Вера Никольская



Галатея и Пигмалион
Обыденно, обидно обеднеет
Без прежних крыльев праздничность души.
Летящий шаг ожившей Галатеи
Собьётся, и паденье завершит
Попытку жить в отсутствие дыханья –
Забыл свою любовь Пигмалион.
Туманной, зябкой ранью, грань за гранью
Ваял её самозабвенно он.
И раб, и царь, служака и владыка
Изгиба шеи, линии бедра
И не лица – божественного лика,
Сиявшего с утра и до утра.
Устал богине клясться и молиться.
Есть женщины для будничных забав –
И грешницы, и светские блудницы.
Свободен он, единожды солгав.
А образ совершенства вновь тревожит,
Когда пустой мерцает постамент, –
Всё та же под рукой прохлада кожи,
Всё тот же сердца аккомпанемент.