23 июня депутаты Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) приняли резолюцию по Беларуси. Данное событие было преподнесено Минском как очередная внешнеполитическая победа: якобы для восстановления статуса специально приглашенной Беларуси нужно всего лишь ввести мораторий на смертную казнь.

При этом как-то забывается о том, что решение, будет ли в республике сохранен такой вид уголовного наказания, как смертная казнь, принималось на всенародном референдуме 1996 года. В соответствии с Конституцией Республики Беларусь (Статья 77. Решения, принятые референдумом, могут быть отменены или изменены только путем референдума, если иное не будет определено референдумом), это означает, что вопрос об отмене смертной казни также должен выносится на референдум, ибо ни президент, ни парламент не могут принять решение об этом самостоятельно.

Таким образом, необходимое законодательное обеспечение данного вопроса, несомненно, будет отложено в долгий ящик. Вместо этого достаточно принять закон (указ) о введении моратория на смертную казнь в республике.

А самое интересное - внимательное ознакомление с полным текстом резолюции ПАСЕ показывает, что вопрос введения моратория на смертную казнь в ней отнюдь не главный. Документ является не чем иным, как политическим ультиматумом, который Европа предъявила официальному Минску. Принятие резолюции ПАСЕ в ее нынешнем виде - серьезное внешнеполитическое поражение Беларуси (свидетельством чего являются и появившиеся слухи о грядущей отставке министра иностранных дел С. Мартынова).

О том, что мы имеем дело с политическим ультиматумом, говорит следующее: а) достаточно подробный список политических, организационных и иных требований, которые должен выполнить Минск по решению ПАСЕ; б) однозначный тон резолюции, не допускающий каких-либо двойных трактовок; в) наличие определенного периода, в течение которого данные требования должны быть выполнены официальным Минском; г) наличие в документе упоминания санкций, которые последуют в отношении официального Минска в том случае, если требования ПАСЕ не будут выполнены в срок.

Технические требования Роспотребнадзора и Минсельхозпрода России в части допуска белорусской продукции на российский рынок не идут ни в какое сравнение с тем списком политических требований, который Европа предъявила Белорусскому государству. Это лишний раз подчеркивает, что возникающее недопонимание между РФ и РБ носит тактический характер (если, разумеется, есть готовность его преодолеть), в то время как требования Европы содержат в себе далеко идущие геополитические последствия для Беларуси.

Поэтому трудно понять бурную реакцию официального Минска на технические вопросы из Москвы и отсутствие всякой реакции на политический ультиматум со стороны Европы.

Уже в самом начале резолюции говорится: «Ассамблея по-прежнему надеется, что Беларусь когда-нибудь выполнит требования по вступлению в Совет Европы, а ее власти возьмут на себя жесткие обязательства по исполнению стандартов Организации и примут ее ценности».

Далее следует констатирующая часть, в которой ПАСЕ признает определенный прогресс, достигнутый Минском по ряду вопросов (отсутствие политзаключенных, доступ некоторых оппозиционных СМИ в продажу, создание различного рода консультативных советов, визовые санкции, «Восточное партнерство» и т.д.), и специально отмечает, что нынешний диалог стал возможен благодаря тому, что белорусские власти уже выполняют требования европейских организаций.

Что называется, мягко стелют… От констатации положительных сдвигов ПАСЕ переходит к формулированию «проблемных» вопросов в отношениях с Беларусью. Да каких вопросов! Парламентская ассамблея ставит под сомнение легитимность ныне действующего парламента республики; отмечает репрессивный характер преследования оппонентов власти, иные нарушения прав человека; отсутствие дальнейшего прогресса в политической либерализации (свободу распространения независимых СМИ, содержание под стражей людей без суда, запрет в регистрации некоторым общественным объединениям).

Ну а далее начинается еще более «интересное». Оказывается, ПАСЕ готово «отменить приостановление статуса специально приглашенного для белорусского парламента после того, как мораторий на исполнение смертных приговоров будет оглашен компетентным белорусским органом». Далее содержится еще одно требование, которое раньше категорически отвергалось официальным Минском: «В контексте восстановления статуса специально приглашенного для белорусского парламента и только в случае, если оппозиция получит адекватное представительство, обеспечить приглашение белорусской межпарламентской оппозиции для участия в работе Ассамблеи и ее комитетов».

То есть Европа оставила в силе одно из наиболее важных требований белорусской прозападной оппозиции, желающей также стать участником диалога по линии Беларусь - Запад. Тем самым роль белорусской оппозиции в целом, а не только отдельных политиков и движений (имеется в виду движение «За свободу» А.Милинкевича), должна существенно повыситься.

Это означает, что установка официального Минска на ведение диалога с Европой «без посредников» (без белорусской оппозиции) провалилась, и оппозиция, с полного согласия Запада, сохранила свое место за столом переговоров. Более того, если ранее возможность ее участия была под вопросом, то теперь ее статус прописан в официальном документе ПАСЕ.

Выполнение этих требований в отношении прозападной оппозиции будет означать только одно: ПАСЕ установила над оппозицией свой политический зонтик, и теперь оппозиция может спокойно и безнаказанно действовать. Любые действия белорусских властей против оппозиционеров будут теперь объявлены грубым нарушением резолюции Парламентской ассамблеи Совета Европы.

Пункт 21 содержит целых 14 требований к белорусским властям со стороны ПАСЕ, а кроме того еще 14 конкретных подпунктов, реализации которых будет добиваться европейские организации. В случае их выполнения характер ныне существующей политической системы в республике изменится кардинально. Законно избранные власти просто утратят контроль над внутриполитическими процессами, передав свои полномочия в руки ПАСЕ.

Резолюцию от 23 июня нельзя расценить иначе, как ловушку, в которую официальный Минск загнал себя сам: если ранее процесс его общения с евроструктурами был практически не формализован, то теперь Европа получила мощный инструмент давления на белорусские власти.

В случае отказа властей республики от выполнения этих требований, в условиях приватизации крупной белорусской промышленности европейскими и американскими компаниями власть РБ снова столкнется с обструкцией на политическом уровне. При отсутствии поддержки со стороны России это приведет к смене ныне правящей группировки и замене ее на прозападную.

И еще об одном, весьма важном обстоятельстве. Постановкой вопроса об отмене (введении моратория) на смертную казнь, которая рано или поздно должна будет привести к новому референдуму по вопросу о смертной казни (притом, что еще не ясно, согласится ли большинство граждан республики на ее отмену), ПАСЕ создает основу для пересмотра всех итогов референдума 1996 года, на котором главным был вопрос принятия Конституции в новой (президентской) редакции. Соответственно, данным решением Европа пытается создать предпосылки для постановки вопроса о нелегитимности ныне действующей Конституции Республики Беларусь и необходимости либо ее пересмотра, либо принятия новой Конституции. Ведь при наличии соответствующего желания и аппарата принуждения решение белорусских властей о введении моратория на смертную казнь можно будет трактовать и следующим образом: официальный Минск пошел на отмену решения народа. Если следовать этой логике, то и другие решения народа, принятые на референдуме 1996 года, уже не обладают необходимой степенью легитимности.

Такой формат «равноправного» общения ПАСЕ позволяет себе в отношении белорусского народа как носителя всей полноты власти в республике еще до того, как Беларусь получила статус специально приглашенного. Можно себе представить степень и характер вмешательства Европы во внутренние дела Беларуси в том случае, если последняя станет полноправным членом данной организации.