были у меня знакомцы, дети очень родовитых и неимоверно породистых боксера и колли. Девочка, пошедшая статью, фактурой и окрасом в папу-боксера, с коллячьей мордой на могучей шее, и мальчик, от мамы унаследовавший стать и шерсть, а от папы - курносую физиономию. Рассказывала уже о них и, может быть, даже неоднократно.
а ведь у этих боксера и колли, возлюбивших друг друга однажды майским вечером, были какие-то не менее родовитые невеста и жених. Давным-давно, когда, может быть, и этих-то еще не было на свете, кто-то под условным именем Руководитель породы расписал Заводчикам все предстоящие их питомцам брачные узы. И еще не открыв глазки, кутята были условно повенчаны Заводчиками и ждали встреч со своей вертлявой боксершей и тонконогим колли.
и не дождались.
и случилась любовь. и были дети. и было маленькое собачье счастье.
но не с половинкой своей, на роду написанной, а с совершенно другим существом.
вот вам смешно, а смешнее было бы, если б увидели этих двоих, коллебоксеров, носящихся друг за другом по снегу, - а можно подумать, у нас, у человеков, что-то иначе. Кто-то под условным именем Всевышний расписывает предстоящие нам брачные узы, Ангелы-хранители венчают нас еще в колыбели, мы мирно движемся навстречу друг другу, а потом - раз! - и майский вечер, и на нашем пути кто-то совсем другой, не тот, нам на роду написанный, не нам предназначенный, а предназначенный кому-то совершенно другому, и мы предписаны не ему, однако ж не кончается майский вечер и переходит в долгую ночь, и появляются на свет совсем не те дети, которых запланировал когда-то Всевышний, расписав нас на небесах.
думаю, хранители в этой ситуации рвут на себе волосы, как заводчики, и не знают, как смотреть Всевышнему в глаза. А он придает лицу строгость, подпускает в голос гнева и распекает их за недосмотр и испорченную линию судьбы. И только когда за ними плотно закроется дверь, он даст себе волю и расхохочется, хлопая себя по коленям и приговаривая:
- Нет, ты посмотри, что у них получилось, а? Ну кто бы мог такое подумать!..
