Достоевский пишет страшно, подобных образцов людской подлости, как у него в романах, я за свою коротенькую жизнь еще не встречал, но само соприкосновение с такими характерами (пусть и начертанными) оставляет впечатление крайне тягостное. Сам я атеист, то есть в Бога не верю, но изрядно так пошатывается мое неверие, которое суть вера, просто вера в рациональность и разум - то есть признак религиозного сознания, тем не менее. А пошатывается потому, что без Бога у человека действительно нет никакого внешнего регулятора, одни общественные договоры, интерсубъективные нормы, а у норм этих серьезный недостаток - как раз то, что они общественно-договорные - в них все приходит от людей, составивших общество. Дурные люди, соответственно, договариваются о дурном (выгодном и естественном для них), так рождаются скверные законы и скверные обычаи. Так и было в истории, когда, например, общество мужчин договаривалось о ничтожестве женщин и лишало их избирательного права, прав вообще, писало "домострои", оправдывало изнасилования, или когда общество аристократов или богачей договаривалось о ничтожестве крестьян/бедных. Нет, нельзя, чтобы норма рождалась человеком! Иначе люди вольны в своих желаниях, а желания их всегда эгоистичны, и потребность одного удовлетворяется за счет другого! Когда нет чего-то выше, ограничивающего человека в желаниях, преподающего нравственность, когда нет этого, по выражению Чехова, "человека с молоточком за дверью", мерзавец всегда придумает для себя философию, которая оправдает самый низкий его поступок; еще и попрекнет вас за праведность. Без Бога зло никогда не "осознает себя в людях" (В. Дудинцев), не устрашится содеянного и не захочет перемениться к лучшему, потому что не знает даже о существовании лучшего; без Бога зло собой вполне довольно. Достоевский пишет веско, сильно, как взмахи топора оставляют зарубы на бревне, образуя в нем ложе, так и он словом ранит душу, заглубляет ее - по живому; даже пишу я, невольно подражая.