ЗАКЛЮЧЕНИЕ И РАСТОРЖЕНИЕ ГРАЖДАНСКО – ПРАВОВОГО ДОГОВОРА.
По мнению С.А.Хохлова, с принятием части второй Гражданского кодекса Российской Федерации , Россия получила по существу новое договорное право, очищенное от многолетних наслоений, оставшихся в законодательстве от административно-командного прошлого.
Договор с введением нового Гражданского кодекса стал практически основой всего гражданского оборота и его двигателем. Кроме того, что, по существу, договорные отношения – это стержень рыночной экономики , договор- инструмент правового решения проблем.
Вместе с восторгом в отношении глобального изменения гражданского законодательства, необходимо учитывать, что никакое право не может быть идеальным в силу объективных обстоятельств, разнообразия жизненных ситуаций и невозможности законодателя учитывать в исчерпывающей степени все возможные случаи, которые должен и может регулировать закон. В рамках самого договорного права остается достаточно пробелов и неточностей, которые требуют анализа и разрешения.
С другой стороны заинтересованность и потребность в договоре, как в способе достижения экономической цели стимулирует не только к рассмотрению всего комплекса договорных отношений, но и к овладению теми ключевыми аспектами, которые определяющим образом влияют на реализацию договора. Таковыми являются в первую очередь процедура заключения договора и, отчасти, его расторжения, т.к. все условия, определяющие правоотношение сторон, включая основания его прекращения и гарантии осуществления заложенных в нем интересов и предотвращения негативных последствий, создаются именно при заключении договора.
Для того, чтобы договор стал на деле инструментом правового решения проблем и не повлек негативных последствий, необходимо самым тщательным образом относиться к вопросам заключения и прекращения гражданско-правового договора. Именно эти стадии и будут освещены и проанализированы в настоящей статье.

1. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ДОГОВОРА.
§ 1. ПРИНЦИП СВОБОДЫ ДОГОВОРА.
Приступая к анализу процедуры заключения договора, необходимо остановится на таком основополагающем принципе не только для договора, но и для гражданского права в целом, как принцип свободы договора. В соответствии со ст. 421 ГК свобода договора открывает, казалось бы, беспредельные возможности в установлении прав и обязанностей сторон: граждане и юридические лица свободны в заключении договора … стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. … стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров… условия договора определяются по усмотрению сторон.
Эта норма конкретизирует положения статьи 1 ГК, согласно которой гражданское законодательство основывается на признании … свободы договора…, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора.
Итак, новый ГК, вновь провозгласив принцип, который долгий период времени замалчивался, предоставил кладезь возможностей изъявления этой свободы. Но, как известно, свобода не может быть абсолютной и, практически на каждое дозволение приходится либо ограничение, либо запрет.
С точки зрения права, свобода договора, в первую очередь, подчинена закону, иным правовым актам в форме императивных установлений - ст. 422 ГК - договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения.
В этом же контексте, хотелось бы отметить, что диспозитивные нормы, которыми, в основном, регламентируется процесс исполнения договора, приобретают характер императивных в том случае, если стороны, по каким-либо причинам, не воспользовались своим правом установить отличные от диспозитивных правила и не реализовали это право в соглашении.
Свобода договора, во вторую очередь, ограничивается для каждой из сторон условиями самого договора. Свобода договора, в третью очередь, ограничивается предписаниями ст. 310 ГК, устанавливающей презумпцию недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательства. Таким образом, условия договора, установленные нормами и сторонами в момент его заключения, обязывают следовать этим условиям до момента, когда договор можно будет считать исполненным, либо прекращенным.
Не стоит забывать о том, что в основании указанного принципа лежит волеизъявление сторон. Когда говорят о том, что гражданский оборот есть совокупность сделок, то имеют в виду все же совокупность волеизъявлений. Соответственно, основа принципа договорного права – «свобода договора» представляет собой именно свободу выражения воли, то есть свободу волеизъявления. Для достижения соглашения сторон волеизъявления не только должны совпадать, но и быть восприняты противоположной стороной. Г.Ф. Шершеневич предлагает ситуацию, когда предложение вступить в договор делается словесно глухому или немой предлагает письменно неграмотному заключать договор. В том и другом случае, до вмешательства третьих лиц, нет возможности усвоить содержание чужой воли, а потому, хотя бы выраженная явно для посторонних, она остается субъективной для предлагающего, потому что не познается тем, кого имелось в виду связать договором.
Еще одной предпосылкой успеха договора является совпадение волеизъявления с действительной волей, предполагающее отсутствие «разлада между волей действительной и волей изъявленной, между волей и волеизъявлением». Разлад может иметь роковое значение для судьбы сделки. По мнению И.А. Покровского, для гражданского оборота вопрос о волеизъявлении имеет особое значение. Дело в том, что его участники судят о воле потенциального контрагента именно по волеизъявлению и с этим сообразуют собственные действия. Сложности, возникающие в этой связи на практике, привели к рождению двух противоположных теорий: «волевой теории» была противопоставлена «теория изъявления» (Erklarungstheorie), или «теория доверия» (Vertrauenstheorie), или еще иначе, «теория оборота» (Vertrauenstheorie)». Первая защищает отдельного участника, вторая же - весь гражданский оборот. Предпочтение того или иного взгляда означало бы неизбежное ущемление интересов какой-либо одной из сторон. Очевидно, по этой причине, закон, уделяя большое внимание данному вопросу, для разных конкретных случаев устанавливает особые правила. Ст. 431 «Толкование договора» призывает выяснить действительную общую волю сторон с учетом текста договора. В главе 9 «Сделки», разновидностью которых является договор, предусмотрен целый ряд установлений и последствий их несоблюдения, связанных с волей и волеизъявлением. Результатом нарушения установлений закона и пороков воли является признание сделки недействительной. В силу того, что формирование воли происходит за рамками восприятия, с ее определением возникает очень много сложностей, на что неоднократно указывалось в литературе, начиная с невозможности установления действительной воли лица, заканчивая необходимостью ее установления . Окончательное решение этой проблемы отдано на усмотрение суда, как следует из статей 177 ГК «Недействительность сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими»; 178 ГК «Недействительность сделки, совершенной под влиянием заблуждения»; 179 ГК «Недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств».
Наиболее спорным и проблематичным является предписание о том, что сделка не должна совершаться «с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности» (ст. 169 ГК). Об этом же упоминает ст. 1 ГК. Эту проблему достаточно подробно освещал И.А. Покровский в работе «Обязательства из договоров, проблемы договорной свободы» в книге «Основные проблемы гражданского права». Говоря об отсутствии четких критериев в определении нравственности, И.А. Покровский привел пример Г. Дернбурга, в котором рассматривается покупка браслета для любовницы, с целью ответить на вопрос: «можно ли признать такой договор недействительным, как противоречащий добрым нравам». Отсутствие каких-либо точных критериев определения нравственности, как во времена И.А. Покровского, так и сейчас, создает невозможность следовать данному предписанию закона и оставляет оценивать в большинстве случаев действия сторон по договору субъективному представлению судей о нравственности.
Необходимо отметить еще одно ограничение принципа свободы договора, достаточно распространенное и связанное с публичными договорами и с договорами присоединения, когда запрет на понуждение к договору, в одном случае не действует вообще, в другом, не оставляет стороне никакой возможности на изменение условий договора.
Таким образом, свобода договора достаточно ущемлена. Еще И.А. Покровский отмечал тенденцию к ограничению договорной свободы. К тому же, следует еще раз подчеркнуть, что этот принцип, в основном, действует, когда стороны только еще определяют условия соглашения, т.е. на стадии заключения договора.
§ 2. УСЛОВИЯ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОГОВОРА.
Ст. 432 ГК РФ «Основные положения о заключении договора» признает договор заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора и предписывает заключение договора посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Следует ли отсюда, что обязательными условиями заключения договора являются: во-первых, соглашение по всем существенным условиям договора, и во-вторых, порядок заключения договора посредством оферты и акцепта? Что касается формы договора, то это условие обязательно лишь «в подлежащих случаях». И следует ли отсюда, что контекст этой нормы делает акцент на «соглашении» сторон о существенных условиях договора, как на процедуре заключения, либо элементе самого договора?
Редакция нормы не позволяет точно определить характер понятия «соглашение», что объясняется разнообразием оттенков его значения и вызывает ряд вопросов: а) какова правовая природа «соглашения»; б) должно ли это «соглашение» быть достигнутым до того, как заключен сам договор; в) означает ли «соглашение» согласованность всех существенных условий договора; г) является ли «соглашение» самим договором, т.к. ст.420 ГК РФ определяет договор, как соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей, т.е. разновидность сделки. Таким образом, следует установить соотношение понятий соглашения и договора.
Г.Дернбург пишет, что существовавший в римском праве взгляд на договоры (contractus), позволял рассматривать их с трех точек зрения: как основание возникновения правоотношений, как само правоотношение, возникшее из этого основания, и, наконец, как форма, которую соответствующие правоотношения принимают. Ряд авторов (О.С.Иоффе, О.А. Красавчиков, Р.О.Халфина и др.) отмечают многозначность понятия договор. О.А. Красавчиков, например, указывая на троякое значение договора, поясняет, что под ним подразумевается: во-первых, юридический факт, во-вторых, правоотношения, основанные на этом юридическом факте, и, в-третьих, документ, фиксирующий то, о чем договорились стороны. Р.О. Халфина, имея в виду современное нам определение договора ст.420 ГК, разную редакцию которого содержат многие учебники гражданского права, отмечает, что оно слишком обще и абстрактно, не охватывает основные черты договора. Таким образом, это определение имеет значение юридического факта, как основания будущих прав и обязанностей сторон. Что касается понятия соглашения, то определить его поможет римское право. Как известно, существовало несколько терминов, в которых и содержался смысл этого понятия. Consenus – [ соглашаться, приходить к соглашению] частичный синоним conventio, pactio, соглашение, добровольная согласная воля договорных сторон в одном и том же деле. Conventio – частичный синоним consensus, pactio, согласие любого рода, произошло от convenire – сходиться, соглашаться.
Contractus – дозволенная сделка, признанная цивильным правом, как основа обязательственных отношений между сторонами.
Очевидно, что весь перечень состоит из синонимов. К этому можно добавить, что название «соглашение» является до такой степени общим, что как метко замечает Педий (юрист I века нашей эры), нет никакого договора, никакого обязательства который не содержал бы в себе соглашения. Итак, на первый взгляд, соглашение входит в содержание договора, но само в свою очередь достигается в два этапа: первый этап - …оферта, второй этап – акцепт. Из этого следует, что соглашение относится более к порядку заключения договора, что подтверждает Г.Дернбург. Рассматривая соглашение - «оферту – акцепт» в параграфе «Переговоры о заключении договора», он называет его предварительным соглашением: «Спрашивается, какую силу имеет предварительное соглашение о письменной форме, состоявшееся до заключения самого договора? Может ли оно считаться условием договора или лишь средством для его обеспечения с целью закрепить надолго словесное содержание сделки?»
Таким образом, «соглашение» в п.1 ст.432 ГК РФ является скорее обязательным условием заключения договора, которое означает согласованность всех его существенных условий, нежели чем элементом самого договора.
Итак, форма договора является обязательным условием заключения договора только в «подлежащих случаях». Ст. 434 ГК РФ «Форма договора» развивает это положение. Из нее следует, что форма договора может быть установлена законом для определенных видов договоров и предусмотрена самими сторонами. Эта норма закрепляет три способа заключения договора в письменной форме: а) заключение путем составления одного документа, подписанного сторонами; б) путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной и иной связи; в) совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (п.3ст. 438 ГК), которые приравнены к письменной форме - п.3 ст. 434 ГК.
Закону известно несколько форм договора: государственная регистрация - ст.164 ГК (в особых случаях - ст. 131 ГК «Государственная регистрация недвижимости»); нотариальная форма - ст. 163 ГК(в случаях, указанных в законе и предусмотренных соглашением сторон; письменная форма- ст. 160 ГК (в случаях указанных в ст.161 ГК); устная форма - ст.159 ГК. Поскольку государственная регистрация и нотариальное удостоверение опосредуют особый порядок заключения договора, а устная форма практически не требует никакой процедуры, они останутся за рамками настоящей работы, в которой рассматривается общий порядок заключения договора. Здесь же следует упомянуть о молчании, как форме сделки - ст.158 ГК, которое будет рассмотрено ниже. Необходимо иметь в виду, что когда форма предусмотрена сторонами, они все равно должны учитывать предписания закона, т.е. они могут выбрать только то, что не противоречит закону. Хотя несоблюдение формы не предусматривает никаких последствий, кроме признания сделки недействительной, такого рода последствие может иметь негативный результат для стороны в договоре. Кроме того, как отмечает В.К. Андреев: кропотливая работа по преддоговорным контрактам с будущими контрагентами, постоянные и взвешенные действия по подготовке условий договора могут иметь успех, если они облечены в требуемые законом формы.
Разделение двух способов заключения договора ( п.2 ст.434 ГК) в письменной форме не совсем оправдано, т.к. на практике они могут смешиваться. Но второй способ заключения договора означает тот порядок заключения, который считается общепринятым, т.е. посредством акцепта оферты.
Офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора (п.1ст.435 ГК).
Отсюда вытекают следующие требования к оферте:
- ее направление к конкретным адресатам;
- выражение ясного намерения оферента заключить договор с адресатом;
- определенность оферты - чтобы можно было, по выражению Л.Энекцеруса, путем ее принятия достигнуть соглашения о всем договоре. Смысл выражения достаточной определенности оферты состоит в том, что из нее адресат способен сделать правильный вывод о воле оферента;
- оферта должна содержать существенные условия договора;
Следует заметить, что определенность оферты, как требование, сливается с двумя другими - о выражении намерения заключить договор, и о существенных условиях договора. Предписание о наличии существенных условий договора в оферте подтверждает, что это императивное указание в отношении заключения договора. Существенные условия, которые должны содержаться в оферте, поименованы в п.1 ст.432 ГК.: условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные (указание на иные правовые акты значительно расширяет перечень этих условий), условия необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Таким образом, сторонам остается незначительный простор для выбора условий, и этот выбор всегда будет подчинен всем другим, законодательно установленным предписаниям. Не обязательным, но важным требованием к оферте является такое условие, как срок (ст.436ГК). Срок не только определяет действие оферты, но и является предпосылкой связанности оферента ее условиями в смысле ответственности. Срок оферты необходимо отличать от срока договора, который желательно иметь в виду и точно указывать, т.к. именно срок, хотя он и не является общим существенным условием для всех договоров, наиболее сильно влияет на успешное осуществление цели правоотношения. Как правило, момент заключения договора определяется датой подписания сторонами договора. Начальная дата срока действия договора имеет также важное значение при желании сторон договора распространить его действие на их взаимоотношения, возникшие до заключения договора.
Необходимо упомянуть, что наличие понятия публичная оферта в гражданском праве РФ (ст. 437 ГК), опровергает индивидуализацию адресата оферты, как обязательного требования к оферте, т.к. публичная оферта предполагает адресатом любого, кто отзовется, но она же подтверждает требование о существенных условиях договора.
Таким образом, из всех требований, предъявляемых к оферте законом, обязательным и непременным остается требование о существенных условиях договора.
Оферта в гражданском праве РФ обладает тремя свойствами: вступлением в силу с момента получения адресатом (п.2 ст. 435 ГК); безотзывностью в рамках установленного в ней срока для акцепта, либо срока, который предполагают обстоятельства; действительностью в течение того же срока. Безотзывность оферты, так называемая презумпция безотзывности, означает, что если в ней прямо не указано о том, что она может быть отозвана, оферта не может быть отозвана.
Достаточно жестким требованиям к способу заключения договора и к оферте, в частности, гражданского законодательства РФ противостоят практически совсем не требовательные нормы международного частного права. Принципы международных коммерческих договоров, разработанные Международным институтом унификации частного права (УНИДРУА) , собравшие все лучшее из мировой практики договорного права, и Венская конвенция ООН О договорах международной купли-продажи с определенными различиями, но довольно мягко регулируют заключение договора. Ст.2.1.принципов УНИДРУА закрепляет два способа заключения договора – путем акцепта оферты и поведением сторон, достаточно свидетельствующем о соглашении. Ст. 2.2. принципов предъявляет к оферте всего два требования – определенность в достаточной мере и выражение намерения оферента считать себя связанным в случае акцепта. Венская конвенция, ко всему прочему, дает пояснение определенности оферты указанием на товар, прямым или косвенным установлением количества и цены, либо порядка ее определения (ст. 14 Венской конвенции). И в принципах УНИДРУА, и в Венской конвенции установлена презумпция отзывности в отличие от ГК РФ, что означает – оферта может быть отозвана, кроме случаев указания в ней срока для акцепта и, если для адресата оферты было разумным рассматривать оферту, как безотзывную и он действовал, полагаясь на оферту (ст.2.4. принципов УНИДРУА). В принципах УНИДРУА еще указывается на два свойства отсутствующих, в нашем праве - возможность отмены и отклонения оферты. Таким образом, зарубежное право гораздо больше стимулирует инициативу сторон к заключению различного рода соглашений.
Сам закон называет несколько форм, в которых может быть выражена оферта: - письменная форма в виде почтовового отправления, телеграммы, факса (п.1 ст.441 ГК); проекта договора (п. 1 ст. 445 ГК), устная форма и оферта в виде конклюдентных действий (ст. 494 ГК). Те же формы упоминает закон и для акцепта. Что касается молчания, как формы выражения волеизъявления, то оно как следует из п. 2 ст. 438 ГК допускается, как форма выражения волеизъявления для акцепта, оферта же ни по логике вещей, ни с точки зрения права, не может быть выражена в форме молчания, т.к. ее целью является оповещение определенного круга лиц о предмете и существенных условиях будущего договора. Однако С.А.Денисов допускает такую возможность, приводя в качестве примера (п. 2 ст. 621 ГК), когда арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока действия договора, при отсутствии возражений со стороны арендодателя, иными словами, молчание арендодателя является формой выражения предложения о возобновлении договора аренды Надо полагать,что ситуация достаточно сомнительна. Возникает два вопроса:
- Является ли арендодатель оферентом ?
- Не будет ли продолжение пользования имуществом конклюдентным действием ?
Говоря о том, что молчание подвергнуто особому урегулированию М.И. Брагинский подчеркивает, что существует единая для всего гражданского права презумпция того, что молчание вообще не является юридическим фактом , что же касается статьи 438 ГК, то она, с его точки зрения, предусматривает те исключительные случаи, когда молчание приобретает правообразующее (правоизменяющее или правопрекращающее) значение … При этом, п. 2 ст. 438 ГК имеет в виду, что в указанных случаях речь идет только об акцепте. Тем самым снимется вопрос об использовании молчания в качестве оферты.
Таким образом, несомненным является тот факт, что с точки зрения закона, оферта может быть выражена в трех формах, а акцепт - в четырех (письменная, устная, конклюдентные действия, молчание).
Однако, остается неясным вопрос, в какой форме должна быть выражена оферта в соотношении с тем конкретным видом договора, который она предполагает, кроме случая с императивным правилом ст. 445 ГК об обязательном заключении договора, когда оферта должна быть направлена в виде проекта договора. И, пожалуй, кроме вынужденной письменной формы, которую диктуют обстоятельства в случае заключения договора между отсутствующими, при том, что между ними нет телефонной связи. Ст. 441 ГК, посвященная сроку для акцепта, в п. 1 связывает письменную форму оферты с акцептом в любой форме, и в п. 2 устную оферту с устным акцептом. При этом, интересно, что закон требует немедленного заявления об акцепте, как условия признания договора заключенным. Хотелось бы отметить, что в подобном случае акцептант лишен всякой возможности продумать предложение, предпринять какие-либо действия на сей счет и, тем более, предусмотреть какие-либо последствия вступления в договорные правоотношения.
Рассматривая вопрос о формах оферты и акцепта, С.А. Денисов пишет, что использование устной оферты допускается тогда, когда законом или соглашением сторон не установлена обязательная письменная (простая или нотариальная) форма договора. Посредством устной оферты могут заключаться договоры, исполняемые при самом их совершении …, за исключением договоров, для которых установлена нотариальная форма, и договоров, которые должны совершаться в письменной форме под страхом признания их недействительными. При этом, С.А. Денисов не приводит никакого критерия, либо норм закона в доказательство подобного утверждения, а имеет в виду, как следует из текста, Главу 9 ГК о формах сделок. Из этого можно заключить, что данный автор признает оферту сделкой. В опровержение этой позиции можно привести рассуждения М.И. Брагинского. Возражая против точки зрения Н.Д.Александрова, что оферта и акцепт представляют собой односторонние сделки, автор «Договорного права» цитирует Ф.И.Гавзе: «… Предложение (оферта) и принятие предложения (акцепт) – являются составными частями двусторонней сделки-договора … Волеизъявление одного из лиц, изъявивших свою волю (оферта), направлены на получение ответного волеизъявления другого лица (акцептанта), в результате чего возникает общий волевой акт, договор, приводящий к достижению встречных результатов, желательных для них». Далее он провозглашает эту точку зрения, как ту, которая пользуется всеобщим признанием среди цивилистов. Таким образом, можно утверждать, что оферту ни коим образом нельзя считать сделкой и, соответственно, применять к ней нормы Главы 9 ГК о формах сделок. А значит, кроме вышеупомянутых случаев и объективной вынужденности, выбор формы оферты зависит от усмотрения стороны. При этом остаются проблемы, связанные с вопросами доказывания в случае возникновения спора. Хотелось бы также указать на необходимость прямого и более детального урегулирования в законе пробела, связанного с формой оферты по отношению к тому виду договора, который она предполагает. Иначе приходится руководствоваться логикой и обычаями делового оборота.
Акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии. Акцепт должен быть полным и безоговорочным».п.1 ст.438 ГК. Таким образом, к акцепту предъявляются два обязательных требования: 1) акцепт должен быть полным; 2) акцепт должен быть безоговорочным. Первое условие, как полагает О.Н. Садиков, означает полное согласие с офертой, например, возвращение подписанного проекта договора без разногласий , второе требование- безоговорочный акцепт, О.Н.Садиков объясняет, как условие, при котором договор вступает в силу в момент его получения. Сочетание обоих требований выглядит не совсем уместно, т.к. понятие безоговорочный полностью поглощает понятие полный, в том смысле, который имеет в виду О.Н.Садиков, и ужесточает правовой режим регулирования акцепта. Эту жесткость подтверждает ст. 443 ГК , из которой следует, что любое изменение хоть одного из условий оферты считается отказом от акцепта. Третье требование - акцепт должен быть получен оферентом (а тем более отправлен акцептантом) в пределах срока, указанного в оферте.
Что касается свойств акцепта, то акцепт может быть отозван (ст. 439 ГК) и может быть получен с опозданием и не считаться опоздавшим (ст. 442 ГК). Акцепт может быть отозван, но только до того момента, как сообщение об акцепте поступило к лицу или сообщение об отзыве пришло ранее акцепта или одновременно с ним, таким образом, речь идет скорее не об отзыве акцепта, а об его отмене. Если обратиться для сравнительного анализа к зарубежному праву, то в нем относительно акцепта мы также найдем более мягкие нормы. Ст. 2.3. принципов УНИДРУА предполагает такие разновидности акцепта, как заявление адресата оферты, выражающего согласие с офертой; иное поведение адресата оферты, выражающее его согласие с офертой; молчание и даже бездействие в силу оферты или в результате практики, которую стороны установили в своих взаимоотношениях. Допускается акцепт с оговорками (ст.2.11 принципов УНИДРУА), которые являются дополнительными или отличающимися условиями, не меняющими существенно условий оферты и, если только оферент без неоправданной задержки не возразит против этих расхождений.
Таким образом, и в отношении акцепта можно отметить большую гибкость международного частого права, нацеленную на создание наилучших условий для развития договорных отношений и поддержания оборота.
§ 3. СТАДИИ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОГОВОРА
Обращаясь к процессу заключения договора с целью выявления и рассмотрения правовых проблем в этой части, следует подробно остановиться на этапе, который предшествует моменту заключения договора.
ГК в разделе «Общие положения о договоре» (п. 2 ст. 432 ГК) регламентирует следующий порядок заключения договора: «Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. При этом, офертой в ст. 435 ГК в точном смысле является «предложение» вступить в договор, а акцептом в п. 1 ст. 438 ГК признается «ответ» лица, которому адресована оферта, о ее принятии. А.Ю. Кабалкин, по этому поводу пишет, что оферта представляет собой сообщение о желании вступить в договор.
Итак ст. 432 указывает на оферту и акцепт, как необходимо предшествующие факту признания договора заключенным, который в ст. 433 ГК именуется моментом заключения договора.
Доктринальный подход освещает оферту и акцепт как «две стадии заключения договора». В частности, О.Н.Садиков, отмечает, статья предусматривает две стадии заключения договора – направление одной из сторон предложения заключить договор и принятие предложения другой стороной. В “Договорном праве” М.И. Брагинского, В.В. Витрянского мы читаем: «… стадии предложения (оферты) и ее принятие (акцепт) следуют одна за другой и никогда не совмещаются». С.А. Денисов в своей работе о порядке заключения договора утверждает, что процесс заключения договора включает в себя три последовательных стадии:
1) Направление одной стороной предложения заключить договор (оферта)
2) Принятие предложения заключить договор (акцепт)
3) Получение акцепта стороной, направившей оферту.
Здесь же он указывает на то, что это наиболее правильное, но не единственное понимание стадий заключения договора, перечисляя целый ряд авторов (О.С. Иоффе, Н.И.Клейн, М.И.Брагинский, В.А.Рясенцев, Н.Д.Егоров, В.Ф.Маслов, А.А.Пушкин), которые выделяют только две стадии заключения договора, а именно.
1) Направление оферты
2) Акцепт
Если принять во внимание все пояснения оферты и акцепта в приведенных цитатах и сопоставить их, то станет очевидным определенное расхождение в их толковании, т.к. «принятие предложения заключить договор» - это вовсе не «ответ на предложение», или «стадия предложения (оферты)» и «направление одной из сторон предложения заключить договор» не равны ни по объему, с точки зрения логики, ни по смыслу. «Стадия оферты» представляет собой обобщение, а «направление предложения» всего лишь действие.
Из всего вышеизложенного следует, что понятия оферты и акцепта заключают в себе некоторую многозначность, и совсем незначительная разница в трактовании этих латинских терминов у разных авторов, а также небольшая неточность в их толковании в самом ГК (п. 1 ст. 432 ГК, п.1 ст. 435 ГК), надо полагать , и приводят к доктринальным спорам о количестве стадий процесса заключения договора. Но это не просто споры, а решение вопросов о правообразующем характере и юридических последствиях составляющих этого процесса. Кроме того, дополнительную путаницу в эти дискуссии вносит не совсем уместное применение понятия “стадия” к тому короткому отрезку времени, в который производится фрагментарное действие.
Чтобы прояснить понятие «стадия», обратимся к его определению: стадия – период, ступень в развитии чего-нибудь. Итак, это понятие предполагает протяженность во времени, тогда как момент – миг, мгновение, короткое время, в которое происходит что-нибудь. Из этого следует, что применительно к “отправлению оферты” и “принятию предложения” (акцепту) правильнее употреблять понятие не стадия, а момент. Исходя из этого, хотелось бы, продолжая рассуждение, показать практическое значение различия этих понятий в отношении процесса заключения договора.
Тем не менее, руководствуясь ст. 431 ГК “Толкование договора”, а именно части о буквальном значении слов и выражений, относительно п. 2 ст. 432 ГК, “договор заключается посредством” хотелось бы отметить, что законодатель имеет в виду не стадии и не моменты, а скорее способ или условия заключения договора.
Итак, определяя значимые для права, т.е. правообразующие начала в процессе заключения договора понятием момент, попытаемся установить сколько их и какова их роль в этом процессе.
Направление оферты, с точки зрения права, это волеизъявление лица довести оферту до сведения адресата. А значит, это и реальное осуществление намерения лица вступить в договорные отношения. Отвечая на вопрос, какую юридическую силу несет в себе оферта, С.А. Денисов указывает на момент ее вступления в силу, ссылаясь на п. 2 ст. 435 ГК: оферта связывает оферента с момента получения ее адресатом, он утверждает, что процесс формирования воли оферента, выражение этой воли во вне, направление оферты адресату, не имеет правового значения для констатации факта вступления в силу, пока она не будет получена адресатом. С этим вполне можно согласиться, если речь идет о почтовом направлении оферты, либо посредством телетайпной, телеграфной, факсовой связи. Что касается выражения оферты в устной форме, либо в виде конклюдентных действий, то момент выражения воли оферента во вне, направление оферты адресату и получение оферты адресатом практически сливаются воедино. С.А. Денисов говорит, что направление оферты влечет для оферента определенные правовые последствия, но анализ ситуации с устной офертой, офертой в виде конклюдентных действий показывает, что не только для оферента, но и для акцептанта, более того, для судьбы договора вообще момент направления оферты несет в себе юридическую силу, правообразующее начало и правовые последствия, в том числе, согласно логике данного автора. Другое дело, какие могут возникнуть проблемы с точки зрения доказательственного значения неписьменной оферты, в случае возникновения спора.
Вторым условием заключения договора, согласно ГК, является акцепт – «принятие предложения» (п.1 ст. 432 ГК). Применяя буквальное толкование, можно прийти к заключению, что под принятием предложения (акцептом) ГК подразумевает принятие решения в ответ на оферту вступить в договорные отношения с оферентом, т.е. то, что можно назвать формированием воли, то, что предшествует моменту волеизъявления во вне, а тем более моменту отправления, но даже в этом случае, договор не будет считаться заключенным, а заключенным он будет только тогда, когда оференту станет известно о том, что оферта принята. С точки зрения правовых последствий акцепт не будет иметь никакого значения, пока он не выражен вовне. Таким образом, то, что ГК называет акцептом, можно разложить на несколько ключевых моментов, следуя логике настоящего анализа:
1. Получение оферты
2. Принятие решения об акцепте и, как следствие, выражение данного волеизъявления вовне.
3. Отправление акцепта оференту.
4. Получение сообщения об акцепте.
Выражение волеизъявления вовне, по аналогии с офертой, в случае акцепта в устной форме или в виде конклюдентных действий, будет сливаться с отправлением акцепта и с получением акцепта оферентом. Возможна ситуация, когда конклюдентные действия совершаются лицом, которое находится в ином месте, чем оферент и тогда конклюдентные действия должны подтверждаться каким-либо сообщением оференту.
М.И. Брагинский, по поводу этой ситуации (п. 3 ст. 438 ГК) подчеркивает, что в пределах указанного в оферте срока должно последовать либо само исполнение, либо получение оферентом извещения на этот счет. Иное решение поставило бы в затруднительное положение оферента, так как означало бы удлинение действий связанности за пределы срока, указанного в оферте. Кроме того, при неизвещении оферента о конклюдентных действиях акцептанта, могут возникнуть забавные ситуации. Б.И.Пугинский привел пример, когда акцептант грузит тонну капусты и отправляет оференту, не предупредив. При этом могут быть самые разные последствия в виде убытков в случае неподготовленности оферента принять исполнение. Момент волеизъявления акцептанта вовне важен как констатация факта о принятии решения ответить на оферту согласием, момент отправления акцепта- как явно выраженное и уже осуществленное намерение создать договор, и момент получения акцепта оферентом- как факт признания договора заключенным. Конечно, и оферта (п. 2 ст. 435 ГК), и акцепт (ст. 439 ГК) могут быть отозваны без всяких правовых последствий. В первом случае для оферента, во втором для акцептанта, при соблюдении предписанных законом определенных условий и сроков и, тогда они не будут иметь, как уже отмечалось, правообразующего значения. Но отзыв оферты и акцепта скорее исключение, чем правило, т.е. следствие некой неожиданности или препятствия, которые заставляют лицо отказаться от своего намерения в достижении юридического интереса. Что же касается момента получения оферты, то он, безусловно, важен и зафиксирован законодательно в п. 2 ст. 435 ГК и значим утверждением начала связанности оферента своим предложением в смысле всех отсюда вытекающих правовых последствий:
- ответственности;
- сроков.
Интересно отметить, что И.Б. Новицкий и Л.А. Лунц в своей работе «Общее учение об обязательстве», в разделе, названном «Принятие оферты и момент заключения договора», имея в виду случай между отсутствующими, выделяют четыре момента: а) решение лица, которому уже сделано предложение, принять это предложение и выражение воли на принятие предложения; б) отправление этим лицом ответа (с выражением согласия на предложение), предложившему договор; в) получение этого ответа лицом, предложившим договор; г) наконец, момент, когда лицо, сделавшее предложение, фактически узнает содержание полученного ответа . Данные авторы не только разделяют момент получения с моментом ознакомления оферента с содержанием послания, но и объясняют разницу их значения в смысле правовых последствий. Момент получения – для доказывания факта получения и соответственно срока, а момент ознакомления с содержанием ответа- как фактическое рождение договора, которое только и можно было бы признать моментом юридического его рождения, но он (момент ознакомления), справедливо отмечают они страдает крайней неопределенностью и неуловимостью и потому не может приниматься за момент заключения договора .
Момент ознакомления с содержанием ответа выражает «теорию восприятия». Согласно этой теории, договор заключен лишь в тот момент, когда будущий должник получил (воспринял) сведения об изъявлении принятия будущего верителя, т.е. после ознакомления с посланием.
Итак, по причинам «неуловимости и крайней неопределенности» остается принять «теорию получения», как наиболее разумную и целесообразную с точки зрения защиты прав и точной фиксации сроков с момента установления прав и обязанностей сторон.
Следует упомянуть, что длительное время в доктрине общего права существовала теория «почтового ящика» (“mаilbox”). Эта теория связывает признание договора заключенным с моментом, когда контрагент опускает свою депешу с акцептом в почтовый ящик или передает ее почте другим способом. При этом доктрина дает следующее обоснование: почта - уполномоченный представитель оферента при получении акцепта, как если бы акцепт был вручен оференту лично . Современная доктрина отвергла эту теорию как недействительную и малоубедительную. Создание данной теории было продиктовано чисто экономической потребностью ограничить максимально узкими временными рамками возможности оферента для отзыва своего предложения … освободить контрагента от риска отзыва оферты с момента отправки им акцепта, а не с даты получения акцепта оферентом. С точки зрения континентального права теория почтового ящика мало согласуется с консенсуальной природой договора, и даже в общем праве любые другие формы волеизъявления одной из сторон (кроме получения акцепта) должны быть получены адресатом, прежде чем станут юридически действительными (это касается оферт, их отзыва, извещений) .
В литературе отмечается, что некоторые авторы (например И.С.Перетерский, Е.А.Флейшиц), выделяя направление оферты и получение акцепта в качестве самостоятельных стадий заключения договора, опускали факт принятия предложения акцептантом. Таким образом, ключевые моменты, которые определяют процесс заключения договора между отсутствующими создают некую цепочку действий, с одной стороны, разделяя временные промежутки, с другой, соединяясь между собой, образуют периоды времени, т.е. стадии.
Попытаемся условно, как на схеме, соединить эти моменты – точки, образуя стадию. Начнем с последнего момента –
- момента ознакомления с содержанием ответа (акцепт), который, соединясь с моментом получения, образует самостоятельную стадию, которую условно можно назвать стадией «недополучения акцепта». В этом термине отсутствует элемент процесса, т.к. она опосредует некую статичность ожидания, когда оферент воспримет содержание послания.
Момент получения оферентом акцепта и момент отправления акцепта в случае почтового, телеграфного и т.п. отправления образует стадию «следования акцепта к месту назначения». Момент отправления акцепта и момент принятие решения об акцепте образует стадию «предшествующую отправлению акцепта». Эта стадия может включать какие – либо организационные моменты и действия акцептанта, например командировка к месту нахождения предложенного товара, поиск вспомогательных контрагентов. Момент принятия решения об акцепте и момент получения оферты образует стадию «рассмотрения оферты», которая также может быть связана с разными действиями и затратами акцептанта.
Момент получения оферты и момент отправления оферты создают стадию «следования оферты к адресату» и эта стадия важна для оферента в смысле негативных последствий, связанных с разными нарушениями на пути ее следования, например: - утеря или задержка в пути, доставка не тому адресату и т.д., равно как и со следованием акцепта. И наконец, если связать момент отправления оферты с моментом ее рождения, можно назвать полученнную стадию “поиском контрагента”. Хотя закон не говорит и не может говорить о выборе контрагента, кроме случаев обязательного заключения договора (статья 445 ГК), как о факте имеющем самостоятельное значение, непродуманный его выбор часто ведет к негативным последствиям в сфере договорных правоотношений. Все образованные стадии, в конечном итоге, сливаясь друг с другом, создают две, а не три большие стадии, которые условно можно назвать офертой и акцептом. И разграничивать их будет момент принятия решения об акцепте и как следствие - выражение его во вне.
Если принять тот факт, что акцепт на практике далеко не всегда является безоговорочным, для того, чтобы называться акцептом, как этого требует ст. 438 ГК, то подобное обстоятельство может вызвать целую серию стадий в процессе заключения договора, но все они, так или иначе, будут следовать моделям оферты и акцепта, содержащими в себе все рассмотренные выше ключевые моменты, которые законодатель не называет моментами, а доктрина определяет понятием стадия.
Чтобы наглядно продемонстрировать процесс заключения договора можно предложить схему этого процесса и продемонстрировать последовательность его развития в противопоставление позиции, которую отстаивает настоящее изложение по отношению к точке зрения С.А. Денисова, с одной стороны, и с другой стороны, к тем, с кем пытается дискутировать С.А. Денисов. Поскольку у последнего происходит смешение понятий стадия и момент, а точнее подмена – момент он обозначает как факт, остается путем логического рассуждения определить, где у С.А. Денисова заканчивается одна стадия и начинается другая. Не излагая подробно ход этого рассуждения, отметим, что оно определяет
следующий вывод: начало стадии «направление одной стороной предложения заключить договор (оферта)» связано с моментом ее отправления. Ее завершение связано с моментом принятия решения об акцепте. Последний начинает стадию «принятия предложения заключить договор (акцепт)», окончание которой сливается с моментом «получения оферентом акцепта». Третья стадия С.А. Денисова «получение акцепта стороной, направившей оферту» полностью совпадает с моментом получения акцепта.
На практике процесс заключения договора не сводится исключительно к схеме «оферта – акцепт». На самом деле, как известно, за стадиями оферта и акцепт скрываются, порой, длительные переговоры о выработке условий соглашения, поиске контрагентов, заключении сопутствующих и подчиненных, как односторонних, так и многосторонних сделок и соглашений. Тем более, если речь идет об объемных долгосрочных контрактах. Каждый этап подобных переговоров может оформляться отдельным документом.
Представление о том, что процесс заключения договора это целый комплекс отношений сторон, дает ст. 431 ГК «Толкование договора», где кроме прямого указания на предшествующие договору переговоры, названы переписка, практика, установившаяся во взаимных отношениях сторон. В общих положениях о договоре содержатся две статьи, которые детально регулируют заключение договора в обязательном порядке - ст.445 ГК и преддоговорные споры (на основании ст. 445 ГК РФ)-ст.446 ГК РФ, а также ст. 429 ГК «Предварительный договор». Еще две нормы регулируют достаточно подробно порядок заключения договора: ст. 528 ГК – т.к. заключению государственного контракта придается особое значение в гражданском обороте, и ст. 507 ГК «Урегулирование разногласий при заключении договора поставки». В данных нормах не только точно названы сроки, в которые предписано произвести определенные действия, но и промежуточные документы, которые
делят процесс согласования договора на определенные этапы: проект контракта, протокол разногласий (ст. 528 ГК), а также, следует полагать, уведомление, т.к. обязанность уведомить подразумевает ее материально- правовую форму.
А.С. Комаров, основываясь на солидном зарубежном опыте заключения контрактов, пишет, что в деловом обороте довольно часто договоры возникают не по классической схеме – направление предложения (оферта) и его принятие (акцепт), а в результате достаточно продолжительных и многоступенчатых переговоров, например, когда заключаются крупные и сложные коммерческие сделки и называет промежуточные документы, фиксирующие этот процесс: протоколы (письма) о намерениях, меморандумы, памятные записки и т.п.. Однако, юридическое содержание таких документов оценивается партнерами неоднозначно, отмечает А.С. Комаров. Юридическая квалификация актов, фиксирующих завершение отдельных этапов переговорного процесса, так же как необходимость урегулирования этого процесса правом, связаны, в первую очередь, с правовой защитой сторон. Серьезное отношение к этому этапу заключения договора обосновывается тем, что в данном случае участники противостоят друг другу не случайно и не обезличенно, а они вступили в связь на уровне регулируемых правом отношений .
Преддоговорные отношения безусловно важны, поскольку в их рамках рождаются права и обязанности сторон, обеспечивающие достижение конечной цели договор. Потому к процессу проведения переговоров законодательством предъявляются особые требования.
Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА содержат две статьи- 2.15, 2.16., посвященных переговорам, что, во-первых, констатирует факт признания переговоров, как самостоятельного этапа в процессе заключения договора, а, во-вторых, подробным урегулированием его отдельных моментов, придает этому этапу безусловно значимый характер.
С преддоговорными отношениями связан еще один немаловажный аспект, который отмечен И.Б. Новицким, Л.А. Лунцем в курсе «Общее учение об обязательстве». Развитие оборота предполагает возможность широкого проявления инициативы в деловых отношениях без опасений каких-либо неблагоприятных последствий проявленной инициативы , поэтому стороне, осведомленной о подобных последствиях ( в смысле связанности офертой), не всегда желательно выражать эту инициативу в форме оферты. И.Б. Новицкий, Л.А. Лунц различают оферту, неокончательное заявление или простое приглашение вести переговоры, так же как и закон (п.1ст. 437 ГК) различает оферту от рекламы и иных предложений, адресованных неопределенному кругу лиц, рассматриваемых как приглашение делать оферты.
М.Г.Розенберг, в работе «Заключение договора международной купли-продажи товаров» разделяет два случая заключения договора: когда оно происходит путем обмена оферты и акцепта -именно этот случай регулирует Конвенция, отмечает автор, и случай, когда договор заключается в результате переговоров и подписания единого документа, содержащего соглашение сторон . Из этого следует, что первый случай не предполагает ведение переговоров по поводу согласования условий будущих правоотношений. Можно ли предположить, что направление оферты требует ответа только лишь в форме акцепта, без какого-либо дополнительного обсуждения ? И если это возможно, то в каком случае? Следует допустить, что подобный вариант возможен, как следствие сложившегося годами, бесконфликтного делового партнерства, либо настолько идеально разработанных условий правоотношений и защиты сторон, что никакие переговоры не добавят ничего, что могло бы улучшить и без того совершенный документ. Однако, на практике, а тем более в гражданском обороте РФ, еще не до конца осознавшим новую систему частного права, существует масса угроз и препятствий для подобной отрегулированности отношений. Практика не дает оснований представлять процесс заключения договора без мучительного согласования будущих прав и обязанностей. Если так, то абсолютно очевидно, что случай заключения договора по схеме «оферта – акцепт» включает в себя ведение переговоров, которые возможны после направления оферты и перед получением акцепта. И, напротив, в случае заключения договора посредством переговоров «в ходе переговоров вообще невозможно установить на какой стадии завершается их предварительная часть и вносится оферта, подлежащая акцепту» . Но, безусловно, она вносится.
Таким образом, строгое разграничение двух случаев можно считать недостаточно обоснованными. Более того, процесс заключения договора представляет собой, иной раз, затяжной, многостадийный, разноуровневый процесс.
II. РАСТОРЖЕНИЕ ДОГОВОРА.
§ 1. ОБЩИЙ ПОДХОД ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА К ПРОБЛЕМЕ РАСТОРЖЕНИЯ ДОГОВОРА.
Анализ юридической литературы позволяет сделать вывод о том, что существуют две противоположных позиции в отношении расторжения договора. Сторонники одной из них поддерживает принцип неизменности договоров, другие же признают довольно широкие возможности свободы стороны при расторжении договора.
Авторы того и другого взгляда предлагают достаточно веские аргументы в обоснование своих мнений. В одной из своих работ М.И. Брагинский признает основным для договорного права принцип неизменности договора, ссылаясь на известное со времен римского права требование – договоры должны исполняться (pacta sunt servanda). Однако позже, в другой работе М.И. Брагинский подчеркивает, что возможность расторжения договора по соглашению сторон презюмируется диспозитивной нормой п. 1 ст. 450 ГК. Это положение автор рассматривает, как наделение сторон широкой возможностью определять судьбу договора, т.е. одной их прямых выражений договорной свободы .
Н.Д. Егоров, очевидно, склоняется к мнению о неизменности договора, поскольку полагает, что условия заключенных договоров не должны изменяться. Это общее правило, как он считает, придает устойчивость гражданскому обороту . Подтверждением этому служит п. 2 ст. 422 ГК, которая устанавливает правила о сохранении условий договора при принятии закона, устанавливающего обязательные для сторон правила, иные, чем те, которые действовали при заключении договора. Исключением из этого правила является прямое указание закона на то, что его действия распространяются на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.
В.В. Витрянский объясняет включение в Гражданский кодекс общих положений о договоре целью обеспечить стабильное и четкое регулирование договорных отношений. Полагая, что условия развития российской экономики не позволяют достичь данной цели, автор оставляет актуальность проблемы обеспечения стабильности для конкретного договора. Нельзя допускать, замечает он, чтобы заключенный договор, который реально исполняется сторонами или хотя бы одной из них, когда уже понесены определенные затраты, вдруг, по воле одной из сторон, прекращал свое действие. И данная проблема, по его мнению, решается путем установления в гражданском кодексе жестких правил на этот счет .
А.Ю. Кабалкин считает, вряд ли можно согласиться с утверждением, что ГК последовательно исходит из принципа неизменности договора, поскольку по смыслу общих начал гражданского законодательства граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора. Они свободны также в определении любых условий договора, не противоречащих законодательству (п.2 ст. 1 ГК).
Для того чтобы правильно оценить эти позиции, необходимо проанализировать не только положения, относящиеся непосредственно к расторжению договора, но и затронуть общие начала правового регулирования договорных отношений. Учитывая, что понятие «договор» имеет троякое значение – юридический факт, правоотношение, и документ, фиксирующий права и обязанности сторон, следует полагать, что расторжение, применительно к договору, будет означать прекращение правоотношения. По мнению Г.Ф. Шершеневича, в большинстве случаев договор направлен к установлению обязательственных правоотношений, таким образом, что договор и обязательство чаще всего находится в связи, «как причина и следствие» . Поскольку содержанием договора является в основном обязательство, то расторжение договора будет являться юридическим фактом, означающим прекращение обязательства.
Анализ общих начал гражданского законодательства – свободы в установлении прав и обязанностей и определения любых условий договора, позволяет заключить, что свобода допустима, когда она не противоречит закону, т.е. эта свобода не является абсолютной. Кроме того, как отмечалось, договорная свобода используется в основном на стадии заключения договора, когда стороны только устанавливают права и обязанности. После заключения договора, его условия становятся для сторон обязательными, за исключением случаев, когда они заранее установили возможность расторгнуть договор. Договором или законом может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств. Но если подобное условие отсутствует в договоре, он действует до определенного в нем момента окончания исполнения обязательства (ст. 425 ГК). Помимо этого договорную свободу ограничивают пределы осуществления гражданских прав. По смыслу ст. 10 ГК не допускаются действия граждан и юридических лиц, как исключительно с намерением причинить вред другому лицу, так и злоупотребление правом в любых других формах.
Нормы, которые имеют прямое отношение к регулированию договоров, устанавливают недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства (ст. 310 ГК), за исключением случаев, предусмотренных законом или самим договором. Исключение из этого правила сделано в отношении договоров, связанных с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности. Таким образом, следует принять принцип «договоры должны исполняться», т.е. недопустимость расторжения договора в первую очередь, как одно из основных начал гражданского законодательства. Вместе с тем, необходимо признать, что этот принцип во вторую очередь допускает исключения (ст. 450 ГК) по ряду оснований. Это продиктовано взаимосвязью данного принципа с другими основными началами гражданского законодательства: - свободой в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и свободой в определении любых условий, не противоречащих закону.
Ст. 450 ГК устанавливает возможность расторжения договора по трем основаниям. Первым из них является соглашение сторон, если иное не предусмотрено законом или договором. Второе основание - решение суда по требованию одной из сторон, при существенном нарушении договора другой стороной. Третьим основанием являются все иные случаи, предусмотренные законом или договором. Одним из оснований возможности расторжения договора служит существенное изменение обстоятельств, которое, очевидно, можно рассматривать, как частный случай тех, которые ст. 450 ГК относит к иным случаям, предусмотренным законом или договором. О.Н. Садиков, как следует из комментария к ст. 450 ГК, считает нормы о расторжении договора исключением из правила о недопустимости расторжения договора .
Н.Д. Егоров выделяет пять оснований расторжения договора. Первое - по взаимному соглашению сторон, второе - расторжение договора в случае одностороннего отказа от исполнения договора, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон. При этом Н.Д. Егоров подчеркивает, что решения суда в этих случая не требуется. Третье - расторжение договора по требованию одной из сторон по решению суда и только при существенном нарушении договора другой стороной. Четвертое - расторжение договора по требованию одной из сторон по решению суда в связи с существенным изменением обстоятельств. Пятое - расторжение договора по требованию одной из сторон по решению суда в иных случаях, предусмотренных законом или договором .
В.В. Витрянский выделяет в качестве общего основания расторжения договора соглашение сторон, и как исключение из общего правила, два случая - по требованию одной из сторон и по решению суда. Первое исключение, по мнению автора, связано с существенным нарушением другой стороной условий договора. Ко второму случаю В.В. Витрянский относит все иные, предусмотренные законами или договором . И особым случаем расторжения договора, он считает расторжение на основании существенного изменения обстоятельств.
М.И. Брагинский предлагает следующие основания расторжения договора: соглашение сторон; решение суда в случае недостижения такого соглашения; существенное нарушение договора другой стороной и существенное изменение обстоятельств . Однако, из буквального толкования ст. 450 ГК можно заключить, что существенное нарушение договора другой стороной не является достаточным и самостоятельным основанием для расторжения договора. Договор может быть расторгнут при существенном нарушении договора другой стороной лишь по требованию контрагента и по решению суда.
А.Ю. Кабалкин, в числе оснований расторжения договора, наряду с «демократическим способом» расторжения договора по соглашению сторон, выделяет еще два случая. Оба случая связаны с односторонним расторжением договора по требованию одной из сторон и по решению суда, во-первых, когда речь идет о существенном нарушении договора другой стороной и во-вторых, по основаниям, прямо предусмотренным законом или договором . Таким образом, существенное нарушение договора другой стороной и здесь не выглядит, как достаточное и самостоятельное основание для расторжения договора.
Б.И. Пугинский предлагает различать одностороннее, двустороннее и судебное расторжение договора . Используя данное деление, как наиболее целесообразное для разграничения случаев расторжения договора, следует рассмотреть каждую группу случаев в отдельности. Кроме того, хотелось бы выделить существенное изменение обстоятельств, как особое и абсолютно новое для российского законодательства основание расторжения договора.
§ 2. ОДНОСТОРОННЕЕ РАСТОРЖЕНИЕ ДОГОВОРА.
Возможность одностороннего отказа от договора может быть предусмотрена как соглашением сторон, так и законом, для обязательств, связанных с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, если иное не вытекает из закона или существа обязательства. Под иным здесь, наравне с другими, подразумеваются случаи невозможности отказаться от исполнения, например, договора государственного займа заемщиком (п.4 ст. 817 ГК), или от исполнения любого денежного обязательства.
Следует заметить, что по мнению А.Кабалкина, одностороннее расторжение договора, это всегда его досрочное прекращение . Закон предоставляет довольно широкие возможности стороне расторгнуть договор на общих основаниях для всех видов договоров. Существуют также и специальные основания расторжения для отдельных видов договоров. Они могут быть установлены как законом, так и договором. Б.И. Пугинский предлагает три варианта возможностей расторжения договоров: отказ от договоров любых видов, определенных типов и конкретных договоров .
Общими основаниями для всех видов договоров можно считать непредоставление обусловленного договором исполнения обязательства, либо наличие обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок. Данное основание дает право другой стороне приостановить встречное исполнение, либо отказаться от него полностью (п.2 ст. 328 ГК).
Вторым общим основанием для отказа от исполнения всех видов договоров является просрочка должника, вследствие которой исполнение утратило интерес для кредитора. Отказ от исполнения обязательства в этих двух случаях будет реакцией на нарушение обязательства и относится к мерам оперативного воздействия.
Поскольку с разрешения закона такие меры применяются непосредственно управомоченным лицом в одностороннем порядке, они являются эффектным средством защиты. В.С. Ем, делит их на три группы. Первая группа - меры оперативного воздействия, связанные с исполнением обязательства за счет должника. Общей нормой для них служит возможность поручить исполнение неисполненного обязательства третьим лицам (ст. 397 ГК). Вторая группа - меры оперативного воздействия, связанные с обеспечением встречного удовлетворения. Общая норма для этой группы - удержание (ст. 359 ГК). Третья группа - меры отказного характера, которые имеют прямое отношение к одностороннему расторжению договора . От этих мер Б.И. Пугинский предлагает отличать способы защиты от рисков. Это различные оговорки, которые делают стороны на случай изменения обстоятельств, либо в предвидении каких-либо затруднений.
Все подобные обстоятельства близки по характеру к действию непреодолимой силы. Одностороннее расторжение договора возможно при действии непреодолимой силы, которое также следует отнести к общим основаниям для любых видов договоров (п.3 ст. 401 ГК).
Основаниями одностороннего расторжения договора для договоров определенного типа является расторжение кредиторами любых договоров на возмездное оказание услуг (ст. 782 ГК). К ним относится также группа так называемых фидуциарных сделок: договор поручения, договор комиссии, агентский договор и др. Различные договоры перевозки также предоставляют сторонам широкие возможности для отказа от договора в определенных ситуациях.
Возможность одностороннего отказа от договора может быть продиктована природой самого договора или обычаем делового оборота. Существо договора хранения предполагает право поклажедателя в любое время расторгнуть договор. Такое же право предоставлено клиенту по договору расчетного или любого другого счета с банком.
Право одностороннего расторжения договора может быть предусмотрено соглашением сторон. Во-первых, если это право носит абсолютный характер и во-вторых, очевидно, по строго определенным основаниям, прямо указанным сторонами в договоре. В этом случае, отмечает Б.И. Пугинский, между словами «вправе расторгнуть» должны обязательно стоять слова «в одностороннем порядке». Отсутствие этих слов будет означать расторжение договора по соглашению сторон .
Хотя многие авторы, в частности Н.Д. Егоров, придерживаются мнения, что решение суда в подобных случаях не требуется, есть основания считать, что стороны в большинстве случаев могут обращаться к судебным органам. Когда идет речь о случаях, где налицо установленные в законе или в договоре основания для одностороннего расторжения договора, это вовсе не значит, отмечает М.И. Брагинский, что сторона лишена возможности воспользоваться правом обращения в суд. Равно как не исключена ситуация, при которой с соответствующим иском может выступить вторая сторона. В данном случае предметом иска будет служить установление факта отсутствия у стороны права на расторжение договора .
При одностороннем расторжении договора, следует обратить внимание на последствия подобного расторжения. Когда расторжение происходит по основаниям, предусмотренным законом, закон содержит условия и последствия расторжения. Отказ от встречного исполнения возможен лишь в случаях, когда не предоставлено обусловленное встречным исполнение. Отказ от просроченного исполнения обусловлен возможностью требовать возмещения убытков. Отказ заказчика от исполнения заказа по договору подряда, также предполагает возвращение предоставленных материалов и оборудования или их стоимости, либо требование о возмещении убытков (ст. 728 ГК). Заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, а исполнитель лишь при условии полного возмещения заказчику убытков (ст. 728 ГК). При одностороннем отказе от договора транспортной экспедиции любая из сторон возмещает другой убытки, вызванные расторжением (ст. 806 ГК).
Анализ последствий расторжения договора на основании закона показывает, что расторгать договор может всегда лишь кредитор, либо должник при условии возмещения затрат или убытков.
При расторжении договора в одностороннем порядке, обязательства сторон прекращаются либо с момента возмещения затрат или убытков (расторжение на основании закона), либо с даты соглашения сторон, либо с момента, указанного в соглашении. Необходимо также иметь в виду, что соглашение о расторж