В моей жизни было много всего. Было много радости и столько же печали. Часто опускались руки, но никогда настолько, чтоб все бросить.  Я много в себе меняла, многое пыталась понять. Расскажу эту историю (личную) не для того, чтоб меня пожелали, а для того, чтоб тот, кому сейчас не просто в жизни, понял, что все относительно.

Мне было 23 года. Началось все со страных острых болей в левом бедре. По началу боль была не сильной. Скорее жгучей и пульсирующей. В начале болезни я чувствовала боль несколько раз в неделю. Потом каждое утро просыпалась в пять утра и начинала ходить по комнате. Так боль утихала. Я наматывала круги до семи утра и только потом могла лечь и немного поспать до звонка будильника. Доктора причину боли установить не могли. Говорили, что это болит простуженный седалищный нерв, прописывали мне мази от радикулита. Короче, разную фигню. Помню, это было зимой.  На работе мы отпраздновали день ангела моего редактора. Я пришла домой и меня скрутила сильная боль в бедре и пояснице. Бывшая свекровь решила мне помочь - натерла спину согревающей мазью и... Меня парализовала боль.  Я не могла даже пошевелить ногами. Боль была настолько сильной, что хотелось лезть на стенку. Я без конца плакала. Даже одеяло, которым меня укрывали, казалось многотонным и причиняло ужасную боль. Сейчас, когда у меня что-то не получается я вспоминаю, как тогда осталась одна дома. И... (сорри за подробности) просто не смогла встать с кровати, чтоб дойти до туалета. Помню, легла на пол и ползла. Плакала от бессилия, но старалась продвинуться хоть на сантиметр. Помню, как лежала на полу в коридоре и просто выла от боли. Это было ужасно. Потом меня начали "лечить". Поставили диагноз - арахноэнцифалит (что-то типа воспаления мозга), приписали кучу лекарств. Легче мне не становилось. Перед новым годом меня положили в больницу. Там доктора долго пытались поставить правильный диагноз, по полной программе брали у  мамы взятки, а чтоб убедить ее, что мне становится лучше - начали мне колоть внутривенно разные медицинские наркотики (морфий, трамадол). Когда мама приходила ко мне в больницу говорили: - Видите, она спит. Значит, идет на поправку. Неладное заметила тетенька, которая лежала со мной в палате. Она сказала маме, что только я начинаю плакать от боли - они делаю мне укол внутривенно и я успокаиваюсь и засыпаю. Помню, как мне кололи блокаду - обкалывали обезбалюющими уколами позвоночник. Так я провалась в больнице три месяца. В конце-концов мама забрала меня домой. Дома я лежала на медицинских носилках на колесиках. Смотрела телевизор. Самое смешное, что я даже не сомневалась, что когда-то смогу ходить, хотя от боли не могла нормально даже дышать. Я выпросила маму купить мне сапоги, зонт. Часто лежа в кровати я просила обуть мне эти сапоги, брала в руки зон и предсталяла, как я буду так гулять. Это звучит очень странно, но именно эти моменты меня спасали. В то время я ничего не писала, а читала только сказки Андерсена. Они были моей отдушиной. Очень сильно запомнилось, как на Рождество я мысленно просила Боженьку, чтоб боль прошла, хоть немножечко утихла. И чудо. Я помню целый день ноги были как ватные. Я даже смогла встать с кровати, пройти до зеркала. Для меня это был настоящий подвиг. Именно тогда я поверила, что когда-то обязательно выздоровею.

Потом была еще целая куча докторов. Меня привезли в одну клинику, сделали там компьютерную томографию. Помню глаза того доктора. Он сказал маме, что у меня опухоль в позвоночнике. Именно она пережимает нервные окончания и вызывает такую боль. Потом он начал звонить своему другу хирургу. Просил, чтоб он меня прооперировал. Как сейчас помню, его глаза. Не могла поверить, но взрослый серьезный дядька говорил по телефону и плакал. Потом была операция. Мне разрезали спину, удалили опухоль. В больнице я уже не плакала. Верила, что все будет хорошо. Я много шутила. После операции в первый же вечер сказала себе, что встану. Доктора запретили. Я втихаря поднялась на ноги в палате и упала в обморок. Потом через день опять попыталась встать. На глазах у свого хирурга гордо прошла из одного угла палаты в другой. Это тоже было моей победой. После больницы я несколько месяцев носила металлический корсет. И хоть дома все устраивали мне дикие скандалы - ходила на работу. Я не могла представить, что стану инвалидом. Потом я сняла корсет и одела туфли на высоких каблуках. Я безумно радовалась, что снова могу быть собой.