мириада искр соприкоснулась с холодом темной ночи. И угасла.
А окружение Костра лишилось его теплоты.

Змея и сокол
Софья Бессонова
Родился на свет маленький сокол, подрос, мама выучила его летать и со словами: «Ты уже взрослый», - улетела восвояси.
И вот, однажды, после долгого свободного полета Сокол сел на землю отдохнуть. Мимо проползала Змея, холодная и умная, с коей Сокол и познакомился. Он рассказал ей, как прозрачен и свеж поток воздуха, разрезаемого крыльями, какие красивые поля и леса во взгляде с высокого неба. И зародилась в Змее черная зависть к крыльям Сокола, дарованным ему Богом. Но тонкий и расчетливый ум Змеи скрыл эту зависть глубоко в сердце. И она сказала ему:
- Летая далеко от земли, ты не имел возможности увидеть все прелести цветов и травы, растущие здесь, внизу, увидеть укромные щели меж камней и чистую родниковую воду, струящуюся меж них. Я буду твоим другом и покажу тебе все, чего ты был лишен.
И они долго бродили меж камней, скал и травы.
Сокол с удивлением рассматривал вблизи то, что не раз видел свысока. И был благодарен Змее.
Прошло много времени с их первой встречи.
И однажды, греясь на солнышке рядом с гордо сидящим Соколом, Змея сказала:
- Послушай, друг, а ведь ты давно не летал, твои крылья ослабели. Я думаю, что ты уже никогда не сможешь полететь. Да и кто сказал тебе, что ты рожден летать? Ты вот уже сколько времени ходишь со мной по земле и прекрасно обходишься без полета. Может судьба твоя и не летать вовсе?
Загрустил Сокол, вспоминая о том, как парил высоко в небе, о чувстве, дарящем свободу. Стал сетовать на свою судьбу и драть на себе перья.
- Что-то ты нервный стал, Сокол, - сказала Змея, - и скучный: летать не умеешь, а ползать и я могу, - и уползла.
И стал Сокол с тех пор печальным. Сидит на скале. Смотрит с тоской в небо. А крылья расправить не решается.

Гора и ослик
Софья Бессонова
Шел маленький Ослик по тропе меж гор. Тащил за собой маленькую тележку со всякого рода хламом.
«Забавный Ослик, - подумала Гора, - Зачем он тащит за собой этот никому не нужный хлам?»
И решила Гора позабавится над Осликом.
Бросила она со своих высот ему в тележку большой серый камень. Ослик же как шел, так и продолжал идти. «Странный Ослик», – подумала Гора и бросила в тележку еще один большой камень. Ослик же упрямо тащил за собой свою маленькую тележку.
По пути ему встречались люди и спрашивали его: «Зачем ты тащишь за собой эти бесполезные камни? Не лучше ли тебе остановиться и сбросить их с тележки? Идти сразу станет легче». Но Ослик непонимающе смотрел на людей и, обливаясь потом, упрямо шел вперед, таща за собой тележку с камнями.
Гора же все с большим и большим азартом забавлялась над Осликом, дивясь его упрямой глупости и подбрасывая в тележку все больше и больше камней.
«Тяжела же моя ноша», – подумал Ослик, задыхаясь от непосильного труда.
И издох.

Правдивая сказка о Золушке
Софья Бессонова

Кто из девочек в детстве не примерял на себя одежды Золушки, сказка о которой олицетворяла предел девичьих мечтаний. Но так ли счастливо сложилась бы жизнь этой доброй и покорной девочки, если бы она попала в реальный мир?

Жили-были…

Кажется, так обычно начинается? Но, нет. Мне так не хочется…

Утро обещало прекрасный день. Солнышко ласково заглянуло Золушке в глаза, и она, прищурившись, улыбнулась в ответ. И, скинув одеяло вчерашней ночи, встала навстречу новому дню.
На столе бегали озорные солнечные зайчики, и лежала записка:
«Золушка, не забудь позавтракать. Завтрак на столе. Приду в обед. Мама».
Она не видела, как улыбается ее лицо, но внутреннее ожидание светлого счастья пело внутри красивой песней. Она не знала, что это была за песня, а может, и не песня вовсе, а просто музыка, да ей было, собственно, все равно. Главное, что ей было хорошо.
Так начался ее день. День, который не вызывал сомнений в своей бесконечной радости. День, обещавший ей светлое будущее. Такое же светлое, как солнце, залившее всю ее комнату своим светом и теплом ее мамы. Она не знала, чем он закончится, да и закончится ли вообще. Так же, как она не знала, чем заканчивались другие ее дни, просто потому что не помнила.
Но зато она отчетливо помнила, как закончилась эта ослепительная череда, казалось бы, бесконечной счастливой беззаботности. Около полудня одного из таких дней ей сообщили, что ее мама погибла.
А потом были слезы, похороны, растерянное лицо озадаченного отца и хитрый оценивающий взгляд мачехи со своим выводком. И холод.
Не будем трогать несчастную мачеху. Эта сказка не про нее. Хотя, и про нее будет сказка, но уже другая. Скажем только, что мачеха невзлюбила Золушку и под благовидным предлогом получения образования спровадила ее с глаз долой.
А что отец?.. Да Бог с ним. Каждому свое.

Впервые Золушка оказалась одна, перед огромным миром, и что с ним делать она не знала. Она не знала, что таит за собой бескрайняя череда больших домов, раскинувшаяся на многие километры горными хребтами. Бесконечное множество людей торопливо бежало куда-то, точно муравьи, с чувством собственной значимости и бесконечной важности, довольные своей необъяснимой занятостью. И это успокаивало.
Золушка, получив полную свободу, судорожно обдумывала свое новое приобретение. А, посетив пару шумных, сверкающих балов, решила, что ей такая свобода нравится.
Была ли у нее тетя-фея, или тетя-фурия, или же ее совсем не было – не имеет значения. Какая польза от этих тетушек, если они все рано не разбираются, что нынче носят и одевают на бал, а крыс давно потравило жилищно-коммунальное хозяйство. Молодость не нуждается в украшениях, и в поклонниках Золушка нужды не испытывала.
Но среди поклонников не было ЕГО. А она ждала принца. Ну, как же без принца? Без принца нет сказки. Ведь она достойна только самого лучшего после всех тех страданий, что она вынесла. Ведь если терпеливо сносить все тяготы жизни, Бог не оставит это незамеченным, и обязательно наградит за терпение. Ведь так бывает в сказке? И она ждала. Романтика шекспировского возраста раскрашивала ее ожидания в благородные краски шекспировского романа.

- Девушка, Вы не заняты? Можно Вас пригласить на танец?
О, конечно, она была не занята. И что это было за чудо! Чудо имело широкие плечи, красивое мужественное лицо и магнетический спокойный низкий голос. Приятные благородные манеры выдавали в нем непростое происхождение. Он явно смахивал на принца. Это было как дар свыше!
- Ты выглядишь просто отпад! – комплименты из его красивых уст звучали слаще меда, и она озарила свое лицо одной из своих лучезарных, полных милого смущения улыбок.
И они топтались и топтались вокруг объединяющей их оси в медленном ритме танца! Их тела были так близко, что она чувствовала его сердечный ритм и даже давление. И боялась, как бы он не почувствовал, как ее сердце набирает обороты, готовое выпрыгнуть из груди. «Все-таки не надо было пить кофе,» - подумала Золушка.
И он шептал ей что-то на ушко. Она уже и не помнит, что же он ей шептал, потому что живое тепло его дыхания приятно щекотало ее ухо. Но, видимо, что-то смешное, потому что, когда она смеялась от щекотки, он смотрел на нее с пониманием.
О, что это был за взгляд! В омуте этих глаз можно было утонуть. Жаль только, что в темноте нельзя рассмотреть их цвет. Интересно, какой он. Скорее всего, голубой. Благородный принц голубых кровей может иметь только голубые глаза. А впрочем, какая разница. Главное, ей было хорошо.
С виду приятный молодой человек оказался таким же приятным и в общении. И она млела от каждой минуты, проведенной с ним. Она уже давно не чувствовала своих ног, но отчетливо чувствовала отсутствовавшие ранее легкие крылья за своей спиной.
- Ты не хочешь прогуляться со мной после бала?
Конечно, она хотела. И приняла его предложение с нескрываемой поспешностью. И смутилась. Он понимающе улыбнулся.
Они шли и шли по мостовой уснувшего города. И он что-то рассказывал и рассказывал ей. Но она не слышала его. Казалось, светлые дни ожидания счастья вернулись к ней, и ее душа снова наполнялась романтической музыкой, которая теперь уже имела яркие очертания симфонии Шопена. И она наслаждалась звуками этой симфонии, отдав себя всецело этому наслаждению. Олицетворение самой скромности смотрело на него ее восхищенными глазами. Ему это явно льстило. Его грудь становилась от этого еще шире, а жесты увереннее.
Они присели на лавочку под раскидистым, видавшим виды старым дубом. Близкое присутствие ее обворожительного принца обволакивало ее своим теплом. И она таяла, как кусок сливочного масла, растекаясь по нему, как по горячей сковородке. Их первый поцелуй был горяч и страстен. И только одинокая Луна смотрела на них, скривив кислую недовольную мину от того, что ей за долгие века уже осточертели эти нескончаемые поцелуи!
- Я хотел бы показать тебе свой райский уголок, - сказал принц и потащил ее в известном только ему направлении с безудержностью пылкой юности. И Луна посмотрела на нее с состраданием – эх, милая, добрая Золушка… безропотная покорность хороша только в сказках.
Но ведь это и есть сказка!
Райский уголок оказался роскошным дворцом.
- Предки укатили в Далекое Королевство. Дворец в нашем распоряжении…

- Позволь мне проводить тебя до дома, - он подхватил ее на руки и с галантностью, присущей только принцу, бережно, словно драгоценность, понес к ослепительной белой карете. И по приезду также осторожно отнес до дверей дома. Она летела наяву. Ей уже просто не нужны были ее собственные ноги, ведь его сильные руки были ее крыльями.
- Ты знаешь, я, кажется, забыла во дворце свою хрустальную туфельку.
- Как забыла?
- А вот так. Ты что не заметил, что я босая?
- Вот, блин! Если батяня увидит ее первым, он ведь заставит жениться!!!
Магнетическое выражение его лица вдруг сменилось на заячье. Она с любопытством посмотрела на него:
- Как? А разве ты сам этого не хочешь? Разве ты не говорил, что я твоя принцесса?
- Да мало ли я что говорил. Золушка, я только начинаю жить. Без отца-короля я – никто!
- Как же никто? Ты же принц!
- Принц-то я принц, но пока не король! Я еще даже не освоил всех тонкостей правления государством! Мне еще учиться и учиться!
Он спустил ее на землю.

И она, босыми ногами ощущая холод вновь приобретенной земли, стояла и смотрела, как он уходит.
- Вот подлец! Хоть бы туфельку вернул! – подумала она, но сказать не решилась.
Симфония Шопена оборвалась резкой тишиной.

А потом были слезы, похороны своей несостоявшейся мечты и растерянное, опухшее от слез лицо Золушки. «Наверное, это все-таки не ОН,» - подумала Золушка и успокоилась. Ведь она еще не получила награды за свои страдания, - «Поэтому все еще впереди». И она пошла покупать новые хрустальные туфельки.

А впереди был другой принц, такой же галантный и благородный. И были серенады, симфония Шопена, безвозвратно утерянные хрустальные туфельки и слезы с похоронами. «И это, наверное, не ОН», «И это не ОН…», «И это…». А романтические звуки симфонии чередовались и чередовались с резкими звуками похоронного марша с таким завидным постоянством, что она уже стала сомневаться – а не является ли этот марш частью самой симфонии.
- Да что же это такое! А где же награда?! Где все самое лучшее, которого я заслуживаю?! Ведь я же достойна большего!!!
Действительно, где?
Ведь она страдала и ждала, страдала и ждала, ждала награды за свои страдания. Где же она, эта награда? Где обещанный приз?
Сказка явно давала сбои. Не действовала. В чем дело? И она, вооружившись вопросами, стала искать на них ответы.

Так, размышляя над встречей с очередным несостоявшимся принцем, Золушка шла по бульвару неизвестно где, не видя даже собственных ног, и то и дело натыкалась на спешащих куда-то прохожих. Ей было все равно. Им было все равно. И всем было все равно.
И тут очередная мысль озарила ее так ярко и резко, что она вынуждена была открыть глаза навстречу миру. Оказалось, то была не мысль, а яркий отблеск золотого купола. Церквушка источала приятный запах умиротворения, и она зашла.
Она посмотрела на страдальческие лики святых и почувствовала себя в своей тарелке. Смиренное, страдальческое выражение ее лица, хоть и немного растерянное, было воспринято с дружелюбием и пониманием. Она пришла с вопросами и хотела получить ответы.
- Почему??? - был вопрос.
- Кого Бог любит, того наказывает, - был ответ. И еще:
- Смирение даст тебе обещанную награду, и если не в этой жизни, то в иной, рядом с Господом, обязательно.
Мысль об иной жизни не особенно утешала Золушку. Но, по крайней мере, это был хоть какой-то конкретный ответ. Золушка была послушной девочкой и решила попробовать.

И теперь она страдала уже не ради награды, а ради смирения, то бишь самого страдания. Смиренных людей любит сам Бог. Так, кажется, говорил священник. А так хотелось быть любимой! Ее бросали, а она страдала и смирялась. Ею пользовались, а она страдала и смирялась. Ее унижали, а она страдала и смирялась. Об нее вытирали ноги, а она страдала и смирялась. Но легче ей все равно, почему-то, не становилось.

А шекспировский возраст сменялся бальзаковским, и дни уходили, как песок сквозь пальцы, выстраиваясь в свинцовый безрадостный монолит позади.
- Но я не хочу потом! - воскликнула Золушка, проснувшись однажды дождливым утром очередного серого дня:
- А как же сейчас? Я хочу жить, а не страдать. Так ли обязательны эти страдания? Кому они нужно? Мне? Мне – нет. Но тогда кому? Я ХОЧУ ЖИТЬ СЕЙЧАС!!! Я ХОЧУ ЖИТЬ СЕГОДНЯ!!!

КОНЕЦ.

Как конец, воскликнет возмущенно читатель. У сказки должен быть конец. Пусть необязательно счастливый, но он должен быть. А это не конец.
Ладно, попытаюсь нарисовать конец. Даже два конца, чтобы удовлетворить ваши желания.

КОНЕЦ № 1.
Проревев все утро такого же слезного дня, Золушка побежала за новыми ответами на новые вопросы. Куда? Как вы думаете?
- Суетное счастье не принесет радости в конце нашей земной жизни, - был ответ. Этот ответ не особенно ее успокаивал. Но, по крайней мере, это был хоть какой-то конкретный ответ. Ответ уже относительно этой жизни. Пусть и о ее конце.
Нагрешив в молодости, Золушка боялась новых грехопадений. Потому что была суеверна. Потому что верила в чудо. Потому что его ждала.
И теперь Золушку можно встретить в одной из восстановленных монастырей нашей необъятной России. Смирение, но уже без страдания, четко и неисправимо поставило свою печать на ее лице, озаренной только ей одной понятной улыбкой. Но, скорее всего, и ей непонятной. Но служащей оправданием за свою горькую безрадостную свинцовую жизнь, проведенную над безжизненными, пожелтевшими от времени листами с пропечатанными на них буквами. Пусть и молитвослова.

КОНЕЦ № 2.
- Я ХОЧУ ЖИТЬ!!! - вырвалось из истерзанного долгими страданиями сердца Золушки.
А дальше долгий и мучительный монолог:
- Я хочу жить для того, чтобы жить, а не для того чтобы готовиться к иной жизни! Или к смерти…
- Что же получается, до этого я не жила? Выходит, что нет, раз нечего вспомнить из этой цепи тяжелых, похожих друг на друга дней. В ней нет любви, а есть лишь требования ее. Или ожидания, какая разница! Но я же ведь и сама не люблю себя! Иначе я не позволяла бы так с собой обращаться. Да как я сама с собой обращаюсь, Боже мой! Все! Хватит! Я устала…
(Тут много слез. А дальше осознание ответственности за свою жизнь и принятие решений.)
- Я должна полюбить, прежде всего, себя, хотя бы потому, что я образ и подобие Божие.
- Я никому больше не позволю вытирать о себя ноги.
- Я не буду ждать. Ждать награды или наказания, все равно. Я буду действовать.
- Итак, что я могу сделать для себя, хорошей, сегодня? Нужен принц? Очень хорошо. Займемся этим вопросом…
И своими силами, безо всякой волшебной палочки какой-то тети Феи, превратилась Золушка в стильную, соблазнительную стерву. Но это уже другая сказка.

Существует и другой конец этой сказки. Хоть и более трудный, но более правильный. Но это уже целая история.
Да мы и не знаем, достаточно ли у Золушки сил, чтобы пустится в этот трудный путь. Хотя… «Бог не по силам испытаний не дает»…

На сем я все-таки завершу свою сказку, такую же красивую и нелепую, как и сама жизнь.

Прости меня,за все прости
(За эту просьбу тоже),
За то,что на твоем пути
Я просто был прохожим.
За то,что ты сейчас одна
И песни приуныли,
За то,что бродит тишина,
Где мы с тобой бродили.
За то,что я в чужом краю
Любовь впервые встретил,
Еще за то,что боль твою
Я в счастье не заметил.
За то,что с ней-
Моей судьбой -
Я во сто раз нежнее,
За то,что даже и с тобой
Ее сравнить не смею.
Прости меня,за все прости,
За боль,за смех,за муки,
За начатый при встречи стих,
Дописанный в разлуке.
А.Дементьев




Не верьте тем, кто Вам не верит!
Не ждите тех, кто не спешит
Нажать звонок у Вашей двери,
Когда беда Ваш дом крушит!
Забудьте тех, кто в жизни новой
Забыл о том, кем был вчера.
Чьё, наспех брошенное, слово
Полощут времени ветра.
Не призывайте равнодушных-
Не отзовутся, всё равно!
Им, кроме органов наружных,
Наверно, больше не дано!
Ищите тех, кто Вас услышит,
В толпе узнает, позовёт!
С кем тонкой ниточкою свыше
Судьба Вас накрепко совьёт!
Держитесь тех, кто, с Вами споря,
Остался в главном заодно!
Кто разделил и слёзы горя,
И бурной радости вино!
Доверьтесь тем, кто звону верит
Колоколов, а не монет...
Кто совесть Вашей мерой мерит,
Чье «да" - так ДА, а "нет» - так НЕТ!
Спешите к тем, кто жаждет встречи,
Кто Вас, как личный праздник ждёт,
С кем раз в году прожитый вечер,
Питает душу целый год!!!





Вези меня ледянка в детство,
Где мне совсем не больно падать,
Где «Чур» от всех напастей средство,
Где каждая снежинка – радость…
Где папа – молодой и сильный ,
Где плакать хочется без мамы,
Где лес и розовый, и синий,
И Дед Мороз такой румяный…
Где ничего вкусней сосульки,
Где сам себе игрушки клеишь,
Где каша манная в кастрюльке,
Где апельсин, когда болеешь.
Где горькая микстура в ложке,
Где с пенкой молоко в стакане,
Где в плед завернутая кошка,
Где тетя Валя на экране.
Где счастье – если мама дома,
Где горе – если спать ложиться,
И ничего ценней альбома,
И ничего страшнее «Мыться!»
Где мандарины пахнут ёлкой,
Где под столами новоселье,
Где нос кусает шарфик колкий,
Где угол - плата за веселье...
Где примерзают руки к санкам,
И где еще не стыдно плакать…
Вези меня вперед, ледянка!
Ты знаешь, я умею падать!!!




В. Тушнова

Так было, так будет
в любом испытанье:
кончаются силы,
в глазах потемнело,
уже исступленье,
смятенье,
метанье,
свинцовою тяжестью
смятое тело.
Уже задыхается сердце слепое,
колотится бешено и бестолково
и вырваться хочет
ценою любою, и нету опасней
мгновенья такого.
Бороться так трудно,
а сдаться так просто,
упасть и молчать,
без движения лёжа...
Они ж не бездонны-
запасы упорства...
Но дальше-то,
дальше-то,
дальше-то что же?
Как долго мои испытания длятся,
уже непосильно борение это...
Но если мне сдаться,
так с жизнью расстаться,
и рада бы выбрать,
да выбора нету!
Считаю не на километры- на метры,
считаю уже не на дни - на минуты....
И вдруг полегчало!
Сперва неприметно,
Но сразу в глазах посветлело
как будто!
Уже не похожее на трепыханье
упругое чувствую
сердцебиенье...
И, значит, спасенье-
второе дыханье.
Второе дыханье.
Второе рожденье!




Т.Шарамчевский
Любовь забытой сигаретой
В чаду обманов прогорела,
Любил ли я? Зачем Вам это?
Теперь-то Вам какое дело?

И память наших с Вами дней
Я оживлять, пардон, не буду:
В кладовке им поспокойней.
Я всё забыл. И их забуду.

Забуду сны прекрасной нимфы
И горечь кофе по утрам,
Лишь нервный тик, опухшей лимфы
Напомнит вдруг зачем-то нам,

Что возраст уж не за горами,
Что сердце нужно бы беречь
И скоро уж девизом станет -
Пораньше встать, пораньше лечь.

Не важны станут сантименты,
Как всё равно, с кем Вы сейчас,
Воспоминаний рудименты,
Ненужность слов, потухшесть глаз.




Все женщины немного королевы,
Кто с королём, а кто
без короля.
Она была доверчивой, но смелой.
Она сумела всё начать с
нуля.

И вышла в мир,застенчиво, но просто.
Не побоявшись горя и
потерь!
Она нашла обитованный остров,
Нашла себя! И счастлива
теперь!

Да! Счастлива... хотя...и одинока
Хотя король... он не её
король!
Она страдает и порой жестока,
Но ей нужна! Нужна такая
роль!

Судьба ей подарила мир прекрасный,
Желаний, чувств, надежд и
волшебства,
И пусть грустна мелодия у песни,
Но в ней такие светлые
слова!




У разлуки женские глаза
И в мольбе протянутые руки...
И слова: "Родной вернись назад...",
Полные отчаяния и муки.

Сколько раз ты нес влюбленный бред?
В зеркало души ее смотрелся?
Сколько раз, в нем оставляя след,
Проникал в ее живое сердце.

Заставляя верить и гореть,
Ждать, мечтать, любить и ненавидеть...
Что пытался в нем ты разглядеть?
Что в конце концов ты там увидел?

Полные сокровищем мечты
Для тебя остались незаметны.
Лишь себя хотел увидеть ты...
В этом нежном отблеске рассветном.

Потому легко ты так порвал
Нить, что протянулась между Вами.
Потому легко ты так сказал:
"Милая, останемся друзьями".

И в чужих теряясь зеркалах,
Носишься теперь по белу свету
Все пытаясь сохранить себя
В их кривых отколках и отсветах.

А из снов, оставленных тобой,
Силясь превозмочь всю боль разлуки,
Тянется убитая любовь
И в мольбе протянутые руки.




Эхо нежное слов не сказанных,
Не подаренных взглядов тепло,
Незабвенное, неразгаданное
Не сбылось … легкой тенью прошло.

Шелест утренних звезд не услышанный,
Не открытые небу сердца,
Вдохновенье стихов ненаписанных
Растворилось, любви не познав.

Не разлука – мы просто не встретились,
Не судьба – просто глупый вокзал,
Не тоска, не печаль, не забвение,
Просто боль – не была, но прошла.

Ты прости мне нетленную искорку,
Ты прости мне неискренность слов,
Проклянешь ли, из сердца ли вычеркнешь,
Но прости – как прощает Любовь.

Страхом, слабостью, жизнью ли связана –
Бог рассудит, утешит, поймет….
Эхо нежное слов несказанных
Пусть же счастье тебе принесет!




Вот и всё... Так случилось - всё дальше и дальше,
создавая причины из праведной фальши,
он уходит из нашего общего рая...
Ну а я?... Я легко отпускаю...
Что теперь? Разбавляя тоской черный кофе,
нарисую на память нахмуренный профиль
на замерзшем окне опустевшей квартиры...
на руинах привычного мира...
"Он случайный прохожий, мой старый знакомый..." -
повторяя как мантру, чтоб выйти из комы,
я делю наше "было" на "сложно" и "просто"
и кидаю на смятую простынь...
Боль потери - обидчик особого ранга...
не откинешь от сердца - летит бумерангом,
возвращается вновь, ударяет сильнее...
Не борюсь, просто тихо болею...
Пусть уходит, не зная, что звезды погасли...
пусть он будет, как прежде, спокоен и счастлив...
пусть решит для себя - что правдиво, что ложно...
...без меня это тоже возможно...




Р.НЕВЗОРОВА
Я стала выше на еще одно "прости".
Я помудрела на несбывшуюся встречу.
Все камни собраны - зачем же я калечу
то, что и так уже никак мне не спасти...

Я стала злее на еще одно "люблю",
в котором не было и нет ни буквы правды.
Уйду в рассвет - не надо в спину канонады,
не надо адом искушать меня в раю...

Я стала лучше, идеальней и взрослей
в один момент... теперь меня не потревожат
твоё молчанье, не-звонки... я стала строже
на пять минут или на тысячу ночей...

Я стала проще и банальней - как и все.
Уже не стану донимать тебя "скучаньем"...
Я помертвела на еще одно прощанье
с тобой, мой сильный сумасшедший фарисей.

Николай Семченко

Про Шуршавчиков

Из цикла "Городские сказки"

Однажды одна мудрая Шуршавка села за письменный стол и зашуршала разноцветными фантиками. Те, которые ей нравились, она откладывала в специальную папку, а те, которые не очень-то приходились по вкусу, летели в мусорную корзину. При этом они противно шелестели, скрипели и всячески выказывали своё неудовольствие: кому же охота попасть на помойку!

Мудрая Шуршавка очень любила свою работу. Ведь она не просто так сортировала фантики - отбирала их для конфет, которые одевались в эти яркие, нарядные одежки и отправлялись в магазины. А здесь их покупали для своих детей мамы. И, конечно же, старались выбрать самые красивые, самые лучшие!

Вот так сидела мудрая Шуршавка - и шуршала, и шуршала, и шуршала...

- Здравствуйте! - послышался вдруг робкий голосок.

Шуршавка увидела, как в приоткрытую дверь просунула голову очень молоденькая симпатичная Шуршавочка.

- Откуда ты взялась? - спросила мудрая Шуршавка, не отрываясь от своего занятия. - Вроде я тебя здесь никогда раньше не видела...

- Это я никогда вас не видела, - ответила Шуршавочка.

- Значит, ты живёшь в Совсем-совсем другом месте, - мудро заключила Шуршавка.- Это я могу тут кого-то не знать, а все другие знают меня просто наизусть...

- Да, я из Совсем-совсем другого места, - скромно потупила глаза Шуршавочка. - Но мне там надоело, и я полетела куда глаза глядят...

- И куда ж они глядели?

- А! На что попало: на небо, на солнышко, на зелёные деревья, и на цветы, птиц...У меня закружилась голова и я выпала здесь.

- Может, в этом нет никакой случайности, - предположила мудрая Шуршавка. - Твои глаза увидели мою работу и она им приглянулась!

- Ой, и правда!

- Хочешь, и ты тоже будешь шуршать фантиками? - спросила мудрая Шуршавка. Но вообще-то в ответе она ни капельки не сомневалась, потому что прекрасно знала: все молоденькие Шуршавочки ужасно любят это занятие.

И стали они шуршать вместе.

Симпатичная Шуршавочка иногда слышала, как за соседней тонкой стеной кто-то тоже перебирал фантики: медленно, степенно. И при этом тяжело вздыхал.

- Там сидит один молодой Шуршавчик, - сказала мудрая Шуршавка. - Он очень хочет научиться правильно шуршать фантиками, только у него это получается нечасто.

- Ах, бедный! - искренне пожалела его Шуршавочка. - Это же так просто!

- А это потому, что ты, милая, достигла большого умения и радуешься этому, - объяснила мудрая Шуршавка. - Но самое главное в нашем деле - это умение радоваться чужим успехам и всегда идти вперёд...

- А где найти чужие успехи, чтобы им порадоваться? - спросила глупенькая Шуршавочка.

- Тот, кто ищет, всегда найдёт, - отмахнулась Шуршавка и рассердилась: Ах, ты сбила меня со счёта, глупая девчонка!

- Извините, а для этого надо далеко идти? - не отставала Шуршавочка.

- Иди вперёд и не ошибёшься, - буркнула Шуршавка.

- А где находится Перёд? - не унималась Шуршавочка. Она думала, что вперёд - это значит идти в город Перёд.

Мудрая Шуршавка засмеялась и ничего ей не ответила. А тут в их комнату как раз заглянул Шуршавчик. Он был в сером костюме, а глаза его прятались за очень темными стеклами очков. Щуршавчик хотел быть совсем-совсем незаметным и просто удивительно, что Шуршавочка его увидела.

- Привет! - сказала она. - Ты не знаешь, как идти в Перёд?

Шуршавчик очень удивился, что его заметили, и его щеки сразу порозовели, и от волнения он даже стал заикаться:

- А з-з-за-а-чем тебе т-ту-да нуж-ж-жно?

- Чтобы найти чужие успехи и порадоваться им, - легкомысленно ответила Шуршавочка.

Шуршавчик немного подумал, порозовел ещё больше и, одернув свой мрачный пиджак, сказал:

- Вперёд - это значит: нужно выйти за дверь и идти всё время куда глаза глядят...

- Спасибо, не хочу, - ответила Шуршавочка. - Я уже однажды так путешествовала.

- Тогда давай просто выйдем за дверь, - ответил осмелевший Шуршавчик. - А что будет дальше, увидим...

И они увидели очень маленького Шуршавёнчика, который сидел на солнышке и скучал.

- Эй! - окликнула его Шуршавочка. - Скажи, пожалуйста, где у тебя успехи? Я хочу им порадоваться...

А маленький Шуршавёнчик вдруг заплакал:

- Нет у меня никаких успехов! Не приставай! Ишь, чего хорошего нашла: радоваться неизвестно чему-у-у-у...

Шуршавочка удивилась и даже подумала, что Шуршавёнчик хочет превратиться в корову. А то с чего бы это он завёл это "му-у-у"?

- Ты корова, что ли? - спросила она, и Шуршавёнчик заплакал ещё сильнее, и затопал ножками, и выронил на землю конфету без обертки.

- Ах, вот оно что! - сказал Шуршавчик. - У него нехорошее настроение, потому что мама купила ему конфету совсем-совсем без фантика. А какой же уважающий себя Шуршавёнчик из-за этого не расстроится?

И он сел рядом, вытащил из папки кучу фантиков и принялся ими шуршать. Ах, как он весело ими шелестел, и насвистывал при этом песенку, и улыбался, и даже в конце концов снял свой мрачный серый пиджак - так ему стало жарко от работы!

Он всё шуршал, и шуршал, и шуршал, и никак не мог найти самый красивый фантик.

- Стоп! - догадалась вдруг Шуршавочка. - Ты нацепил себе на нос очки с очень тёмными стёклами. Из-за них ты ничего не видишь...

Шуршавчик снял очки и сразу же вышуршал очень яркий, очень нарядный, просто замечательный фантик!

И Шуршавёнчик перестал кукситься и засмеялся.

А Шуршавчик и Шуршавочка пошли дальше. Они бродили долго-долго, но почему-то так и не пришли в этот загадочный Перёд. Где были чужие успехи, которым следовало радоваться. Но им всё равно было хорошо из-за того, что Шуршавёнчику понравился фантик и он перестал хотеть быть коровой, вот!

Они устали, и пришли к мудрой Шуршавке, и сказали:

- А мы не знаем, как идти в Перёд, и не знаем, где лежат чужие успехи, и радуемся совсем другому: ну, например, тому, что Шуршавчик вышуршал самый замечательный на свете фантик, а Шуршавёнчик перестал плакать...

И мудрая Шуршавка первый раз в своей жизни - это на работе-то! - перестала шуршать фантиками, вскочила со своего просиженного кресла и стала смеяться, сначала совсем-совсем тихо, а потом - совсем-совсем громко, а потом ещё громче и громче, и всем вокруг стало так весело и радостно, что никто и внимания не обратил, как Шуршавочка и Шуршавчик вдруг разом покраснели, хоть спички от них зажигай!

Они посмотрели друг на друга, тихо ойкнули и тоже засмеялись во весь голос. И никогда больше не искали ни на карте, нигде этот загадочный город Перёд.

Не надоело вам про шуршавчиков слушать? Ладно, ещё расскажу…Один Шуршавчик, хороший и добрый, полюбил красивую Шуршавку. И стала она ему верной женой. И на работу они вместе ходили - шуршали, шуршали, шуршали, и по пути домой - шуршали, шуршали, и дома - шуршали, и всё Шуршавчику было мало : уже и сил не было, а шуршать-таки хотелось больше прежнего. Ну, что делать-то?

Пошел Шуршавчик к старой мудрой Шуршавке за советом. А та, представьте себе, сидит на крылечке и просто так на клумбу с цветами глядит, и хоть бы разик чем-нибудь пошуршала - нет, не хочет!

- Как я могу тебе что-то советовать? - сказала она. - У меня-то хватило ума прожить свою жизнь глупо, но радостно: ох, и нашуршалась я! Есть что вспомнить.

- А у меня мало того, что можно вспомнить, - заканючил Шуршавчик. - Откройте свой секрет!

- Видишь, я просто так сижу? Веришь, что мне хорошо?

- Ну, - кивнул Шуршавчик и, чтобы хоть как-то себя занять, тихонечко пожомкал в кармане пиджака целлофан. О, как он прекрасно зашуршал!

- Торопыга ты, торопыга! - улыбнулась мудрая Шуршавка. - Шуршать - это, конечно, счастье и радость. Но ещё большее счастье - не шуршать, но знать, что непременно пошуршишь как только захочешь это сделать. Живи, радуйся и не думай о счастье...

- Ну как же это я о нём не буду думать, когда мне его надо, и побольше!

- А мы всегда думаем о том, чего у нас нет, - ответила мудрая Шуршавка.

И, наверное, она была не права. Ну разве ж может настоящий Шуршавчик жить просто так и ни о чём не думать? Ему нужно непременно видеть своё шуршу, слышать своё шуршу, чувствовать своё шуршу! И, конечно, он боится , как бы оно куда от него не ушло.

И пошёл Шуршавчик к колдуну Шуршаву.

- Ладно, - сказал тот. - Будешь видеть только свое шуршу...

Вышел Шуршавчик на улицу. Вроде бы и видит всё вокруг, но в то же время ничего не замечает. Идёт больной - еле дышит, вот-вот упадёт, и подать бы ему руку, до дома довести, но Шуршавчик - ноль внимания! Плачет маленькая Шуршавочка: потеряла шурху. И, конечно, посмотрел бы Шуршавчик внимательно - нашёл бы её в густой траве, утёр бы Шуршавочке слёзки и успокоил. Но ничего он не видит, экая беда!

Так и стал он жить. Только свою шуршу и видел! И думал, что лучше её и быть уже ничего не может.

- Эх ты, - сказала однажды Шуршавка. - Никакого у нас с тобой шурхету не получается!

- Это тебе так кажется, - не согласился он.

- Скучно что-то мне, - вздохнула Шуршавка. - Пойду-ка я прошуршу по бульвару...

И ушла. И не вернулась.

А Шуршавчик знай себе шуршал - и дома, и на работе, и в автобусе, и даже, извините, на унитазе. Иногда он, правда, спрашивал сам себя, куда ж это жена подевалась?

- Наверное, она пошла на работу, - предполагал он, когда приходил домой. А на работе думал, что она, наверное, отправилась домой.

Но однажды он вышел на улицу и провалился в черную пустоту. Ничего и никого вокруг не было!

- Ну и что? Обойдусь и сам по себе! - сказал он.

- Не обойдёшься, - ответил его собственный шуршу и помахал ему лапкой.

Шуршавчик, однако, этого не заметил, споткнулся о камень и упал в канализационный люк. Может, до сих пор в нем сидит. Во всяком случае, никто его давно не видит.

А его шуршу залетела в клетку с попугаем! И ни в какую вылетать обратно не желает: очень привязалась к этому хохлатому какаду...

Э-хе-хе! Шуршава шурхала по шурху и шорошорила шухи.

- Шухи шо-шо? - шошомкала шмандяшная Шандуля.

-Шухи не шошовные, - шматно шушукнула Шуршава. - Шмар!

Шухи шукнули, и Шандуля шметно шматанулась на шмяк, но шкурзвилась с шурха и шорканулась шухой о Шуршаву.

- Швар! - швашно шавакнула Шуршава. - Шухи шухные!

- Не шухные, - шомкнула Шандуля. - Швачные!

Шуршава шавакнула Шандулю по шавакалке. Шухи шошовно шмарнули и прошорошорили на шурху.

Шу!

Ничего не поняли? А это я на шуршавочном языке говорил… Захочешь – поймёшь. А не поймёшь, так продолжу на обычном языке. Представь: жарко, душно. В автобусе людей набилось, что селёдок в бочке. Ни шевельнуться, ни повернуться. А тут ещё прямо перед моим носом болтается полиэтиленовый пакет, и как автобус встряхнётся на какой-нибудь колдобине, так он мне по лбу - рраз!

- Уберите пакет с моих глаз, - говорю.

- Не могу, - отвечает вежливая старушка. - Извините, конечно, за причиняемые неудобства...

- Ишь, барыня какая! - заступается за меня другая старушка. - Можно подумать, она тут одна едет!

- Извините, - шепчет вежливая старушка. - Я шуршавчика везу на дачу. Как же пакет-то на пол опущу? Ведь его задавят- замнут...

- Что ещё за шуршавчик?! - негодует моя заступница. - Тут и самим дышать нечем, а она каких-то животных возит...

- Это не животное, это шуршавчик...

И тут в пакете что-то как зашуршит!

- Ни за что не поверю, что там шуршавчик! - сощурилась принципиальная бабуля. - Это она нарочно придумала! А сама, поди-ка, котёнка какого-нибудь замурзанного везёт...

- А пусть покажет своего шуршавчика! - зашумел автобус.

- Пожалуйста, - сказала вежливая бабуля. - Шуршуля, покажись!

В пакете зашуршало ещё громче, и вдруг из него выглянул Шуршавчик. Самый настоящий!

- Хорошенькое дельце! - вскипела принципиальная бабуля. - У неё шуршавчик есть, а у нас нет. Индивидуалистка! Да знает ли она, что шуршавчики любят шуршать везде, где могут?

- А что? Разрешаете? - спросил Шуршавчик.

Никто не отказался. И тут Шуршавчик вылез из пакета и принялся шуршать в каждом кармане, и сумке, и портфеле, и букетах цветов, и везде-везде, где только мог. А принципиальной бабусе он что-то такое прошуршал на ушко, отчего та зарделась как маков цвет. И все увидели: да и никакая она не бабуля, а очень даже ещё Ничего Так Себе Женщина. Значит, правильный был шуршавчик!

Ольга Добросовестная

Полёты на одуванчиках

Вы никогда не мечтали полетать на одуванчиках?

Представляете, как красиво это выглядит со стороны! Вы крепко хватаетесь за упругий стебель, разбегаетесь с горы и летите по мосту, надутому северным ветром. По дороге одуванчик распадается на парашютики, и за вами тянется пушистый полупрозрачный шлейф. Красота!

А если ещё это происходит в яркий день! И солнечные зайчики играют с вашим парашютом в пятнашки! И вы тоже весь светитесь и переливаетесь на солнце, как настоящий волшебник или фей! Интересно, феи-мужчины бывают? Ну, ничего, в крайнем случае, буду первым.

Главное, чтобы она это видела. Тогда уж точно поймёт, какой я особенный, и влюбится. Ах, если бы только она меня полюбила! Потому что она такая! Такая!..

Я называю её Ромашкой. Или Белоснежкой. Мысленно, конечно. На самом-то деле, я и подойти к ней не решаюсь. Кто я, а кто ОНА!

Даже ветер замирает, когда она склоняет хорошенькую головку к фиалке, изящно выгибает спинку и маленькими глоточками пьёт нектар. Вся белоснежная и чистая, как снежинка на ярком холсте. В платьице, словно сотканном из тончайшей паутины.

А я затаюсь где-нибудь в зарослях лопуха и любуюсь, любуюсь… Смотрю на неё и мечтаю. Вот сейчас, сейчас я крепко ухвачусь за упругий стебель, разбегусь с горы и полечу по мосту, надутому северным ветром!..

А она? А она посмотрит на меня, расправит крылышки и полетит рядом. И улетим мы вместе. Далеко-далеко. В чудесную страну, где только я и она. И будем всегда рядом – фея и фей. Я - чёрный муравей, умеющий летать на одуванчиках, и она – бабочка в наряде невесты, моя Ромашка и Белоснежка.

Светлана

Странное существо

Жил-был один мальчик. Как многие дети, он очень боялся темноты. Когда мама укладывала его спать, он просил не выключать свет, - ведь ему было страшно, но мама говорила:

- Ты же большой мальчик и не должен бояться!

Мальчик вздыхал. Взрослых не понять – когда он попросил велосипед на день рождения, мама сказала, что он ещё маленький мальчик, а вот теперь она говорит, что он уже большой.

“Эх, хорошо быть взрослым!”. – Подумал мальчик. - “Ничего не надо бояться и всё можно: и велосипед, и мороженного сколько хочешь!”

Мама выключила свет и ушла, а мальчик всё боялся закрыть глаза и вглядывался в темноту, которую боялся.

И тут он услышал грустный вздох и стал пристальнее вглядываться в темноту и… он увидел какое-то необычное существо. Оно было маленькое, лохматое, с двумя ногами и двумя руками и с большими-большими глазами, такими голубыми и грустными. Мальчик хотел было испугаться и позвать маму, но подумал, что ему вовсе не страшно, и что он уже большой и может сам справиться со своими страхами.

- Э-эх… - опять вздохнуло существо.

- Кто ты? – спросил мальчик.

- Я не знаю как меня зовут, - сказало странное существо. – Но это ты меня придумал и должен знать как меня зовут.

- Я тебя придумал? - очень удивился мальчик.

- Ты, - сказало странное существо. – Я – это то, чего ты боишься.

- Но ты совсем не страшное. Совсем - совсем. Только очень грустное, – сказал мальчик. – Тебе грустно?

- Мне грустно оттого, что я ничего не умею. Ты придумал меня, когда тебе было страшно, но я не умею пугать, потому что ты добрый мальчик и не смог сделать меня злым, - вздохнуло странное существо. – Мне хотелось бы делать что-нибудь хорошее.

- Чем же я могу тебе помочь? - спросил мальчик.

- Передумай меня! - воскликнуло странное существо.

- Пере – что? - не понял мальчик.

- Передумай! Ну, понимаешь, ты ведь сделал меня тем, что ты обо мне думал. Значит ты можешь передумать меня и сделать другим!

- А ведь и правда! - воскликнул мальчик. – А кем бы ты хотел стать?

- Ну… ну… не знаю… - странное существо совсем расстроилось и из его глаз закапали слёзы.

Мальчику стало очень жаль это милое, грустное, очень странное существо. Ведь это он его придумал, он сделал его несчастным, и теперь он должен, нет, он просто обязан ему помочь.

- Я придумал! - воскликнул мальчик. – Хочешь, я сделаю тебя красивой певчей птичкой? Ты будешь летать где захочешь и увидишь много интересного!

- Хочу! Хочу! - Радостно воскликнуло странное существо.

Мальчик закрыл глаза и постарался представить красивую птичку. Вот у нее разноцветные пёрышки, маленький клювик и красивые лапки. “Готово!” - подумал мальчик и открыл глаза.

И, чудо! Перед ним сидела именно та птичка, которую он придумал только что.

- Тебе нравиться? - спросил он птичку.

- Очень, - сказала птичка, оглядев свои пёрышки.

- Спой что-нибудь, - попросил мальчик.

Птичка открыла свой клювик и … из её горлышка раздался только хрип.

- Ну, может ты не можешь петь, но ты можешь летать, - сказал смущенный мальчик. – Давай, попробуй.

Птичка расправила свои крылышки, взмахнула раз, другой, третий, но ничего у неё не получилось. Она отчаянно махала своими крылышками, но ничего не получалось. Тогда она прекратила свои попытки и расплакалась.

Мальчик совсем растерялся.

- Ну, не плачь, не плачь, - пытался успокоить её мальчик и почувствовал, что и сам вот-вот расплачется.

- Может мне попробовать ещё раз? - мальчик закрыл глаза и попытался представить птичку летающей и поющей. Но и это не помогло.

Тогда мальчик попытался придумать собачку, но ему не удалось. Потом он попробовал придумать кошку, а затем мышку, а потом слона, жирафа, утёнка, цыплёнка, и даже ужа, но все они получались ненастоящими, и это всё больше и больше делало странное существо несчастным.

“Наверное, я мало знаю об этих животных. Ведь я должен знать столько всего!” - подумал мальчик.

И он постарался вспомнить какое-нибудь животное, о котором знал всё. Но оказалось, что такого животного не оказалось.

“Но, чтобы узнать всё, мне придется учиться очень долго. Я ведь не могу оставить это странное существо несчастным на всё это время, пока буду учиться. Ведь я не хожу ещё даже в школу!”

Странное существо совсем расстроилось и сидело на краешке кровати, грустно вздыхая и вытирая слёзы.

- Придумал! - воскликнул мальчик. - Я сделаю тебя Облачком! Я ведь знаю из чего сделано Облачко. Мама рассказывала, что облака сделаны из воды – из маленьких – маленьких капелек.

- А что же я буду делать? - спросило странное существо.

- Я сделаю тебя добрым-добрым, весёлым-весёлым и ты будешь летать везде, где захочешь. И везде, где ты будешь появляться, все мальчики и девочки, дяди и тети, кошки и собачки, все-все будут радоваться и веселиться. Ты будешь приносить всем радость, и радоваться само.

- Ах, это так замечательно! - воскликнуло странное существо. – Скорей же придумай меня облачком!

Мальчик закрыл глаза и представил все самое хорошее, самое счастливое и радостное и, когда он открыл глаза он увидел сияющее облачко, такое красивое и яркое, что вся комната вдруг озарилась словно от солнышка.

- Ура! - радостно закричало Облачко. – Это так здорово – быть радостным облачком! Спасибо тебе, мальчик! Теперь я могу лететь, чтобы сделать всех радостными и счастливыми!

И Облачко, радостно смеясь улетело в окошко.

А мальчик, ложась спать, подумал: “Я никогда не буду думать о плохом. Я не хочу больше никого делать несчастным. Я буду думать только о радостном и весёлом.”

И он заснул, улыбаясь.

Эльфия Садекова

Сказка, рассказанная на ночь

В одной далёкой и глухой деревушке, жили-были старик со старушкой. Тихо и размеренно протекали их дни, пока...

Не случилось большое несчастье. Их дочь и зять пропали, уехав отдыхать в далёкую и неведомую страну, оставив им двух малышей. Дети очень скучали без своих родителей. Особенно тяжело переживала это внучка, которой было всего лишь два годика, она целыми днями плакала. Но не меньше печали было в глазах внука, даже если он старался сдерживать слёзы. Возраст внука вполне ещё позволял ему эту солёную влагу.

Вот такое печальное начало у нашей сказки.

Но дни пробегали за днями, а ночи пролетали ещё более незаметно. Прошло лето, за ним и осень, наступила холодная и суровая зима. Год был снежный, избушку стариков завалило, чуть ли не по самую макушку. Вся завалинка и крыша стояли накрытыми белой пуховой периной зимы. Даже ставни и окна припорошились снегом, а стёкла, разрисовал морозец диковинными узорами. И стояла сказочная избушка на краю деревни, у самого леса...

Длинными, зимними ночами, нередко можно было слышать завывание ветра или диких зверей. В печке трещали поленья, а под половицей - сверчок. Тёплые бабушкины носочки грели ножки, свисающие с огромного старого сундука. Сидели детки, накрытые дедушкиным пледом, прижав к себе игрушки, и слушали очередную сказку, рассказанную на ночь. Под ритмичный стук своих спиц начинала старушка рассказ. Голос её окутывал слушателей и погружал их в мир сказок и грёз. Больше всего детям нравился счастливый конец всех историй. Лица их расплывались в довольной улыбке, ведь они переживали все невзгоды с героями сказок. Где-то там, глубоко в душе, жила в них надежда на чудо, которое должно было произойти именно с ними. Дети привыкли к простой обстановке неказистого деревенского домишки, многое здесь доставляло радость. Сколько тёплых воспоминаний останется с ними на всю дальнейшую жизнь: пыхтящий над своей работой дедушка, стучащая спицами бабушка и их длинные, со счастливым концом сказки.

А начинались все они так: "Было это или нет, мне рассказывал мой дед, а ему лесовичок, старый местный старичок."

Сказка о лесном чудаке-старике

ил да был в глухом лесу, в небольшой землянке, старый древний лесовик. Чужаков пугал, стращал, лес в обиду не давал, и зверью защитой слыл, вот такой чудной он был. Внешне может неказист, но зато душою чист. Людям зла не причинял и за зря не обижал. И от всех держал в секрете, что волшебный дар имел, чудеса творить умел.

Ну так вот, была у лесовика такая привычка - зимними предновогодними ночами бродить и устраивать людям испытания - на доброту и отзывчивость, на сострадание и милосердие. Выдержавшие испытание награждались исполнением сокровенного желания. Так как происходило всё под новый год, никто и не догадывался, что чудеса творит странный дед, побывавший у них в гостях. Некоторые его жалели, иные насмехались над его лохмотьями и внешностью, кто-то был просто равнодушен к чужому горю, но ни на кого не таил зла старичок. Он просто любит делать добро и радовать окружающих.

В землянке лесовика всегда было немного тесновато, здесь получали приют зайцы и белочки, ежи и совы, лисы и волки, а также многие иные животные. Все нуждающиеся в помощи вели себя дружелюбно в отношении друг с другом. Ведь только познавший беду может иметь сострадание. Частенько можно было видеть, как зверушки несли к землянке кто что мог. Только от людей скрывалось место расположения жилища лесовика. Исключение составляли заблудившиеся в лесу и выбившиеся из сил путники. Это зверушки выводили их сюда. Каждый, кто побывал в землянке, считал своим долгом помогать старичку в его добрых делах.

В любое время года и при любой погоде было в этой части леса шумно. Постоянные жители избушки имели свои обязанности. Каждый выполнял свою работу: мишка-топтыгин - главный пчеловод, приносил из лесу мёд, иногда малину с рыбой. Всю непосильную для других работу выполнял: заготавливал дрова на зиму, избушку чинил и помогал другим, когда нужно было тяжёлые вещи переносить. Лисичка-сестричка за порядком следила, жилище в чистоте содержала и бранила всех грязнуль. Ёж помощником ей был, двор от листьев очищал, мусор всюду прибирал и солому для растопки припасал. Лягушка-квакушка да мышка-норушка хлеб пекли и ватрушки; всё, что другие приносили, сушили, крошили, парили, жарили и заготавливали на зиму для всей большой компании. Серый волк печку топил, хворост в лесу добывал, деревьев за зря не губил, хоть тепло и любил. Жила с ними так же коза-дереза, задира и забияка, но характер тяжёлый прощали ей, за сытное и лечебное молоко. Помогала дереза другим зверям собирать грибы и ягоды на зиму, да на прокорм. Старик-лесовик, за всеми ими приглядывал, кому и чем заняться указывал, лечил больных, травы заготавливал и напитки варил чудодейственные. Уложив всех на ночь спать, сказку поучительную рассказывал, о том, как добро побеждает зло, труд облагораживает любого, а красивая внешность не заменит доброго сердца и много других историй. Одной из его любимейших сказок была о девушке с ангельским лицом, которую звали Нютой. Начиналась она так:

«За горами, за долами, на деревне аль в селе, точно знаю – на земле, жили-были муж с женой. И в печали дни их шли, дочь пока не обрели. Родилась бела, румяна, вся красива, без изъяна, не ребёнок – ангелок. Дочь назвали Нюточкой, Нюточкой-Анюточкой, надышаться не могли, лелеяли, нежили, ласкали и получили плод. Вот.

Нюточка – красавица, всем уж очень нравится, больше всех себе самой. Не перечти мать с отцом, для такого для дитя, всё исполните шутя. Коли спор, она права. Уж о ней пошла молва: не дитя ль особ великих, не подкидыш ли она?

Читать далее...

Не долго жила она в хоромах нарядных и тёплых, в скором времени перевели её в комнату для прислуги домашней, видать, и красота не помогла удержать той любви, что не было. Вот тогда стала задумываться Нюточка, как не ценила бескорыстную любовь родителей своих. Теперь в прислугах находится за угол холодный и чёрствый хлеб, с утра и до ночи работает, спины не разгибая.

Дожила она у бар до весны и тем же самым путём да дорогою направилась в дальний глухой лес, с чистой водицей и чёрствым хлебом в котомке. Бродила Нюточка день, потом второй и третий, уж еды с водой не осталось, ноги стёрла в кровь, выбилась совсем из сил, а бредёт. Совсем измученной, нашли зверушки девушку и вывели к избушке старичка-лесовичка.

Рассказала Нюточка старичку о своей жизни, всплакнула и стала просить его помочь найти родителей. Лесовичок отвечал, что рад бы оказать ей такую услугу, но не обладает магической силой и сам со своими беспомощными зверушками нуждается в подмоге. Только расплатиться им нечем.

Последняя надежда на чудо рухнула, и осталась девица-красавица сиротинушкой горемычною. Некому приголубить и слово ласковое сказать ей. Решила Нюточка помощь оказать лесным жителям. С этих самых пор стала девушка вести хозяйство лесовика. Наконец-то и она поняла, как важно ощущать себя нужной. Делая добро, не ждать награды.

Много времени прошло с тех пор, как стала Нюта жить в лесной избушке. Старичок-лесовичок и зверушки очень радовались её присутствию, чувствуя материнское тепло, исходящее от девушки. Каждое утро вставала она раньше всех, стараясь порадовать жителей избушки какой-то новой выдумкой. Ложилась спать, когда все давно уже спали. Была терпелива и мила не только с больными, но и со здоровыми зверушками. Чаще всего капризничала и баловалась неугомонная малышня, готовая перевернуть всё вверх дном. Нюта не проклинала судьбу за то, что жизнь её так обернулась. Руки девушки познали много труда, волосы не так тщательно причёсаны и уложены, времени прихорашиваться, часами глядясь в зеркало, не хватало. Белоручку теперь стало не узнать. Изменился «нежный цветочек» не только внешне, но и многое видела она уже другими глазами. Иными ночами тихо плакала Нюта в свою подушку. Слёзы её лились о том, чего не вернуть: о родителях, о том, что не говорила, как сильно их любит, а ещё плакала она о потерянном времени, которое не повернуть вспять. Жизнь преподала ей хороший урок.

Однажды зимним утром прилетала сорока с весточкой на хвосте. Птичка эта всегда знала, что и где творится. Иногда даже попадала в неприятности от своего чрезмерного любопытства, но это её не останавливало. У каждого свои недостатки. Кто-то привык больше молчать и слушать, а сорока-белобока трещала целыми днями. Всё что видела или слышала, рассказывала каждому встречному. Такой уж у неё неугомонный характер - многие сердились, но со временем прощали выболтанные секреты. Ещё эта чудаковатая птица очень любила блестящие и красивые предметы. Сороку никто и ничто не могли переубедить в том, что «не всё золото, что блестит».

Нюта прибиралась в лесной избушке, когда туда влетела длиннохвостая сорока. Птичка очень любила девушку и считала, что красота неспособна на дурные поступки. Вот такая чудная сорока. Усталая, но неугомонная, она всеми способами пыталась обратить на себя внимание. Прилетела «длиннохвостая» с дальнего леса.

Подлетела она к медведю вся взъерошенная и оживлённая.

- Знаешь, «косолапый», что творится в дальнем лесу? Дикие пчёлы объявили вам, медведям, войну, разогнали всех по берлогам и поставили стражей в дверях - своих кусачих зимних родственников, снежинок. Теперь до весны все «топтыгины» того леса будут под строгим арестом. Если же ослушаются, не миновать им морозных укусов. Смотри, медведь, не услышали бы о том местные пчёлы. Ой, какая будет беда вам...

Глядит «длиннохвостая» - лисица полы веником метёт. Пока медведь не осерчал, переметнулась сорока со своими разговорами к ней.

- Лисица, пришли для тебя тяжёлые времена. Нынче в моде рыжие воротники да шапки. Видала барышень, за дальним лесом живущих. Хвалились они нарядами, чья шапочка красивей и ярче, а воротник богаче. Думаю, что краше лисьей шубки им не найти. Не за горами те времена, когда и сюда эта мода доберётся...

На эти слова лисица лишь фыркнула и отвернулась, занимаясь своими делами. Сорока тут же к лягушке подскочила с вестями.

- Про вас, зелёных да болотных, ужасы слыхала. За дальним лесом и ещё чуть подальше, люди живут, до лягушачьих лапок охочие. Едят их и нахваливают словом заморским – деликатес...

У лягушки от удивления глаза стали ещё круглее и вытаращились. Ничего не ответив болтливой птице, стала она яростно работать ухватом. «Длиннохвостая» отскочила от стряпухи подальше, чтобы та её ненароком не зашибла.

- Ёжик, что тебе скажу, не поверишь - вашего брата вылавливают и наголо стригут, а из иголок ёлки самодельные к новому году сооружают. Говорят, получаются деревца красивее лесных...

Не успел ёж поднять взгляд на сороку, как она уже вспорхнула и к Анюте.

- Нюточка, какая же я несчастная. Стараешься предупредить их о приближающихся невзгодах, а они на меня же и сердятся. Толи дело ты - что не скажешь, всё улыбаешься, всегда добра и приветлива со мной. Хочу и тебе помочь чем-нибудь. Недаром ведь я вездесущая и всезнающая птица. Не думай, что хвалюсь, слыхала я шёпот ветра с молодыми берёзками в рощице. Он, проказник, развлекал их рассказами забавными...

Эльфия Садекова

Что такое сон, почему нам нужен он

Ночь пришла к нам на порог,
Дочь не спит, шалит сынок.
По кроваткам уложу,
Сказку на ночь расскажу.
Чудеса в ней и намёк:
- Слушай дочь, и ты сынок,
А дослушав мой рассказ,
Пусть сомкнётся каждый глаз.
Такими речами мама укладывала спать своих неугомонных детей. Сын, выглянув из-под одеяла, сказал:

- Мамочка, я не хочу спать! Ночью оживают наши игрушки и о чём-то шепчутся. Вот бы посмотреть на них, хоть краем глаза.

- А ты не думал, что сон это тоже чудо?

- Нет, это ты сама придумала.

- И я не хочу спать! И я не буду! – эхом вторила дочь.

- Верить или не верить, решайте сами, а я всё же попытаюсь рассказать о том, что было много лет тому назад, когда мне ещё заплетали косички, а маленькие девочки моего возраста любили прыгать через скакалку и играть в “классики”.

Несмотря на юный возраст, мне очень не нравилось прислушиваться к советам взрослых. Хотелось самостоятельности. И однажды я заявила родителям, что не хочу тратить своё драгоценное время на глупый сон.

Вот в эту самую бессонную ночь, мудрый сверчок, живший у нас за печкой, поведал мне такую историю:

“Жили-были в одной неведомой стране великаны. Они и сейчас там живут, только никто из людей об этом не догадывается. И как-то раз от скуки, решили они создать игрушку под названием “солнечная система”. С тех самых пор всё их свободное время было занято её усовершенствованием.

Ничего особенного в этой игрушке не было. Стеклянный колпак накрывал собой систему планет, вращавшихся вокруг “солнца”, а оно их освещало. Простоватая конструкция, требовала больших доработок и внедрения новых интересных идей. Над этим и трудились великаны. Будучи пунктуальными и чистоплотными, они накрывали игрушку стеклянным колпаком, вычищенным до блеска.

Как великаны не старались соблюдать во всем порядок, но не уследили, кто-то из них грязными руками занёс несколько сотен видов микроорганизмов, орошённых “эликсиром жизни”, на планету под названием “земля”. Из этой гремучей смеси обязательно должно было что-то получиться. Особенно если взять во внимание чудодейственность “эликсира жизни”. При помощи него, великаны создавали биороботов, для выполнения рутинной работы.

С тех пор, прошло не мало времени. Под воздействием чудо раствора “земля” ожила. Перемешавшиеся микробы, видоизменялись, перенимая некоторые свойства друг друга. Образовавшиеся из этого существа, стали делиться на виды, в зависимости от среды обитания, будь то воздух, суша или вода. Микроорганизмы, получившие меньше всего волшебной влаги, и образовали растительный мир планеты. Но даже после такого разделения, шёл нескончаемый процесс видоизменений обитателей “земли”.

Самым живучим, вобравшим в себя свойства всех организмов, оказался человек. Не зря до сих пор люди не могут решить от кого же произошли.

Великаны заметили признаки жизни на планете, когда всё уже свершились. Оказалось, что они пропустили много интересного. “Земля” беспрестанно гудела, как пчелиный рой. На солнечной стороне планеты был вечный день, который делал скоротечным существование её обитателей. Многие из них даже не успевали задуматься о своём предназначении. От бурного развития на планете становилось очень тесно. Поэтому некоторые звери и птицы были вынуждены переселиться в менее освещённые уголки “земли”, где они и до сих пор ведут ночной образ жизни.

Великаны стали думать о решении проблем своих подопечных. Неизвестно сколько это заняло времени, но выход был найден. Они сделали “землю” вращающейся вокруг своей оси и теперь с приходом ночи, время замедляло ход. Планету посещали и день, и ночь, каждая в свой черёд. Ранее не обитаемая сторона планеты, стала постепенно заселяться. Только вот с наступлением темноты, вся жизнь сводилась к бессмысленному созерцанию мрака. Пришлось великанам и эту задачу решать. Они создали звёздное небо, длительный взгляд на которое, уносил сознание на другие планеты и в неизведанные миры. Так жители “земли” научились ночью спать.

Волшебное время отдыха души и тела, раскрывает тайны мирозданья. Только многое забывается при пробуждении, а из того что осталось, рождаются замечательные сказки, одну из которых ты сейчас слушаешь. Если не хочешь упустить свою чудесную историю, сейчас же ложись в кровать и погружайся в крепкий сон. Пусть твои приключения будут волшебней моих сказок”.

Не успела мать произнести последние слова мудрого сверчка, предназначавшиеся ей самой, как дети развернулись на удобный бочок, их веки мгновенно закрылись, а носики засопели, нарушая мёртвую тишину комнаты.

Елена Крымова

Мямуары котёнка Васи (часть первая)

В нашем доме появился ураган. У урагана четыре полосатые лапки, хвостик, всегда поднятый вверх, усатая мордочка и самые лукавые глаза на свете. Зовут это “стихийное бедствие” - котёнком Васей.

Случайно заглянув вчера в комнату, обнаружила Василия что-то сосредоточенно пишущего на листке бумаги. Вечером у меня на столе оказались два конфетных фантика, чужая квитанция, обрывок школьной тетради и большой, уже чуть пожелтевший, листок дуба. Котёнок старательно складывал в кучку всё это добро.

- Вот, - с гордым видом заявил он, - мои Мямуары.

- Васенька, ну откуда у такого маленького котёнка тяга к написанию мемуаров?

- Это у вас, у человеков, – мемуары, а у нас – Мямуары.

Стало очень интересно, о чём пишут котята, и я углубилась в чтение.

День 1. Сегодня открыл первый раз глаза, и захотелось сказать что-нибудь мудрое в приветствие этому удивительному миру, а получилось только: “ Мя-я!”. Зато громко.

День 2. Сегодня много ел, потом много спал, потом опять много ел и спал. Наверное, буду философом.

День 3. Решил изменить свои философские взгляды. Поэтому сегодня сначала много спал, а лишь потом ел. Затем опять много спал, а потом много ел.

День 4. Философом быть скучно и неудобно. Особенно когда братья лазают по тебе и пищат на ухо. Лучше буду путешественником и сам пройдусь по своим братцам. Но это завтра, а сегодня я ещё философ и недобрал свою норму сна.

День 5. Путешествовать это так интересно, только мир оказался неожиданно маленький. Всего размером с корзинку и большую его часть занимает мама-кошка. Зато на мамин бок здорово карабкаться, а потом съезжать с него на пузе. Ура мне, великому первооткрывателю мира!

День 7. Оказывается это не мир маленький, а я. Странно, мне кажется, что я уже достаточно большой и взрослый. Вот хлебну мамкиного молочка и обдумаю эту тему как следует (во сне, разумеется).

День 9. Что-то я сильно задумался, настолько, что проспал весь предыдущий день. Даже ел во сне.

День 10. Лучше стану охотником, а то за мной какая-то штука увязалась (пушистая, серая и полосатая, вот только сильно маленькая). Завтра устрою на неё засаду и схвачу.

День 11. Штука не даётся, всё время убегает.

День 12. Я ЕЁ ПОЙМАЛ! Оказалось, это был мой собственный хвост. Какая досада. И почему у такого большого котёнка, такой маленький хвост? У мамы больше, может предложить ей поменяться?

День 13. Сегодня охотился на мамин хвост. Поймал! Решил незаметно его оторвать и приставить себе, но мама поймала за шиворот и стала меня мыть шершавым языком. Было очень щекотно.

День 14. Нынче весь день провёл в трудах праведных - на охоте. Поймал свой хвост(3 раза), мамин (2 раза) и по разу хвосты двух братьев и одной сестрички. Сестра, как и все женщины, оказалась плаксой и полезла жаловаться маме. Мама поймала нас обоих и опять вымыла. Если так пойдёт дальше, то я останусь без своих замечательных полосок, их всех сотрёт мамин язык. Решено, с девчонками больше не связываюсь.

День 15. Сегодня с братьями занимались решением жизненно важной проблемы – чей хвост длиннее. Оказалось мой, на целых пол волосинки больше. Был страшно горд, до тех пор, пока вредная сестрёнка не продемонстрировала свой хвост, он оказался на четверть волоска длиннее моего. Нет в жизни совершенства. Пришлось исправлять эту ошибку природы самому. Пока я выщипывал у неё на хвосте лишний, сверхдлинный волосок, оба брата то же самое проделали с моим замечательным хвостиком. Теперь мы все равны, так что победила дружба, в мою пользу.

День 16. В маленьком мире-корзинке скучно, пока все спят, забрался на мамин бок и спрыгнул на другую сторону. Почти спрыгнул, мама потом сказала, что это называется – упал. Главное я смело, задрав хвостик, отправился в далёкое путешествие совершать великие открытия. Наверное, я бы много чего нашёл, но тут меня нашла мама и отнесла в тёплую корзинку. И опять вымыла! Какой кошмар!

День 17. Мама сказала, что мы уже большие и пора учиться умываться самим. Весь день мыл переднюю лапу, ну и большая же она у меня. Сил на оставшиеся три уже не было, и как это мама справляется так быстро?

День 18. Ещё целых три лапы грязные. Может быть, всё же подсунуть их маме? К сожалению - опоздал. Противная девчонка первая намурчала что-то маме на ушко и та теперь моет её бочок.

День 19. Моему возмущению нет предела, сегодня полдня мыл заднюю лапу, оказалось – чужую! Причём выяснил это, когда нечаянно прикусил её зубами. А я ещё удивлялся - почему это мне не больно? Мне это показалось так любопытно, кусаю свою лапу, а орёт мой брат. Пришла мама и дала нам с ним своей лапой где-то в районе хвостика. Причём у неё размер оказался вполне достаточный, чтобы мы с братцем получили одновременно.

День 20. Оказывается в нашем мире, который называется дом, живут такие смешные здоровенные существа, у которых нет хвостов. Я их первый нашел, когда отправился путешествовать, пока мама-кошка спала. Зато они берут тебя на ручки и гладят по шёрстке. Это очень приятно. Вот только они такие глупые, я им показывал, как нужно мыть мой бочок и предлагал присоединиться, мол, вдвоём мы быстрее управимся. Но они почему-то так и не поняли. Потом отнесли меня обратно в корзинку к маме- кошке и она опять дала лапой где-то в районе моего хвостика.

День 21. Сидел целый день и обижался на маму, я так хотел вылезти и поискать ещё этих смешных бесхвостых созданий, а она не разрешила, и нам с братьями попало, ну, вы поняли где. Потом нас всех вымыли и положили спать. Я обижался-обижался и не заметил, как уснул. Всё-таки чистым спать гораздо приятнее.

День 22. Ой, что было, что было! Мама-кошка показала нам такую замечательную штуку - называется блюдце с молоком. Вкусно-то как, а если в него всеми лапами залезть, то ещё вкуснее! Только потом мыться долго.

День 23. Оказывается у этих странных, больших созданий, которые живут в нашем доме, есть хвосты, но не у всех. Создания называются забавно – человек, что ни говори, а котёнок звучит приятнее. Так вот, сегодня пришёл котёнок людей, он называется – девочка, и у неё был хвост. Вы не поверите где – на голове! И она им совершенно не умеет пользоваться, не только вилять не умеет, но и держать трубой. Как я её ни учил – всё бестолку.

День 24. Теперь у меня есть собственное имя. Меня зовут Вася. Правда, здорово? Ни у кого из котов нет такого замечательно-красивого имени. А одного братца, того, что с рыжей шёрсткой, теперь зовут Чубайс. Он утверждает, даже какого-то дядьку в правительстве назвали в честь него. Я не знаю, что такое “дядька” и “правительство”, но на всякий случай дал ему по шее, чтобы не зазнавался, он мне. Так мы очень весело проводили время, пока в ходе схватки, случайно не укусили за хвост сестрёнку и не перевернули наш мир-корзинку. Тут пришла мама, ну, а дальше опять всем досталось, её лапой как всегда, в районе хвостика.

День 26. Мама пообещала, что сегодня покажет нам удивительное место, называется - прогулка. Я хотел узнать, что это такое, но она взяла меня за шиворот и куда-то понесла. Оказывается прогулка это зелёная травка, цветочки и что-то такое непонятное с крылышками. Мама назвала её бабочкой. Она махала крылышками и летала, я тоже так хочу. Махал двумя лапами, никуда не улетел. Зато заехал по носу братцу, и мы с ним подрались, день прошёл не зря.

День 27. Теперь на прогулку мы ходим сами, вслед за мамой. Точнее за её хвостиком, а ещё точнее - мы его ловим, а он убегает от нас на эту самую прогулку. Правда, теперь если мамин хвостик сильно укусить, то вместо мытья можно получить лапой по своему хвостику. Зато мы все теперь такие большие, что каждому достаётся самостоятельно, одна лапа и один шлепок по индивидуальной …, ну, вы поняли где.

Зато я сегодня пытался махать как бабочка всеми четырьмя лапами. Вот только лежал на спинке и никуда не полетел. Интересно почему?

День 28. Мне кажется, я решил проблему. Нужно подпрыгивать! Какой я умный, не даром меня зовут Вася. Я прыгнул с крылечка, и замахал всеми лапами и даже хвостом, но вместо того, чтобы полететь, приземлился, точнее примамился, на маму-кошку, которая дремала на солнышке. Вот тут и произошло, что-то совершенно для меня необъяснимое. Мама рассердилась и поддала мне лапой, вы знаете куда. И в итоге я полетел, даже не маша лапами, хотя и не долго. Решил, что всё-таки не буду бабочкой.

День 29. Ску-учно. Сегодня на прогулке такая противная штука как дождик, сам идёт, а нас на прогулку не пускает. Уж я и так на него шипел и этак, даже когти на лапе показывал, и кусать пробовал. Ничего не помогает. И что обидно - я его кусаю, а он мне сверху шёрстку мочит, и главное хвостик! А хвост – это святое! Я бы ему всё-таки показал, как со мной связываться, но пришла мама и отнесла меня в корзинку.

День 30. Мама всех нас утром вымыла сама и сказала, что мы уже взрослые, пора нам заводить собственных человеков. Вскоре пришли большие бесхвостые и стали внимательно смотреть на нас и улыбаться, чтобы нам больше понравиться. Я сначала, решил взять себе девочку, потому что у неё был хвост, хоть и на голове, но мои братцы тоже решили взять её, в итоге, пока мы дрались, противная сестрёнка забралась к человеческому котёнку на руки и стала мурлыкать, показывая нам язык.

Зато потом, пришла взрослая человека, и у неё хвост был ещё больше чем у той девочки, и даже больше чем у мамы кошки! Пока братцы глазели на такой удивительный хвост, я первый прыгнул и поймал себе своего собственного человека! Она меня погладила, и поцеловала между ушек. Я попрощался с мамой-кошкой и братцами. Теперь вместе со своей человекой поеду в новый мир. Ура! Может быть, научу её вилять хвостом и держать его трубой, вот она будет рада.

Мямуары котёнка Васи (часть вторая)

Василий с интересом отнёсся к компьютеру. Больше всего его восхитила компьютерная мышь. Оторвав хвостик у трёх штук, он всё-таки смирился с их существованием. Теперь с удовольствием печатает на клавиатуре, иногда помогая себе даже задними лапами. Его труды перед вами.

День 1. Вот я и на новом месте. У моей хозяйки (так, оказывается, называется хвостатая тётенька, которую я поймал), тоже есть свой человеческий котёнок. Зовут его Витя. Это мне рассказала большая собака Дейзи, которая теперь, вместе с хозяйкой, тоже принадлежит мне. Правда подозреваю, что собака об этом не знает, и совершенно необоснованно считает, что это я принадлежу ей, вместе со всеми человеками, живущими в моём новом мире-квартире. Но она старенькая, а самое существенное, гораздо больше меня, поэтому не стал её разубеждать в очевидном, что здесь я главный.

День 2. Собака сказала, что теперь я её щенок. Долго пытался объяснить, что я – котёнок. Но она взяла меня за шиворот, посмотрел на размер лапы Дейзи, глянул туда, где у меня хвостик и согласился с её доводами. Теперь учусь лаять, рычать и охранять дом.

День 3. Учился быть щенком, особенно мне нравится команда хватай-держи-кусай.

День 4. Рычать и выгибать дугой спинку у меня хорошо получается, аж самому страшно. А вот лаять – ну, никак, только “Мяу”, зато очень громко. Настолько громко, что когда вечером пришли мои человеки, к ним прибежала возмущённая соседка – ругаться. Но я исполнил команду – охраняй, и набросился на неё с грозным мявом. Она испугалась и так быстро убежала, что я совершенно не успел выполнить команду – кусай.

Моя хозяйка очень смеялась, но потом позвала нас с Дейзи и сказала, если мы ещё, в её отсутствие, будем устраивать подобные концерты, то она нас отшлёпает газеткой, опять же, где-то в районе хвостика. Я сравнил это самое место у себя и Дейзи и, на мой взгляд, совершенно логично предложил, пусть всё достанется ей, так как она больше и по ней попадать сподручней. Но хозяйка, почему-то, не согласилась.

День 5. Сегодня обнаружил неизвестного котёнка на вверенной мне территории. Я выгнул спинку и грозно зашипел. Этот наглец сделал то же самое, пришлось стукнуть его лапой. Оказывается, он тоже умеет драться, и стукнул меня в ответ. С таким противником лучше заключить МУР и дружбу. Вот мы и договорились, что он будет охранять мой мир-квартиру с той стороны стекла, а я с этой. Тем более, умная Дейзи сказала, что тот котёнок сидит в каком-то зеркале и он очень на меня похож. Вот уж ни капельки, у меня хвостик - больше!

День 6. Тренируюсь выполнять команду – хватать, держать, кусать. Конечно, проще всего её отрабатывать на хвосте Дейзи, но она его спрятала и спит. Пришлось искать другой объект для тренировок. И вскоре он был найден. Человеческий котёнок спал, высунув заднюю лапу из-под одеяла. Я прицелился и с блеском исполнил захват и покусание противника. После чего Витя подскочил на кровати и с воплем: “Вася, имей совесть, дай поспать в воскресенье, в шесть утра”, запустил в меня подушкой. Захват и покусание подушки тоже было мной выполнено на отлично. Потом я на ней устроился и с чистой совестью уснул. Человеческий котёнок встал и, со вздохом, перенёс меня, вместе с честно пойманной добычей, обратно на кровать. Что ж, так и быть, после того как он почешет мне животик, дам ему кусочек подушки, потому что, как я ни вытягиваюсь в длину, место всё равно ещё остаётся.

День 7. Хитрая Дейзи нашла такую штуку под названием “поводок и ошейник” и её опять без меня повели на прогулку! Всё, решено, завтра я первый их принесу и пойду гулять, а она пусть дом сторожит!

День 8. Крепко спал, на захваченном ранее трофее, под названием “подушка”. А мои человеки встревожено кого-то искали, они всё время спрашивали друг друга: “Нашли?”. Интересно, кого они ищут? Надо пойти помочь, тем более всё время зовут: “Васенька, где ты?”. Ясно, что без меня никак не справятся. Вот только выберусь из–под наволочки, которую зачем-то нацепили на мою законную добычу.

Оказывается, искали меня. Теперь они поняли, как плохо без главного, то есть меня, в доме. В следующий раз обязательно возьмут на прогулку.

День 9. Утром хозяйка позвала Дейзи гулять. Я решил взять и принести поводок и ошейник первым, но сдвинуть их с места почему-то не получилось. Тут подошла собака и взяла всех нас (поводок, ошейник, и меня, висящем на нём). Я старательно перебирал лапами, чтобы казалось - это я всех несу. Убедил! Хозяйка рассмеялась и взяла на прогулку!

День 10. Решил навести порядок в доме, а то, что это такое, у Дейзи большая миска для воды, а у меня маленькая! Нашёл для себя новую посуду - называется аквариум, правда в нём рыбки плавают, но ничего - это ненадолго. Вот выпью всю водичку и поймаю их. Дейзи сказала, что 50 литров воды мне за раз не выпить. Ха-ха! Она ещё плохо знает мои способности! Удивительно, но действительно не осилил.

День 11. Весь день занимался воспитанием своей хозяйки, теперь её легко можно заставить почесать мне пузико и взять меня на ручки. Достаточно упасть где-нибудь, подняв все четыре лапки и громко говорить “Мяу”, она обязательно придёт, очень сообразительная человека мне досталась. Вот только главное не переборщить, а то вместо чесания животика, достанется газеткой в районе моего хвостика.

День 12. Удивительное открытие, оказывается у моей хозяйки не хвост, а просто такая длинная шёрстка на голове и она её расчёсывает. Я тоже так хочу! Подставил спинку и бочок, а ничего так, приятно. Вот только хвост не доверил, хвост - это святое! Теперь с утра хозяйка расчёсывает сначала меня, как самого главного, а уж потом свою шёрстку.

День 13. В открытое окно залетела муха, не спросив моего разрешения! Пока Дейзи спала, пришлось самому грудью, а точнее лапами и пастью, защищать мой дом от всяких там летающих. В ходе погони: пять раз пробежался по спящей Дейзи, перевернул один цветок на подоконнике, уронил несколько книг со стола, смахнул телефон с тумбочки и перевернул миску с водой. Зато я изловил эту противную жужалку и гордо решил продемонстрировать свою добычу вернувшейся домой хозяйке. Вот только обидно - едва я открыл пасть, как муха вылетела из неё и улетела в открытое окно. За добычу меня похвалили, а вот за учинённый беспорядок, досталось в районе хвостика.

День 14. Выводил гулять Дейзи и человеческого котёнка. Они были очень довольны. По дороге встретили соседку, которая приходила ругаться. Я вспомнил о не выполненной команде – кусай, и решил, что лучше поздно, чем никогда. Два – ноль, в мою пользу! Соседка опять убежала с криком: “Уберите свою тигру!”.

День 15. Интересно, что такое “тигра”? Вроде бы, я до сих пор был котёнком, ну, в крайнем случае, щенком, а ещё – Васей, Васенькой, Васюкатором и полосатым вредителем, но вот тигром - как будто бы не был.

День 16. Ура! Я его увидел, теперь знаю кто такой тигр. Человеческий котёнок включил телевизор и позвал меня: “Смотри Вася, твоего родственника, тигра, показывают”. Как он на меня похож и размер лапы, и усы, а главное какие замечательные полоски, совсем как у меня. Вот только, похоже, его мама слишком увлекалась умыванием, всю краску между полосок смыла. И он теперь, бедненький, стал рыжего цвета, вместо как у меня – серенького.

Я побежал за Дейзи, чтобы показать ей тигра, который так на меня похож. Еле-еле её разбудил и привёл к телевизору. Сам сел около экрана, чтобы собаке было лучше видна наша похожесть. Она внимательно посмотрела и согласилась, что полоски у нас одинаковые и топаю я так же, как лошадь.

- Какая лошадь?!

- Вот эта, - и Дейзи указала мордой на экран, по которому, вместо замечательного тигра, бегали белые в чёрную полосочку лошадки.

День 17. Весь день обижался на эту непонятливую собаку. Вечером Дейзи подошла ко мне, облизала мордочку и сказала: “Малыш, ты можешь называть себя котёнком, тигром или лошадкой, мне всё равно, но для меня ты всегда будешь щенком”. Я подумал и согласился. Как хорошо, что у меня есть такая умная и заботливая собака!

День 18. Во мне сегодня проснулся охотничий инстинкт, причём со страшной силой! Сначала охотился на Дейзи, но она сказала, что если я от неё не отстану, то получу лапой, вот-вот, именно в районе моего хвостика. Пришлось устраивать засаду на человеческого котёнка, благо он пришёл из своей школы. Сначала я его поймал, потом он меня, потом снова я, потом я убежал и опять его поймал, затем опять он меня, а потом я устроил большую засаду и поймал большого хозяина. Вот это получилась МЫША!

День 19. Шёл дождь и я спал целый день. Спал на кресле и под креслом, на диване, на подоконнике и на стуле. Рядом с Дейзи не спал, потому что она храпит. Зато если спать на человеках, то они гладят шёрстку и это хорошо. Вот только с хозяйкой мы не поделили её книжку, я как раз решил на ней отдохнуть, а она взялась её читать. В итоге сошлись на компромиссе, она читает свою книжку и одновременно гладит меня.

День 20. Целый день хозяйка искала клубок ниток, который куда-то исчез из её корзинки с вязанием. Интересно, и кто это его оттуда вытащил лапкой? Не знаю, не знаю, но зато как здорово было мешаться у всех, приступивших к розыскам, под ногами и лапами, нападать из засады и делать вид, что случайно перепутал их с убежавшим клубочком ниток. Потом я, конечно, его нашёл, как раз в том месте, где оставил прошлый раз.

День 21. Моему возмущению нет предела! Спокойно лежал на столе, который стоит на моём собственном балконе, и грелся на солнышке. И вдруг, на дерево, растущее возле балкона, прилетела чёрно-белая птица с длинным хвостом и как заорёт на всю улицу, прямо над моим ухом.

- Смотрите, птицы добрые, что делается! Кот лежит! Прям тут лежит! Какой кошмар!

Как я возмутился! Уже хотел прыгнуть и поймать, но тут прибежала хозяйка и поймала меня. Она сказала, чтобы я не связывался с сорокой, а то она меня плохому научит.

День 22. Весь день караулил в засаде за цветочным горшком наглую птицу. Она почему-то не прилетела.

День 23. Лежал на подоконнике и делал вид, что совершенно не обращаю внимания на сороку, сидящую на ветке и орущую во всё горло. Она стала придвигаться всё ближе и ближе. Вот сейчас я ей перья-то повыщипаю! К сожалению - не успел. Противная птица опять улетела.

День 24. Ха-ха-ха, мур-мур-мур! Так я и знал, сегодня сорока не могла громко орать, вчера сорвала голос.

День 25. В ванне кто-то забыл закрыть тонкую струйку воды. Ванна это такая штука, что когда она полная, из неё можно пить очень много, воды в ней ещё больше, чем в моём аквариуме. Эту струйку воды и так кусал, и этак кусал. Даже ловил её лапой, а напился так, что сам не мог из неё выбраться (животик не пускал). Вообщем я её победил, потому что пришла хозяйка, закрыла воду и вытащила меня.

День 26. Мы пошли гулять. Точнее пошли Дейзи и хозяйка, а меня понесли в руках. Вообще-то, ездовая хозяйка это здорово. Меня отпустили на травку, и я пошёл заниматься важным делом – ловить бабочку. Почти поймал! Бабочка перелетела на ветку дерева, я полез за ней (мужественно и задрав хвостик). Наверх лезть у меня получилось хорошо, а вот обратно, почему-то не очень, тем боле бабочка улетела. Сидел на ветке, и не то чтобы мяукал, просто очень громко требовал вернуть меня на травку. Хозяйка сняла меня, назвала “полосатым недоразумением” и поцеловала между ушек, всё-таки хорошую человеку я поймал.

День 27. Так и знал! Эта несносная сорока видела, как меня вчера снимали с дерева, и сегодня весь день дразнилась. Придется выщипать ей хвост, если конечно, поймаю.

День 28.Утром, когда я видел сладкий сон, раздалось призывное чириканье, хотя и не очень громкое. Хозяйка сказала, что это “ко мне подружка прилетела” и попросила её унять. Мы мило побеседовали с сорокой на моём балконе. Похоже - я произвёл впечатление.

День 29. Меня сегодня ОБЧИРИКАЛИ воробьи! Они сидели на ветке, напротив балкона и меня ДРАЗНИЛИ, зная, что не могу до них добраться. От злости, чуть не выпрыгнул из своей шубки. Но тут прилетела сорока и стукнула клювом самых нахальных, остальные улетели. Вообще-то, она ничего, и хвостик имеется. Жаль, усов нет.

День 30. Утром она не прилетела. Очень переживал, даже не стал играть с любимым шариком и не выуживал клубочек из корзинки для вязания. Мои человеки забеспокоились – не заболел ли я, а Дейзи сказала, что не заболел, а влюбился. И тут с балкона затрещала сорока. Пойду, помурчу с ней, а потом можно и клубком шерсти заняться, пока хозяйка не смотрит.

(Проверено правильность перевода с кошачьего на человеческий, лично мной - Васей)

Андрей Прокофьев

Почти Новогодняя история

Часть 1. Шмель, две мухи и чернила.
Часть 2. Новый Год.
Часть 1. Шмель, две мухи и чернила

арфоровый горшок с ярким орнаментом стоял на маленьком столике у открытого окна.

Он был заполнен землей вперемежку с песком, откуда торчала небольшая, пушистая веточка ели.

Толстый мохнатый шмель, прилетевший из городского парка, уселся на край горшка и неодобрительно посмотрел на елку.

- Что-то я не пойму – пробормотал Шмель трогая лапкой зеленые иголки, - Но мне кажется это елка!

- Вы совершенно правы господин шмель – откликнулась с потолка Назойливая муха, - Вот ведь ужас, вместо прекрасного цветка посадить здесь эту непонятную елку!

- Которая того и гляди завянет! – подхватила зеленая Навозная муха, рассматривая себя в зеркало на письменном столе.

- К чему она здесь? – задумался Шмель.

- Видите ли, господин шмель – затараторила Назойливая муха, радуясь, что нашла слушателя, - Девочка, что живет в этой комнате, долго болела. Она пропустила все Новогодние праздники и почему-то решила отпраздновать Новый год в июне! А вот эта веточка елки как я слышала, будет украшена серпантином, так как ….

- Новый Год? – перебивая муху воскликнул Шмель, - В июне?

- Да, да. Именно в июне – закивала муха, перелетая на столик поближе к шмелю, - Говорят, давным-давно Новый Год вообще встречали в сентябре.

- Кто говорит? – усомнился Шмель.

- Люди – не растерялась Назойливая муха, - Люди, которые читают толстые, пыльные книжки!

- Совсем головы потеряли люди – проворчала Навозная муха не отрываясь от зеркала.

- Что же, это забавно! – пробасил Шмель и потеряв интерес к елочке переместился на письменный стол поближе к Навозной мухе.

Тем временем, Навозная муха налюбовавшись на свое отражение, сделала в воздухе реверанс и усевшись на край темного стеклянного пузырька потянулась разминая свои крохотные косточки.

- Ох уж эти люди! – зевнула она покачиваясь на краю пузырька, - Посадили елку, ну так добавьте деревцу навоза, это же витамины, для роста полезно.

С этими словами Навозная муха лихо опрокинулась в пузырек.

- Ты куда? – удивился Шмель.

- Караул – раздалось из пузырька, - Тону!

- Что такое – встрепенулась Назойливая муха, взлетая в волнении со столика, - Что случилось?

- Тону! – кричало эхо из пузырька.

- Сейчас - зажужжал Шмель бросаясь на помощь.

Он протянул насколько смог в пузырек мохнатую лапку: - Хватайся!

Еще через секунду Навозную муху извлекли на свет. Разбрызгивая во все стороны чернила (ведь свалилась муха именно в чернильницу), Навозная муха воображавшая себя большой модницей, находилась в ужасном расстройстве.

- Вы посмотрите, во что превратилось мое дивное зеленое платье, - запричитала она, со слезами глядя как черные капельки сползают с ее брюшка на стол.

“Тоже мне герой, - подумал шмель благоразумно отходя в сторонку, - Мог ведь и утонуть с этой красавицей ”.

На столе к тому времени образовалась приличная лужица чернил. Навозная муха, позабыв обо всем на свете, чистила себе крылышки.

- Какая огромная клякса, - подала голос назойливая муха, кружа над лужей. – Девочка ужасно расстроится, увидев такое страшилище на столе. Она похожа на бегемота.

- Кто? – не понял Шмель.

- Кто, кто, - обижено выпалила Назойливая муха, - Клякса на столе!

За окошком с грохотом прогремел по рельсам трамвай. Стол вздрогнул, клякса всколыхнулась и приняв форму солнышка, подскочило и ожило.

- Я не бегемот, - весело пропищала Клякса, - Я солнышко!

Назойливая муха потеряв дар речи и отчаянно махая крылышками замерла в воздухе боясь стронуться с места. Шмель застыл возле зеркала, с недоумением глядя на Кляксу.

И только Навозная муха не обратила на происшествие никакого внимания. Последние чернильное пятнышко на левой лапке никак не удавалось очистить, и все ее мысли были заняты сейчас только этим.

- Что с Вами? – участливо спросила Клякса оглядывая застывших насекомых, - Не бойтесь, я не кусаюсь.

- Ты откуда взялась? – пришел в себя Шмель.

- Из чернильницы естественно, - улыбнулась Клякса, - Я там живу. Но с вашей помощью я выбралась на свободу, и могу наконец вволю порезвиться.

Клякса превратилась в полумесяц и закачалась на столе из стороны в сторону.

- Ты высохнешь, - вдруг сообразила Назойливая муха, обессилено опускаясь на стол - Ты высохнешь, потому-что чернила сделаны из воды, а вода высыхает!

- А ты злая! – обиделась Клякса и стала лягушкой.

- Мама – Назойливая муха кинулась к потолку, а шмель расхохотался густым басом.

- Шлеп.

Что-то тихо шлепнулось возле зеркала. Клякса-лягушка обернулась и увидела Навозную муху, что упала со страха в обморок.

- Извините – сконфузилась Клякса становясь цветочком, - Я пошутила, я больше не буду.

- Однако у Вас и шуточки – заверещала Назойливая муха с опаской спускаясь вниз, - Цветочком вы нравитесь мне больше.

Где-то в глубине квартиры захлопали двери, раздались голоса, Шмель, муха и Клякса настороженно переглянулись – Хозяева.

- Куда – заметалась в панике назойливая муха.

- Спокойно – приказал Шмель и оглядевшись скомандовал, - Все за мной!

Словно мышка, он юркнул за большой горшок с геранью. Клякса и муха поспешили следом за ним.

- А я – простонала Навозная муха пытаясь приподняться, - Не бросайте меня! Пожалуйста!

Клякса обернувшись бабочкой подлетела к Навозной мухе, отчего та вскрикнув; “Не тронь мене чудовище” - опять упала без чувств. Подхватив ее за ножки, Клякса бережно перенесла муху за горшок и в эту минуту в комнату вбежала девочка.

- Мамочка, - с порога закричала она, - Надо быстрее полить елочку, а то она засохнет!

- Она же искусственная! – заглянула в комнату удивленная мама и тут же скрылась на кухне.

- Ну и что! – погрустнела девочка, - Все равно надо полить. А завтра будет Новый Год!

- Не придумывай! – отозвался с кухни мамин голос, - Новый Год зимой!

- А завтра Китайский Новый Год! - обижено возразила девочка, - Мне папа сказал.

- Папа наверно ошибся, - весело ответила мама, - И потом, мы же не китайцы. У нас Новый Год - зимой, в декабре.

- Ну я же болела, - всхлипнула девочка, - можно я встречу Китайский Новый Год.

Мама бросив посуду зашла в комнату.

- Конечно можно, - улыбнулась она, присаживаясь вместе с дочкой на кровать. - Почему бы и нет. Ты окончательно выздоровела и у тебя действительно начинается Новый Год. Здоровый, счастливый и веселый, а старый год, больной и неприветливый остался позади. Так что, конечно, празднуй свой Новый Год!

- Но только завтра, - добавила мама, - А сейчас умываться и баиньки.

- Спасибо мамочка.

И обрадованная девочка чмокнув мать побежала в ванную.

Шмель, мухи и Клякса с интересом вслушивались в разговор. Клякса правда долго вертелась, превращаясь то в карандаш, то в ластик, то даже в муху. Потом она стала небольшим ухом и затихла.

- Ты чего – толкнул Кляксу Шмель.

- Так лучше слышно, - отозвалось ухо тоненьким голоском.

Навозная муха давно пришла в себя. Ее подружка Назойливая муха рассказала ей обо всех последних событиях со всеми подробностями и теперь обе вздыхали слушая разговор девочки с мамой.

- Это ж надо, - качала головой Навозная муха, - Новый Год по Китайски.

А я думаю, в этом что-то есть, - воскликнула Назойливая муха, - Это даже интересней, чем Новый Год который зимой.

- Чем простите интересней? – не расслышал Шмель.

- Да хотя бы тем, что тепло! – воскликнула Назойливая муха, поражаясь своей гениальности, - Я например никогда еще не встречала Новый Год. Как осенью бывало заснешь, так просыпаешься только весной, и никакого тебе праздника.

- Да, в этом ты совершенно права! – кивнула Навозная муха в знак согласия.

- Ну, вообще-то если честно, и мне нравится эта затея, - шепнул Шмель Кляксе, а вслух добавил, - По правде и я никогда не встречал Новый Год, хотя и слышал много интересного.

- Так может, мы поможем девочке, - предложил Шмель, - И сами повеселимся!

- Чудесная идея, - обрадовалась Клякса, изобразив из себя елочную игрушку – шишечку, - Я знаю как все организовать!

- Здорово, - оживился Шмель, - Страсть как люблю всякие приключения.

- Эй, болтушки, - прикрикнул он мухам, которые в воспоминаниях о своем детстве разошлись не на шутку, - Давайте-ка сюда. У нас тут есть идея.

Часть 2. Новый Год

ень плавно перетек в ночь. За окном стемнело, и на небо мягко выкатилась луна.

Девочка сладко посапывала в постельке, разметав по подушке волосы, а в комнате между тем, шли оживленные приготовления к празднику.

- Так - вовсю распоряжалась Клякса, раскинувшись звездочкой на верхушке елочки. – Нам нужны игрушки, что бы украсить елочку. Шмель, не можешь ли ты позвать несколько своих приятелей, они будут шишечками.

- Несомненно, - заверил Шмель, - Кстати, они будут очень рады.

- Ну так лети! – кивнула Клякса.

- А Вы мухи, позовите светлячков, нам нужны фонарики.

И обе мухи тотчас же исчезли в форточке.

Немного подумав, Клякса посмотрела на луну: - Дорогая Луна, без твоей помощи нам не обойтись. Подари нам немного своих лучиков, и мы украсим ими комнату.

Кляксе показалось, что луна даже кивнула ей в ответ. Через мгновенье потолок, стены и полы в комнате были изящно украшены тонкими серебристыми ленточками-лучиками, которые весело искрились в темноте.

- Красота, - охнула Клякса, сама не ожидав такого чуда.

В это время вернулся шмель с товарищами. Три толстых шмеля оживленно переговаривались, обсуждая предстоящее участие в празднике.

- Потише, - попросила Клякса, - Ребенка разбудите.

Шмели сконфуженно замолчали. Клякса объяснила им что делать и те сразу заняли свои места, повиснув на веточках елки словно мохнатые шишечки.

В комнату, запыхавшись влетели довольные мухи и целый рой светлячков.

- Ого, - вздрогнула Клякса от восторга, - Сколько вас, можно целую площадь осветить. Молодцы светлячки.

- Молодцы мы, мухи, - заворчала было Навозная муха, обиженная, что ее обошли вниманием.

- Конечно, вы молодцы в первую очередь, - извинилась Клякса.

- Я вот тут вспомнил, что на Новый Год принято дарить подарки, - вмешался Шмель, болтаясь на веточке ели.

- И на празднике должна быть музыка – напомнила Назойливая муха, - Что за праздник без музыкантов?

Все разом притихли. Клякса задумалась.

- Что же делать?

- Может пригласим сверчков, - неуверенно предложила Назойливая муха, - Я на всякий случай с ними поговорила, и они не против.

- Ты хорошо соображаешь, - пробасил удивленно Шмель, - А как насчет подарка?

- Лучший подарок – цветы! – воскликнула Клякса, - Это я знаю точно.

- Здесь неподалеку растут прекрасные ромашки, - вспомнил Шмель, и посмотрел на своих товарищей, - Пожалуй, вчетвером мы сможем принести один цветок.

- Тогда поторопитесь! – одобрила затею Клякса.

Напряженно гудя, шмели осторожно пронесли ромашку в окошко и аккуратно положили ее на стол, рядом с елочкой.

Клякса закончила распределять светлячков, выстроила сверчков на книжной полке, и осмотрев внимательно что получилось, удовлетворенно вздохнула: - Все готово!

Но как разбудить девочку? Клякса хотела опять обратиться к луне, но тут раздался голос.

- Разрешите мне попробовать?

Навозная муха в сверкающем изумрудном платье вылетела на середину комнаты и раскланялась ошеломленной публике. Светлячки тут же направили на нее свои фонарики, и муха заблистала как в свете прожекторов.

- Браво - захлопал Шмель, и все подхватили, - Просим, просим!

Навозная муха плавно подлетела к девочке и неожиданно запела нежнейшим голоском :

Вставай дорогая – пришел Новый Год!
Нарядная елка - тебя уже ждет!
- Подумать только, куда делось ее вечное недовольство? – удивился шмель, - Вот уж не ожидал!

- Тише! – прошептала Клякса, - Она замечательна!

А Навозная муха между тем продолжала:

Пусть нету морозов – ни снега, ни льда!
От этого в празднике – больше тепла!
Девочка тревожно перевернулась на другой бок.
И елка искрится – от лунных лучей!
И воздух наполнен – улыбкой друзей!
Тут ребенок медленно поднял голову, и выпрямившись сел на кроватке, свесив ножки вниз, и растерянно смотря на совершенно преобразившуюся комнату и маленькую муху в свете фонариков. Все вокруг сияло и переливалось серебром, елочка украшенная шмелями вспыхивала гирляндами светлячков, которые весело махали своими фонариками, и нежный голосок мухи разливался по комнате.

Давай же скорее – вступай в хоровод!
Мы вместе отпразднуем - твой Новый Год!
Муха отлетела на середину комнаты, и в дело вступили сверчки. Заструилась волшебная мелодия их скрипок, заполняя все пространство комнаты. Светлячки словно почувствовав свой выход, закружились по комнате в стремительном хороводе, в который ворвалась Навозная муха со своей чудесной песенкой:

Давай же скорее – вступай в хоровод!
Мы вместе отпразднуем - твой Новый Год!
Не выдержав, в такт мелодии зажужжали Шмели. Клякса обернувшись бабочкой пустилась в пляс, и девочка окончательно проснувшись, не веря до конца в случившееся чудо, несмело привстала с кровати и, закружилась в фантастическом хороводе.

Потом Клякса в образе Снеговика, мухи и Шмель вручили девочке цветок и пожелали больше никогда не болеть.

Сверчки-музыканты сыграли в честь праздника несколько своих лучших произведений, а светлячки под их музыку исполнили воздушный вальс.

- Какой волшебный Новый Год! – хлопала в ладоши девочка, танцуя со светлячками,

- Как я об этом мечтала!

Клякса веселила девочку, совершая различные превращения. Она была цветком, снежинкой, бабочкой, куклой, и даже плюшевым мишкой.

- Какая ты смешная, - смеялась девочка трогая Кляксу-воздушный шарик. Клякса лопалась от щекотки, словно фейерверк рассыпаясь в стороны и опять собираясь по капелькам, становилась самолетиком.

- У- у - у, - гудел самолетик – Клякса, кружа по комнате, - С Новым Годом!

А за ним стайкой летели шмели: - С Новым Годом!

- С Новым Годом! – восхищенно повторяла девочка.

Веселье закончилось под утро. Луна собрала свои лучики, светлячки погасили фонарики, сверчки откланялись и разбрелись по домам.

- Спасибо Вам! – прошептала девочка, ложась в кроватку и прижимая к груди цветок, - Спасибо Вам милые насекомые, за чудесный Новый Год!

- Счастья тебе дорогая! – пропела Навозная муха, вылетая на улицу.

- Много радости! – вторила ей Назойливая муха.

- И здоровья! – прогудел Шмель, покидая комнату.

- Всего тебе самого хорошего! – улыбнулась Клякса и нырнула в чернильницу.

Андрей Прокофьев

Золотая Жаба

Как-то раз, серым осенним утром старый Лис не торопясь, шел к своей норе. Мокрая после дождя тропинка огибая болото, скрывалась в лесу. Тут, на самом краю трясины, широко раскинув свои ветви, стоял большой дуб. Возле него Лис остановился было передохнуть, как заметил в листве местную сплетницу – Сороку.

- Привет Сорока! – поздоровался Лис, - Что слышно в лесу, какие новости?

- Привет старый, привет! – затараторила Сорока. – Какие новости с утра, только вчерашние, только вчерашние, но еще свежие! Ты слышал например, что Зайцы утащили всю капусту из деревни? Нет? А есть еще поинтересней, полевые мыши объявили войну лесным котам. Но самая смешная новость недели, ты сейчас умрешь – Сорока затряслась от смеха, - Лоси бодались с кабанами. Ты представляешь, а?

- М - да, смешно, - горько покачал головой Лис, - а хорошие новости есть?

- Конечно, конечно, как не быть, - закивала головой сорока; - Дятлы с Солнечной поляны выдолбили два новых дупла, но их бессовестно заняли белки! А.., или вот еще, бобры наконец-то достроили мост через Быстрый ручей, но по нему прошел Медведь! Еж нашел…

- Подожди, подожди, тараторка, - остановил Лис Сороку, - я - то спросил про хорошие новости!

- А это какие? – удивилась Сорока, - это самые хорошие, но только вчерашние.

- Как жалко! – раздался голос откуда-то снизу, - Как жалко и грустно. Ничего не изменилось за столько лет!

От неожиданности Лис отпрыгнул в сторону, а Сорока едва не свалилась с ветки.

- Кто это?

- Извините, что я Вас напугала, - огорчился голос, и из-под корней огромного дуба на свет вылезла – Золотая Жаба.

Лис опешил, никогда в жизни он не видел такой красивой жабы. Он даже представить себе не мог, что жаба вообще может быть красивой.

Жаба была само совершенство – изящные формы и плавные линии тела, красиво сочетались с темными глазами и ярким цветом кожи, а голосок… ах…он был прекрасен. Как журчащий ручеек в жаркую погоду он ласкал слух.

- Вот. Вот – главная новость дня! – обомлела Сорока и заверещала во весь голос. – Внимание – бесподобное чудо природы!

- Ой – ей – ей, - испугалась вдруг Жаба и попятилась назад, - Потише, потише, не кричите так пожалуйста, вдруг нас услышит злой Свин!

- Сорока, правда, помолчи. Ишь, разгалделась, - попросил старый Лис и обратился к Жабе, - извините, но кто Вы, и как Вас зовут?

Тут встряла Сорока; - И откуда вы взялись, такая э- э-…..красивая! А кто такой Свин? А…

- Подождите, - взмолилась Жаба, - не все сразу. Давайте по порядку. Я Золотая Жаба. Свин - это злой волшебник!

- Кто? – удивился Лис.

- Мы такого не знаем! – заволновалась Сорока. – Вы откуда сами, откуда?

- Ну, хорошо, - кивнула прекрасная Жаба, - если у Вас есть время, я вам расскажу свою историю, но она очень длинная – так что устраивайтесь поудобнее.

Лис, решив что послушать историю очаровательной Жабы было бы весьма интересно, присел на подсохшую траву. Сорока же опустившись на самую нижнюю ветку, ждала рассказа с нетерпением – любые новости были для нее праздником.

- Я родилась здесь, - начала свой рассказ Золотая Жаба, - Только раньше, эта местность называлась чудесной страной Цветных Снов. Это была страна удивительных птиц и зверей. Только там, можно было встретить зеленых кроликов с желтыми ушками; только там, в речках водились розовые бобры и по полям гуляли оранжевые лошадки.

- Куда же они все делись, эти желтые кролики, - удивленно воскликнула сорока, оглядываясь, - Сколько живу, ни одного не видела, а?

- Лиловые волки бегали там наперегонки с желтыми оленями, - продолжала Жаба не обращая внимания на Сороку, - В моей прекрасной стране царили доброта и любовь, а ее жители разговаривали между собой на языке стихов! По ночам, все без исключения видели цветные сны, а это, - Жаба вздохнула, - волшебное зрелище! Поэтому страна так и называлась – Страна Цветных Снов.

- Ну и ну, - затрещала Сорока, - подумать только. А дальше –то что, дальше?

- Правила страной – госпожа Белая Птица, добрейшее создание на земле! Она жила в Розовом замке, что находился на самом горизонте. Каждый вечер, Белая Птица пела для всей страны свои замечательные песни.

Но вот однажды, совершенно случайно, в страну попал злой волшебник. Говорят, он ехал мимо, но услышав нежное пение Белой птицы, решил заглянуть. Что бы никто ничего не заподозрил, он превратился в свинью. Да, да, в очаровательную свинку с забавным пятачком и хвостиком. Единственным отличием этой свиньи от других зверей, был ее цвет, она была серой.

- Вот это да! – удивленно покачал головой Лис, - серая свинка! Я бы наверно, сразу догадался, что это неспроста.

- Да, неспроста, - закивала Сорока. – Мы бы догадались.

- Возможно, вы правы, - вздохнула Золотая Жаба, - но народ моей страны, был слишком счастлив и беззаботен, что бы заметить такую несущественную деталь. Так или иначе, Свину – как его потом прозвали, очень понравилась наша страна. Понравилась изумительная природа, наши леса, поля и горы.

У нас никогда не бывало холодов, всегда царило лето, фрукты росли на любой ветке, овощи всходили вместо сорняков и …. И он решил остаться. Правда, он не любил яркие цвета, однако надеялся к ним привыкнуть. Но оказывается, безграничная любовь и доброе отношение зверей друг к другу, красота природы – все это вместе, стало действовать на Свина положительно!

- Как? – воскликнули в один голос Лис и Сорока. - Злой волшебник, стал добрым?

- Нет, конечно, - печально продолжила Жаба, - Свин испугался, что его щетина начала розоветь, по ночам стали сняться кусочки цветных снов, а его волшебная сила слабела день ото дня. И что бы, не измениться самому, он решил изменить жителей страны!

Пять дней он собирал корни злыдень – травы, что растет высоко в Драконовых горах. Потом, в темной, сырой пещере, он долго варил на черном огне – волшебное зелье. Сварив, он развеял его по ветру. Это было особое волшебство – проникнув в одного зверя, дальше оно распространялось через мысли, и за короткое время настоящая эпидемия охватило жителей страны Цветных Снов.

- В чем же была сила волшебства? – разволновалась Сорока

- Сила волшебства заключалась в том, что тот, кто получал его, начинал плохо думать о других. Черные, нехорошие мысли посещали его голову, он завидовал, обманывал, ругался. Он начинал любить только себя и никого больше. Тот, кто думал черными мыслями, постепенно терял свои замечательные цвета; лошади становились серыми, бобры из розовых стали черными, изумительные голубые мышки, превратились в грубых крыс.

Многие звери и птицы, испытавшие действие зелья, разучились говорить на языке стихов. В стране началось нечто ужасное; испортилась погода, дожди заливали луга, а неожиданные морозы губили деревья. Все стали раздражительными, и злыми. Волки начали кусаться, а лошади лягаться. Жители дрались из-за земли, на которой еще вчера, хватало места всем. И конечно, никто уже не ходил друг к другу в гости.

- А госпожа Белая Птица? – спросил расстроенный Лис.

- Она пострадала больше всех, потеряв от черного зелья голос ( волшебство Свина было очень сильным, не зря он готовил его из злыдень-травы), она стала обычной пташкой.

Свин же поселился в ее замке и объявил себя Верховным правителем.

- Но очень скоро, - продолжила Жаба, - Ему надоели дожди и морозы, и он уехал.

- А как же волшебство? - удивился Лис, - оно то же исчезло?

- Нет, но народ пытался бороться. Кто-то заметил, что волшебство не действует, когда спишь, ведь спящий не думает. И оставшиеся цветные жители решили спасти детей, - тут Жаба так горько всхлипнула, что Лис с Сорокой вздрогнули. – Моя мамочка, нарвала сонной травы и положив мне ее под нос, спрятала меня в ямке, под корнями молодого дуба – и вот я проснулась, но вижу что волшебство, еще действует, - закончила Жаба свой рассказ. – И мало что изменилось.

- Как не изменилось? – закричала Сорока, - изменились новости. Они стали свежими!

- Свежие новости. Слушайте, слушайте! – затараторила Сорока взлетая над лесом, - Сенсация, сенсация. Золотая Жаба – рассказывает сказки! Слушайте все! Мы потомки страны Цветных Снов! Сенсация!

- Э-хе-хе, - покачал головой Лис, - Ну что за пустая птица, никакого соображения, одно слово – трещотка. Однако ваша история прелестная Жаба, наполнена грустью.

- Я знаю, и думаю мне надо поспать еще лет двести, пока не вернуться прежние времена и счастье не поселиться в каждом доме.

- Да уважаемая, такое время конечно еще не наступило, - Лис, задумчиво посмотрел на горизонт, где собирались темные тучки, - Но что бы оно пришло, нам надо не спать, а больше думать о хорошем, о добром. Счастье придет, если мы этого захотим!

- А может, за двести лет ветер окончательно развеет злое волшебство! – зевнула Золотая Жаба. – Так проще, просто поспать и все. Вы извините, но мне пора! До свидания!

И подхватив ртом кусок синей травы, что валялся возле нее, Жаба юркнула под корни дуба и пропала.

Андрей Прокофьев

Заячья лапка

Сказка на ночь

Однажды утром, принесла сорока на хвосте для Зайца известие - “Мол, твой друг Ежик принес тебя огромную морковь и ждет тебя с нетерпением в гости ”.

Зайка все дела бросил, и быстрее к Ежику. “ Вот здорово, морковь, да еще огромная, а я как раз не завтракал” - облизывался на бегу заяц.

И вдруг, перепрыгивая через овраг наступил он на острый корешок. Да так неудачно наступил, что сразу ранка образовалась.

Расстроился Зайка, лапка разболелась, а до Ежика еще далеко идти. А вдруг Ежик его не дождется, сам морковку съест?

Сидит Зайка плачет, лапку поглаживает. Случилось тут вороне мимо пролетать. Стало ей любопытно, отчего заяц плачет.

- Эй, косой, ты что тут расселся, слезы распустил? - спросила ворона.

- Да вот, к Ежику торопился - говорит Зайка - Да лапку о корешок поранил, идти больно, а-а...

И потекли слезки пуще прежнего.

- Да ты не плачь, - подобрела ворона, – ты как я делай. Я когда крыло пораню о ветку, взлечу повыше на дерево, подставлю рану ветру да солнцу, все и проходит.

С тем Ворона и улетела, а Зайка посмотрел на деревья - вон они какие огромные, не взобраться.

- Нет, - подумал Зайка, – я ведь не белка по веткам прыгать, очень уж высоко.

Идет Зайка потихоньку по тропинке, хромает, слезы на землю роняет. Тут перед ним кочка зеленая зашевелилась, вздулась пузырьком и лопнула. Вылез оттуда крот, а заячья слеза ему прямо на нос упала.

- Кто тут? – фыркнул крот.

- Это я дядя Крот, Заяц - всхлипнул Зайка.

- А что плачешь- то, - удивился крот, - Кто обидел?

- Да нет, - отвечает Зайка, - Лапку я поранил, болит сильно, а мне до Ежика надо добраться.

- Да ты не плачь, – махнул лапой крот, - твоя ранка дело поправимое. Я слышал в одной деревне собака умная живет, говорят многих зверей вылечила.

Крот задумался, - Вот только не помню, в какой деревне. Да ты у Ежика и спроси, он-то знает.

Поблагодарил Зайка крота, да и поспешил дальше. Скоро и речка показалась, а там мост перейти, две поляны и вон он, дом Ежика на пригорке.

В речке Бобер плотину достраивал. Увидел зайца, кричит; - Здорово дружище! Что грустный такой?

- Да вот лапку поранил, – отозвался Зайка, а сам слезками давится, лапка разболелась сил нет.

Бобер подплыл к берегу, посмотрел на лапку и говорит;

- Ты не переживай, ты делай как я, сунь лапку в воду и все пройдет, у меня в воде все болячки проходят.

- Спасибо,– поблагодарил Бобра Зайка, а сам думает;

“Дай, попробую, может, и вправду поможет”

Опустил заяц лапку в воду, и сидит, ждет. Через некоторое время и правда легче стало, боль поутихла. Но солнышко вот-вот за верхушки деревьев спрячется, а до Ежика еще идти и идти.

– Надо поторопится, - вздохнул Зайка и зашагал дальше.

Солнышко уже село, прохлада навалилась, Ежик только собрался поужинать грибом вкусным, как стук в дверь.

- Кто там? - спросил ежик.

- Это я, Зайка, – всхлипнул знакомый голосок.

Ежик скорее друга в дом провел, чаю горячего налил, историю его выслушал и говорит;

- Да….., Крот верно сказал, надо ко врачу. Я про эту собаку слыхал, даже знаю в какой деревне она живет, тут совсем рядом, прямо сейчас и пойдем.

Пришли они в соседнюю деревню, там на окраине в будке жила собака-лекарь. Посмотрела она заячью лапку и говорит;

- Это не опасная рана, не плачь, я сейчас.

И убежала куда-то в кусты. Через минуту листочек какой-то принесла, и объясняет Зайке;

- Это листок подорожника, трава такая. Ты ранку водой сполосни и листок приложи. Он и кровь остановит и боль снимет. Утром будешь как новенький.

- Вот спасибо, - обрадовался Зайка, - сколько лет в лесу живу, а и не догадывался, что у нас подорожник - трава целебная.

Уже вечером, в кроватке, кутаясь в теплое одеяло, полусонный Зайка спросил у Ежика,

- Ежик а Ежик. А откуда собака про травы лесные знает и лечить умеет...

- Говорят она раньше в городе у врача жила, там наверно и научилась, - пробормотал засыпая Еж.

Но Зайка уже этого не слышал - он спал. Ему снилось всякие красивые сны, которые вероятно приснятся и тебе малыш.

Спокойной ночи.