Однажды, лет пять назад, я написала, что вот оно мое счастливое время. Момент равновесия, когда кажется всего достаточно. Краткое затишье перед бурей. Пять лет без истерик и слез. Без драм. Без болезней. Ну почти. И теперь мне этого мало.

шум ветра, который гуляет по кронам леса, не каждого, особенного леса, у домика 42, этот звук издавали серебристые листья осин только там, когда ветер поднимался откуда то издалека и вдруг подхватывал ветки деревьев уже здесь вокруг тебя

я люблю тишину, и воздух, и солнце, и удушающий запах цветов 

я люблю далекий звук самолета в жаркий полдень и белый след на голубом фоне

я люблю шесть плиточек от крыльца, в трещинах которых жило семейство муравьев

я любила рассвет на склоне горы и глубокую ночь в глубине леса, когда не видно собственных рук, и чувство инстинктивного страха, и ощущение - прямо сейчас весь мир спит

то, ради чего стоит жить

Во мне столько всего, о чём я хочу сказать. Но всё это так огромно. Я не нахожу слов, не могу выразить, что там внутри. Иногда мне кажется, весь мир, вся жизнь, всё на свете поселилось во мне и требует: будь нашим голосом. Я чувствую, ох, не знаю, как объяснить… Я чувствую, как это огромно, а начинаю говорить, выходит детский лепет. До чего трудная задача – передать чувство, ощущение такими словами, на бумаге или вслух, чтобы тот, кто читает или слушает, почувствовал или ощутил то же, что и ты. Это великая задача. 

Джек Лондон "Мартин Иден"

Когда я пишу, меня переполняют мысли, поэтому бывает трудно рассказать о чем-то одном.
Обычно это поток, мешанина, простое желание выплеснуть накопившееся.
Когда я публикую написанное, часть этих назойливых мыслей оставляют меня и не возвращаются, становятся наконец просто словами.
Забавно возвращаться сюда через год или несколько и понимать, что никуда оно не делось, ждет меня здесь.
Всегда.                                                                                                                                         

Окна рабочего кабинета должны выходить на кладбище - это делает мысли отчетливее.

Коротко о том, как работают некоторые люди.

Мои слова и мысли приобретают тяжеловесность, как не пытаюсь я не могу воскресить в груди чувство легкости.
Счастье спокойное и постоянное, уже давно без чувства полета.
Желания - просты.
Я кутаюсь в одиночество, пытаясь решить, что дальше?

Существует некая спайка власти и всего самого темного в человеке, и она очень способствует соглашательству. И каждый человек найдет себе оправдание. 

Это все в природе человека. Я просто о том говорю, что зло — это вещь более хищная, более удобная, простая. Более отработанная, чем добро. Это уже отшлифованный человеческий механизм — чего о добре не скажешь. Как только начинаешь о добре говорить — все называют какие-то имена, про которые каждому ясно, что ты не такой и таким никогда не станешь. «Я не мать Мария». Человек уже алиби себе приготовил.  

Светлана Алексиевич

Что бы я ни делала, что бы ни было - со всем можно справиться, засыпая по ночам я думаю: только бы она была жива. Все поправимо, любая проблема решаема, но ее не вернуть. Какая ужасная дыра появляется в жизни, когда кто-то уходит. Сдается и просто отказывается жить. 

Дьявол начинается с пены на губах ангела, вступившего в бой за святое правое дело. Все превращается в прах: и люди, и системы. Но вечен дух ненависти в борьбе за правое дело. И благодаря ему, зло на Земле не имеет конца. С тех пор, как я это понял, считаю, что стиль полемики важнее предмета полемики.

Г.С. Померанц

http://infoglaz.ru/?p=18080

Чудовищно. Грандиозный общечеловеческий позор.

«на высоте более 8000 метров нельзя позволить себе роскошь морали. Выше 8000 метров ты полностью занят собой, и в таких экстремальных условиях у тебя нет лишних сил, чтобы помогать товарищу»

Возможно, на высоте 8000 метров человек становится чуть ближе к животному, и ведут его инстинкты. Возможно, эти люди сами виноваты в своей беде: были на достаточно подготовлены, пожалели денег, рискнули в тот момент, когда надо было повернуть назад. Поставь себя на место умирающего и поймешь, что все это чушь.

Знаете ли, врач обязан лечить любого пациента. Обязан, должен, будет. Даже того, кто ему не нравится, даже того, кто сам виноват в своей болезни. Подавляющая масса больных действительно в той или иной мере сами виноваты в своей беде. Я не говорю об онкологии, но существует множество способов приблизить свою смерть. Среди них вредные привычки, которые не просто так называют вредными, множество травм и переломов, полученных по вине пострадавшего, самоубийственная любовь к экстриму. Но всем им оказывают помощь. Думается мне, это гуманно.

Смогла бы я отказаться от своей мечты, от огромных денег и усилий, вложенных в нее, ради чьей-то жизни? Если бы шла наверх, если бы имела ресурсы и существовала хоть какая-то надежда спасти - да! Да! Отказалась бы. Я говорю это сейчас, в теплой и уютной квартире. И вряд ли мне представится шанс проверить это на высоте 8000 км, но если бы представился, надеюсь, я поступила бы именно так и осталась бы человеком в своих глазах.

Мы читаем фэнтези, чтобы вернуть утраченные краски, ощутить вкус пряностей и услышать песню сирен. Есть нечто древнее и истинное в фэнтези, затрагивающее глубокие струны в наших душах. Фэнтези обращается к спрятанному глубоко в нас ребенку, который мечтает, что будет охотиться в лесах ночи, пировать у подножия гор, и найдет любовь, которая будет длиться вечно где-то к югу от Оз и к северу от Шангри-Ла.

(с) Дж. Мартин

редкое заболевание с годовым коэффициентом встречаемости 1.2 - 6 на 1 млн населения
билеты на самолет
единственная поездка в году
вся страна пьянствует на выходных
какова ***ть вероятность?

__________________

такое просто случается, Ксю, жизнь непредсказуема

мы пережили май, с днем рождения

Это какой-то кошмар.
Одно за одним. Беда не приходит одна, бед не приходит по две...
Такая она, черная полоса, да?     

...но пусть всех, кого мы любим, небеса хранят.

Красиво и символично.
Аниме, которое заставило меня наконец взяться за карандаш...

Благими намерениями вымощена дорога в ад.

Плохие дни длятся и длятся. Хорошие... пролетают как одна минута.
И все же... Долгие дни мои самые любимые.

сложно?

это опустошающе
это изматывает, выпивает всю энергию, занимает каждую свободную минуту, лишает тебя мыслей и чувств
убирает лишнее? и в то же время придает сил
и ты шокирующе резко осознаешь свое несовершенство
это выбивает землю из под ног, 

жизнь на пределе... когда остановиться?
как решить, что важно?
что правильно?

каждый день приносит выбор, и он только за мной

утром снова звенит будильник
я снова встаю 
обвожу взглядом квартиру
снова опаздываю

Новый день.

просто промолчи, дура.......................................

...чтобы я действительно не смогла (с)

Если уж врать, то так, чтобы тебе точно поверили. Каждый раз перед тем, как соврать, я останавливаюсь. Мне необходима пауза, чтобы решить: солгать или сказать правду? Ужасно глупая привычка. И выбирая первое, я вру совсем не убедительно, неуверенно. Кажется, что у меня все написано на лице. Именно поэтому я стараюсь всегда быть честной.

Мы - сумма наших решений.

Я все обдумываю. Каждый свой шаг и каждое слово. Но иногда я сначала делаю и только потом обдумываю. Временами последствия ужасны... И после всего я задаюсь вопросом, правильно ли поступила? Но в итоге понимаю, что не могла иначе. Ни о чем не жалеть - слабое, но утешение. 

Я знала, на что иду, когда он в третий раз отменил встречу. Знала, какой он странный, замороченный. И что не стоило мне ехать.

Но я поехала. Потому что знала, чего хочу. А я хотела его. Ты принимаешь решение и идешь до конца и либо получаешь желаемое, либо нет. Но вечером, перед сном, как бы ни было паршиво, досадно, одиноко и грустно, меня утешает мысль, что я все сделала правильно. И не моя вина, если не получилось...

I have an aunt who whenever she poured anything for you would say ‘say when’. My aunt would say ‘say when’ and of course we never did. We don’t say when because there’s something about the possibility of more. More tequila, more love, more anything, more is better. 
There’s something to be said about a glass half full. About knowing when to say when. I think it’s a floating line. A barometer of need and desire. It’s entirely up to the individual. And depends on what’s being poured. Sometimes all we want is a taste. Other times, there’s no such thing as enough. The glass is bottomless. And all we want is more.

 Но я так невозможно устала.

Тигр, о тигр, светло горящий 
В глубине полночной чащи, 
Кем задуман огневой 
Соразмерный образ твой?

В жизни не так много несчастий, из-за которых стоит лить слезы, знаешь ли. Каждый очередной раз, срываясь, я напоминаю себе об этом.
Никто не умер.
Всего лишь почистили ноут, всего то 6 лет стерто.

Я говорю себе: новая жизнь, эй!
Как в тот раз, когда случайно отформатировала свой смартфон... который, к слову, поумнее меня. Я тогда еще была старой Ксю и плакала, потому что потеряла все смс от него. Теперь-то я новая, да?
Почему тогда так больно? Он не оставил даже намека на меня. 

Почему мне кажется, что нет больше ни одного сообщения я тебя люблю. Значит и не было?
Было.
Не было.
Все ты выдумала, дура.

Не было не было не было.

Пустота. Вот, что я чувствую. Как будто вся ревность, тоска, восnоминания о нем, фотографии и чертовы переписки, которые бережно хранились на жестком диске, были стерты из памяти, заперты в моей собственной голове под замок. А теперь вырвались... Стерты по-настоящему. Не существуют. Черная дыра.

Дыра внутри.
Вот, что я чувствую.

На эти мысли меня натолкнули разговоры с *ними*. Так или иначе, но они произносят эти слова о том, что женщинам нужны только деньги, что нас интересует лишь, есть ли у них работа, машина и квартира... Не сnоpю, иногда меня волнует, а сможет ли он заnлатить за мой кофе или подвезти домой после тяжелого дня. Мне нpавятся его pуки и наличие npесса. Меня, как и любую на моем месте, привлекает увеpенность, находит ли он ее в деньгах или во внешности. Но неужели это все? Как глупо с их стороны так считать! Может, я не права, но разве не самое притягательное в мужчине - его уязвимость? Pазве не в тот момент, когда он позволяет тебе увидеть свои слабости, понимаешь: вот оно, я не ошиблась?