Алискин_ТМ обратиться по имени
Пятница, 20 Апреля 2007 г. 16:06 (ссылка)
Сейчас Динг лежал в кустах и думал о своей злополучной судьбе. Краем уха прислушавшись к разговорам мушкетеров, он понял, что, по их предположениям, субъекты в темных плащах — гвардейцы отделения Лени, правда в отсутствие своей предводительницы, которая по укоренившейся традиции очень редко покидала свою штаб-квартиру и руководила военными действиями оттуда. Мушкетеры считали, что Темные Силы готовят какую-то диверсию. Динг приподнял голову. Мимо него, наклонившись, пробирался Фельдмаршал Воля с одним из офицеров, и Динг услышал обрывок его фразы:«...взорвать Информопровод — без сомнения, но добиться полной Сенсорной Депривации им все равно не удастся, хотя, я думаю, именно этого они и хотят».Пока Динг размышлял о том, что же может означать это загадочное словосочетание «Сенсорная Депривация», Фельдмаршал дал команду своим мушкетерам, и те с боевыми криками побежали, размахивая шпагами, навстречу гвардейцам. Динг, оставшись один, быстро оценил возможность, подаренную ему обстоятельствами, вскочил и припустился в противоположную сторону. Правда, бежать со связанными руками было не очень удобно, но жажда свободы гнала нашего героя по просторной равнине коры его собственного головного мозга. Впрочем, бежать ему пришлось недолго, потому что неожиданно споткнувшись, он со всего маху грохнулся оземь. В глаза ему ударил яркий луч света.— Не двигайся! — скомандовал чей-то звонкий голос. — Не то сразу отрефлексирую!Не особенно разобравшись в смысле этой угрозы, Динг тем не менее готов был взвыть от злости — не очень-то доброжелательно встречал его собственный Внутренний Мир.— Послушайте, уберите фонарь! — взмолился он, не видя из-за ослепляющего света своего собеседника. — Вы что тут все — озверели?Видимо, жалоба возымела действие, и луч исчез. Сквозь разноцветные пятна, всплывавшие перед его полуослепленными глазами, Динг увидел девушку в голубом комбинезоне с маленьким фонариком в руке. Через круглые стекла очков на него смотрели строгие и внимательные глаза.— Тебя Лень отправила взорвать Информопровод? — спросила девушка, воинственно поигрывая фонариком.— Ага. А также захватить мосты, телеграф и вокзалы, — язвительно ответил Динг. — С пеленок мечтал взорвать какой-нибудь Информопровод.— Так. Ты не из темных! — категорически постановила девушка, оглядев его. — Кто же ты такой? Говори, иначе я буду вынуждена тебя отрефлексировать!— Динг я, Динг! — поспешно заорал Динг, понятия не имевший, что может означать эта новая угроза. — Весь этот Внутренний Мир мой! — Ну, ты нахал! — изумилась девушка. — Тоже мне, Чингисхан... — Вдруг она оборвала фразу, и лицо ее просияло. — Так ты сам Динг! Как же я сразу не поняла! Будем знакомы: я — Рефлексия, отвечаю за самопознание внутренних психических актов и состояний.Она протянула ему руку, на что Динг, галантно повернувшись к ней спиной, попытался пожать ее руку своими связанными. Рефлексия быстро освободила его от веревок и, поправив очки, торжественно произнесла:— В нашей встрече я вижу знак судьбы. Вместе с тобой мы представляем несокрушимую силу, способную противостоять Черному Кардиналу и его приспешникам! А сейчас главное — не дать взорвать Информопровод, иначе возникнет опасность Сенсорной Депривации. Бежим скорее!Она схватила Динга за руку, и они вдвоем помчались назад к холму. Они миновали холм и кустарники, где недавно скрывались Осознанные Мотивы, выскочили на открытую местность и остановились перед огромной трубой. Динг вначале принял ее за серую стену. Ни начала, ни конца трубы не было видно: она приходила из-за горизонта и исчезала за горизонтом. Площадка перед трубой носила следы недавнего боя: на земле валялись обломки нескольких шпаг, рваные черные и красные тряпки, потерянные перчатки.Рефлексия взглядом опытного следопыта окинула место сражения.— Гвардейцы отступили, к счастью, так и не осуществив свой замысел, — сказала она.— Так это и есть ваш Информопровод? — спросил Динг.— Да. То, что стремительно течет по этому и тысячам других таких же нервных афферентных волокон, для нашего Королевства Внутреннего Мира является самым питательным, — это ИНФОРМАЦИЯ. Ее поток должен быть постоянным, беспрерывным, иначе Главная Волшебница Психика лишилась бы всей своей волшебной силы, а тогда, наверное, погиб бы и весь Внутренний Мир.Они двинулись вдоль этого странного трубопровода. Динг внимательно слушал то, что ему рассказывала Рефлексия.— Наш Мозг все время нуждается в притоке информации из Внешнего Мира, поэтому обращается за ней к своим анализаторам — органам чувств (зрению, слуху, обонянию, осязанию и др.). С помощью органов чувств информацию собирают разведчики нашего Внутреннего Мира — Ощущения. Это они поставляют все основные сведения о Внешнем Мире Его Величеству Сознанию: о звуке и цвете, форме, запахе, гладкости или шероховатости предметов, о вкусе и других признаках. Но эти сведения отрывочны, неполны, отражают только отдельные свойства предметов и явлений. Гораздо более цельную картину Внешнего Мира отражают резиденты нашей разведки — Восприятия. Хотя и они часто не застрахованы от ошибок.В этот момент Динг увидел невдалеке нечто такое, что заставило его остановиться и вытаращить глаза: огромный детина в шляпе-цилиндре ростом с девятиэтажный дом с аппетитом уплетал куриную ножку величиной с самосвал.Рефлексия, бросив на великана небрежный взгляд, прокомментировала:— Вот и подтверждение этому — самый обыкновенный мираж. В пустыне мираж — это оптический фокус, обманывающий Восприятие, а здесь, во Внутреннем Мире — просто шутка Воображения. Между прочим, взгляни-ка на его цилиндр и ответь: что больше — высота тульи или ширина полей шляпы?— Конечно, высота тульи! — воскликнул Динг. — Это же ясно видно.— Увы, ты ошибаешься. Уверяю тебя, они абсолютно одинаковы. Таково свойство человеческого Восприятия — из двух равных по величине отрезков вертикальный кажется длиннее... Этот жующий колосс возбуждает аппетит. Ты не желаешь попить чайку и немного передохнуть?Великан, видимо уязвленный быстро иссякнувшим интересом к его персоне, растаял в воздухе, а Рефлексия, проявив качества незаурядной хозяйки, уже разводила костер, лучом своего фонарика поджигая кучу веток. Подвесив над костром неизвестно откуда появившийся чайник, она присела на сухой ствол поваленного дерева незнакомой Дингу породы. Динг приложил ладонь к холодному боку чайника и стал ждать, когда он потеплеет. Рефлексия, наблюдая за ним, спросила:— Ну что, изменилась температура?— Нет... нет... вот теперь да!— Возможно, я почувствовала бы потепление чайника раньше. Это значило бы, что у меня порог чувствительности — ниже, а чувствительность — выше. Существует и верхний порог чувствительности. Например, на дискотеке из-за слишком громких динамиков ты воспринимаешь уже не мелодию, а рычащий грохот. Есть люди, которые имеют просто феноменальную чувствительность. Веронику 3ейдер из немецкого города Людвигсбурга природа наделила столь редким зрением, что ее называют «живым микроскопом». Она жалуется, что, когда читает газету, ей очень мешают бумажные волокна. Она вообще не может смотреть цветной телевизор, так как видит не картинку, а бесчисленное множество разноцветных точек.Рефлексия разлила чай в кружки. Воображение изрядно проголодавшегося Динга нарисовало горячо любимый им торт «птичье молоко», и он тут же увидел перед собой на подносе этот торт. Рефлексия ничуть не удивилась и отрезала от него несколько кусков, один из которых преподнесла Дингу. Чрезвычайно довольный таким подарком Воображения, Динг принялся уписывать торт. Вспомнив про странное словосочетание, уже дважды слышанное им сегодня, Динг поинтересовался у всезнайки Рефлексии:— А что означают эти два слова — Сенсорная... приватизация, что ли? Так, кажется, говорил Фельдмаршал. Что это за зверь такой?Словоохотливая Рефлексия принялась объяснять:— Это от латинских: «сенсус» — ощущение, «де» — приставка, означающая лишение чего-либо, а «...привация» обозначает «присвоение, приобретение». Сенсорная Депривация — это отсутствие ощущений, сенсорный «голод». Для нас, для Внутреннего Мира, это очень страшно, это грозит гибелью. Можно говорить о зрительном голоде, о слуховом голоде. Во время подготовки к полетам космонавты проходят испытания в специальных звукоизолированных камерах.— Сейчас! — Она извлекла из кармана записную книжку. — Вот, например, что пишет Береговой: «Я узнал лишь одно, что тишина — не только простое отсутствие шумов и звуков; тишина — это одно из свойств существующей материи, свойство, которое может убивать».А еще один испытуемый сказал, что тишина была громкой, как нож, ударяющей в барабанную перепонку. Зимовщики после длительного санного перехода через Белое Безмолвие обязательно прежде всего смотрят три-четыре фильма, пока не насытят свой зрительный голод. Мозгу необходим полноводный поток Информации, а Внутреннему Миру — Ощущения и Восприятие! Человек может прожить без еды несколько суток достаточно легко, а вот если его лишить сразу всех ощущений, лишить информации, перекрыть органы чувств — он мгновенно погружается в сон и уже не живет в полном смысле слова. Это подтверждено экспериментами.Вообще всеми вопросами приема и переработки Информации занимается специальная служба Познавательных Актов. Кроме Ощущений и Восприятия, туда входят и Воображение, и Мышление, и Память. Все сотрудники этой службы в своей работе пользуются одним и тем же крайне важным инструментом — Лучом Внимания. С помощью Луча Внимания и выделяется, высвечивается тот конкретный предмет или явление, которые человек в данный момент воспринимает, представляет или о которых размышляет.Рефлексия, не переставая говорить, быстро убрала остатки их пиршества. — Знаешь, Динг, кому я завидую? Шестнадцатилетней киевлянке Евгении Алексеенко. Она достигала скорости чтения четыреста шестнадцать тысяч двести пятьдесят слов в минуту! То есть примерно минута уходит у нее на чтение книги среднего формата. С полным усвоением прочитанного! Наверное, ее Внутренний Мир купается в океане поступающей Информации. А мы тут бережем каждый несчастный Информопровод, по которому Информация льется тонкой струйкой.Последняя реплика Рефлексии явно была здоровенным булыжником в огород Динга, но тому возразить было нечего: в последнее время он действительно мало читал, забросил учебу, а присланные другом Котелком книги по психологии даже не открывал.— Ну ладно, меня интересует сейчас другая информация, — хмуро сказал Динг. — Как ответить на три неясных для меня вопроса?— Какие вопросы? — оживленно спросила Рефлексия, и ее очки заблестели от желания внести ясность куда-нибудь еще.— Первый: на кой черт мне Самоактуализатор, если я не знаю, где находится Дверь в Самосознание, которую он отпирает? Второй: в чем все-таки состоит Тайна Личного Бессмертия? Раз уж я сюда попал, грех было бы это не разузнать! И последний вопрос — по порядку, но не по значимости — как мне выбраться из собственных мозгов?Рефлексия нахмурила брови, отчего очки ее сползли на кончик носа, и очень серьезно спросила:— А Самоактуализатор в самом деле у тебя?Динг показал. Рефлексия с огромным любопытством осмотрела странную коробочку, затем вернула Самоактуализатор Дингу и сказала:— Я могу точно ответить на первый вопрос, предположительно на второй и не знаю ответа на третий. Дверь в Самосознание находится неподалеку от Королевского Дворца. Я думаю, что Тайна Личного Бессмертия скрыта именно за этой Дверью. А вот на третий вопрос ответ стоит поискать в хранилищах Памяти. Чего там только нет! Возможно, найдется и что-нибудь полезное для тебя. Поэтому стоит нанести ей визит, как ты считаешь? Идем к Памяти?Эти слова Рефлексии заронили зерно надежды в перепаханную судьбой душу Динга, поэтому он с энтузиазмом откликнулся на призыв своей новой знакомой, и они зашагали вдвоем вдоль Информопровода, внутри которого слышался глухой шум движущейся Информации. Скоро они подошли к небольшому щиту, который издалека показался Дингу доской для объявлений. В самом деле, на щите был приклеен лист бумаги, на котором были написаны латинским шрифтом странные слова. Динг с удивлением читал непонятные слова: — Ничего не понимаю! Полная бессмыслица!Рефлексия звонко расхохоталась:— Это наверняка проделки Установки. Она этот щит и установила, она вообще проказница... Динг, еще раз внимательно посмотри на эти слова, начиная с одиннадцатого.Динг посмотрел. Потом еще раз. Потом хлопнул себя по лбу:— Там же написано: парча, потоп, почва, ветер, почта — обычные русские слова, только конфигурацией букв они не отличаются от латинских!— Вот именно. Просто у тебя сложилась установка, будто все слова здесь написаны латинскими буквами. Этот простейший эксперимент позволяет понять, что такое установка; это — состояние готовности, предрасположенности к действию определенным образом. Иногда установки в нас бывают сильны и по отношению к другим людям. Скажем, если ты встретишь низкорослого, крепкого человека с твердым квадратным подбородком, с короткой шеей, прижатыми ушами, что ты о нем скажешь?— Ну... Скорее всего, это — жестокий, властный человек.— А может быть, милейший, добрейший субъект. Иногда Установка выделывает удивительные штуки и с нашим Восприятием. Тогда мы видим то, на что настроено наше Зрение, а не то, что есть на самом деле. Ты знаешь историю о «космической мыши»?Рефлексия на ходу протерла платком очки и начала с удовольствием рассказывать:— Это случилось во время космического полета Лебедева и Берегового. Их вахта на орбитальной станции «Салют-7» уже заканчивалась. Они испытывали сильную тоску по обычном земным зрительным ощущениям. После разгрузки грузового транспортного корабля они работали у пульта. Неожиданно прямо перед собой они оба увидели мышь. Она находилась у дальнего вентилятора. Острая мордочка, длинный хвост. Космонавты от неожиданности замерли: ничего подобного за время полета они не видели. «Может быть, ее принесли с грузовиком?» — предположил Береговой. «О ней ничего нет в описи...» — ответил Лебедев.— Ну и что? — спросил Динг.— Ну и ничего. «Мышью» оказалась салфетка, которая попала на решетку вентилятора и сжалась в комок... Смотри-ка, тут есть еще кое-что. Тоже сюрприз от Установки? — добавила Рефлексия, снимая со щита прикрепленный к нему маленький белый цилиндр.На раскрытой ладони Рефлексии цилиндр слабо замерцал, и на его поверхности появились первые слова. Динг и Рефлексия наклонились над ним, читая: НЕСКОЛЬКО ПОЛЕЗНЫХ В ОБЩЕНИИ УСТАНОВОК1. Избегай поспешных да еще окончательных выводов по первому впечатлению, особенно если оно — негативное.2. Помни: все мы — разные, каждый из нас уникален и неповторим. Поэтому не стоит навешивать на людей ярлыки, обрекая себя на узкое восприятие того или иного человека.3. Мы часто обижаемся на людей или недовольны ими, потому что они не оправдывают наших ожиданий, не помещаются в те рамки, которые мы им отвели. Но люди вовсе не обязаны быть такими, какими мы их желаем видеть.4. Помни: любой человек способен изменять себя (иногда — «выдавливая из себя по капле раба»).5. Старайся каждый раз разбираться, поступает человек ли по обстоятельствам или им вопреки (есть у него выбор или нет; если есть, то выбор может быть или неудачным, хотя и по совести, или преднамеренным, но не по совести). 6. Никогда не путай поведение человека и его личность. Оценивая поступок человека, ни в коем случае не вешай ярлык на его личность.7. Научись принимать любого человека таким, каков он есть — со всеми его достоинствами и недостатками. Тогда сможешь разумно, осмысленно выстраивать отношения с разными людьми.8. Если захочется переделывать людей, начни с себя — это и полезней, и безопасней (трудно не согласиться со словами Дейла Карнеги). ГЛАВА ШЕСТАЯ, в которой Динг попадает в Главную Сокровищницу Короля, знакомится с видами памяти и узнает о девяти заповедях МнемозиныУ многих людей память похожа на чердак, заваленный всяким хламом:может, и есть что ценное — но не найдешь.Житейское наблюдениеДинг огляделся. Он так увлекся разговором со всезнайкой Рефлексией, что не заметил, как они оказались в каком-то необычном городе. Похоже, что они действительно ОКАЗАЛИСЬ в нем, ведь по мере постепенного приближения трудно было бы не заметить эти огромные небоскребы из стекла и бетона, которые сейчас со всех сторон окружали путешественников. Но как бы там ни было, Динг и Рефлексия находились одни на пустынной улице и, задрав головы, рассматривали многоэтажные здания.— Мы уже недалеко от резиденции Его Величества Сознания, — сказала Рефлексия. — Здесь начинаются Главные Сокровищницы Короля.— Что? В этих зданиях? — удивился Динг. Он подошел к одному из небоскребов. На распахнутых дверях не было и намека на замок, ни на одном из окон не видно было какой-нибудь даже символической решетки, в дополнение к этому полностью отсутствовала охрана. Вход к сокровищам был совершенно свободным.— Коммунизм! — поразился Динг. — Каждому — по потребностям! Кто бы мог подумать, что я внутренне так готов к светлому будущему? Рефлексия даже фыркнула от негодования:— До чего же ты бестолковый! Здесь же хранятся не золото, не серебро, не драгоценные камни, а сокровища совсем другого рода, обладающие самым удивительным свойством: их можно черпать отсюда сколько угодно, а они не убывают.— Опять мистика, — вздохнул Динг, продолжая мыслить как материалист несмотря на все увиденные им чудеса. — Значит, нарушение закона сохранения количества вещества?— И какого вещества! — с гордостью воскликнула Рефлексия. — В этих зданиях хранятся самые дорогие богатства на свете — Знания, в соседних — Умения, а вон в тех, что в тени, в полумраке, Навыки. Но Сокровищница навыков принадлежит Черному Кардиналу, ведь Навыки не требуют непосредственного контроля со стороны Сознания (раз выбор того или иного пути к цели уже предопределен, а путь уже давным-давно проторен).Она решительно вошла в стеклянные двери ближайшего небоскреба. Динг, слегка заинтригованный, шагнул за ней. Откуда-то сверху доносился неясный шум. Сами собой раздвинулись створки лифта напротив входа. Динг вслед за Рефлексией зашел в кабину лифта и не обнаружил в ней привычной панели с кнопками этажей. Двери захлопнулись, и лифт плавно поехал вверх. Через несколько секунд он остановился и выпустил Динга и Рефлексию в просторное помещение, где шум был сильнее. Перед ними предстало любопытное зрелище: прямо из стены выходила огромная труба («Вот где конец Информопровода!» — сообразил Динг), из жерла которой, как из рога изобилия, потоком извергались... книги. Но книги не падали, не рвались, а спрыгивали на пол и сами собой разбегались по помещению. Шелестя и мелькая страницами, они быстро вскарабкивались по высоченным стеллажам, стоявшим вдоль стен, и занимали места в рядах книг, примостившихся ранее. Но и здесь книги не успокаивались. Из них вылетали страницы и, словно подхваченные сквозняком, планировали через распахнутые двери в соседние залы. Порой страницы забирались внутрь книг, стоявших рядом, или менялись друг с другом местами.Движение ни на секунду не прекращалось. Но казавшийся поначалу беспорядочным процесс подчинялся определенной закономерности. Это Динг понял, обратив внимание на незамеченную прежде женскую фигуру в углу. Женщина сидела вполоборота к пришедшим, наклонившись над пультом со множеством клавиш разнообразных размеров и конфигураций, и внимательно наблюдала за работой Информопровода.Женщина, повернув голову, увидела гостей, нажала на какую-то кнопку, встала и подошла к ним. Высокая, стройная, она была удивительно красива. Белоснежная хламида была закреплена на ней золотой пряжкой.— Приветствуем тебя, Мнемозина! — сказала Рефлексия, всем своим видом выражая огромное уважение.— Богиня Памяти у древних греков, мать девяти муз, — пробормотал Динг, обнаружив, что в Главной Сокровищнице Знаний его Память работает недурно.— Да, другое мое имя — Память, — нежным и глубоким голосом произнесла Мнемозина.— Нам нужна твоя помощь, — сказала Рефлексия. — Необходимо узнать, каким способом Динг сможет выбраться снова во Внешний Мир.— Хорошо, я попробую помочь вам, но надо подумать, где же искать нужную информацию. — Мнемозина подошла к жерлу Информопровода, рассуждая вслух. — Память состоит из трех основных процессов: запоминания, сохранения и последующего воспроизведения информации. Здесь, в этом зале, происходит запоминание. Но тут действует только Кратковременная Память. Вряд ли нужные нам сведения можно найти в этом зале, ведь информация здесь долго не задерживается — она либо сразу используется Сознанием, либо отправляется в соседний зал Долговременной Памяти, либо ее проглатывает ненасытное Забывание.Мнемозина указала гостям на широкий люк в полу, в который периодически по одной или целыми группами прыгали книги с полок и стеллажей. Порой книги летели туда прямо из Информопровода. Из люка слышался рев вечно голодного Забывания.— То, что сожрало это чудовище, уже никогда не вспомнится? — спросил Динг, с опаской заглядывая в люк.— Почему же? Забывание — зверь, принадлежащий Черному Кардиналу Подсознанию, у него-то и хранится вся информация, проглоченная Забыванием. Иногда она выбрасывается обратно, через этот люк, хотя трудно определить, когда и почему это происходит.Мнемозина, Рефлексия и Динг прошли в соседний зал Долговременной Памяти. Здесь уже не было такой суеты и шума, как в предыдущем зале. Книги стояли на полках поспокойнее, хотя и тут страницы летали с места на место, а некоторые возвращались в зал Кратковременной Памяти.— Здесь и в тысячах других таких же залов происходит сохранение человеческого опыта. Видишь, Динг, сколько свободных ячеек Памяти? Люди часто боятся перегрузить свою Память лишними знаниями.А ведь не так давно крупнейший современный кибернетик фон Нейман сообщил, что, по его расчетам, человеческий мозг может вместить примерно десять в двадцатой степени единиц информации. Получается, что каждый человек может запомнить всю информацию, содержащуюся в миллионах томов крупнейшей в мире Библиотеки имени Ленина (правда, скорость потока поступающей информации ограничивается пропускной способностью органов чувств как приемников информации, а чтобы ее увеличить, придется перейти в царство Разума). Моя задача в этих кладовых — как можно лучше сохранять имеющиеся знания и опыт. Ведь со временем воспоминания портятся, тускнеют, бледнеют краски, разрушается цельность впечатления. Но даже если мне удастся сохранить информацию, что в ней толку, если страдает другой процесс Памяти — Воспроизведение...Мнемозина жестом пригласила Динга и Рефлексию в другой зал, где одну из стен занимал огромный экран. На нем с невероятной скоростью сменялись разнообразные картины: какие-то пейзажи, лица, страницы книг, звучали обрывки фраз, разговоров, какие-то цифры, даты, изречения, инструкции по пользованию электроприборами и последние сообщения телевизионных дикторов, строение рибосом живой клетки и правила игры в волейбол, мотив популярного шлягера из видеоканала и формулировки законов физики, стук трамвая, крики чаек над морем и многое другое.— Во всем огромном количестве информации, которая хранится в моих Сокровищницах, — продолжила свой рассказ Мнемозина, — бывает очень трудно найти то, что необходимо именно сейчас, в данную минуту. Случается, человек очень долго вспоминает нужное слово, или имя, или адрес, а через какое-то время ставшая уже ненужной информация как бы сама собой всплывает в памяти. Но, как говорится, дорога ложка к обеду. Поэтому если мы говорим о хорошей Памяти, то подразумеваем не только ее способность быстро и много запоминать, долго и прочно хранить, но главное — точно и вовремя воспроизводить.Динг обратил внимание на нескольких женщин в таких же хламидах, как Мнемозина, сидящих за приборами, похожими на компьютеры. Все эти приборы с дисплеями и панелями располагались вдоль стен зала.Богиня Памяти сделала знак четырем очаровательным женщинам, и те с почтением приблизились к ней. Мнемозина повернулась к Дингу:— Скажи, мой друг, какой вид Памяти может хранить нужную тебе информацию? Какую из моих помощниц я должна подключить к поискам?Динг растерялся: говоря откровенно, он и понятия не имел о том, какие виды Памяти вообще бывают. Мнемозина поняла его смятение.— Ну что же, познакомься с ними. Это — Двигательная Память. Она отвечает за запоминание, сохранение и воспроизведение различных движений. А вот — Эмоциональная Память, или память на чувства. Прошу особое внимание обратить на обаятельную Образную Память. Она включает в себя Зрительную, Осязательную, Обонятельную, Вкусовую, Слуховую и Музыкальную Память. И наконец, Словесно-Логическая Память — очень серьезная дама. Усвоение материала различных текстов, сложных понятий, наших мыслей, которые обычно облечены в словесную форму, — все это происходит чаще всего именно с помощью Словесно-Логической Памяти.Динг познакомился таким образом со всеми видами Памяти, но ясности это ему не прибавило, и он попросил Мнемозину подключить к поиску всех своих помощниц. Пока женщины работали, Динг решил использовать это время для беседы с Мнемозиной с целью прояснения некоторых вопросов.— Ты говорила, Мнемозина, что человеческая память может сохранять без потерь потрясающе огромное количество информации, — сказал Динг.— Да, ресурсы человеческого мозга используются на десять—пятнадцать процентов — не больше.— Интересно, а были люди, которые могли все-таки на полную катушку использовать свою память?— Такие люди и были, и есть. Великолепную зрительную память имели многие художники, писатели, полководцы. Покопаемся еще глубже в истории и обнаружим, что, по свидетельству современников, Юлий Цезарь и Александр Македонский знали в лицо и по имени всех своих солдат — до тридцати тысяч человек. Великий азиатский врач, философ, математик Авиценна (Ибн Сина) семнадцатилетним юношей оказался в Бухаре и провел там несколько лет, читая книги из огромной библиотеки бухарского правителя. Через несколько лет во время войны библиотека сгорела. Авиценна удрученно повторял, что он, к несчастью, успел прочесть только десять тысяч книг и только их сможет восстановить по памяти. В Хорезме Авиценна, получив от шаха сорок писцов, посадил их в одном зале и каждому стал диктовать одну из погибших книг. Так были восстановлены все десять тысяч рукописей.Обратимся к современности. Академик Иоффе по памяти пользовался таблицей логарифмов. Потрясающей кратковременной, точнее, оперативной памятью обладают некоторые люди, которых называют чудо-счетчиками. Таков, например, Игорь Шелушков — инженер из Нижнего Новгорода. Он может, прослушав стихотворение, назвать в нем число букв, производит в течение нескольких секунд головокружительные операции с огромными числами. А в соревновании между ним и компьютером третьего поколения, устроенном несколько лет назад, он сумел обогнать компьютер в скорости вычисления корней больших степеней и в других операциях.— Что и требовалось доказать! — с горечью воскликнул Динг, услышав все это. — Все талантливые люди наделены от природы изумительной памятью. А на моей персоне, действительно, можно поставить жирный крест. Гения из меня не выйдет, поскольку памяти у меня ни на полтинник. Значит, правы предки и классная дама? Не выйдет из меня ничего путного?— Ну, во-первых, и среди великих встречались люди со слабой памятью. Например, Фарадей не мог обойтись без всевозможных записей и заметок. Среди пожилых ученых часто можно встретить людей, отличающихся так называемой академической рассеянностью. Они забывают порой о многих элементарных вещах: свой домашний адрес, имя знакомого. Впрочем, это объясняется их высокой сосредоточенностью на научных проблемах. А во-вторых, память можно развивать, тренировать. Для этого надо учесть некоторые мои советы.И Мнемозина подарила Дингу белый цилиндр — Единицу Знания, и Динг открыл для себя: ДЕВЯТЬ ЗАПОВЕДЕЙ МНЕМОЗИНЫ1. Внимание — резец памяти: чем оно острее, тем глубже следы. Чем больше желания, заинтересованности в новых знаниях, тем лучше запоминается.2. Приступая к запоминанию, поставь перед собой цель — запомнить надолго, лучше — навсегда. Установка на длительное сохранение информации обеспечит условия для лучшего запоминания.3. Откажись от зубрежки в пользу осмысленного запоминания/запоминания по смыслу. А для этого нужно:1) понять; 2) установить логику изложения или логику следования излагаемых событий; 3) соответственно разбить материал на логические куски и найти в каждом из них «ключевую фразу», или «опорный момент».4. Воспользуйся эффектом Зейгарник: запоминается лучше та задача, решение которой не удалось довести до конца, чем та, которую благополучно решили.5. Лучше два раза прочесть и два раза воспроизвести, чем пять раз читать без воспроизведения.6. Начинай повторять материал по «горячим следам», лучше перед сном и с утра.7. Учитывай «правило края»: обычно лучше запоминаются начало и конец информации, а середина «выпадает».8. Настоящая мать учения не повторение, а применение.9. Иногда используй мнемотехнику — искусственные приемы запоминания. Например, бессмысленные слоги «ри-ка-ку-по-лу-ша» можно запомнить, связав их в искусственное предложение «Присказку послушай». ГЛАВА СЕДЬМАЯ, в которой Динг гоняется за Забыванием, становится жертвой неизвестного вора и плутает по лабиринтам Мыслительного ПолигонаЯ никогда не гадаю. Очень дурная привычка:действует гибельно на способность логически мыслить.Конан ДойлУвы, поиски помощниц Мнемозины в Сокровищницах Памяти оказались безрезультатными. Никаких следов информации о том, как Дингу перебраться из Внутреннего Мира во Внешний, обнаружить не удалось.— Возможны два варианта, — сказала Мнемозина, огорченная тем, что не смогла помочь Дингу. — Либо ты этого сам не знал и не знаешь, либо Черный Кардинал позаботился о том, чтобы Забывание не осталось голодным.— Скорее все-таки второй вариант, — морща лоб, проговорил Динг. — В инструкциях, присланных Котелком, что-то было, объясняющее выход из этого состояния. Но... я не помню!— Забывание иногда возвращает информацию, — без особого оптимизма сказала Рефлексия.— А можно ли заставить его это сделать? — с надеждой спросил Динг. — Это очень трудно?Мнемозина с сомнением покачала головой.— Трудно... И довольно опасно. Если перехватить зверя Забывание в подземном коридоре по пути к Подсознанию и сразиться с ним, то вернуть информацию можно. А если эта информация находится уже в самом логове Черного Кардинала, то шансы невелики.— Так чего ждать?! — воскликнул Динг и кинулся в зал Кратковременной Памяти. Рефлексия успела схватить его за рукав у самого края черного люка.— Ты же совсем безоружный! Я с тобой. Может, мне удастся отрефлексировать этого зверя.Кивнув на прощание Мнемозине, они прыгнули в люк навстречу опасности, степень которой представляли себе очень смутно.В сыром мраке подземелья луч зажженного Рефлексией фонаря высветил обросшие мхом своды узкого коридора, уходящего куда-то вниз. Под ногами чавкала липкая жижа. Было тихо. Но не успели они пройти и двух десятков шагов, как раздалось злобное рычание и огромная мохнатая тень метнулась в глубь пещеры. Динг и Рефлексия побежали следом, устремив перед собой тонкий луч фонаря, словно копье. Видимо, зверь не мог бежать слишком быстро: были отчетливо слышны звуки тяжелых прыжков и шумное дыхание где-то недалеко, но петляющий коридор не позволял лучу догнать убегающее Забывание. Динг ощутил в себе азарт охотника, он не думал уже ни о чем, кроме зверя, которого нужно было догнать во что бы то ни стало. Для чего и как с ним сражаться — эти вопросы растворились в страстном порыве преследования. Вот он уже рядом, тяжело, с хрипом дышит и... в эту минуту Рефлексия, споткнувшись, со всего маху шлепнулась в вонючую жижу. Фонарик отлетел к стене, а она застонала, схватившись за ногу. Динг, пробежав по инерции несколько шагов, быстро вернулся к ней и, едва скрывая досаду, спросил:— Ну что там с тобой?— Кажется, я сильно ушибла ногу, — жалобно блеснув очками, сказала Рефлексия. — Ты перестал осознавать, что делаешь, Динг, — добавила она с укоризной.— Бежать сможешь? — спросил Динг, пропустив ее замечание мимо ушей.— Не знаю. Вряд ли.Динг повернулся в сторону коридора, откуда доносились затихающие звуки прыжков Забывания.— Уйдет... Слушай, Рефлексия, ты иди потихоньку, а я догоню его и вернусь за тобой. Хорошо? Та вздохнула.— Будь осторожен. В этом коридоре могут быть ловушки. Возьми фонарик.Динг поспешно подобрал не разбившийся, к счастью, фонарик и снова помчался по темным коридорам. Он с удовольствием отметил, что бежит быстрее зверя. Азарт погони опять завладел им, а когда коридор раздвоился, он, не задумываясь, побежал туда, откуда слышались тяжелые шаги. Потом повернул в проход, появившийся слева, совсем не думая о том, что Рефлексия вряд ли сумеет отыскать его и что сам он не запоминает дорогу.Погоня приближалась к своему пику. Зверь задыхался, Динг уже настигал его. Видимо, поняв, что ему не уйти от преследователя, Забывание остановилось и повернулось к врагу своей отвратительной мордой.Динг поудобней перехватил фонарик, и его луч, словно лезвие меча, ударил по грязному мохнатому телу зверя. Раздался оглушительный рев, и в тот же миг в мозгу Динга, как на огромном экране, высветились слова из котелковской инструкции:«Для того чтобы выйти из состояния медитации, необходимо сосредоточить свое сознание...»Радость победы охватила Динга, он нетерпеливо взмахнул рукой с фонариком, чтобы еще раз нанести удар своим удивительным оружием, но вдруг почувствовал, что у него нет силы этого сделать. Зеленоватый туман появился вокруг и стал быстро густеть. Одновременно с этим у Динга усиливалась слабость, он неожиданно потерял всякий интерес к происходящему. С абсолютным равнодушием он услышал быстро затихавшие в глубине пещеры прыжки Забывания, зевнул, качнулся, выронил фонарик и медленно, спиной к стене, сполз на каменный пол. Веки в неумолимом притяжении друг к другу сомкнулись, и Динг полностью отключился от окружающего его Внутреннего Мира.Когда он очнулся, зеленого тумана вокруг не было. И ни одной живой души тоже. Рядом с ним валялся погасший фонарик Рефлексии. Динг даже не пытался понять, что с ним произошло. Просто вспомнив свое состояние перед забытьем и результаты охоты, он страшно огорчился. Особенно стыдно ему стало за проявленное бездушие по отношению к Рефлексии. Полученные Единицы Знания он плохо применял на практике. Динг сел, опершись спиной о стену. Вдруг, ошеломленный внезапным подозрением, он сунул руку в карман. «Так и есть, — подумал Динг. — Точнее, так и нет». Самоактуализатора в кармане не было. Его не оказалось и в других карманах, и на полу. Динг вскочил и побежал по подземному коридору, слабо надеясь на то, что обронил Самоактуализатор во время погони. Увы! Он даже не был уверен, что выбрал правильное направление. Поиски Самоактуализатора были безуспешными, и Динг очень скоро изменил цель поиска, сообразив, что ему нужно найти Рефлексию и выбраться наконец из этих пещер. Он бросился в один коридор, в другой, в третий, вернулся (или ему просто показалось, что вернулся) на прежнее место и понял, что окончательно заблудился. Он стал кричать, звать Рефлексию, но отвечало ему только насмешливое эхо. Когда Динг почувствовал, что где-то в глубине его существа начал скапливаться страх, он перестал суетиться, попытался взять себя в руки, сел прямо на пол и стал усиленно думать. Спустя несколько минут после начала интенсивных размышлений, он бросил по сторонам рассеянный взгляд, и ему показалось, что темнота вокруг немного гуще, чем на том «пятачке», где он присел. Впечатление было такое, будто он сидит под слабо горящим фонарем: круг света на полу был едва различим. Динг задрал голову и с радостью обнаружил прямо над своей макушкой отверстие в потолке, через которое в пещеру проникал неяркий рассеянный свет. Это был люк, за край которого Дингу удалось зацепиться после нескольких неудачных попыток. Он подтянулся на руках, протиснулся в узкий люк и выбрался на поверхность. Он огляделся, и ему показалось, что он снова находится в лабиринте, но это был наземный лабиринт. Динг увидел двух маленьких человечков, сидевших на земле. На одном из них были надеты красный кафтанчик, красный колпачок и красные ботфорты, у другого такой же костюм был небесно-голубого цвета. Оба они являлись обладателями длиннющих белоснежных бород и занимались, по всей видимости, очень увлекательным делом, поскольку на Динга не обратили ни малейшего внимания. Динг подошел к человечкам поближе, ломая голову над вопросом, где он их уже видел раньше, и внезапно понял, что это самые обычные гномы. (Хотя, впрочем, где он мог встречать самых обычных гномов?) Один из них задумчиво доставал из стоявшей перед ним большой башни, выстроенной из детских кубиков, по очереди кубики, внимательно их осматривал и передавал другому. Тот, в свою очередь сосредоточенно оглядев полученный кубик, укладывал его на определенное место в почти готовой картинке. Этому детскому занятию гномы отдавались с потрясающей серьезностью и огромным чувством ответственности.Когда картинка, изображавшая сову на тележном колесе, была закончена, гномы встали (причем верхушки их колпачков оказались на уровне пояса Динга), посмотрели на него, и красный гном почему-то сердито буркнул:— Анализ.Голубой хмуро добавил:— Синтез.— И что? — не понял Динг.— Ничего, — сказал красный гном. — Мы просто представились.— Чему равен вес кирпича, если он весит один килограмм и еще столько, сколько весит половина кирпича? — неожиданно недовольным тоном спросил Динга Синтез.— Полтора... — Динг не успел договорить, как оба гнома так категорически отрицательно замотали головами, что с них чуть не слетели их колпачки.И тут Динга осенило*. Услышав его ответ, гномы сразу повеселели. Они схватили его за руки и повели по узкому коридору лабиринта.— Мы работаем Главными Умственными Операциями у министра Мышления, — куда более приветливо и с плохо скрываемой гордостью объяснял Анализ. — Моя задача — разложение исходных мыслей и представлений на составные части, а Синтез соединяет эти части в новых сочетаниях. Русалка, избушка на курьих ножках, сфинкс — это наша работа. Хотя, если без ложной скромности, нет ни одной мысли, где бы мы хоть чуть-чуть не поработали.— В этих лабиринтах Мыслительного Полигона хозяйничаем мы — гномы Операции. Кроме нас, Главных... — начал говорить Синтез, но в эту секунду прямо из стены выехала решетка, перегородившая путникам дорогу. Динг быстро оглянулся: позади тоже стояла решетка. Они оказались в клетке. Впрочем, Анализ и Синтез благодаря своим размерам без труда протиснулись между прутьями клетки и преспокойно устроились на земле перед Дингом по ту сторону решетки. Не успел Динг возмутиться таким ренегатским поведением своих новых знакомых, как откуда-то появился третий гном в лиловом костюме с тросточкой в руках. Он начал деловито расхаживать поперек узкого коридора, заложив руки с тросточкой за спину, и забубнил:— Я, как Операция Обобщения, помогаю человеку ориентироваться в мире, видеть и выделять общие и существенные признаки в ряде предметов и явлений. Ваше умение пользоваться операцией обобщения развита у вас слабо, я буду тренировать ее у вас здесь, пока вы не научитесь решать задачи на обобщение. Хоть до седых волос. Итак, внимание. Назовите существенные признаки карандаша!Динг усмехнулся. Вопрос показался ему легким.— Способность писать и рисовать?— Слишком общий признак. Это делает, например, и авторучка.— Деревянный корпус? — Вариативный признак! Корпус может быть и пластмассовым.— Так что же есть обязательно у любого карандаша? — стал размышлять Динг вслух. — Корпус все-таки — это раз!.. Ну конечно! Грифель! Грифель и корпус, в котором крепится грифель, — вот два существенных признака карандаша.Лицо хмурого гнома просветлело.— Хорошо. Еще одно задание. Я назову слово, а через паузу — еще пять. Нужно выбрать из этих пяти два слова, наиболее существенных для первого. Гнездо — дерево, жилье, ворона, птенец, перья.После недолгих размышлении Динг ответил правильно. Так же правильно ответил он и на следующий вопрос: река — берег, рыба, вода, тина, рыболов.Решетки уехали в стороны, лиловый гном исчез, а Динг с Анализом и Синтезом продолжили путь. Но не прошло и нескольких минут, как внезапно твердая опора под ногами Динга исчезла, и он, не успев охнуть, провалился в люк, подобный тому, из которого он не так давно вылез. Благо падать оказалось неглубоко. Но прикинув высоту люка, Динг быстро убедился, что самостоятельно ему не выбраться. Вокруг стеной стоял мрак, и лишь над головой виднелось светлое пятно люка, по окружности которого торчали украшенные колпачками головы гномов.— Что за идиотские шутки!? — заорал Динг. — То в клетку засовывают, то в колодец бросают! Мне нужно найти Рефлексию и выбраться из этого чертова лабиринта!— Это не чертов лабиринт, а Мыслительный Полигон. Пока мы вас досконально не проверим, вы из него не выйдете, — невозмутимо пояснил Анализ. — Тут Систематизация и Классификация появились. Задание есть.Кто-то из двух новых гномов запищал Дингу в глубину колодца:— На основе выделения общих и существенных свойств в группе предметов и явлений мы объединяем их в роды, виды, семейства и так далее. Короче говоря, свет зажгите, там, справа!Динг протянул руку и нащупал выключатель. Внутренность колодца озарилась ярким светом.— Перед вами на столе куча предметов. Нужно рассортировать их на шесть групп по три предмета в каждой по каким-то признакам. В седьмой группе останется шесть предметов, исключенных из всех групп, — пропищал сверху гном.Динг внимательно перебрал предметы, лежавшие на столе. Здесь были:1. Морковка 9. Нитки 17. Часы
2. Крючок для платья 10. Книга 18. Портфель
3. Топор 11. Коловорот 19. Пряжка для ремня
4. Очки 12. Весы со шкалой 20. Груша
5. Кошелек 13. Чемодан 21. Опасная бритва
6. Складной нож 14. Слива 22. Термометр
7. Яблоко 15. Ножницы 23. Пила
8. Штопор 16. Шуруп 24. Пуговица
Динг засел за работу. Он разделил предметы на несколько кучек, перекладывал вещи из одной кучки в другую, подолгу задумывался над ними. Через десять минут сортировка была закончена. Динг поднял голову и обнаружил знак высокой оценки выполненного задания — спускавшуюся веревочную лестницу.В сопровождении ставших очень обходительными Анализа и Синтеза Динг продолжил блуждания по лабиринтам Мыслительного Полигона. Порой путники заходили в тупики, но Динг был убежден, что гномы знают, куда его ведут. Наученный горьким опытом, Динг помалкивал и зорко наблюдал вокруг в ожидании очередной каверзы. Анализ беспечно разглагольствовал:— Обобщение, взаимодействуя с Классификацией и Систематизацией, выделяет общие и одновременно существенные признаки. Конечно, общих свойств предметов реально в жизни не бывает. Это люди с помощью Мышления находят отношения между предметами и явлениями и выражают их в своих словах — понятиях. Понятия в системе мышления — это те обозначения: слова, знаки, формулы, — которые отражают общие и существенные признаки и отношения действительности. Понятие является логической формой Мышления, как и Суждения и Умозаключения. Понятия образуются во многом благодаря Операции Абстрагирования... А вот, кстати, и Абстрагирование вместе со Сравнением.Гном смотрел куда-то вверх, и Динг направил взгляд в том же направлении. Вопреки своему настрою ничему не удивляться в этом удивительном Внутреннем Мире, Динг в очередной раз не сумел удержаться, чтобы не открыть рот. Сверху, изредка делая широкие взмахи крыльями, спускались еще два гнома. Они что-то держали в руках, но, прежде чем Динг успел сообразить, что это рыболовная сеть, он уже барахтался в ней, а гномы с этим необычным уловом набирали высоту.— Эй, посмотрите вниз! — крикнул один из крылатых гномов. — Какое понятие в результате абстрагирования образуют эти предметы?Динг глянул вниз, но вместо ожидаемого лабиринта он обнаружил странный поселок, состоящий из избы с расписными наличниками, чума, юрты, вигвама, обычной пятиэтажки и бамбуковой хижины. Это задание не составило для Динга особого труда, но ему категорически не нравилось фамильярное с ним обращение.Гном Сравнение попросил его сравнить лодку и рыбу, треугольник и пирамиду, настойчивость и упрямство и указать, что в этих понятиях общего и различного. И с этим заданием Динг тоже справился, хотя решать задачи, барахтаясь в рыболовной сети на изрядной высоте, было не самым приятным занятием. Он чувствовал, как в нем закипает раздражение на этих совершенно обнаглевших гномов, которые ни в грош не ставили его. Его! Хозяина Внутреннего Мира!В конце концов, какое право имеют эти недоростки его экзаменовать? Как будто мало он натерпелся всяких экзаменов, контрольных и прочих изложений там, в том мире! Это же откровенное издевательство, и терпеть его он не собирается! Злость поднималась откуда-то изнутри Динга, заставляла отчаянно барахтаться в сетке, переполняла его... Но что поразительно и чего Динг не заметил — возмущение и ярость проявлялись не только внутри, каким-то непостижимым образом они отражались и снаружи: вокруг неожиданно потемнело, как перед грозой, и невесть откуда взявшееся на горизонте черное облако стало быстро приближаться. Динг чуть ли не с ненавистью взглянул на своих интеллектуальных мучителей. Отвесить бы им по хорошей затрещине... Не успел он додумать эту мстительную мысль до конца, как облако, мгновенно приблизившись, обернулось стаей огромных черных ворон, которые со свирепым карканьем устремились на гномов, явно поставив своей целью испытать крепость их голов своими ужасающего вида клювами.Первая атака вороньей эскадрильи оказалась неудачной: гномы, вовремя заметив опасность, лихо сманеврировали, и страшные птицы проскочили мимо.— Динг! Возьми себя в руки! — отчаянно завопил гном Абстрагирование. — Они же нас покалечат! Мы не сможем тебя удержать!Динг с недоумением посмотрел на гнома: что он-то, болтаясь в сетке, мог поделать с этими злобными птицами? Вороны, сделав разворот, уже готовились к новой атаке.— Это Птицы Гнева, — быстро проговорил гном Сравнение. — Понимаешь, твои эмоции могут обретать материальную форму. Сейчас они превратились в ворон. Это слуги Кардинала Подсознания!Динг не понял. Но вороны не ждали, пока он поймет: они накинулись на гномов, пытаясь нанести им удары побольнее. Летуны отбивались с трудом. Динга в сетке нещадно мотало из стороны в сторону.— Самое главное — справься со своим гневом! — крикнул ему гном Абстрагирование. — Успокойся! Используй рациональное мышление!Наконец, до Динга дошло. Хотя ему не вполне было ясно, что значит в такой ситуации использовать рациональное мышление, он сообразил, что это его гнев каким-то образом Черный Кардинал превратил в свирепых черных птиц. И единственный способ избавиться от них — перестать злиться. «В самом деле, — сказал себе Динг. — Чего это я так распсиховался? Ну подумаешь, поиграли со мной эти гномы-операции. Так ведь они же — мои мыслительные операции. У них работа такая. Так что, как говаривал Карлсон — тоже, между прочим, летающий субъект, — спокойствие, только спокойствие!»Видя, как трудно приходится гномам, Динг искренне им посочувствовал и даже испытал ощущение вины за свое раздражение.Ярость прошла — не сразу, постепенно: это можно было наблюдать по тому, как вороны теряли свой боевой пыл. Все медленней они пикировали на гномов, все более нехотя взмахивали крыльями. А потом вдруг разом оставили летунов в покое, собрались в стаю и черным облаком поплыли к горизонту.Когда Динг благополучно приземлился и освободился от сети, он попал в объятия Анализа и Синтеза, настолько бурно выражавших свой восторг его умственными способностями и умениями саморегуляции, что он понял: испытания наконец-то закончены.Приводя в порядок потрепанную одежду, гном Сравнение сказал:— Будь осторожней. Черный Кардинал, как паук, похоже, ловит каждый удобный момент, чтобы захватить тебя врасплох. — Похоже, — согласился Динг.Анализ извлек из кармана кафтанчика и торжественно преподнес Дингу еще один маленький белый цилиндрик, который на этот раз дал такие советы: * Глубокоуважаемый читатель! На этой и последующей страницах Дингу придется решать немало необычных задач. Мы не откажем тебе, читатель, в удовольствии самому поискать правильное решение каждой задачи. Впрочем, ты всегда сможешь свериться с правильными ответами, данными в конце книги. КАК РАЗВИВАТЬ СВОЙ УМ1. Помни: ум нельзя свести к размеру памяти, скорости мышления, объему знаний. Ум — это и ответственность за свои решения и поступки. Мыслит не мозг, а человек — посредством мозга.2. Немногие умы гибнут от перегрузки, больше умов ржавеет от невостребованности. Пользуйся любой возможностью, чтобы пошевелить извилинами.3. Упорство и настойчивость могут компенсировать недостаточную скорость мышления. Низкий уровень интеллекта — это не клеймо на человеке.4. Анализируй — себя, других людей, поступки, ситуации, явления. Все время ставь перед собой вопросы: почему? как? а могло быть иначе? в чем причины? каковы возможные последствия? И отвечай на них, делай выводы.5. Будь самокритичнее к своим умственным возможностям и доброжелательнее к таковым у других. Очерти границы своих знаний, своей компетентности, но и не превозноси, и не принижай своих возможностей.6. Одно из самых главных достоинств ума — способность к сосредоточению внимания. Учись концентрировать свое внимание на необходимом предмете, отключаясь от всего постороннего. Тренируйся постоянно!7. «Не позволяй твоему языку опережать твою мысль», — советовал древнегреческий философ Хилон. А Шекспир говорил: «Где мало слов, там вес они имеют». ГЛАВА ВОСЬМАЯ, в которой Динг ловит Птицу Интуицию в Башне ЭвристикиНадежней, чем милиция,уже который год моя интуиция меня бережет.Н. ДоризоДингу не хотелось огорчать гномов, искренне радовавшихся его успехам, но, собравшись с духом, он все же решился сказать им о своих проблемах: потере Самоактуализатора и желании выбраться из Внутреннего Мира. Услышав это, гномы чрезвычайно озаботились. Они тут же уселись на землю и, сдвинув колпачки на лоб, дружно зачесали в затылках. Наконец Синтез спросил:— На чем надо сосредоточиться, чтобы выйти из состояния медитации?— А кто у вас украл Самоактуализатор? — добавил Анализ.— Ни о том, ни о другом не имею ни малейшего представления, — сказал Динг. — Я надеялся, что вы мне поможете ответить на эти вопросы.Гномы еще несколько минут чесали затылки, потом переглянулись, одновременно вздохнули, и Анализ сказал:— Когда почти полностью отсутствуют данные, решать задачу очень трудно...— Мы ведь у вас еще маленькие, — вставил Синтез. — Мы, конечно, постараемся помочь...— ...но это будет не очень быстро, — снова добавил Синтез.— Разве только... Птица Интуиция? — полувопросительно-полуутвердительно сказал Анализ, взглянув на своего партнера.Синтез согласно кивнул.— Что, опять птицы? — напрягся Динг.Анализ принялся объяснять:— То, что не может сделать последовательное Логическое Мышление, иногда удается Крылатой Интуиции. Но для этого надо суметь поймать ее. Она живет в Башне Эвристики. В этой Башне пять этажей. Этажи — этапы решения творческой задачи. Первый этаж — это осознание вопроса. На втором этаже четко выясняются условия задачи, третий — рождение гипотезы, четвертый — проверка гипотезы, пятый — анализ результатов. Крылатую Интуицию можно поймать на любом этаже — как повезет.— Мы проводим вас к Башне Эвристики, — сказал Синтез, поднявшись с земли.На этот раз путь по лабиринту оказался очень коротким. Скоро гномы и Динг подошли к красивой голубой Башне, которую от них отделяли ров, наполненный водой, и высокая каменная стена.— Мы дальше идти не можем, — с грустью произнес Синтез. — Вы должны будете справиться с задачами сами.— Как — опять задачи?! — с досадой воскликнул Динг.— Да. Без их решения вы не попадете в жилище Крылатой Интуиции, — сказал Анализ. — Такие задачи считаются творческими, или эвристическими. При их решении человек открывает что-то новое, может быть уже известное, но для себя новое. Обычно трудность решения в том, что мысль скатывается на привычные проторенные пути, шаблоны, которые порождают барьеры, не позволяющие взглянуть на вещи неожиданно, с необычной точки зрения. А именно это так необходимо!— Прощайте, Динг! Желаем вам удачи! — крикнул Синтез, взмахнув рукой, и гномы исчезли в коридорах Мыслительного Полигона.Динг помахал им в ответ и повернулся лицом к Башне. Первой преградой на его пути был ров, который со всех сторон опоясывал Башню Эвристики, стоявшую на четырехугольном острове. Ров оказался не очень широким, но перепрыгнуть через него все-таки было невозможно. Динг обошел его вокруг, но нигде не нашел даже намека на переправу. Только две доски лежали на краю рва. Динг попробовал использовать доски вместо мостика, но длина каждой оказалась точно равной ширине рва. Динг принялся экспериментировать с досками. Никаких приспособлений — гвоздей, проволоки, веревок, чтобы скрепить доски, не было. Как он ни крутил, ни вертел доски, переправы не получалось. Он сел и задумался, переводя взгляд с досок на ров и обратно. И вдруг в стрельчатом окне Башни мелькнуло что-то ослепительно яркое, волшебное — это было оперение Крылатой Интуиции. И одновременно что-то вспыхнуло внутри Динга, как ярчайший факел, озарив найденное решение.— Эврика! — вскричал Динг и быстро навел переправу через ров.Когда он оказался на островке, то с неудовольствием обнаружил, что для проникновения в Башню Эвристики ему еще далеко: высокая и гладкая стена огораживала Башню со всех сторон. Попасть во внутренний дворик можно было только через большие чугунные ворота, которые, как и полагается всем порядочным воротам, были крепко заперты. У этих ворот имелась одна особенность: огромный амбарный замок висел снаружи, а на его поверхности вместо скважины для ключа находились в три ряда выпуклые металлические буквы, образуя совершенно непонятные слова. Динг вспомнил о шутке Установки, но у этих слов был, по-видимому, свой секрет.Лпво Аридо Палесьни
Иркс Пстуинк Укирац
Ркто Мяищк Ргзулио
Динг догадался, что перед ним анаграммы, то есть слова, которые с помощью перестановки букв можно преобразовать в знакомые слова. Дингу хватило трех минут, чтобы расшифровать эти слова и правильно переставить буквы. Как только он это сделал, в замке что-то гулко щелкнуло и ворота, скрежеща несмазанными петлями, медленно распахнулись перед ним. Динг оказался во внутреннем дворике. Башня Эвристики была прямо перед ним, устремив в вышину свой голубой шпиль и радуя глаз стройными линиями.Динг поднялся по ступенькам к большим створчатым дверям и остановился. Над дверями вспыхнуло табло, на котором красовалась довольно-таки неожиданная надпись. Это было не пресловутое «No smoking» или «Тихо! Идет съемка». Текст гласил следующее: «Соединить эти четыре точки тремя прямыми линиями, не отрывая руку от дверей и вернувшись в исходную точку».Динг опустил взгляд и обнаружил на дверях четыре светящиеся точки, образующие как бы вершины квадрата. Две из них располагались на одной створке, две — на другой. Над этим заданием Дингу пришлось поломать голову, но в конце концов его палец вычертил на двери требуемые линии и двери распахнулись перед ним, как и ворота....В который раз Динг, уже добравшись до пятого этажа, протягивал руку к сверкающему разноцветным оперением хвосту Крылатой Интуиции, но она, легко взмахнув великолепными широкими крыльями, взмывала под самый купол Башни, и Динг, споткнувшись, кубарем скатывался вниз по лестнице и, каким-то чудом не ломая себе рук и ног и не набивая шишек, оказывался вновь на первом этаже. А сверху сыпался серебряным бисером переливчатый смех Крылатой Интуиции.— Да, птицелов из тебя никудышный! — раздался за спиной Динга знакомый насмешливый голос.— Рефлексия! — обрадованно закричал Динг, оборачиваясь.Видимо заинтересовавшись бурным выражением чувств Динга (в результате проявления которых, кстати, чуть не были разбиты очки Рефлексии), Крылатая Интуиция опустилась на пол неподалеку и стала наблюдать за Дингом и Рефлексией любопытным круглым глазом. Динг и Рефлексия присели на ступеньки лестницы, и Динг рассказал о том, что с ним произошло после того момента, когда он бессовестным образом оставил Рефлексию в пещере Забывания. Она выслушала его очень внимательно и сильно огорчилась, узнав об исчезновении Самоактуализатора.— С зеленым туманом все ясно, — сказала она. — Это Лень помогла Забыванию, выпустив в пещеру свой ядовитый газ. Наверняка не обошлось без Кардинала Подсознания. Это он ее подослал. А вот кто мог украсть Самоактуализатор? Сама Лень вне подозрений — ленива слишком. Ну что же, будем надеяться, что разгадать эту загадку нам поможет Крылатая Интуиция.— Ее бы поймать только, но, по-моему, легче без зеркала увидеть свои уши, — вздохнул Динг.— Попробуем! — усмехнулась Рефлексия. Они повернулись к Крылатой Интуиции. Та, почуяв опасность, быстро взмахнула крыльями и перелетела на безопасное расстояние. Птицеловы с двух сторон стали медленно подбираться к ней. Рефлексия направила в ее круглый глаз луч своего фонарика («Запасной у нее, что ли?» — подумал Динг) и на несколько секунд ослепила ее. Этих секунд Дингу хватило на то, чтобы прыгнуть ей на спину и крепко схватить ее за шею. Крылатая взлетела под купол Башни. У Динга захватило дух, но он еще крепче вцепился в нее. Совершив круг, Интуиция поняла, что ей не освободиться от нежданного наездника. Она опустилась на пол рядом с Рефлексией.— Вы сумели поймать меня, — сказала Крылатая Интуиция серебряным голоском. — Я готова служить вам.— У меня два самых главных вопроса, — поспешно сказал Динг. — Как мне выбраться из Внутреннего Мира и оказаться во Внешнем? И второй: где найти украденный Самоактуализатор?— Я имею право ответить только на один вопрос. Выбирай, какой из них для тебя самый важный.Динг открыл было рот, но тут же захлопнул его и задумался. Конечно, для него главным было оказаться наконец нормальным человеком в своей уютной комнате на любимом диванчике, а не внутри собственной черепной коробки. Но он видел молящий взгляд Рефлексии и догадывался, какое огромное значение для всех сознательных обитателей Внутреннего Мира имеет Самоактуализатор, волею случая оказавшийся у него в руках и по его собственной безалаберности утерянный. «Надо иногда отвечать за свои поступки. Ну не спрошу я у нее про выход из Внутреннего Мира — и что? Самоактуализатор важнее. Ничем особенным, в общем-то, я не жертвую — забочусь о благополучии собственного Внутреннего Мира, — успокаивал он себя, уже зная, какое решение примет. — Да и возможность узнать Тайну Личного Бессмертия предоставляется не каждый день. А отсюда все равно выберусь. В конце концов, пробуравлю себе череп где-нибудь на затылке или через ухо вылезу — вот дел-то».Эти доводы были не очень убедительными, и, боясь, что сомнения его смогут одолеть, Динг быстро проговорил:— Ответь, птичка, где я могу найти Самоактуализатор?Рефлексия облегченно вздохнула и благодарно улыбнулась Дингу.— Сегодня во Дворце Короля Сознания состоится Бал Эмоций, — ответила Крылатая Интуиция. — Там будет и тот, кто украл у тебя Самоактуализатор. Ты узнаешь его. Садитесь ко мне на спину, и я перенесу вас во Дворец Сознания. Но прежде прими мой подарок, Динг.Птица Интуиция взмахнула крыльями, и на пол, зазвенев, упал белый цилиндр. Динг подобрал его и, поблагодарив Интуицию, вновь устроился на ней верхом. Рефлексия тоже забралась к ней на спину и ухватилась за Динга. Тот обнял Крылатую за шею, и она, взмыв под купол Башни Эвристики, вылетела через окно. Прошло всего несколько минут стремительного полета, когда Динг увидел внизу клубы черного дыма, похожие на ленты, расползающиеся по поверхности.— Что это?— Похоже, прорыв из Подсознания, — ответила Рефлексия. — Оно и не удивительно, раз мы Интуицию использовали.— То есть — как это? Какая тут связь?— Но ведь Интуиция находится в подчинении Подсознания. Мы выпустили ее, ну а вместе с ней и кое-что другое полезло.