Настроение сейчас - Есть женщина на берегу залива, ее душа открыта для стиха а я не знаю того моря, какое знают все. Того синего, теплого, лижущего холеные тела отпускников, обнимающегося с горами, шевелящего темные водоросли, - не знаю, хотя и знакомы. И не хочу знать. У меня другое море.
"Наше море вообще-то залив", - говорила шестилетняя девочка в одной детской книжке. Но кому это важно. Мы же знаем, что он - море. Балтийское море. Море цвета неба, всегда, в ясную погоду бледное, в пасмурную - серое, тяжелое, пугающее. Море, над которым закаты рвут облака солнечными руками, море, принимающее в себя жестокое оранжевое солнце, море, на берегу которого на закате хочется благодарить Всевышнего за право видеть этот закат. По краю белый песок, за спиной редкие деревья, пахнет тиной, хвоей, дымом, иглы сосен густо и колко устилают сухие пни, белые морские лапы перебирают тонкими пальцами по песку, постукивают каплями, тянутся к твоим ногам, коснутся и отпрянут и снова подкрадутся, и оставят тебе раковинку, щепку или прядь травы, на память, на добрую память - о море должна оставаться только добрая память. Чайки кричат сверху, гонят от своего моря, не хотят видеть человека на берегу, ветер подталкивает в спину, согласный с чайками, - это море не для прогулок, это море не для туристов, это море не для ротозеев, это море для рыбаков в больших брезентовых шапках, это море для лодочников с пачкой крепких сигарет в кармане, это море для тех, кто умеет проходить вдоль волнореза со сломанной мачтой, это море для тех, кто успевает поднять весло, обходя камни, это море для тех, кто знает наперечет все форты и слышит созвучие фортов и фьордов, это море для тех, кто ждет возвращающихся с него, для тех, кто умеет ждать, не ломая рук и не взывая к небесам, но молча, закусив губу, ждать, только чуточку прищурив глаза цвета неба и моря, - для них.
а зимой, ты видела его зимой, когда оно обледенвает выше горизонта, вместе с небом, и шершавый наст тянется вверх и продолжается над твоей головой, и если набраться смелости и пойти по хрустящему под каблуком настилу, дойдешь до луны, ведь луна зимой у нас всегда, - но только никто не идет, потому что темнеет рано, и пасмурно, и можно сбиться с дороги. И потому-то никто не знает, где заканчивается море и начинается небо, и как тесно они оплетены и связаны дождями.
у нас жестокое море, суровое море, дикое море, но зачем нам другое море.
