Опять осенний блеск денницы
Дрожит обманчивым огнем,
И уговор заводят птицы
Умчаться стаей за теплом.
И болью сладостно-суровой
Так радо сердце вновь заныть,
И в ночь краснеет лист кленовый,
Что, жизнь любя, не в силах жить.

Афанасий Фет написал эти строки 9 сентября 1891 года.

    Дорога к Храму! К вере мы приходим разными путями. Кого-то к вере привела радость, кого-то горе и скорбь, кто-то взрос вместе с материнским молоком, еще, будучи младенцем, вместе с батюшкой и матушкой они ходили в церковь в воскресные дни. Он видел, с каким волнением и благостью озарялись лица его родителей, когда те пребывали на службе в храме.  И тогда, еще он, совсем ребенок, но понимал, что есть кто-то сильнее и выше всего. Выше драчливых мальчишек  с соседней деревни, выше их кобылы, на которой вспахивали весь огород, бороновали и сеяли. Выше ночных, мерцающих звезд, огромной красной луны за яром, выше его сильного батьки, который один мог срубить дом на века…. А, еще он понял, что вера ему помогает жить, не сойти с трудной тропы жизни, остаться ЧЕЛОВЕКОМ в любой ситуации.

Губы окаянные, 
Думы потаенные, 
Ой, бестолковая любовь, 
Головка забубенная. 
Ой, бестолковая любовь, 
Головка забубенная. 

Все вы, губы, помните, 
Все вы, думы, знаете, 
Ой, до чего ж вы мое сердце 
Этим огорчаете. 
Ой, до чего ж вы мое сердце 
Этим огорчаете 

Позову я голубя, 
Позову я сизого, 
Ой, пошлю дролечке письмо, 
Да мы начнем все сызнова. 
Ой, пошлю дролечке письмо, 
Да мы начнем все сызнова.

Думы потаённые..

В сутках двадцать четыре часа
Могут отданы быть чудесам.
Спеты могут быть по голосам,
Посекундно - и в терцию тоже.

В сутках несколько тысяч шагов,
по прямой или к центру кругов,
образуемых меж берегов
той реки, воду чью растревожит

гладкий камушек светлых затей.
В сутках столько прекрасных людей
и еще не открытых дверей!
И распахнутых настежь, быть может...

Евгения Марченко

В жизни так много чудесного. 

Каждое утро мимо нашего берега 

проплывает неизвестный певец. 

Каждое утро медленно из тумана 

движется легкая лодка и 

всегда звучит новая песнь. 

И так же, как всегда, скрывается 

певец за соседним утесом. 

И нам кажется: мы никогда 

не узнаем, кто он, этот 

певец, и куда каждое утро 

держит он путь. И кому 

поет он всегда новую песнь. 

Ах, какая надежда наполняет 

сердце и кому он поет? 

Может быть, 

нам?

    Что нужно для чуда? Кожух овчара,
    щепотка сегодня, крупица вчера,
    и к пригоршне завтра добавь на глазок
    огрызок пространства и неба кусок.
    И чудо свершится...

Мой друг, мой безумный, мой свет голубой,
Умчалась бы я в понедельник с тобой
Туда, где в классически синей ковбойке
Поет у костра синеглазый ковбой!

Во вторник бы сделалась я мотыльком,
Тебя догнала бы на судне морском.
На мачте бы я трепыхалась до Гавра,
А в Гавре бы шла за тобой босиком!

И в среду не поздно, и в среду могла б
Умчаться туда, где растет баобаб.
Могла бы я стать одуванчиком в среду, --
Он чудно летает и духом не слаб.

В четверг замечательно рухнуть в прибой
И вынырнуть где- нибудь рядом с тобой --
Ну, в солнечной Греции, в облачной Швеции ,--
Обняться навек и смешаться с толпой.

А в пятницу! В пятницу гуси летят
И лебеди тоже -- куда захотят!
На лебеде - гусе тебя догнала бы
В пампасах, где ветры, как воры свистят!

И даже в субботу не поздно ничуть
Пуститься в такой обольстительный путь
И шепотом в Лувре к тебе обратиться:
"Я -- здесь, я -- всегда и везде, не забудь!"

Но мне в воскресенье приятней всего
В кофейне на Рейне, где много всего,
За столик присесть, где с коварной подружкой
Гуляешь и ждешь меня меньше всего.

Умчалась бы я за тобой в города,
В пампасы и в прерии, в кое - куда...
Но сколько селедок, картошек, петрушек
Кудыкнут: -- Куда ты???
-- Нет, я никуда...

“Не суетись, душа моя:
не дай оглохнуть уху сердца от грохота суеты твоей…”

Блаженный Августин

Что ты бродишь неприкаянный,
Что глядишь ты не дыша?
Верно, понял: крепко спаяна
На двоих одна душа.
Будешь, будешь мной утешенным,
Как не снилось никому,
А обидишь словом бешеным —
Станет больно самому...

Грустно! Отчего Вам грустно,
Сердце бедное мое?
Оттого ли, что сегодня
Солнца нет и дождик льет?

Страшно? Отчего Вам страшно,
Бедная моя душа?
Оттого ли, что приходит
Осень, листьями шурша?..

Где-то в горной глуши,

недоступные взорам прохожих,

облетают с дерев

мириады листьев багряных,

став парчовым нарядом ночи...

Вдруг почудилось мне -

то листки со словами молений,

а не листья летят,

и тогда из хижины горной

потянуло опять в дорогу...

Все наше бытие - дом у большой дороги.
Заглядывают все, кому не лень.
То радость, то тоска, то злость приносят ноги,
То мимолетных осознаний тень.

Приветлив будь ко всем у своего порога.
Пусть даже в дом придет толпа скорбей,
Что, как разбойники, забывшие про бога,
Насильно тащат скарб твой из дверей.

Все ж окажи всем почести. Кто знает,
Зачем идут они, чего хотят?
Быть может, они место расчищают
Тебе для неизведанных услад.

Пускай приходят стыд и вспышки гнева.
Всех приглашай радушно погостить.
Признателен им будь - они посланцы неба.
Пришли тебе наставниками быть.