Что мне до того, как о моих работах будут судить! Ведь когда я творю, то я – с Богом!
… Хотя люди и Бога осудили…

В древней китайской рукописи  11века можно прочитать о варварах-кочевниках :" У них не было ни возделанных полей, ни понятия о чести. Сильный дух их доносился быстрее, чем топот. А после себя они оставляли пустую равнину."

С тех пор прошла тысяча лет... и мало что изменилось. " Что было, то и будет..."

Господи, спасибо за счастье - мы имеем дело с людьми иного рода: не с кочевниками.

Жаль, но сколько людей оставляют после себя пустую равнину -  ни слова, ни дела.

Спасибо и Вам, наши ученики, ибо на Вас и Вам подобных земля держится!

Работа Наташеньки :" Каллы"

Как прекрасна жизнь, потраченная на то, чтобы обозреть Красоту мира и запечатлеть её чеканом души своей – в музыке, образе или Слове…

Научиться рисовать – пусть даже хорошо рисовать,- или научиться технологии изготовления чего-либо,- например, керамики,- всё это умения необходимые, но не достаточные.
Это очень простые слагаемые Творчества.
Ищите для себя учителя, способного приоткрыть для вас наиболее важные составляющие этого великого Таинства…

Истинный художник – тот, кого при жизни выбирает Судьба, после смерти называя его Имя и даруя его творениям Вечность.

Авторская керамика неповторима, как утренняя заря, как распускающийся цветок. Как ночь, как день – неповторима…
Автор в керамике, как и любой Автор под небесным куполом – послушник в храме, прислушивающийся к Вечности;
- философ – ведь он взаимодействует с законами Мироздания;
- историк - потому что керамика - первый материал, созданный человеком,- стала основой развития всей цивилизации;
- алхимик – колдующий над бесчисленными комбинациями, которые нельзя выразить сколь угодно большим числом. Имя им – Обещание и Бесконечность …
- живописец, пишущий огненными красками, немеркнущими во Времени…
- скульптор – потому что форма есть основа замысла;
- ювелир – владеющий тонкими и изящными техниками, наносящий на свои изделия золото и серебро…

И этот ряд можно ещё продолжать и продолжать.
Велико тебе отпущено, но велик и спрос будет с тебя.


А если с небольшой долей правды, которая есть в каждой шутке, то Автор Керамики – просто человек, стоящий близко к Богу. Они вместе горшки обжигают. В прах Душу вдыхают…
Живописец бедный – бренно имя твоё, незавиден удел твой, ограничены возможности твои. Потускнеют и осыплются краски, холст истлеет и обратится в прах. Несколько сотен лет – смерть для живописи. Несколько тысяч лет – детский возраст для керамики. Ей принадлежит вечность,потому что из отдалённого прошлого человечества до нас не дошло ни одного холста, но – тысячи расписных амфор, лекифов, гидрий с именами их создателей. Потому что они работали с Божественным материалом. За ним – прошлое, настоящее, а будущее – тем более за ним.
______________________________________________________________

Если есть первые лица государства, следовательно, должны быть и последние лица. Я - последнее лицо этого государства.

                                                           

 

                                        Обжиг - коварство и Любовь!

 

Что Есть второй, политой обжиг?.. Назовём его - Преображение, а если точнее – праздник Преображения. Ему предшествует: нетерпение ожидания, предчувствие свершения. И вот, наконец-то: из тёплого горна на свет появляется плод ваших дум и сомнений, плод фантазий, и в то же время – рукотворный плод…
В жизни мы ко многому привыкаем, и восхищавшее нас некогда в конце концов становится привычным. Грустно…
Но нельзя привыкнуть к ожиданию праздника Преображения. Он волнует, как ожидание Любимого на первых свиданиях – тот же трепет, то же предвкушение.
Воистину счастливы те, кто сумел извлечь и извлекает из жизни столь радужные наслаждения…

«Господи, как тяжело, когда – впервые… Но утешает:
«…знаю дела твои, и труд твой, и терпение твоё».
«Ты много переносил и имел терпение, и для имени Моего трудился и изнемогал…»
(Откровения Иоанна Богослова)



Если к жару сердца прибавить энергии жар, то углерод, сталь, глина превратятся в алмаз, булат, фарфор.
Обжиг – коварство и любовь!
Заводская серийная керамика – тысячи литых экземпляров – близнецов, скучные, как бесконечный серый забор. Технический процесс выверен, опробован сотни раз. Одно и то же изо дня в день, из года в год. Неудача почти исключена повторяемостью.
Обжиг авторской керамики – каждый раз новое сочетание форм, красок, глазурей, техник лепки и росписи, и каждый раз – неизвестная вероятность удачи или…
Работа Художника обусловлена ниспосланным ему Откровением, и всё подчинено одной цели – как можно точнее передать ему приоткрывшееся. Разве сравнить это с трудом ремесленника, повторяющего без конца работу по заданным меркам?.. И вот ты – один. Плод трудов твоих скрыт в печи. Таинство, там происходящее, уже почти не подвластно тебе.

Это - разбег во весь дух и прыжок со скалы…

Даже впечатления человека стороннего стоят того, чтобы упомянуть о них… Вот что пишет Всеволод Овчинников в известной всем книге о Японии «Ветка Сакуры»:

И наконец, обжиг -- таинственный процесс, при котором глина должна обрести свойства драгоценного нефрита. На искусство старшего горнового в Цзиндэ издавна смотрели как на колдовство. Проявлялось это уже с загрузки печи, с умения удачно "проложить дорогу ветру и огню". Нужно учитывать особенности каждого вида фарфора, качество дров, погоду и даже направление ветра. Впрочем, помимо знаний и опыта, тут играли роль чутье, риск, а порой и просто везенье. Недаром среди обжигальщиков ходила пословица: "Загрузить печь -- что выткать цветок; обжечь -- что ограбить дом!"

А ведь есть и русская пословица – «Не боги горшки обжигают!» Это значит: если уж с таким невероятно сложным делом справляется человек, то всё остальное тем более будет ему под силу…



Загружен горн, и начинается плавный подъём температуры. Он будет длиться 12 часов, пока не достигнет отметки свыше 1000 градусов ( а если это фарфор – то и 1300).При такой температуре кипит сталь, а глина становится Керамикой.

Время остывания горна – ещё 12 часов… Боже мой, как мучительно тянется это время, сматываясь в бесконечность!.. Керамика – при её невероятном закале, невредимой прошедшая огонь Преображения,
далее требует неукоснительного соблюдения Закона: бережность и постепенность. Иначе рискуешь потерять всё…
Только через сутки узнаешь: погрузился ли в желанное, искрящееся море радости…или не долетел и упал на острые камни разочарования.
Либо – либо…другого не дано.
Ничего, вставай, художник! У тебя всё ещё впереди- и коварство, и любовь. Крылья прорастают болезненно и оперяются долго. А потом они должны ещё набрать силу и опыт Полёта. Это непременно произойдёт. В награду за то, что ты есть Художник… Хотя ты всегда должен помнить, что есть неподвластные нам полностью стихии, с которыми приходится всю жизнь говорить на Вы.
Есть соблазн и велико искушение уподобиться маленькому заводику, дабы избежать неожиданностей, останавливающих дыхание всякий раз, когда открываешь горн после обжига. Лестница, ведущая вниз – ведь это много легче. Проще и доходнее повторять нехитрый рыночный ходовой товарец. Но при этом художник так быстро теряет ощущение присутствия вечности, становясь, по выражению восточных мудрецов, «рыночным, вульгарным – ремесленником».
«Не спи, не спи, художник, не покоряйся сну, ты – вечности заложник у времени в плену…»,- повторяю я, как молитву, с этим искушением борясь. И она помогает мне на непростом этом пути – всё время в гору, нехоженой тропой, а домой. Обратно – всё равно другим маршрутом…

Наконец-то!.. В руках – тёплое блестящее тельце, воплощение приоткрывшегося Замысла Свыше. Господи! Как велика награда твоя! Моя молитва услышана… Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу!

Две сестры: истинная любовь и слепая страсть.
Слепая водит толпу незрячих.
Искусство всегда имеет знак – истины и любви. Видят его избранные.
Каждому по духу его даётся поводырь.

Некоторые избирают себе в поводыри, по меткому выражению И.Ильина, «духовных идиотов».

Нельзя сказать: « Работать на гончарном круге.
Ибо здесь вы творец а не раб.

Зависимость возникает при коллективной РАБоте.

Аксиомы Лао-Цзы из «Книги Пути и Благодати» в переложении для гончарного круга.

«Большой сосуд долго изготавливается…»

Среди суеты ненужных дел Бог не явится, Его не почувствуешь. Он в творении…в любви…

Люблю Галатею возникающую в движении - из красного фарфора или из художественного фаянса.

Я один; вернее, наедине с воспоминаниями…
В памяти перебираю часы, проведённые за гончарным кругом; перебираю, как чётки: эти – янтарные, запечатлелись солнышком; вот эти - родниковой водой – хрустальные часы-чётки; белые – фарфоровые, фаянсовые… Вспоминаются и рубиновые – мои драгоценные часы. Я перебираю и перебираю их – свои молитвы, сотворённые на гончарном круге, - погрузившись в тёплый чувственный океан прошлого.
Велик миг окончания Пути!
Верю, будут и ещё, другие молитвы-творения, славящие Создателя и создателя.
Потому что есть, есть что-то такое внутри, что ждёт Своего часа… Он непременно наступит… скоро…вот-вот…
Живу в упоении Ожидания!
И снова странником «сквозь магический кристалл» в свой причудливый мир, по Млечному Пути.
Да будет Путь не слишком трудным!
Да будет Путь не слишком лёгким!
Да будет Путь по силам!

Аксиомы Лао-Цзы из «Книги Пути и Благодати» в переложении для гончарного круга.

«Обогащение жизни называется счастьем». Мы оБогащаемся за гончарным кругом, становимся счастливыми в творении жизни.

Аксиомы Лао-Цзы из «Книги Пути и Благодати» в переложении для гончарного круга.

Комок глины – в нём уже есть будущая форма сосуда, скульптуры. И одновременно эта форма есть наша мысль. Они соединяются на гончарном круге.
ОплодоТворение есть взаимопроникновение двух сущностей. «…они одного и того же происхождения, но с разными названиями. Вместе они называются глубочайшими. Переход от одного глубочайшего к другому – дверь ко всему чудесному». И если вам захочется постучаться в эту чудесную дверь, то мы ответим: «Добро пожаловать!»

Гончарная скульптура

Прежде всего это большая редкость – как радуга в большом городе. Бывает, конечно. Да почти никто её не видит…
Редкость – в силу многих причин. Вот одна из них: скульпторы почти никогда не владеют гончарным искусством, и редкий гончар обладает мастерством скульптора.
Заниматься гончарной скульптурой достаточно сложно. Если широко известен «способ» рождения обычной скульптуры – «возьми глыбу мрамора и просто отсеки от неё всё лишнее»,- то в нашем случае приходится идти обратным путём: создать Целое из множества отдельных частей, изготовленных на гончарном круге.
Для этого приходится преодолевать давно сложившиеся стереотипы и собственные привычки. Мы связаны и ограничены округлой симметрией форм, сошедших с круга. Нужно умозрительно представить, как они могут сопрягаться между собой в единое целое, создавая гармоничный образ, в котором, тем не менее, гончарные детали легко узнаваемы – а иначе нет никакого смысла в том, чтобы работать именно с ними.
И если это удаётся однажды…пусть даже путём многочисленных проб и ошибок, то…напевно-тихое звучит любовной сонатой внутри Создавшего. Или бурной Одой К Радости, которая потом ещё долго вновь и вновь возвращается к тебе. Со временем мелодия эта слабеет, доносится будто издалека, уже почти неразличимо. И уже хочется Новой Песни, ещё не прозвучавшей, но уже ищущей свои напевы в тумане Творящей Души…
Эти неясные, неотчётливые звуки…они приходят к нам из Горнего. Настроиться и прислушаться…улавливая их небесную суть…Они резонируют с сердечными струнами где-то в потаённой глубине, превращаясь в ноты, а после – и в мелодии, гармоничные мелодии будущего созидания

_________________________________________________________________

Аксиомы Лао-Цзы из «Книги Пути и Благодати» в переложении для гончарного круга.


«Вот вещь, в хаосе возникающая…» - так можно сказать о любом творении на гончарном круге.

Жизнь летит легким перышком!
Плавно, почти невесомо…
Когда работаешь на гончарном круге,

Из небытия в неповторимый образ полноты и пустоты.

Движение… Всё живёт в движении… оно Живое… Завораживает…

Прильнув глазёнками, ручонками, всем существом, к окну автобуса, поезда, мы часами могли наблюдать за постепенно наплывающими и уплывающими картинами. Это из детства – далёкая милая пора.
Прильнув глазами, руками, всем существом, я часами могу наблюдать за постепенно наплывающими и уплывающими формами-картинами на гончарном круге.
Ведь жизнь возможна только в движении: вот мы (я, гончарный круг, глина) и живём в совместном движении, название которому – то ли детство, то ли сказка, то ли счастье…
А может, это и называется – творчество?!...