Одноклассники.ру

Вы под старость меня не бросайте.
Пробудясь поутру,
Вы меня отыщите на сайте
“Одноклассники.ру”.
Пусть откликнутся те, кто в Канаде,
Те, кто дома пока.
Там в косую линейку тетради
И походка легка.
День мальчишеским полон азартом.
Облака над Невой.
В океаны торопит нас карта
Неземной синевой.
Зарастают кирпичные форты,
И прозрачна вода,
И друг друга мы можем на фото
Опознать без труда.
Я осенние делаю сальто,
Словно лист на ветру.
Вы меня отыщите на сайте
“Одноклассники.ру”.
Вы меня отыщите на сайте,
Где роняет слова
Непослушный, задорный, десятый
Не смолкающий “а”.
Там стихов неумелые перлы
И под сердцем толчок
Той любви, что считается первой, —
О последней — молчок.
Я вихрастый, худой и носатый, —
Я не скоро умру.
Вы меня отыщите на сайте
“Одноклассники.ру”.
Кто сказал — моего поколенья
И в помине уж нет?
Нам его от распада и тленья
Сбережет Интернет.
Все мне кажется: детство продлится,
И далек юбилей
В час, когда наши юные лица
Возвращает дисплей.

Декабристы

Над площадью Сенатской серебристой
Морозное дыхание зимы,
Любовь и совесть наша — декабристы,
О вас все чаще вспоминаем мы.
О чем мечтать, за что вам было биться?
Вам подарили железа оков
Горячечные речи якобинцев,
Глухие стоны ваших мужиков.
Мальчишки, вас тревожили гитары,
Вы бредили стихами до зари,
Полковник Пестель был из самых старых,
А Пестелю от силы тридцать три.
Но жизнь свою отдавшие задаром,
Свободу объявившие на час,
Вы шли на смерть, расчетливым жандармам
И на допросах лгать не научась.
Остановитесь, вот вино и карты,
Все подвиги и жертвы ваши зря,
Трудней, чем целый мир от Бонапарта,
Освободить Россию от царя.

Не сердись на себя, выпей кофе,
Заварив свежемолотых зёрен,
Окунись в аромат философий,
Словно в соли из Мёртвого моря.

Их целебная сила известна
Со времён легендарного Ноя.
Пусть тебе в своём имени тесно –
Не причина сердечного сбоя.

Капни в чашку французского злата
Пятилетнего, можно и старше,
А твоя небольшая утрата
Пусть надышится пылью на марше.

Настроение в тесной кабинке
Поднимается мягко и плавно,
Ты пожертвуй для вкуса слезинку
И забудь, всё, что было недавно.

Чашка кофе дымится на блюдце
С коньяком и печальным подарком.
И глаза, наконец, улыбнутся!
Будет день обязательно ярким!

Геннадий Модестов

Диссонанс

Пусть по воле судеб я рассталась с тобой,-
Пусть другой обладает моей красотой!

Из объятий его, из ночной духоты,
Уношусь я далеко на крыльях мечты.

Вижу снова наш старый, запущенный сад:
Отраженный в пруде потухает закат,

Пахнет липовым цветом в прохладе аллей;
За прудом, где-то в роще, урчит соловей...

Я стеклянную дверь отворила - дрожу -
Я из мрака в таинственный сумрак гляжу -

Чу! там хрустнула ветка - не ты ли шагнул?!
Встрепенулася птичка - не ты ли спугнул?!

Я прислушиваюсь, я мучительно жду,
Я на шелест шагов твоих тихо иду -

Холодит мои члены то страсть, то испуг -
Это ты меня за руку взял, милый друг?!

Это ты осторожно так обнял меня,
Это твой поцелуй - поцелуй без огня!

С болью в трепетном сердце, с волненьем в крови
Ты не смеешь отдаться безумствам любви,-

И, внимая речам благородным твоим,
Я не смею дать волю влеченьям своим,

И дрожу, и шепчу тебе: милый ты мой!
Пусть владеет он жалкой моей красотой!

Из объятий его, из ночной духоты,
Я опять улетаю на крыльях мечты,

В этот сад, в эту темь, вот на эту скамью,
Где впервые подслушал ты душу мою...

Я душою сливаюсь с твоею душой -
Пусть владеет он жалкой моей красотой!

1876

Вот я один в вечерний тихий час,
Я буду думать лишь о вас, о вас.

Возьмусь за книгу, но прочту: «она»,
И вновь душа пьяна и смятена.

Я брошусь на скрипучую кровать,
Подушка жжет... Нет, мне не спать, а ждать.

И, крадучись, я подойду к окну,
На дымный луг взгляну и на луну.

Вон там, у клумб, вы мне сказали «да»,
О, это «да» со мною навсегда.

И вдруг сознанье бросит мне в ответ,
Что вас покорней не было и нет.

Что ваше «да», ваш трепет, у сосны
Ваш поцелуй — лишь бред весны и сны.
<1912>
Николай Гумилев.

"Свет солнца про­низывает ледяную красочную пленку, где зафиксировались в самых нерукотворных и замечательных сочетаниях твои мечты; белизна бумаги отражает солнечные лучи сквозь кристаллы остановившейся в ледяном покое воды — и полу­чается остановившееся мгновение. И остановил его — ты!

Ну, а теперь, полюбовавшись своим созданием, можешь со спокойной совестью выкидывать его на помойку, ибо, если принесешь рисунок домой, то лед растает, краски превратятся в бурду, а бумага раскиснет.

Утешаюсь тем, что когда рисовал акварелью на морозе, то хотел передать правду и только правду. И в конце концов, то, каким ты себя и мир придумал, тоже имеет право на существо­вание: ведь это плод именно твоего опыта, восторга, воображе­ния и неизбежной печали о прошлом".

                          ВИКТОР  КОНЕЦКИЙ.  "ВЧЕРАШНИЕ  ЗАБОТЫ".

Просыпаемся… кофе… работа…
Ужин… быт… телевизор… постель…
Дни летят: понедельник - суббота…
Годы мчат: листопады - капель…

Мы - в болоте уже по колено -
Так заилилась жизни река:
Повторяется всё неизменно -
"День сурка"… год "сурка"… жизнь "сурка"…

Жизнь, меж скукою и тревогой...
Вечно мечется, как ни крути.
Иногда у чужого порога
Мы надеемся счастье найти
"Лучше - там, где нас нет" полагая…
Может быть… Но, проблемы и там…
(ни одна, так, возможно - другая)
И преследуют нас по пятам…

Жизнь ПРОЖИТЬ - непростая задача,
Но, живём, в основном, без затей,
Словно страусы голову пряча
За "отсутствие злых новостей"…

Грех судьбу искушать (это - что-то) -
Обеспечит покоем слегка…
Просыпаемся… кофе… работа…
"День сурка"… год "сурка"… жизнь "сурка"…

Ната Романченко

Воздух пасмурный влажен и гулок;
Хорошо и не страшно в лесу.
Лёгкий крест одиноких прогулок
Я покорно опять понесу.

И опять к равнодушной отчизне
Дикой уткой взовьется упрёк, -
Я участвую в сумрачной жизни,
Где один к одному одинок!

Выстрел грянул. Над озером сонным
Крылья уток теперь тяжелы.
И двойным бытиём отражённым
Одурманены сосен стволы.

Небо тусклое с отсветом странным -
Мировая туманная боль -
О, позволь мне быть также туманным
И тебя не любить мне позволь.

Цвет перьев зимородка
Цвет наряда

Красавицы,
Что в зале танцевала.

Кого по красоте
Поставлю рядом?

Одну луну -
И не смущусь нимало.

За грацию,
За красоту такую

Её все дамы
Дружно поносили -

И государь
Изгнал её, тоскуя,

Он, клевете поверивший
В бессилье.

И вот красавица
Живёт в унынье,

Совсем изнемогая
От печали.

К соседям
Не заглядывает ныне,

Сидит за прялкой
Целыми ночами.

Но пусть она
Работает напрасно

И не следит, как прежде,
За собою -

И всё-таки
Она ещё прекрасна:

Таких немного встретишь
Под луною.

 перевод А.Гитовича

Вот еще один закат погас,
День еще один пpошел в сyдьбе
И пишy тебе я в пеpвый pаз
И в последний pаз пишy тебе
Ты меня пpостишь и все поймешь
И ничто не сможет измениться
Даже если ты когда-нибyдь пpочтешь
Эти тpи стpаницы, тpи стpаницы.

Тpи стpаницы одиночества,
Тpи стpаницы боли и любви
Тpи стpаницы... Больше ничего.
Ты пpочти их и поpви.

Ты любовь моя, печаль моя,
Hо в твоей сyдьбе мне места нет.
Слишком поздно встpетил я тебя
Счастлива с дpyгим ты много лет.
Вечен он, как миp, такой сюжет,
И еще не pаз он повтоpится.
Вот пpишла любовь, а счастья нет,
Есть лишь тpи стpаницы, тpи стpаницы.

Владимир Асмолов

ХУДОЖНИК

Короткий взгляд, мазок, еще мазок.
И подпись краткая... Ван Гог.

Звездная ночь, 1889.  Ван  Гог

Неслучайные случайности случаются
В нашей жизни обязательно хоть раз.
Всё течёт, и всё, конечно, изменяется,
Но судьба своя у каждого из нас.

Говорят, что на роду кому написано,
То и сбудется, как компас ни верти:
Не засеять шевелюрой пышной лысину,
Не заставить месяц солнечно светить.

И не тот горбун, что по несчастью горбится,
Только тот, кто всей душой своей горбат.
Добродею воздаётся Богом сторицей,
А злодею воздаётся во стократ!

Эта встреча пусть тебе случайной кажется,
Но за ней, быть может, новый поворот:
Узел трудный, как бы сам собой, развяжется,
И душа опять попросится в полёт.

А быть может, принесёт она страдания,
Ты их в сердце с благодарностью прими:
Все невзгоды нам даются в испытание,
Чтобы в жизни оставались мы людьми.

ЭДУАРД ВАРТАНОВ

БАБОЧКА

Через муки, риск, усилья
Пробивался к свету кокон,
Чтобы шелковые крылья
Изумляли наше око.
Замерев в нектарной смеси,
Как циркачка на канате,
Сохраняют равновесье
Крылья бархатного платья.
Жизнь длиною в одни сутки
Несравнима с нашим веком,
Посидеть на незабудке
Невозможно человеку.
Так, порхая в одиночку,
Лепестки цветков целуя,
Она каждому цветочку
Передаст пыльцу живую.

Я видел удивительную, красную, огромную луну,
подобную предпразничному первому помятому блину,
а может быть, ночному комару, что в свой черед
легко взлетел в простор с лесныx болот.
Она над Ленинградом очень медленно плыла.
Так корабли плывут без капитанов медленно...
Но что-то бледное мне виделось сквозь медное
покрытие
        ее высокого чела.

Под ней покоилось в ночи пространство невское,
И слышалась лишь перекличка площадей пустыx...
И что-то женское мне чудилось сквозь резкое
слияние ее бровей густыx.

Как будто гаснущий фонарь,
                  она качалась в бездне синей,
туда-сюда над Петропавловской скользя...

Но в том ее огне казались мне мои друзья
еще надежней и еще красивей.
Я вслушиваюсь: это иx каблуки отчетливо стучат...
И словно невская волна, на миг взметнулось эxо,
когда друзям я прокричал, что на прощание кричат.
Как будто сам себе я прокричал все это.

Булат Окуджава

Давайте расстанемся с Вами
Под это цветенье акаций.
Давайте простыми словами,
Простыми словами швыряться.
«Вернусь», «дорожу», «обещаю»...
Пускай не спасут обещанья,
Пожалуйста, мятного чаю
Попейте со мной на прощанье.
Деревья качнутся печально,
И ветер подует Вам в спину.
Вы любите все, что случайно,
А я не случайна - судьбинна.

Елена  Исаева

          Романы Вальтера  Скотта мы читали в пасмурные дни, когда мирно шумел по  крышам  и  в  саду  теплый  дождь.  От  ударов   маленьких  дождевых  капель  вздрагивали мокрые  листья  на деревьях,  вода  лилась  тонкой и  прозрачной    струей  из водосточной трубы, а  под трубой сидела  в луже маленькая зеленая   лягушка.  Вода  лилась ей  прямо на голову, но лягушка не двигалась и только  моргала.

        Когда не было дождя, лягушка  сидела в  лужице  под рукомойником. Раз в  минуту ей капала на голову  из рукомойника холодная вода. Из тех же  романов  Вальтера Скотта мы знали, что в средние века самой  страшной пыткой было вот  такое медленное капанье на голову ледяной воды, и удивлялись лягушке.
        Иногда по вечерам  лягушка приходила в дом.  Она прыгала через  порог и  часами могла сидеть и смотреть на огонь керосиновой лампы.   Трудно было понять, чем этот огонь так  привлекал  лягушку. Но потом мы  догадались,  что лягушка приходила смотреть на яркий огонь так же, как  дети  собираются вокруг  неубранного  чайного стола  послушать перед  сном сказку.  Огонь то  вспыхивал,  то ослабевал от  сгоравших в ламповом  стекле  зеленых  мошек.  Должно  быть,  он казался  лягушке большим алмазом,  где, если долго  всматриваться,  можно  увидеть  в  каждой  грани  целые  страны  с  золотыми  водопадами и радужными звездами.
       Лягушка  так  увлекалась  этой  сказкой,  что  ее приходилось  щекотать  палкой,  чтобы она  очнулась и  ушла к себе, под  сгнившее крыльцо, - на его  ступеньках ухитрялись расцветать одуванчики.

Королева - Зима пригласила на бал дочерей,
А придворная стужа любовно украсила залы,
Паутиной гирлянд затянув анфиладу дверей,
И в хрустальных бокалах зажгла фейерверк небывалый...

Дочка Лето прилала коктейли из пряностей трав
И флакончик духов из прохлады и свежести леса.
Дочка Осень - портрет свой в сусальном убранстве дубрав
На кленовом листе. Передал его ветер - повеса...

Дочь Весна - телеграфом известье: " Устала в пути,
Обязательно буду, но позже. Значительно позже. "
Переливами звёзд на снегу начертала : " Прости,
Раньше марта, увы, мне приехать на бал невозможно "…

А дворцовый художник, скучая, листал календарь,
День за днём обрывал, с раздраженьем бросая по залу :
Март, апрель и июль, и декабрь, и январь и февраль…
А Зима - королева тоскливо гостей поджидала...

Нет, никто не спешил на напрасно затеянный бал.
И листы календарные ветром гонялись небрежно...
Вдруг придворная стужа вскричала : " Тебя - то кто звал? "
По ступеням дворца шла босая принцесса неспешно...

И присела Зима в реверансе принцессе, без слов…
И не видели залы такого скопленья народа :
Все стремились на бал, а на троне сияла ... Любовь...
И её представляли гостям ... Пятым Временем Года…

    ЛЮДМИЛА  ШКИЛЁВА

Ветер плечи твои согнул,

истрепал соломенный плащ;

под его сиротливый гул

слушай цапли осенней плач.


Говорил о судьбе монах

у теченья большой реки,

и качаются на волнах

облетевшие лепестки.


Завтра выпадет первый снег, —

и захочется мир вдохнуть,

и отправится человек

в свой последний, морозный путь.


До селенья двенадцать ри,

там заждалась тебя родня;

на холодной заре замри

перед белым простором дня.



Незаметно промчался век,

и слились впечатленья лет;

и заносит летящий снег

на снегу одинокий след.
 

Виктор Гофман

Вечер, липы, тополя,
В тенях прячутся скамейки,
В небе яркая звезда,
Эхом тихим голоса,
В сердце слышен звук жалейки.

Мне сегодня места нет
Под сапфировым сияньем,
Я лишь соло, не дуэт,
Потерялся мой билет,
Я не к месту в этом зале.

Я послушаю тайком
Чьи-то вздохи и признанья,
Я не чувств коварный вор,
Я случайный чей-то взор,
Я прохожий, я не с вами.

Но ласкает сердца взгляд
Этот вечер, купол млечный
И бульвара мягкий лад,
И жалейки стон рулад,
Чей-то смех такой беспечный…

 Вчерашнюк Лариса

Ещё не разверзлась жара - но уже
Земля утолила своё нетерпенье,
И май захлебнулся в сплошном кураже
Акаций, дошедших до точки кипенья.

Увы - коротка эта душная мгла:
Вершина цветенья - начало заката.
Но несколько дней мы проносим тела
Из облака в облако их аромата.

Прекрасное время! Как в юные дни,
Открыта душа треволненьям счастливым -
И так подозрительно схожи они
С крылами надежд, с их блаженным наивом.

Юдоль моя, фатум, планида, судьба,
Ты что-то замыслила этой весною.
Ещё не иссякли твои короба
Счастливых сюрпризов. Что будет со мною?

Ну что же - давай: пресеки, перебей
Привычный порядок вторжением чуда.
Что путь наш земной суть премного скорбей,
Позволь мне не ведать, не помнить покуда.

Иначе - к чему этот сладкий настой,
Пророчества полубезумного сада?
Мой сумрачный век, трагедийный, крутой,
Прости - я твоё неразумное чадо…

Любовь Сирота