У них есть слова чтобы унизить тебя
Ограбить тебя и раздеть
Осмеять тебя и распять тебя
У них есть и гвозди и плеть
Морщины и вены для твоей красоты
Грязь для твоих чистых глаз
Но то что они называют тобой
Для меня прозрачно как газ

Они могут отнять у тебя всё что есть
Но не раскрыть мой секрет
Я люблю тебя не за то что в тебе
А за то чего в тебе нет

Нежность умеет перетекать по венам, как по проводам.
Я бы хотела отдать всю, что у меня есть.
Все, что у меня есть.
Окутать в невидимую броню.

А внутри холодный ком от собственной беспомощности

Насколько жалко было бы признаться в просмотре совершенно неинтересных роликов, чтобы иногда увидеть в них его

Ученые напиздели

„Чтобы забыть бывшего, нужно около 8 лет, выяснили учёные

Почему так долго? Потому что за это время тело почти полностью обновляется, вместе с ним — и эмоциональная память. Чувства исчезают на биологическом уровне.

Так что любовь живёт не три года, а целых восемь“

Если меня спросят, где я была и что я делала последние 8 лет, то мне есть, что ответить.

Выяснила, что в новом году я еще не разучилась плакать.
Это хорошо. Это заставляет меня чувствовать себя человеком. Потому что нет ничего хуже, чем привыкнуть к ненормальному. К неестественному.

Людям очень важно говорить с другими людьми.
Важно знать, что кто-то думает так же, как ты.
Важно слышать эти слова от того, кому веришь.

Жаль, что для этого теперь приходится пересекать границу.

Во мне живет столько ненависти. Каждый раз, чувствуя свое бессилие перед очередной ужасающей несправедливостью, видя очередного ублюдка, цинично мешающего черное с белым со страниц ангажированных передовиц, слыша присвоенные песни мертвых героев со стадионов, я физически ощущаю поднимающийся черный комок смолы внутри себя. Никогда не испытывала ничего подобного. Меня пугает собственное умение желать кому-то смерти.

Серотонин теперь приходится покупать в таблетках

Я боюсь смерти.
В 20 лет ты можешь себе позволить с ней заигрывать:
«я задумываюсь о смерти, смерть икает на том конце».
В 35 мне пришлось научится дышать по-особенному, когда мысли о том, что рано или поздно она заберет у меня всех, кто мне дорог, накрывают внезапно и с головой. В последний год-все чаще.
И это очень сильно пересобирает модель сознания, начинаешь на все смотреть сквозь эту призму. И я не понимаю, это такая форма птср или это теперь навсегда?

Мне нравились кудри и скулы, а теперь смелость и здравый смысл(с)

Черное время настало, дорогой дневничок.
Я борюсь с паническими атаками, с бесконечным скроллингом новостных каналов, перестала ходить на концерты и мой русскоязычный плейлист состоит почти из одних иногентов, а иностранный поредел ввиду блокировки по геоположению.
Выложить пост теперь целый квест.

Как это может закончится, если без него не кончается?
Твоего лица глаза, твоего лица рот. Невозможно смотреть без желания смять и сокрушить.

Осенью золота в этом городе становится слишком много: опавшая листва отражается в куполах, в отделке фасадов, в бесконечной глади воды, от Невы до полуобмелевшего прудика в центральном парке. Мне почти физически плохо от этой красоты и от невозможности оставить мысли о тебе в этом самом парке, на самой дальней скамье.
Осень-ненавидимое мною время года. Тоска нападает такая, что хоть волком вой.Хочется сбежать на другой конец Земли, но я точно знаю, что это будет недолгая передышка. Остаешься здесь, продолжая ненавидеть себя за собственные чувства к мертвецу. Страшная интерпретация, но самая верная на сегодняшний день. Людей, которыми мы знали друг-друга-больше нет, смотришь:оболочка та же, а перед тобой-незнакомец. И так страшно и больно больше не знать его мыслей, чувств, не знать, что его радует, волнует или бесит, что потому и сравниваешь поневоле со смертью и сама понемногу умираешь при каждой редкой встрече

В нашем последнем разговоре предательства было больше, чем было бы в самом жестком соитии.

Две головы, склоненные друг к другу и соединенные проводами наушников, всегда казались мне очень романтичным зрелищем. Наушники-неким символом любви, как в старой песне про плеер марки Романтик.
А теперь наушники стали беспроводные.

Позвольте вставить Ремарку!)
Как там было по тексту? « Ни один человек не может стать более чужим, чем тот, кого ты прошлом любил».
Примитивизм ремарковских произведений тем цепляет нутро(читай душу), что человек и сам тривиален до невозможности. Тут я и о себе в первую очередь, ни в коем разе не о ком-то.

Однажды в BBС-шном сериале о Шерлоке Холмсе, было показано самое необычное признание в любви-она дала ему посчитать свой пульс.
Хорошо, что не все из нас великие сыщики.
Плохо, когда все это время, была уверена, что исцелилась от тахикардии

Замереть на секунду, услышав нестандартную мелодию звонка. Взять трубку, внутренне гордясь собой, что руки не дрожат вовсе. Суметь ровным голосом сказать «Привет». Одернуть себя, когда очень захочется спросить как ты там вообще, задушить рвущееся «я думала о тебе сегодня». Ничего личного. Попрощаться ровно. И только после этого вспомнить, что людям вообще-то надо дышать.
Травмированность-вот как это называется

Мне очень важен тактильный контакт. Изредка.И можно жить дальше

И кроме того, – что было самым ужасным, – Клавдия Ивановна видела сны (с)

Примерно раз в месяц или чуть реже мне снится один и тот же сюжет, только в разных интерпретациях. В нем я всегда иду по твоему зову, оставляя друга, еще московской юности. Мы говорим о чувствах, потом то, что цензура не пропускает и,- я остаюсь вся в следах преступления. Грязной. Одна.
И вроде всё очевидно и почти совпадает с давнишней действительностью, со значением моих игр подсознания я в состоянии разобраться самостоятельно, но с каким специалистом, врачом или медиумом, прости Господи, нужно проработать ситуацию, чтобы этого больше не видеть?
Самое неприятное в том, что просыпаться никогда не хочется. Я продолжаю мучить себя, до последнего цепляясь за остатки сна, чтобы остаться там и узнать чем все закончится. Ни разу не удавалось этого увидеть. Никаких финальных титров. Пленка, шелестя, ползет по кругу

Мне странно, что люди, давно вышедшие из подросткового возраста, не теряют потребность в объединении. Разве человек это стадное или стайное животное? Если мы высшая ступень эволюции, для чего нам необходимы эти львиные прайды и змеиные клубки? Порой меня до зубного скрежета бесит собственное стремление к идеальной «дружбе на всю жизнь», ибо несмотря на весь печальный опыт, я упорно наступаю на одни и те же грабли, словно я все еще в начальной школе заполняю анкету с графой Твой лучший друг.
При этом, критичность мышления не позволяет не замечать недостатки, испещряющие щербинами, сколами и царапинами тех людей, которых мне хочется считать близкими. Меня порой тошнит от их ущербности, малодушия, недалёкости и нищебродского образа мышления, но я все равно стремлюсь и делаю шаги навстречу. Зачем все это? Лучше быть волком-одиночкой, чем бегать в стае. Как с этим бороться? Постепенно отсеивать тех, кто совсем невыносим? Искать идеальных людей? Или пытаться принимать такими? Нужно ли кому то это мое принятие? Все все-равно делают так, как им удобно. Удобно. Ненавижу это слово за ненужные ассоциации. Но если подумать, то человек, не раз поступавший со мной самым лживым образом, был в миллион раз искренней, чем те самые настоящие друзья. Ибо хватило смелости озвучить про первостепенность собственного удобства в лицо. Иногда я скучаю.


Писала все, что приходило в голову, пытаясь понять свой приступ минорного настроения после пятиминутного разговора с одним человеком вчера, а свелось к тому, что мне просто не хватает другого. Потрясающе, моя дорогая, ты просто удивительный экземпляр для психоанализа, пора завязывать с попытками рефлексии и самокопанием. Выбесила саму себя

Это пространство снова принадлежит только мне, можно поанализировать.Собственно, я здесь именно для этого, иногда возникает чувство необходимости разложить все по полочкам.
Пытаясь прокрутить в голове весь прошедший период, поняла, что я мало о чем могу вспомнить, только ощущение непрерывных качелей. И это не те пресловутые «американские горки», что были раньше, теперь это что-то вроде старого колеса обозрения в районном парке. Старое колесо со скрипом отматывает очередной круг. Мы перманентно находимся либо в состоянии мир-дружба-жвачка, либо уходим в зону отчуждения, и снова выходим на новый круг. Это совершенно другой аттракцион. От него не ухает сердце куда-то в низ живота, как при экстремальном взлете и падении, колесо вызывает чувство сродни ностальгии по детству.
В любом случае, на каком бы круге мы не находились сейчас (а иногда я теряю счет и перестаю понимать), я все же была рада была сказать то, что сказала и что думаю.

С возрастом все становятся только хуже.
Чем старше-тем больше дерьма внутри людей.
Вот так смотришь на человека и видишь пронизанное черной венозной сеткой чудовище. А было время светлым был.

Ненавижу такие «реальные» сны, когда просыпаешься и какое то время еще ощущаешь теплоту кожи...

И корона твоя из клена.

Задумалась о судьбе женщин, которых променяли на тех, кто помоложе. На пороге приближающегося тридцатника да обладая умением делать правильные выводы из, казалось бы незначительных ситуаций, невольно радуешься, что ты всегда была и остаешься той самой «помоложе». Просто потому, что сделала правильный выбор. Дважды в данном случае. А во всех остальных: дорогу молодым!

Я бы не хотела с тобой жить, но могла бы с тобой умереть....

Иногда, совершая «неправильные» поступки, чувствуешь, что это и есть единственно правильное и настоящее. И наоборот-действуя «правильно» и разумно, задыхаешься от неправильности происходящего.

Высшая степень доверия.
Круто, конечно, только не спится.
Не спиться.

Залезь мне в сердце, а не в ширинку джинс(с)
Все, что мимо чувств-мясо.
И, учитывая временной отрезок, поневоле задумываешься,
о том, что это: выдержанный годами хамон или просрочка. Одно хорошо, ни то, ни другое больше не кровит.

Змея, сбросившая кожу перед змеиной свадьбой, остается змеей.
Быть вне серпентария.

Я думаю о том, думаешь ли ты.
Недаром Думай заглавная песня

Брэдкрамбинг становится пугающей тенденцией

Не нравлюсь себе.
Дала зарок о христианском всепрощении и как там: "я руку, бьющую меня, целую", а ношу таниновую горечь обиды на сердце. И больше всего мучает непонимание, ведь есть банальная фраза "кто любит, тот простит". Или может все совсем наоборот? Ведь я с легкостью отпустила всё и всем, а здесь не работает.
Или просто я плохой человек и все эти потуги жить праведно вообще не мое?

Сегодня будет особый вечер: я из шкафов отпущу скелеты. Мне тут сказали, что время лечит - вот и проверю на деле это.

Мои скелеты, гремя костями, из шкафа выйдут. Пройдут на кухню. Я назову их сейчас гостями. Как на духу расскажу все слухи. Я угощу их вином и чаем. Я приготовлю им вкусный ужин. Я расскажу им, как я скучаю по тем из них, кто был раньше нужен как море рыбе, как воздух лёгким. По тем, кто мир мой разбил на части. Я расскажу им, как было горько топтать ногами былое счастье.
Они послушают, посмеются, споют, попляшут, побьют посуду: графины, чашки, тарелки, блюдца. Пускай резвятся! Я тоже буду. Я буду пьяная и смешная, мне будет очень легко дышаться.

Я не замечу, за рюмкой чая, как темнота прекратит сгущаться, как на востоке рассвет забрезжит.

Мои скелеты пойдут обратно, сидеть в шкафах, как сидели прежде.

Ну что ж, до скорого вам, ребята. Я вас не раз ещё в жизни встречу, и позабыть вас смогу едва ли.

Мне тут сказали, что время лечит.
Но, как обычно, мне всё наврали.

Есть грань между несчастен и несчастлив.
Влюбленный безответно-несчастен.
Имитирующий любовь-несчастлив.

А он придет и приведет за собой весну.

Я поставила бы все на зеро.
Или не поставила бы

Для Орфеев – приманки с мертвыми Эвридиками:
Сами ломятся в клетку. Правило птицелова.

Так любое «иди ко мне» слышишь как «и дико мне».
А нейтральное «it’s a lover» -
Как «it’s all over».

Снег метет так, словно кто-то сверху трет эскимо на крупной терке, а внутри весна. Мироощущение больше не зависит от календаря. В конце-концов бабочки, летящие к огоньку костра, напоследок видят самый яркий свет и нет лучшего способа почувствовать себя живым, кроме как подойти к краю. Может разобьешься, а может взлетишь. Но все лучше, чем прозябать, изображая счастье и мучиться от внутренних демонов.
.

С тобой не так страшно.
Даже в самые страшные дни.
Даже если мы совсем уже в евклидовом пространстве

В новом году у меня новые правила. И самое главное-искренность. Когда тебе нечего терять и ты ни от кого не зависишь становится очень легко рубить правду.
И это восхитительное ощущение.

Иногда ничего не остается, как просто пожать плечами.
Вроде глупо и не с чего испытывать чувство жалости или даже скорее сострадания, к тому, кто по сравнению с собой "сильный мира сего", а других чувств ты не находишь.

Так странно, вот живешь и думаешь об одном человеке, он в снах и глупых хипстерских песнях, а как помирать собралась/все мысли о маме и о другом.

Я смотрю на это неоознанное предательство и радуюсь, что сдержалась. Ибо это ровным счетом ничего бы не изменило. Только из неосознанного стало бы осознанным, а я все еще пытаюсь верить, как в Главного по зимним чудесам под елкой.
А на самом деле очень страшно возвращаться в город, страшно, что действительность обрушится на плечи плитой из бетона. Но есть надежда, что это не произойдет и что солнце вылечило и душевные кровоподтеки тоже.

стокгольмский синдром

Я не могу сказать точно, в какой момент все изменилось, но все стало по-другому. Переосмысление.
Начиная от собственного отношения к жизни и заканчивая последней мыслью перед сном.
Хочется быть доброй и чтобы мир вокруг был добр ко мне и другим. И не берут ни пули, ни сталь уколов, когда ты в этой броне. Сколько раз можно распять человека, если он не бог?
И, в очередной раз, вынимая гвозди из ладоней, просто улыбаешься: it's just experience
Глупо видеть чье-то внутреннее уродство, когда вокруг столько красоты и ты сам можешь делать что-то красивое.

Какая красота
Дождь идет
Я одна
На тротуарах пузыри,
Я считаю их
Я не знаю Вас…
Больше...

Если быть несчастной написано на роду и это неизбежно, то лучше ведь потом, чем сейчас. А пока буду как нелюбимая мною Скарлет О'Хара и подумаю от этом позже.

Ошибочка вышла. Морфиус наебал и подсунул не ту таблетку.
Я всего лишь просила обезболивающее, но подсела на героин
К черту рехаб, к черту детокс
Дай мне греха, где мой наркоз.
И когда это все закончится? (с)

Когда у тебя на плечах груз из кирпичей собственной глупости, доверчивости и наивных несбывшихся надежд, очень тяжело идти вперед.
Начинаешь сомневаться в том, стоит ли идти вообще.

может я и поступила правильно,но я знаю,что будет мне наградой: я закончу свои дни в полном одиночестве, и половину моего хладного тела съест овчарка

Искренее прощение снимает тяжкий груз с души
Когда мысленно уже похоронила героя и детские сказки, а потом понимаешь, что он все еще жив. И мир становится чуточку лучше.

И вокруг только тернии, тернии, блядь, когда уже звёзды?(c)

Даже одни и те же песни, приобретают разный смысл

Вечность - слово, как карамелька, пока не попробуешь - не узнаешь вкуса. "Я приеду, осталась всего неделька!" - это "жди вечность, чтоб я вернулся". Это двое влюблённых в Помпеях, застывших в вечности, обнимаясь. Конечно, в лаве они сгорели. Но, даже погибнув, они не расстались.
А ещё вот такой тип вечности: когда ждёшь лифта, а он не едет. И, судя по голосам, очень мрачные личности набирают код на твоём подъезде. И вот уже запищал домофон, и они заходят. И наконец приезжает он. И все в порядке, вроде, и лифт поехал, но, кажется, в горле что-то застряло орехом. Это ее, вечности, послевкусие. Или утром, бывает, когда проснулся, и ищешь будильник вслепую, тактильно, чтоб всех домашних не разбудил он. Не находишь, конечно, и все проснулись. Но до этого - вечность тебя коснулась.
Ее не измерить, она многоликая. Не начертить, из льдины не выколоть. Не собрать из букв, не отлить из стали.

А бедный Кай и не знает, как его наебали.

Когда почти в 30 называют девочкой, это поневоле располагает:)

Кроме счастья
Есть зима, простуды, просто невезенье,
В воскресенье ты же будешь улыбаться,
И казаться, между прочим, лучше всех.


И все-равно, что была среда.

Наверное впервые я жалею нелюбимом городе.
Есть вещи, которые лучше не сравнивать.
Это точно не "Буря. Искра. Безумие", когда счастливого конца точно не предвидится.
Это весна и легкость в грудной клетке, когда обретаешь способность дышать.
Это ожидание сродни детскому предвкушению главного праздника в году, а не бессмысленый отсчет срока пожизненного заключения, хотя казалось бы уже не умеешь по-другому.
Есть вещи, которые нужно сравнивать.

Безусловно и нерушимо.
Беспрестанно, безоговорочно, безоглядно, беззаветно и безгранично.
Таким, какой есть.

Хуже всего неизвестность и недосказанность.
Когда появляется понимание, это будто камень упал с души.
Это важно для меня. Важнее всего прочего.
Потому что...

Я не верю в мистику, но иногда мне начинает казаться, что элемент непостижимого присутствует.

Понедельник.

Нет возможности быть слабой
Я чувствую, как обрастаю броней и меняюсь изнутри.
И не могу ответить себе хорошо это или плохо. Но, видимо, необходимо.

Бессмысленно хранить обиды или злиться, когда нет четкой полноты картины. Я для себя поняла только одно-хочешь быть счастливым человеком-просто будь им. Живи в полную силу, твори, смейся, пой, хотя не умеешь. Оставляй в жизни тех, кому можешь сказать "люблю" перед сном, неважно, мужчина это или женщина, тех, с кем ты искренна и кто искренен в ответ, тех, кому вправду важно, как твои дела и тебя это тоже волнует. И если отбросить обертки от фантиков в виде красивых слов, то увидеть и понять очень легко-они всегда рядом.

Определенно, жизнь очень циклична. Рядом со мной самые любимые люди из нелюбимого города и так радостно и тепло от того, что спустя столько времени они никуда не пропали, я могу говорить с ними, как в юности, словно я все еще смешливый подросток. Мироздание, а может быть тот самый Бог посылает нам тех, кто так необходим в самое подходящее время. Я по-настоящему счастлтва сейчас

Свобода-когда забываешь отчество у тирана

Иногда так хочется верить, что все это лишь трейлер перед фильмом и я просто жду, когда начнется показ.

Поступки кричат громче самых красивых слов.
Простые истины