Пьеса для двух роялей

Ноту за нотой, бережно, чуть дыша
Мы разбираем пьесу для двух роялей.
Я увлекаюсь - музыка хороша...
Я - дебютантка. Вы так уже играли.

Я так давно училась читать с листа,
Что разбираю трудно, что будет дальше.
Я ошибаюсь - музыка непроста...
Но абсолютный слух не пропустит фальши.

Клавиши так покорны моим рукам -
Белое с черным снова слилось в союзе.
Музыка благосклонна к ученикам.
Вы - терпеливы к Вашей капризной музе.

Черный рояль вступает за белым в такт -
Тенью летит за облаком, ostinato,
И проступают звуки смолой сквозь лак
На деревянных крышках, живых когда-то.

Темп уже задан, сколько не ускоряй -
Стала игра дуэта предельно страстной.
Я уже знаю даже, какой рояль
Станет в финале пьесы как сердце - красным.

Подснежник

Почему холода
не пугают подснежник?
Как спасает он нежность
от колкого снега?
Запыхавшись от бега
- успеть оглянуться,
Не спеша прикоснуться
к любимой ладони,
Что-то главное вспомнить,
от нежности тая,
Снег обид пробивая
ростками надежды,
Улыбнуться, как прежде,
одними глазами,
Закрывая руками
от ветра, от стужи:
Ты мне все еще нужен,
Без тебя я - подснежник...
Юлия Белохвостова
29.01.2003
Читать далее...

Скажи мне, из каких миров
Приходит это наважденье:
Свеченье майских вечеров -
Берёз и ландышей свеченье?

И вновь белеет нотный лист,
Где звук несказанностью болен,
Берёзово с рожденья чист
И ландышево колоколен.

И вновь тропа твоя бела
И тем земле необходима,
Что с тайной белого ствола
Все таинства её едины.

И что един с ней испокон,
Един, хотя и неразгадан,
Тот лёгкий ландышевый звон,
Особенным звучащий ладом.

Чью гибель,
Чью любовь,
Чей смех
Таит в себе свеченье это?
И я к тебе меж белых вех
Иду на притяженье света.

И сумрак полон через край
Твоим неотвратимым взглядом.
И ты, вступивший в этот май,
Таинственен и неразгадан.

Не о любви прошу, не о весне пою,
Но только ты одна послушай песнь мою.

И разве мог бы я, о, посуди сама,
Взглянуть на этот снег и не сойти с ума.

Обыкновенный день, обыкновенный сад
Но почему кругом колокола звонят,

И соловьи поют, и на снегу цветы,
О, почему, ответь, или не знаешь ты?

И разве мог бы я, о, посуди сама,
В твои глаза взглянуть и не сойти с ума!

Не говорю — поверь, не говорю — услышь,
Но знаю: ты сейчас на тот же снег глядишь

И за плечом твоим глядит любовь моя
На этот снежный рай, в котором ты и я.


В шуме ветра, в детском плаче,
В тишине, в словах прощанья -
"А могло бы быть иначе" -
Слышу я, как обещанье.

Одевает в саван снежный
Всю тщету, все неудачи,
Тень надежды безнадежной -
"А могло бы быть иначе".

Заметает ветер снежный
Все поля, все расстоянья.
Тень надежды безнадежной
Превращается в сиянье.

Все сгоревшие поленья,
Все решённые задачи,
Все слова, все преступленья -

А могло бы быть иначе...

Можно строчки нанизывать
Посложнее, попроще,
Но никто нас не вызовет
На Сенатскую площадь.

И какие бы взгляды вы
Ни старались выплескивать,
Генерал Милорадович
Не узнает Каховского.

Пусть по мелочи биты вы
Чаще самого частого,
Но не будут выпытывать
Имена соучастников.

Мы не будем увенчаны…
И в кибитках, снегами,
Настоящие женщины
Не поедут за нами.

Наум Коржавин
1944

ПОРТРЕТ шАЛЯПИНА КИСТИ БОРИСА КУСТОДИЕВА
***
Шаляпин покидал Россию…
И как он думал – навсегда.
Состав летел сквозь сумрак синий,
Через леса и города.
В пути печалясь и мрачнея,
В окно смотрел он допоздна.
И стала вдруг ещё роднее
Покинутая им страна.

Она за поездом бежала,
Не оставляла и звала.
И сердце захлестнула жалость,
И боль пронзила, как стрела.
Прощаясь мысленно с Россией,
Он вспомнил горестные дни:
И как забвением грозили,
И как буржуем нарекли.
В своём озлобленном бессилье
Кляла его политшпана…
Но верил он другой России,
Он знал – настанут времена…

А мир уже был околдован.
И он гордился вдалеке,
Что снова певческое слово
Звучит на русском языке.

Не стала родиной чужбина…
Среди парижской суеты
Лишь только Русь была любима,
Её приволжские рябины,
Её кавказские хребты.

Лишь после смерти он вернулся.
Не эмигрант и не изгой…
Король великого искусства
В родной земле нашёл покой.
Андрей Дементьев

Давай, душа, давай...

Давай, душа, давай-
Проникнем за ограду,
Там розовый трамвай
Бежит по снегопаду,
В кофейне за углом
Поджаривают зерна,
И лестницы излом
Пропах напитком черным.
И лестницы излом
Пропах напитком черным.
Поджаривают зерна
В кофейне за углом.

Верни, верни, верни,
Звезда, мое светило,
Те считанные дни,
Которых не хватило.
Под шорох мандолин,
Играющих на елке,
Очистим мандарин
И снимем книгу с полки.
Под шорох мандолин,
Играющих на елке,
Мы снимем книгу с полки,
Очистим мандарин.

В таинственную речь
Вникая до рассвета,
Отбросим кофту с плеч
На озеро паркета
И, отлучив лицо
От чтенья на мгновенье,
Найдем в конце концов
Покой и просветленье.
И, отлучив лицо
От чтенья на мгновенье,
Покой и просветленье
Найдем в конце концов.

* * *

Январская луна. Огромный снежный сад.
Неслышно мчатся сани.
И слово каждое, и каждый новый взгляд
Тревожней и желанней.

Как облака плывут! Как тихо под луной!
Как грустно, дорогая!
Вот этот снег, и ночь, и ветер над Невой
Я вспомню умирая.

Читать далее...

Осчастливь меня однажды,
позови с собою в рай,
исцели меня от жажды,
подышать немного дай!
Он ведь не за облаками,
не за тридевять земель,-
там снежок висит клоками,
спит апрельская метель.
Там синеет ельник мелкий,
на стволах ржавеет мох,
перепархивает белка,
будто розовый дымок.
Отливая блеском ртутным,
стынет талая вода...
Ты однажды
ранним утром
позови меня туда!
Я тебе не помешаю
и как тень твоя пройду...
Жизнь такая небольшая,
а весна - одна в году.
Там поют лесные птицы,
там душа поет в груди...
Сто грехов тебе простится,
если скажешь:
- Приходи!

* * *
Это утро, радость эта,
Это мощь и дня и света,
Этот синий свод,
Этот крик и вереницы,
Эти стаи, эти птицы,
Этот говор вод,
Эти ивы и березы,
Эти капли — эти слезы,
Этот пух — не лист,
Эти горы, эти долы,
Эти мошки, эти пчелы,
Этот зык и свист,
Эти зори без затменья,
Этот вздох ночной селенья,
Эта ночь без сна,
Эта мгла и жар постели,
Эта дробь и эти трели,
Это всё — весна.
1881

ВСЕХ ДРУЗЕЙ И ЧИТАТЕЛЕЙ! ВСЕХ ЛИРУШНИКОВ!
С ПРАЗДНИКОМ ВЛЮБЛЕННЫХ! ПУСТЬ, НЕСМОТРЯ НИ НА ЧТО, ОГОНЕК ЛЮБВИ НЕ ГАСНЕТ НИКОГДА В ВАШЕМ СЕРДЦЕ!