Когда одна дверь счастья закрывается, открывается другая; но мы часто не замечаем ее, уставившись взглядом в закрытую дверь.
Лучшие и прекраснейшие вещи в мире нельзя увидеть, к ним нельзя даже прикоснуться. Их надо чувствовать сердцем
Самый образованный человек - тот, кто больше всех понимает жизнь и обстоятельства, в которых он живет
Жизнь - это волнующее приключение, и самая прекрасная жизнь - это жизнь, прожитая для других людей
Когда знаменитого американского писателя Марка Твена спросили, кого он считает самыми выдающимися людьми ХIХ века, он ответил – Наполеона и Хелен Келлер. В другой раз Марк Твен отозвался о Хелен Келлер как о самой замечательной женщине со времен Жанны д’Арк. Кто же такая Хелен Келлер, заслужившая столь высокую оценку великого писателя?
Это женщина – образованнейшая американка, знавшая немецкий, французский, латынь и греческий, известная писательница и общественная деятельница. В 1904 году Хелен Келлер с отличием окончила колледж, много работала в различных организациях помощи слепым. Ее перу принадлежат около десяти работ, большей частью мемуарного и философского характера, среди них “История моей жизни” и “Оптимизм” (1903), “Песня каменной стены” (1916), “Наш Марк Твен” (1930), “Oткрытая дверь” (1957). Хелен Келлер известна и как лектор. Она много разъезжала с лекциями по Соединенным Штатам, Европе, Азии, Африке и Австралии.
Но несмотря на все это, сравнение с Наполеоном и Жанной д’Арк было бы сильным преувеличением, если бы не одно из ряда вон выходящее обстоятельство:Хелен Келлер почти с самого рождения была полностью лишена зрения, слуха и дара речи.
В 1887 году родители взяли в гувернантки для дочери молоденькую скромную учительницу Анну Салливан, тоже перенесшую слепоту в детском возрасте. Анна Салливан хорошо сознавала, какое огромное, почти непосильное бремя она берет на себя в борьбе за то, чтобы пробудить в погруженном в вечный мрак существе человеческую душу, зажечь в нем драгоценную искру мысли. Но она без колебаний берется за воспитание девочки.
О том, как Анна Салливан совершила свой благородный подвиг, рассказывает пьеса известного американского драматурга Уильяма Гибсона, справедливо названная им ‘Сотворившая чудо’. Основанная на подлинных документах, описывающих действительные события и реальных людей, написанная живым языком, пьеса Гибсона является настоящим гимном самоотверженному труду педагога, борющегося за душу своей маленькой воспитанницы. Ведь только благодаря терпению и умению Анны Салливан Хелен Келлер стала одной из самых замечательных женщин своего времени.
Хелен Келлер родилась в штате Алабама в 1880 году. Родители души не чаяли в ребенке. Они с нетерпением ждали того времени, когда их дочка будет ходить в школу вместе со сверстниками. В течение девятнадцати месяцев Хелен росла здоровым ребенком. Она начала ходить, когда ей исполнился год, в шесть месяцев она даже пыталась произносить слово «вода». Конечно, это был лишь детский лепет, но все знали, что она имеет в виду именно воду.
Но однажды девочка отказалась есть завтрак и начала плакать, когда мать попыталась заставить ее съесть кашу. У ребенка был сильный жар. Мать уложила дочку в постель и вызвала доктора. Девочка болела долго. Наконец, ей стало лучше, и родители опять были счастливы. Но их счастье длилось недолго, так как вскоре обнаружилось, что их маленькая Хелен больше никогда не сможет ни видеть, ни слышать. Ребенок был обречен на жизнь во мраке и тишине. Она не слышала, что ей говорили, и не знала, как говорить, поэтому ей было трудно играть с другими детьми.
Хелен Келлер отвезли в Балтимор к известному врачу, чтобы выяснить, может ли он сделать что-то, чтобы вернуть ей зрение и слух, но врач был бессилен. Однако, он посоветовал родителям обратиться к доктору Александру Грэхэму Беллу из Вашингтона, который, возможно, сможет помочь девочке. Доктор Белл, изобретатель телефона, работал много лет со слепыми.
Однако и эта надежда оказалась тщетной. Доктор Белл посмотрел на Хелен и покачал головой. “Мне жаль”, - сказал он. “Девочке помочь нельзя, но я советую вам написать в приют для слепых в Бостоне и попросить прислать кого-нибудь, чтобы помочь ребенку.”
Тот день, когда Анна Салливан появилась в Тускумбии в марте 1987 года, оказался знаменательным днем в жизни Хелен Келлер. Анна Салливан взяла на себя ответственность за воспитание и обучение ребенка, который не мог не только видеть или слышать, но даже говорить. Хелен Келлер тогда было около семи лет. Анне Салливан было всего двадцать.
Хелен была избалованным и неуправляемым ребенком. Ее все жалели и позволяли ей делать все, что она хочет. Ей невозможно было что-то объяснить, ей невозможно было привить навыки порядка, опрятности и дисциплины. Она могла запустить руку в чужую тарелку и есть из нее. Она могла ударить того, кто запрещал ей делать что-то. На крыльце дома повесили колокольчик, в который звонили, если Хелен попадала в беду, и мама тут же бежала ей на помощь.
Но девочка поражала всех своей сообразительностью. Не умея говорить, она тем не менее могла позвать свою маму, используя особый жест – дотрагиваясь рукой до своей щеки. Однажды ей дали куклу, сделанную из салфетки. Ощупав лицо куклы, Хелен поняла, что у куклы нет глаз. Объяснить это она никому не смогла, тогда она сорвала две пуговицы с платья своей тети и приставила их к глазам своей куклы.
В другой раз она опрокинула колыбельку с маленькой сестренкой, уложив туда свою куклу из салфетки, считая, что ее кукла тоже должна спать в кроватке. К счастью, ребенка удалось вовремя подхватить, но Хелен стали бояться оставлять с ним наедине. Чтобы избежать таких инцидентов, ее чем-то отвлекали, переключая ее внимание. Появилась даже мысль отдать ее в приют для слаборазвитых детей.
Анне Салливан предстоял нелегкий труд. Девочку надо было научить хотя бы дисциплине. Так, однажды, когда Хелен в очередной раз совершала обход вокруг стола, запуская руку в чужие тарелки, Анна ее остановила. Она усадила ее на свой стул, повязала салфетку, пытаясь заставить ее есть из своей тарелки и есть не руками, а ложкой. Хелен капризничала, срывала салфетку, бросала на пол ложку. Тогда Анна попросила всех выйти из-за стола и покинуть комнату. Она закрыла обе двери на ключ и спрятала его, усадив ее опять на прежнее место. Хелен продолжала срывать салфетку и бросать ложку, пыталась брыкаться и даже ударила Анну по лицу. Это повторялось бесконечно, но Анна не сдавалась. И в конце концов Хелен поела из своей тарелки своей ложкой и даже свернула свою салфетку. Это была первая победа Анны. Хелен же, найдя ключ, спрятала его в кармане у матери, боясь, чтобы ее больше не закрыли и не оставили наедине с назойливой учительницей.
С этого дня Хелен стала сторониться Анны, избегала ее и не подпускала ее к себе. Тогда Анна решила изолировать девочку от общения с семьей, члены которой думали, что Анна издевается над обиженным богом ребенком, и потакали всем капризам Хелен. Анна понимала, что ее труд будет напрасным, пока Хелен будет искать защиты у кого-то. Ей удалось уговорить родителей девочки дать согласие на то, чтобы Хелен пожила с Анной отдельно. Их поселили на две недели в летнем домике во дворе. Хелен одели, посадили в экипаж и долго возили по окрестностям, чтобы она подумала, что ее увезли из дому.
Оставшись наедине с Анной и став зависимой во всем только от нее, она была вынуждена с ней общаться и слушаться ее. Анна радовалась, глядя на упрямую, но очень смышленую ученицу. Но она боялась, что когда истекут эти две недели и Хелен вернется домой, все повторится сначала. На больший срок родители не соглашались. Видя, как прилежно ведет себя дочка, какая она аккуратная и послушная, они с нетерпением ждали ее возвращения домой. Окружающим было этого достаточно. Но только не Анне Салливан. Ей было недостаточно того, что ребенок выглядит аккуратным и ведет себя нормально. Важнее было научить Хелен языку. Слова должны были стать ее «глазами». Со словами она сможет думать, у нее появятся какие-то мысли. Ведь человек рожден для того, чтобы пользоваться словами так же, как птица пользуется своими крыльями.
Анна Салливан нашла способ заставить себя понять. С первого же дня она стала обучать Хелен буквам алфавита, используя язык рук для глухих, который когда-то изобрели испанские монахи, взяв обет молчания. Мисс Салливан хотела, чтобы Хелен поняла, что у каждого предмета есть свое имя. Она давала девочке какой-нибудь предмет и тут же складывала на пальцах слово, обозначающее этот предмет. Первым таким предметом была любимая кукла Хелен. Девочка сначала не понимала, что от нее хотят, но ей нравилась забавная игра на пальцах и она быстро повторяла в ответ движения рук своей учительницы.
Окружающим была непонятна эта игра. Она им казалась бессмысленной. Как можно было разговаривать с ребенком, который не мог ни слышать, ни видеть? Но Анна верила в свою маленькую ученицу и надеялась, что наступит день, когда она поймет, что у всего есть имя. Анна убедила и Кэт Келлер, мать Хелен, в том, что ей тоже надо изучать язык для глухих, чтобы она могла говорить с дочкой, когда однажды наступит день, когда Хелен все поймет. Она сравнивала эту бессмысленную, по мнению окружающих, «болтовню» с той нелепой и бессмысленной болтовней, когда мать пытается говорить о чем-то с грудным ребенком, который тоже ничего не понимает. Пока не понимает. Но поймет, если будет слышать.
Точно также она пыталась, чтобы Хелен ее «услышала» с помощью языка рук и поняла. Поэтому она неустанно с ней «говорила», давая в руки все новые и новые предметы и складывая слова. Сколько же нужно дать предметов, сколько надо сложить слов, чтобы Хелен наконец ее поняла? А сколько нужно сказать слов, чтобы грудной ребенок понял? Разве матери когда-нибудь считают, когда разговаривают со своими детьми? Поэтому Анна снова и снова пыталась «говорить» с Хелен. Ведь нужно было всего одно слово, поняв которое, Хелен поймет и все остальные. Одно слово! Но какое?
Анна верила, что это придет со временем и надо только продолжать дальше обучение, не останавливаясь. Анна видела, что в Хелен живет неутомимая энергия и жажда общения, она очень хотела говорить, но не знала как. Анне рассказывали, что однажды, играя с другими детьми, Хелен стала засовывать пальцы в рот детям, чтобы почувствовать движения губ и языка. Затем она стала засовывать пальцы себе в рот, шевелить языком и даже издавать какие-то звуки, пытаясь говорить. Но эти звуки напоминали звуки, которые издают животные. Видя, что все бесполезно, она укусила себя за язык.
Страхи Анны были не напрасны. В первый же вечер своего возвращения домой Хелен пытается вести себя за столом как прежде, запуская руки в чужие тарелки и беря пищу руками. Потом она бросает на пол кувшин с водой. Анна берет в одну руку Хелен, в другую кувшин и тащит девочку во двор к водяной колонке. Она подставляет руку Хелен под струю воды и складывает ей в руку слово «вода». И свершилось чудо!
Когда Хелен ощутила воду на своих руках, казалось, что лицо ребенка осветилось каким-то новым светом, который никто не видел раньше. Хелен поняла, что ее учительница пытается дать ей понять, как называется та свежая, прохладная вода, что струится по ее рукам. Ее губы задрожали, пытаясь вспомнить что-то, что она когда-то знала. Наконец она издала те звуки, которые пыталась произнести, будучи ребенком. Это были странные звуки, но было ясно, что Хелен имеет в виду именно воду. Дрожа в страшном нетерпении, она начинает бегать, трогать разные предметы и подставлять свою руку Анне, чтобы узнать, как же все они называются, и повторить это в ответ.
Но потом у нее уже не хватает терпения повторять слова, она только спрашивает. Она трогает юбку матери и руку отца. Анна отвечает, что это ее мама и папа. Потом Хелен трогает Анну, гладит ее по щеке и протягивает ладонь в ожидании. Анна складывает в ответ слово “учительница”. Потом Хелен находит в кармане у матери ключ, который она отдала ей когда-то, кладет его в руку Анне и целует ее в щеку. С этого дня они подружились. В течение последующих пятидесяти лет до тех пор, пока Анна Салливан не умерла в 1936 году, они были подругами.
Хелен Келлер открыла для себя новый мир. Теперь она с нетерпением учила названия все новых и новых слов посредством языка для глухих. В течение последующих трех месяцев она выучила почти 300 слов и даже могла составлять из них предложения. Хелен Келлер хотелось наверстать потерянное время. Мисс Салливан не оставляла ее ни на минуту. Она жила с Хелен, играла и работала с ней неустанно все время. С помощью языка для глухих она могла говорить со своей ученицей.
Хелен научилась читать книги, которые печатались для слепых. Она научилась пользоваться печатной машинкой, чтобы написать то, что она хочет сказать, хотя и не могла прочитать то, что написала. Однако, это не имело значения, так как вскоре она печатала без ошибок. К этому времени она научилась плавать, кататься на пони и делать много других вещей, которые делают другие дети.
Хелен также решила, что научится говорить. Сначала у нее были трудности с речью, но Анна Салливан понимала, что именно она пытается сказать. Хелен практиковалась говорить день за днем, пока, наконец, она не выработала чистый голос. Позднее она станет выступать перед большим количеством людей, которые приходили послушать ее, где бы она ни выступала.
В течение двух лет она обучалась в школе для глухих, а затем, когда ей исполнилось шестнадцать, она поступила в Кэмбриджскую школу для юных леди, чтобы подготовиться к поступлению в Редклиффский колледж. Книг для слепых, которые она могла бы использовать в учебе, издавалось немного, но и это не имело значения. Мисс Салливан с помощью языка для глухих объясняла ей все, что говорили учителя. Хелен сдавала свои выпускные экзамены в отдельной комнате, так чтобы она могла ответить на вопросы, используя пишущую машинку.
В возрасте двадцати лет она поступила в Рэдклиффский Колледж, с честью выдержав вступительные экзамены, которые по трудности не уступали экзаменам, которые сдают юноши при поступлении в Гарвардский Колледж.
В течение всей учебы в колледже рядом с ней была ее любимая Мисс Салливан, которая без устали передавала ей все, что говорилось учителями на лекциях. Хелен училась чрезвычайно хорошо и не отставала в учебе от других студентов.
Один из профессоров был настолько доволен работами, которые Хелен Келлер писала при выполнении заданий, что он посоветовал ей написать историю ее жизни. Хелен действительно написала “Историю моей жизни” в те годы, которые она провела в колледже. Это был очень жизнерадостный и вдохновляющий рассказ о том, как молодая девушка могла жить счастливой и полноценной жизнью, несмотря на ужасные трудности.
Жизнь Хелен Келлер – это вдохновляющая история женщины, которая много сделала для себя и для других, чтобы жить счастливой и полезной жизнью, несмотря ни на какие невзгоды. В своих книгах и лекциях Хелен Келлер делала все возможное, чтобы обнадежить людей, которые не могли видеть.
