Гид по Тюмени и Ялуторовску - возвращение в краеведение

После 15-летней отлучки я вернулся в краеведение. Строго говоря, полностью я из него не уходил никогда - по-прежнему скупал все доступные издания по истории края, время от времени выступал перед публикой, но это всё были забавы в свободное время. Теперь я вновь окунулся в краеведение с головой, но уже в новом качестве - теперь я гид по Тюмени и Ялуторовску.

Пару лет назад провел экскурсию для друзей - экспромтом, просто показал и рассказал то, что мне кажется наиболее интересным. И оказалось, что людям, даже прожившим в Тюмени не один десяток лет, это тоже очень интересно. "Здорово, круто, да это ж твоё!" Разместил объявление на одной площадке, потом на другой, получил аттестат экскурсовода. Раньше я изучал историю края - работал с источниками, записывал воспоминания, ездил в экспедиции, собирал артефакты. Теперь я снова делюсь полученными знаниями - только уже не с исследователями, а с обычными людьми.

Кто заказывает такие экскурсии? Те, кто хотят услышать рассказ увлекательный, но при этом достоверный, увидеть город глазами коренного жителями, но узнать не байки, а реальные истории, подтвержденные исследованиями. Те, кому надоели бесконечные "легенды", придуманные для развлечения обывателя, но интересны легенды подлинные, пришедшие из глубины веков. Среди моих путешественников встречаются самые разные люди - от деревенских жителей из соседних регионов до высоких чинов и олигархов из списка Forbes. И я не только делюсь знаниями, но и узнаю сам - ведь каждому есть, чем поделиться. Одним словом, мне нравится быть экскурсоводом - это чертовски интересно!

Я всю жизнь занимаюсь только тем, что мне интересно. Когда становится неинтересно, я ухожу. Потому что, выбирая работу, выбираешь жизнь - а жизнь у нас одна.

Об этом стоит помнить...

Год назад я писал, что мой брат нашёл сведения о нашем дяде, Павле Фёдоровиче, считавшемся пропавшим без вести и погибшем в немецком плену 22 февраля 1942 года. Он воевал в составе экипажа танка БТ-2 (быстроходный танк – 2).

Этот танк создан в 1931 году на основе документации и двух экземпляров танка М.1940 американского конструктора Д. Кристи. Всего до войны выпущено 620 машин, из них 350 были вооружены только 7,62 мм пулемётами ДТ. Именно на таком воевал Павел. Боекомплект - 2709 патронов. Этого хватает на несколько минут боя. Броня защищала только от пуль стрелкового оружия и осколков снарядов и мин малого и среднего калибра. Экипаж 2 человека.

Средняя скорость танка составляла 22-25 км/час. Сняв гусеницы, он мог передвигаться по дорогам с твёрдым покрытием с той же средней скоростью. Хотя на учениях он показывал лучшие результаты, да и вообще, мог прыгать через препятствия шириной до 40 (!) метров. Но то на учениях. А вот в условиях реального боя…

Что ещё можно сказать? Павел служил в составе Киевского особого военного округа, на западной границе. В дивизии был 1 (один) танковый полк, состоявший из 7 (семи) танков этого типа. В бой вступили 22 июня. 8 июля Павел попал в плен.

К осени 1941 года большинство танков БТ-2 было потеряно.



_____
фото: http://bronetehnika.narod.ru/bt2/bt2_13.jpg

Памяти деда моего невинно убиенного
Скосырева Константина Николаевича
Посвящается

Осень 1937 года в Тобольске выдалась холодной. Промозглый ветер поднимал с земли и кружил опавшую листву, посвистывал в щелях тюремного окна, и от этого становилось зябко и неуютно. Камера имела три с половиной шага в ширину и шесть в длину. Сводчатый потолок, когда-то выбеленные стены грязны, на неровностях стены лежала густая пыль. У задней стены стояла печка, у двери в стене было проделано отверстие, закрываемое железной заслонкой. Сюда подавали заключенному пищу и воду. Вместо туалета «параша» - старое, ржавое железное ведро с крышкой - распространявшее запах. Деревянные нары и небольшой стол – вот и вся мебель. В полутьме, сквозь щели окна просматривался кусочек неба, неспешно проплывали облака, иногда по ночам виднелись звезды. Тюремное времяпровождение- дело непростое. Никаких передач, никаких свиданий ни с кем, кроме уполномоченных ГПУ и тюремных надзирателей. Один наедине с самим собой. Больше и делать-то было нечего. От безысходности болело сердце, тяжелые думы рвали сердце. Голова раскалывалась от тревожных предчувствий.

Читать далее...

Жизнь в родном Ханты-Мансийске глазами аборигена (50-60 годы прошлого века)

В последнее время я мысленно все чаще возвращаюсь в родной Ханты-Мансийск(Остяко-Вогульск), на родную, когда-то пыльную улицу Лопарева, вначале носившую имя Анастаса Микояна, родной деревянный дом с печкой. Там прошло мое детство, моя юность и отрочество. Родной город дал мне путевку в большую жизнь. Сейчас Ханты-Мансийск, это красавец- лебедь.

Читать далее...