В колонках играет - Тимур Шаов, О народной любви…Настроение сейчас - внимательноеБогатырское слово
Во столном славном граде Киеве
Говорит князь Владимер Всеславич киевской
Своим богатырем Илье Муромцу с товарищи:
«Или то вам не сведомо богатырем,
Что отпущает на меня царь Костянтин
Из Царяграда сорок два богатырей,
А велит им Кеев изгубити.
И вы б нынеча никуды не розежалися,
Берегли бы естя града КиевА й всее моеи вотчины».
Бьют челом семь богатырей:
«Государь, князь Владимер киевской Всеслаевич!
Отпусти нас в чисто поле,
Мы тебе, государю,
Прямыя вести отведаем
И приведем тебе, государю, языка добраго;
Тебе, государю, славу великую учиним,
И себя, государь, в честь введем
И всему твоему государству похвалу великую учиним
И многия орды острастим».
А взговорят богатыри таково слово:
«Государь князь Владимер киевской!
Сторожем мы в земле не извадились жить,
Не доведетца нам сторожами слыть».
Имена богатырем:
1 – богатырь Илья Мур[ом]ец, сын Иванович,
2 – богатырь Добрыня Никитичин,
3 – богатырь дворянин Залешанин серая свита,
злаченые пугвицы,
4 – богатырь Олеша Попович,
5 – богатырь щата Елизынич,
6 – богатырь Сухан Доментьянович,
7 – богатырь Белая Палица,
Красным золотом украшена, чечьим жемчюгом унизана,
Посреди тоеи палицы камень – самоцветной пламень.
Да говорят богатыри таково слово:
«Государь, князь Владимер киевской Всеслаевич!
Не извадились мы сторожем стеречи,
Только мы извадились в чистом поле ездити,
Побивать полки татарские;
Отпусти нас, государь, в чистое поле,
Мы тебе, государю, прямые вести отведаем
Или тобе приведем языка добраго».
Взговорит князь Владимер киевской:
«Ои естя, богатыри, Илья Муромец с товарыщи!
Непригож вам в те поры прочь отехати,
А меня вам, государя, покинути одново в Киеве.
А яз жду тех боготыреи
С часу на час борзо х Киеву.
Пригоже вам моея вотчины поберетчи».
Тут богатыри закручинилися.
Идут к своим добрым коням,
УДаря челом великому князю Владимеру Всеслаевичу;
Учали на них класти седла черкаские,
Подтягивают подпруги шелку белово,
У всех пряжи булатные,
Красного булату перепускнаго.
Да кладут на собя доспехи крепкия,
Емлют с собою палицы булатныя,
Того булату перепускнаго,
И всю свою здбрую богатырьскую.
И, всед на кони,
Прочь поехали из Киева,
Заложили копья булатные вострыя,
Поехали в чистое поле.
Едут по чистому полю,
Взговорят промеж собою такову пословицу:
«Лутче бы мы тое срамоты великия не слыхали,
Нежели мы от князя в очи такое слово слышали;
Хотя б мы людеи не дородились,
Да были бы мы богатыри не добрыя,
И нас бы в Киеве сторожи стеретчи не заставливали».
Говорит Илья Муромец своим товарыщем:
«Государи естя мои товарыщи!
Чем тех богатырей на себя ждати х Киеву,
Мы поедем встречю к ним и там с ними свидимся.
А сказывают, что удалы добре – не по обычаю,
Мы станем богу молитися,
Чтобы нам бог помощь послал на цареградцких богатырей».
А прямо идут ко Царюграду.
Как будут двенадцать поприщ до града,
Перезжаючи Смугрю-реку,
Ажно има навстречю идут двенадцать человек
Цареградцких богатырей,
А на них платье калицкое.
Приехал к ним Олеша Попович
Да говорит им таково слово:
«Братия вы милая, калики перехожия,
Дайте вы нам свое платье каличное,
А у нас возьмите наше платье светлое».
Говорит калика таково слово:
«Ои еси, Алеша Попович! Али меня не знаешь,
Или имени моего не ведаешь как меня зовут?
Зовут меня по имени Никита Иванович,
Родом есми Карачевец».
А на каликах гуни1) голуба скорлату,
А тер[ли]ки на них камки2) венецкие,
А палицы у них вязовые,
С конца в конец свинцу налиту;
А Никиты палица вся золотая.
Приехал к ним Илья Муромец
Да говорит им таково слово:
«За то нам, Никита, бранитися не о чем,
А вам стоять не за што;
Вото вам платье светлое,
Дайте нам свое платье калицкое!»
Взговорит Никита таково слово:
«За то нам, государь Илья Муромец,
Стоять не за што и спору чинить не о чем!» .
Дают [с] собя платье калицкое,
Они Дают с себя платье светлое.
Взговорит Добрыня Никитич таково слово:
«Почто вы, Никита, ходили во Царьгород?»
Говорит Никита таково слово:
«Государь Добрыня Никитич!
Ходили мы прямых вестей отведывать.
Естли столко цареградцких богатырей,
Итти ли им в Киев-город?
И вести прямые неизменные:
При царе богатыри похваляютца,
Хотят Кеев-город на шити взяти,
И великого князя с великою княгинею в полон вести
А удалых богатырей, станных людеии,
Под меч всех приклонити,
А злато и сребро покатим телегами».
Говорит в те поры Илья Муромец:
«Слышите ли, мои товарыщи?
За то хочю голову сложить -
За государеву чашу и молитвы
И за ево хлеб-соль великую».
Оставляют свои добрыя коня на Смугре-реке
И все свои сряды богатырския,
По одной емлют себе по булатной палицы
Красного булату перепуськного
И тые несут под гунями скурлатными.
Да говорят меж собою пословицу:
«Бога ради, богатыри,
Будте к татарским речем стерпивы».
Говорит дворянин Залешанин:
«Всех у нас пуще Олеша Попович,
Что он-де пьян или не пьян,
Изо всех нас охоть бранитися:
Тот у нас богатырь кручиноват»3).
Пошли богатыри во Царьгород,
А в те поры у царя стол,
А в столе подают поесть.
Пришли богатыри на царев двор,
И стали на земле перед красным окном,
И учали просити милостины
Противу окны громким голосом.
Наличные слышат гласы – сказали самому царю.
И, слыша царь Косьтянтин гласы наличные,
Да говорит Тугарину Змиевичю:
«Вели позвать калик тех,
По речам [кабы] Русь пришла,
Попытай их о вестях о киевских,
Што буде они ведают».
Позвали калик ко царю;
Царь учал калик спрашивать:
«Скажите вы, калики перехожие!»
Учал Илья Муромец говорити:
«Ходим мы, государь,
От великого князя Владимера Всеславича киевского».
Против царя сидит Идол Скоропеевич богатырь,
А ростом добре, не по обычаю,
Меж очима у него стрела ладится,
Меж плечми у него болшая сажен,
Очи у него, как чаши,
А голова у него как пивной котел:
Посмотрить на него – устрашиться.
Говорит царю Костянтину таково слово:
«Государь царь!
Волно человек попытати о вестях –
О киевских богатырех.
Сколко у великого князя Владимера богатырей,
И каковы оне ростом, прытостью».
Царь учал калик спрашивать:
«Скажите вы, калики перехожия,
Про киевских богатыри?»
Говорит Илья Муромец сын Иванович:
«В Кееве, государь, тридцать два богатыря -
Да удалы не по обычаю!»
Говорит Идол-богатырь:
«Есть ли у вас славной богатырь Илья Муромец,
Каков он рожаем и каков велик ростом?
Посмотрить-де на него – устрашитца.
И вы посмотрите нашим богатырем».
Говорит Илья Муромец:
«И ты, государь, смотри на меня».
Взговорит багатыр Идол Скоропеевич:
«Царь государь Костянтин,
Не мешкай, государь, службою багатырьскою!
Отпущаи, государь, нас на Русь борзо х Киеву,
X князю Владимеру,
И будет то[л] ко то [слово] не солгано,
Што в Киеве возговорят удалы богатыри,
И мы тебе, государю,
Приведем князя Владимера с великою княгинею...
Богатырем и удалым молодцом под меч поклонитым.
И всем в Киеве учиним сечю великую,
А злато и сребро покатим телегами.
Тебе, государю, прибыл и славу добрую во вся орды,
А себя в честь введем».
Взяла кручина молода Олешу Поповича,
Да говорит Олеша Попович таково слово:
«Коли вы, богатыри, приедите х Киеву,
Тогды не узнаете дороги, куды вам бежати.
А станете [мо]лодцев кеевских и учините сечь великую,
А покатятца головы татарския,
А прольетца кровь горячая богатырей,
Цареградцких богатырей.
Не пять у нас человек в Кееве,
Есть близко десятка человек!»
Идол на него розкручинился.
Говорит дворянин Залешанин:
«С твоего, государь, меду опился».
Говорит дворянин Залешанин Олеше Поповичю:
«Уйми свое сердце багатырское,
Немошно нам тебя нажюрить, ни наговорить».
Говорит Олеша Попович:
«А он наших богатырей ни во что ставит,
И великого князя хулит,
И Илье посмехаетца!»
И Идол на него розкручинился.
Говорит дворянин Залешанин:
«Из ума, государь, он выпиваетца!»
Говорит Идол-богатырь:
«Скажите, калики, про кеевских богатырей –
И каковы у них лошади удал[ы]?»
И с ним говорит дворянин Залешанин:
«По вся дни, государь,
Ведаем и лошади богатырские знаем».
Говорит Идол-богатырь:
«Царь-государь, волно человек после разпрошать.
Вели, государь, показать им свои лошади царьския».
Царь велел вывести свои лошади царския.
Говорит калика перехожия:
«Лутче тех шкап4) в Кееве и простыя лошади,
А на богатырские лошади пристрашно посмотрить!»
Говорит Идол-богатырь:
«Вели, царь государь,
Показать им наши лошади богатырские».
Царь велел вывести лошади богатырские.
Ведут лошади богатырские:
Первую лошадь ведут Идола-богатыря Скоропеевича
На двенадцати чепях на золотых,
Вторую ведут лошадь молода Тугарина Змиевича
На одиннадцати чепях сребряных.
За теми ведут сорока дву богатыреи;
А все те кони удалы добре, не по обычею;
Каликам полюбилися.
Издалеча калики увидели,
Что добры, не по обычею.
Говорит дворянин Залешанин:
«Сверху, государь,
Не мотчи сметить и усмотрить,
И как, государь царь, сметим,
И мы тебе, государю, скажем
Про наших богатыреи и про конеи
И их храбрость скажем».
И царь повелел им вытти.
Пошли калики вон от царя лошадей смотрить.
И как будут посреди двора царева й лошадей,
Взговорили богатыри промеж собою такову пословицу
«Смотрите, государи товарищи,
Коней, да высматривайте гораздо,
Было б нам, что про наших коней царю сказать!»
«Да уж ли калики высмотрили?»
Взговорят калики:
«Теперь, государь, высмотрили».
Взговорит Илья Муромец своим товарыщем:
«Теперво нам, братцы, строка пришла.
Отимаите лошади багатырские,
Убейте татар без милости,
Садитеся на кони без седел,
На кони богатырския на добрыя!»
Пришли богатыри х конем.
Не птички соловьи рано в дуброве просвистали,
Свиснули, гаркнули багатыри багатарским голосом,
Да свиснули палицы булатные у Ильи Муромца
c товарыщи
Послетали головы татарския!
Отняли себе по добру коню
И, вслед на кони,
Прочь из града поехали до Смугры-реки.
Добрых коней един у царя остался на дворе,
И тот Олеше Поповичю.
Воротился Алеша пешь во Царьгород,
А коня покинул на Смугре-реке.
Да говорит Алеша Попович
Царю Костянтину таково слово:
«Потому мы, царь, у тебя лошади не все емлем,
Что хотим мы с твоими богатыри
В чистом поле свидетися
И их прытость увидети.
И будем мы опять с твоими богатыри во Цареграде».
И изговоря Олеша,
Поехали богатыри к Смугре-реке.
Да кладут на собя досьпехи крепкия
И всю збрую богатырскую,
Емлют с собою палицы булатныя
И копья вострыя.
Ажно скачют из Царяграда богатыри
С великою поганою силою татарскою.
Говорит Олеша Попович:
«Государи мои товарыщи!
Потерпите малехонко,
Дайте мне поправить свое сердце богатырское.
Богатырское сердце нестерпчиво,
Хочет и последнюю орду побити, похвалу доспети!»
Свиснул, крикнул богатырским голосом:
«Потерпи [те] малехонко,
Дайте мне теперво с ними одному поправиться:
Хочю себе похвалу доспети,
Чтоб у[ви]дял царь Костянтин
И дошла б наша похвала до князя Владимера!»
И как съезжаютца с злыми полки татарскими,
И с сороки дву богатыри цареградцкими,
Свиснули, крикнули богатыри богатырским голосом;
От свисту и от крику лес росьзтилаетца,
Трава постилаетца, добрыя кони на окарашки падают,
Худыя кони и живы не бывали.
Не пти[чки] соловьи в дуброве просвистали,
Свиснули, гаркнули руския богатыри,
Илья Муромец с товарыщи.
Говорит царьградцкои богатырь Идол Скоропеевич:
«Государи мои товарыщи!
Сердце ся у меня ужаснуло, трепещется,
И голова вкруг обходит,
И очима не мощно на свет глядеть:
Болшое нам побитым всем!»
Взговорит Тугарин Змиевич:
«Болшое нам, товарыщи, коли б смерти минутись,
Ли ся храбрость наша преложися на тихость;
Не мошно руки поднять, скоро нас страсть взяла:
Болшо Илья Муромец сам пришел!»
Напустил Илья Муромец
Встречю цареградским богатырем
От своих товарыщев в полуверсте,
И все товарыщи скоро поехали за ним.
И ударилися крепко на копья булатныя,
И учалися твердо бить и неподвижно;
Колды копья у них булатные
Приломалися и доспехи крепкие.
Збил Илья Муромец з добра коня
Идола Скоропеевича, а Тугарина руками взял.
А обеих богатырей, ИдолА й Тугарина, живых взяли,
И вьсю силу татарскую побили,.
И тех сорока богатырей побили.
А Идола-богатыря и Тугарина-богатыря -
Живых ведут их во Царьгород.
И ставятца перед царевою полатою.
Говорит Илья Муромец своим товарищи таково слово:
«Тебе, царю, ведомо было,
Что твоих сорока двух богатырей побили
И всю силу татарскую поганую побили,
А твоих лутчих богатырей,
Идола Скоропеевича да Тугарина Змиевича, живых взяли
Да потому, царю, тебя ничем не двигнули,
Ни крянунули ни черным волосом,
Что ездим мы без государскаго ведома.
А похвалу есми видели твоих богатырей:
Похвала мужю – великая пагуба!
А татар всех побили, тем на Руси не бывати.
Толко, царю, теперво тебе челом бьем
Идолом-богатырем,
Чтоб ты на нас не кручинился;
А Тугарина тебе, государю, не Дадим,
Отвезем великому князю,
С чем нам ко князю Владимеру появитися».
И Дают богатыри царю Идола,
А Тугарина с собою емлют.
Не белая лебедь восклицала,
Восплакала мати Тугарина Змиевича
И бьет челом благоверной царице Елене:
«Государыни благоверная царицы Елена!
Упрощай ты, государыни, у русских богатырей
Молода Тугарина Змиевича».
Говорит благоверная царицы:
«Государи естя руския богатыри,
Илья Муромец с товарищи!
Таких грозных богатырей не бывало в Цареграде
Не побивали наших цареградцких богатырей,
Не уведите для моих слез
Младово Тугарина Змиевича!»
Говорит Илья Муромец с товарыщи:
«Государыня благоверная царицы Елена!
За то тебе говорим, государыни,
Не двигнем Тугарина ни чем
Для государьскаго твоего слова;
Будет Тугарин в Киеве,
Потом тебе будет во Цареграде жив.
А нелзе нам отдати богатыря цареградцкого,
Нечем нам в Киеве похвалитися,
Что нам сказать князю Владимеру Всеслаевичю!»
Били челом государыни, прочь поехали.
Ведут с собою языка добраго,
Тугарина Змиевича.
Едут по полю по чистому
И выбирают от себя богатыря дворянина Залешанина:
«Поедь ты, дворянин Залешанин,
К стольному граду Кееву:
Ты жилец двора государева,
Много живешь во дворе государево
И всякой чин ведаешь.
Обошли нас, государю князю Владимеру Всеслаевичю,
Велит ли нам он свои государския очи видети:
«Агрубили есмя твоему недругу –
Царю Костынтину благоверному,
Убили есмя у него со сорок двух богатырей,
А с ним татар люди многия
Да одново богатыря оставили во Цареграде,
Другово тебе ведем».
Приезжал дворянин Залешанин граду х Киеву,
И пошел к великому князю Владимеру Всеславичю,
И справил речи от своих товарыщев,
Что ему наказано.
Приехали богатыри к государю
Владимеру Всеслаевичю,
Привезли языка добраго –
Тугарина Змиевича, цареградцкого богатыря.
Князь великий Владимер Всеслаевич
Почал богатырей жаловать,
Дает им шубы подасамиты и чепи великия златые,
И сверх тово казною несметно.
Да говорит князь Владимер Всеслаевич:
«Да впредь вас, богатыри, рад жаловать
За вашу выслугу великую и за службу богатырьскую!
А ныне емлите себе, что вам надобе!»
И учал князь Владимер Всеслаевич
Молода Тугарина Змиевича спрашивать о вестях.
Зговорит Тугарин:
«Что меня, государь, о вестях спрашиваешь?
Князь Владимер Всеслаевич!
У тебя, государя,
Вотчины не во всех ордах,
А богатырей твоих удалее нет и во всех землях».
И как будет князь Владимер навесело,
И учали потешатися.
И бьет челом Илья Муромец с своими товарыщи:
«Государь князь Владимер Всеслаевич!
Умилосердися, пожалуй нас,
Холопей своих!
Говорила нам царицы Еленa й била челом,
Чтоб мы заложили слово тебе,
Государю, о молодом Тугарине,
Чтоб ты пожаловал, отпустил ево во Царьгород;
И молвили есмя царице Елене,
Чтоб нам упрошат у тебя, государя,
Молода Тугарина Змиевича во Царьгород.
А мы тебе, государю, ради впред служить,
Елико сила может!»
Князь Владимер Всеслаевич пожаловал,
Отдал им молода Тугарина Змиевича,
Цареградцкого богатыря.
Говорит князь Владимер Всеслаевичь:
«Ои естя, мои князи и богатыри!
Цареградцких богатырей было сорок два,
А с сими было татар людей много,-
Не рат ли в поле была?
А моих богатырей толко семь было!»
Били ему челом богатыри,
Взяли молода Тугарина Зьмиевича
И всклали на собя всю збрую богатырьскую,
Поехали во чисьто поле.
И как будут на рубеже,
Отпускают во Царьград молода Тугарина
И учали закл[и]нать,
Чтоб им на Русь не бывать век по веку.
Да отпустили с радостью великою,
И простилися, и сами поехали в чисто поле.
Богатырское слово. Вовеки аминь.
Впервые текст «Сказания о хождении киевских богатырей в Царьград» («Богатырское слово») был опубликован в 1860 году Ф.И. Буслаевым, а в 1881 году Е. В. Барсовым и с тех пор неизменно привлекает внимание исследователей прежде всего своей исторической основой. Б.А. Рыбаков, например, считает, что ее нужно искать в обстановке первого крестового похода или в более раннем периоде, когда при Константине Мономахе и Константине Дуки турки-сельджуки громили Византию и осаждали Царьград, когда «вопрос о «гробе господнем» и надругательствах над христианством был на устах у всех европейцев». Но этот же самый вопрос стоял еще более остро в 1453 году при окончательном падении Царьграда.
Русские богатыри ходили в Царьград и на Царьград как до крестового похода и до крещения Руси, так и после. Известно, например, что только в 986-987 годах, накануне крещения, Владимир отправил в Царьград шесть тысяч русских воинов за сестру византийского императора Анну. И далеко не случайно в былине о неудавшейся женитьбе Алеши Поповича Добрыня Никитич ездит у Царьграда (этим и объясняется его долгое отсутствие). Поэтому с не меньшим основанием можно предположить, что в былинном сюжете о хождении Ильи Муромца со товарищи во Царьград отразился не отдельный факт, а вся многовековая история русско-византийских отношений, включая легендарные походы киевских князей (и богатырей!) на Царьград в VIII-X веках. Эти два разных периода отражены в двух произведениях – в «Сказании» и в былине «Илья Муромец и Идолище», во многом совпадающих, но имеющих одно важное отличие. В «Сказании» речь идет об ожидаемом походе царьградских богатырей на Киев, который киевские богатыри и упреждают своим походом на Царьград, здесь Византия и Русь – противники, а не союзники, как в былине «Илья Муромец и Идолище», отразившей последующий период защиты Царьграда.
Наиболее полный и древний текст «Сказания» («Богатырское слово» Е.В. Барсова) публикуется по изданию:
Былины в записях и пересказах XVII -XVIII веков. М.– Л., 1960, № 35.
В Данном издании текст разбит ритмически на строки.
--------------------------------------------------------------------------------
1) Гуни – вид верхней одежды.
2) Камка – шелковая цветная ткань с узорами.
3) Кручиноватый – принимающий чужую заботу, кручину близко к сердцу.
4) Шкапа – кляча.
Ссылка на источник: http://orel.rsl.ru/nettext/skazki/russian/hero/Bogatirskoe.htm
