Настроение сейчас - aaaaaaaaaaa!!!

Оно наконец вернулось из отпуска. Все-таки Одесса – это какой-то параллельный мир, где есть море, ветер, литые узорчатые решетки на старых домах конца XIX века, остатки древней брусчатки, потрескавшийся асфальт, карандаши, испачканная пастелью бумага и немецкие упражнения по вечерам (немецко-русский словарь составлял 80% веса моего багажа, честное слово!).

И хотя в плеере в основном звучали Oomph! и Rammstein – дабы не забыть, как звучит язык «Геббельса и Гете» (с) к занятию в этот четверг, любимое из всего нарисованного в городе у Черного моря – ассоциации к радиохэдовской “These are My Twisted Words”.

Настроение сейчас - in a strange mood...

         Локоть болит уже меньше – шерстяной платочек и йодная сеточка рулят, но я по-прежнему осваиваю искусство печатания левой рукой, о рукописном письме речь и вовсе не идет – прости, Д.! И это притом, что я – переученная левша!

         Из-за этого вчера вечером, вместо того, что участвовать в еженедельных посиделках с друзьями, я, удобно устроившись на диване, щелкала пультом и… неожиданно попала на начало фильма «Нефть» (“There Will Be Blood”, 2007, режиссер Пол Томас Андерсон) по ОРТ. Помня о том, что музыку к нему писал Джонни Гринвуд из Радиохэд, я решила посмотреть сие кино, хотя его тема не совсем “my cup of tea”, как говорят англичане. На протяжении почти двух часов мы видим, как главный герой, делец-нефтяник, постепенно сходит с ума. В начале его положительным тоже не назовешь, в конце концов, даже ребенка погибшего рабочего он усыновил не только из милосердия, да и участки с залежами нефти, сделавшими его миллионером, приобрел с помощью обмана. А в конце он становится убийцей, причем два совершенных им убийства бессмысленны в своей жестокости – никакой выгоды герою они не принесли. Впрочем, по отношению к жертвам особого сочувствия тоже не испытываешь – странно, но в «Нефти» практически нет положительных персонажей – и сын главного героя, и его враг священник местной церкви, больше похожей на секту, тоже не обладают духовной (и душевной) красотой. Неспешное повествование может показаться кому-то затянутым, но оно необходимо для полного раскрытия характера персонажей. Также необычно цветовое решение картины – в некоторых местах кадры цвета сепии подчеркивают время действия – начало и середину 20 века. Композиции Джонни Гринвуда как никогда уместны – он подчеркивают происходящее, но не отвлекают от него. По жанру «Нефть» скорее ближе к артхаусу, чем к обычной драме, впрочем, настоящего немецкого артхауса, занявшего эфирное время после нее, моя душа уже не выдержала, и я отправилась спать.

         Наутро кинопросмотр продолжился – в этот раз я наткнулась на экранизацию «Алисы в стране чудес» 1999 года по каналу 7ТВ. Алиса – семилетняя девочка с желтом платьице, так что здесь без бёртоновских изысков, кролик больше похож на робота в меху, а Чеширский кот просто тихий ужас, но в целом уютно и очень мило. И местами даже близко к книге, хотя завязка истории, как и у Бёртона, придумка сценаристов: мама и папа Алисы дают прием в саду, на котором Алиса должна спеть песенку о спелых вишнях (или цветущих сливах, черт их знает). Алиса жутко стесняется и убегает прятаться среди деревьев – с целью переждать вечеринку. Но тут появляется Белый кролик-робот с часами и прочими необходимыми атрибутами. Показали только 1-ю серию, поэтому образ Болванщика и Дамы Червей я оценю только завтра в 12:00….

Дама Червей напекла кренделей              The Queen of Hearts, she made some tarts,

В летний погожий денек.                          All on a summer day.

Валет Червей был всех умней                 The Knave of Hearts, he stole the tarts

И семь кренделей уволок.                         And took them quite away.

Король Червей, пожелав кренделей,       The King of Hearts called for the tarts

Валета бил и трепал.                             And beat the Knave full sore.

Валет Червей отдал семь кренделей,  The Knave of Hearts brought back the tarts

И с тех пор он больше не крал.             And vowed he’d steal no more…

Перевод – © С.Я. Маршака (?)        © Английская народная детская песенка

         Вчера дружно мокли перед памятником Кириллу и Мефодию: 21 апреля – это святое, нельзя нарушать традицию. Честно говоря, думала, что народу будет меньше – но всё, как в прежние времена. Перед посиделками (или все-таки «постоялками» - сидеть было очень уж мокро) заглянула в «Пурпурный легион» - купить подарок для Insecure на день рождения (Свет, очень рада, что диск пришелся тебе по вкусу), ну, и сама не удержалась от очередной RH-related покупки – саундтрека Джонни Гринвуда к фильму «Нефть». В прошлый раз я приезжала именно за ним, но тогда мне не повезло, поэтому сейчас я решила, что нужно брать, пока дают.

         Продавцы исправились, кстати – в те разы, когда я видела этот диск в «Легионе», на наклейке было написано по-русски «сольный альбом басиста Радиохэд». Неужели мои возмущенные вопли о том, что Джонни не басист, были настолько громкими, что их не только услышали, но и сделали соответствующие выводы?

         И радостная новость – Editors заявлены в качестве участников фестиваля «Пикник афиши 2010», который состоится 31 июля в Коломенском. Я уже забронировала себе билетик – воспоминания об их выступлении на Верхтере 2008 свежи до сих пор. Еще там будет шанс увидеть Hercules & the Love Affair, на которых я на Верхтере не пошла – то ли они выступали слишком рано, и я еще дрыхла в отеле в нескольких км от феста, то ли они пересеклись с чем-то еще – таких подробностей я уже не помню.

         Но Боже, зачем, зачем Том Смит и К поменяли текст и аранжировку “No Sound But the Wind” для «сумеречного» саундтрека? Старая версия мне нравилась гораздо больше. Последний же альбом оставил двойственное впечатление. С одной стороны, я люблю синти-поп с гитарами, поэтому резкий шаг «Издателей» в сторону от прежнего курса не вызвал неприятия. Тем не менее, первое впечатление от «In This Light and on This Evening» - Ронни Мурингс из Clan of Xymox вышел покурить, в студию покрался Том Смит и занял его место перед микрофоном. Это не означает, что пластинка мне не нравится, просто неконтролируемые ассоциации. ;-)

Как я и обещала, вот он – рисунок к песне Radiohead “Where I End and You Begin”. Вышло, правда, не так мрачно, как задумывалось, но, может, оно и к лучшему.

        «Everything in it Right Place» – первая песня на альбоме Радиохэд “Kid A” (2000), своеобразный экскурс в экспериментальную для группы пластинку, заранее предупреждающий слушателя, что не следует рассчитывать на “the Bends” или “Ok Computer” дубль два. Странный текст (шутка? издевательство?), барабаны, синтезатор, бас, эффекты, а также Kaoss Pad Джонни Гринвуда (мало ему было Волн Мартено!), с помощью которого он сэмплирует и накладывает слоями  вокал Тома Йорка в «режиме реального времени», никакой фонограммы. Очень «вкусная», богатая оттенками электроника, несмотря на то, что мелодия EITRP очень проста. И в акустику, что весьма загадочно, эта песня «переводится» без проблем – лишнее свидетельство гениальности.  

        «Живой» вариант достигает  семи минут, и после того как смолкает музыка, эхо голоса еще долго витает в воздухе. И видно, что удовольствие от этой композиции получают не только слушатели, но и сами музыканты.

Всё на своем месте

 Всё, всё, всё

На своем месте, на своем месте….

На своем месте….

Вчера я проснулся с лимоном во рту,

Вчера я проснулся с лимоном во рту….

Всё, всё, всё

На своем месте, на своем месте….

На своем месте….

Два цвета в голове у меня,

Два цвета в голове у меня….

Ну, что ты там пытался сказать?

Что ты там пытался сказать,

Пытался сказать?

Всё, всё

На своем месте, на своем месте….

PS: Небольшая подборка live-вариантов:

Гластонбери 2003

http://www.youtube.com/watch?v=MIpwuG-us6k

Париж 2003 (акустика)

http://www.youtube.com/watch?v=G6FuQfhfNiw&feature=related