check out
1.
Хочешь знать, как было? Ну, было ужасно странно там. И на улицах тот же мусор, и в жизни - драмы. Даже можно себя не чувствовать иностранным посетителем выставок, зрелищ и прочей дряни. Да, земля совсем не течет молоком и медом, а течет горячим хлебом и мясом жареным, те же голуби льют на землю тем же пометом, те же девочки так же по-страшному наряжаются. И зима-не зима - умеренный климат, плавали. И все время болеют дети - простудой, гриппом ли. Иммигранты бастуют немеренными анклавами - так везде, у нас, в Нью-Йорке, в Берлине, в Триполи. Это слишком картинно или излишне книжно поливать асфальт слезами, к земле припав. Это там уместно, где воздух пахнет так нежно, где глазастые бабы хватаются за рукав. Где ты ходишь не в шубе, не в шапке, не под нагрузкой, не спешишь на работу, проклятья вокруг меча. Где никто, кроме как в сети, не поймет по-русски, а поймет - так сочтет за лучшее промолчать.
И везде поют французы - Эдита Пьеха ли, Джо Дассен или какой-нибудь Азнавур.
Только где угодно я чувствую, что приехала,
А вот здесь я как-то чувствую, что живу.
2.
Ну, да, я вернулась. Здесь холода,
Сейчас, разберусь в вещах.
Я стану любить эту землю, когда
Начну ее посещать.
Не возвращаться и предъявлять
Свой красный - програнконтроль.
И, выходя, вечно слышать б..ть,
Знакомо влезая в роль.
Никто не встретит, будь ты знаком
С полгородом. Вы за кем?
Последняя сладость чужих языков
Тает на языке.
Прокрасться в дом, перейти черту,
Конечно, купить вина.
И в лифте, встретив друзей чету,
Соврать, что не влюблена.
Не влюблена ни в квадрат окна,
Ни в то, что за ним - ни зги.
Но здесь я чувствую, что одна.
А там я среди других.
3.
И здесь ведь можно - расшивать поневу, хвалить чаи, не донеся до рта, колючая кириллица по небу - царапает отвыкшую гортань. Пора на выход - получите сдачу - я в бедности застряла речевой. Не то чтобы я не могу иначе, но я не вижу смысла - для чего. Там хорошо, а здесь почти нормально, опять - привычка. И опять же - речь. Необходимость поберечь карманы и лицевые мускулы сберечь. На улице пируют новобранцы, земля, земля, передаю привет. Вина почти что хватит чтоб набраться, но вряд ли хватит, чтобы пореветь. И здесь ведь можно - дом меня встречает еловым годом, ярким конфетти. Куда с моими чуждыми речами, достань-ка ключ и не забудь войти. Оденься просто - Дольче и Габбане не дай ни шанса. Приготовь омлет.
Я прижималась мокрыми губами
К сырой соленой и родной земле.
4.
Да, это было, мы, конечно, сдюжим,
Ну, поревем - подумаешь, финал.
Входи в свой дом. Купи себе на ужин
Какого-нибудь сладкого вина,
Как Бродский. Вот ведь был знаток щемящей
И отстраненной памяти о том,
Как пахнет кофе, пахнет хлебный мякиш,
Как пахнет речь чужим горячим ртом,
Входи в свой дом, но, утром, засыпая
На белой и хрустящей простыне,
Пойми, что все, что держит - это память,
А ничего другого просто нет.
Что нет детей, друзей, любви, подарков,
Аэропорта, мути под ребром,
Что все прошло. Я прохожу под аркой,
Забыв о том, что на сердце скребло.
Пора лететь. Сосед твой, турок в тройке
На миг внезапно отложив лэптоп
(плевать на договор по электронке )
Все шепчет горячо и крестит лоб.
Кириллица, корявые киоски,
Колючий снег, короткие слова.
А при посадке мир внезапно плоский.
И ты внезапно чувствуешь - жива.
http://izubr.livejournal.com/246619.html
