Исходное сообщение ПроКуратор

Очень многое в нашем восприятии зависит от изначально полученной информации. Какими бы хорошими интуитами, аналитиками и прочими меня-на-мякине-не-проведешь-стайл мы бы себя не считали. Помните старый психологический эксперимент с одними и теми же фотографиями, показанными разным людям? Одним было сообщено, что на фотографиях выдающиеся спортсмены, другим - что на фотографиях бандиты. Каждого попросили описать увиденного человека. Те, кто слышал про "спортсменов" подчеркивали "волевой взгляд", целеустремленность, предполагали всяческие положительные черты характера. Те, кто слышал про "бандитов" видели "кровожадность", "лживые глаза" и "гнилую натуру". Недавно голландский психолог, возвращаясь в свою нью-йоркскую квартиру услышал в подъезде свист ветра, скрипение двери и стук дождя - напомнившие ему кельтские напевы. Он записал эти звуки на диктофон, наложил на спокойную музыку и повторил эксперимент с двумя группами по 10 человек в каждой. Первым он сказал, что звуки были записаны у трубы горящего камина в загородном доме, вторым - у канализационной трубы в квартире. Естественно, попросил описать ощущения, возникшие от прослушивания. Вся "каминная" группа рассказала об "ощущении спокойствия, тепла, романтичность, защищенности и безмятежности". А у пяти человек из группы "сортирной" ажно "позывы в туалет" случились ))

Кто-нибудь решит поспорить насчет влияния "вводной" - особенно заведомо задающей "нужное" направление?
Особенно - от "авторитетных" персон - или переданных через "доверяемое" медиа? )

Исходное сообщение lj_betty_martin
Спасибо за ссылку alex_argen http://wolf-kitses.livejournal.com/54271.html, по ссылке подробно описываются и анализируются пресловутые эксперименты Милграма. Некоторое время тому назад участвовал в дискуссии в дневниках у decoratrix http://decoratrix.livejournal.com/228802.html и koshka_poganka http://koshka-poganka.livejournal.com/307351.htmlНу развоевался, ляпнул сгоряча глупость, теперь перечел спокойно статью и вроде все вопросы разьяснились. Понятно, что эксперимент касался именно проблемы подчинения - выполнение приказа вышестоящего авторитета. ну, то что и палач и жертва есть в каждом человеке такое общее место, что говорить неохота. Серьезно примерил ситуацию на себя, понял, что изначально, сколько лет себя помню не был способен подчиняться никаким авторитетам в принципе. Это никогда не было демонстративно и напористо комплекса "все на баррикады и орать лозунги" у меня не было, просто мне капали на мозги - я спокойно слушал и продолжал делать по-своему. Поэтому был неспособен ни к участию в коллективных играх, ни в общественной жизни класса или курса, ни ко вхождению в какую либо молодежную субкультуру, клуб, секту или даже церковную общину. Это не делает мне чести, наоборот создает массу неприятностей в жизни. При попытке наставить меня на путь истинный, внушить какие-то жизненные принципы - от политических до к примеру, модных тенденций, я немедленно устраняюсь. Сначала пытаюсь сделать это исподволь, вежливо, если припирают к стене могу стать агрессивным или нарочито неприятным. Порой до непристойности. Даже если эти "жизненные принципы" я считаю верными, они будут претить мне, просто потому что мне их навязывают. В частности никогда не куплю настойчиво рекламируемый товар, даже если знаю, что он действительно хорош. Был случай, когда некая дама пыталась внушить мне христианские ценности, примерно окрашенные мазочками Клайва Льюиса, совершенно безобидные ценности. И дама уж далече и Клайва Льюиса с тех пор не люблю. Ни лычки на погонах, ни политическая известность, ни родственные связи, ни ученая степень ни церковный сан для меня авторитетами не станут никогда. Нет, я способен уважать чужие заслуги, учиться, перенимать опыт - но как только идет давление или приказ - готово дело. Мгновенный конфликт. В равной мере мне неприятно и доминирование, противно приказывать самому. Попытка взять какие-то мои слова за "приказ" или "непререкаемую истину" вызовет у меня все ту же агрессию. Поза покорности претит мне так же как и поза агрессии. Например, сейчас просто модно не любить священников. Они негодяи, торговцы сладким религиозным опытом, они топят котяток и душат всего "разумнова доброва вечнова". И если среди них по случайности попадаются приличные люди - так это либо кто обознался, либо на них просто котят не хватило. Бывает. Тоже точка зрения.Примерно так же можно не любить ученых. Они негодяи, тянут у сирот и вдов деньги налогоплательщиков на исследования хламидомонад и обратной стороны луны, говорят на непонятном жаргоне, режут бедных лабораторных крысок и душат всего "лиричнова духовнова и простодушнова".Если среди них по случайности попадаются приличные люди, так это либо кто обознался, либо дипломчик они в переходе купили. А еще они устраивают эксперименты Милграма и доказывают что все мы сукиблядипедерасы и геббельсы в душе. Попал с гиммлерами.Тоже точка зрения.Еще глупее предыдущей.Может лучше не присоединяться ни к этой, ни к другой точке зрения? Но это совершенно ненужное отступление - каждый решает сам.Тем не менее понимаю, что не попадаясь на подчинение приказу я имею единственный авторитет - самого себя. Если мне втемяшится в голову, что некоего человека просто необходимо убить - я сделаю это. Могу циулиться на этом месяцами, прикидывать, взвешивать про и контра, искать сообщников и пути отхода, потом убью. Иметь внутри эгоистичного убийцу, не подчиняющегося приказам извне тоже не сахарное дело. Более того, другой человек, умнее и политичнее меня сможет подсобачить под мою манию любую свою мерзость, пока дело не дойдет до прямого приказа. Но накрутить меня и без того накрученного обиняками и намеками сможет вполне. Если только вторым номером я не решу, что избавиться нужно от советчика...Вот что для меня осталось реально непонятным в статье - были ли люди, которые вели себя агрессивно по отношению к экспериментатору, не к подсадной утке заменявшей его, а к самому экспериментатору. Какова статистика тех людей которые отказались от эксперимента или попытались прервать его ход. Не может быть такого, чтобы не нашелся ни один.И судя по всему небольшой процент таких людей все же имелся. Интересно, кто нибудь исследовал их? Что отличало их от основной массы нажимавших на кнопки. Нет, не совесть ведь, не честь, это понятия книжные и в моих устах ну просто звучащие как анекдот, Феликс рассуждающий о совести - еще хуже, чем Казанова о нравственности или Дон Жуан о моногамии. Тогда что. Неужели болезненный эгоизм? Или все же что то иное. http://betty-martin.livejournal.com/30786.html

Эксперимент состоял из нескольких стадий. На первой из вольера, где жила подопытная крысиная колония, провели лаз в другое помещение, непригодное для их жизни: холодное, без еды и питья. Большинство крыс помещение обследовали и забыли. А меньшинство - более любознательное, в описании их прямо называли более умными (возможно, это проверялось дополнительно), продолжали туда иногда наведываться и изучать, хотя никакой практической пользы из своих путешествий извлечь не могли.

Затем условия содержания зверей ухудшились. Кто с бихевиористскими экспериментами сталкивался, знает, что должно последовать: в группе возрастает агрессия. Представители большинства ("нелюбознательные") стали травить представителей меньшинства ("любознательных"). Возможно, они предполагали, что еды стало меньше из-за того, что эти выскочки выеживаются, пояснил автор (в более нейтральных выражениях, конечно).

Дальше - индивидуальная часть эксперимента. Двух крыс (любознательную и не) помещали в 2 клетки; в одной из них была кнопка, при нажатии на которую крысу во второй клетке бил разряд тока. Если кнопку обнаруживала в своей клетке нелюбознательная крыса, она жала на нее до тех пор, пока вторая не умрет. Если любознательная, то старалась обходить кнопку стороной.

Тогда ученые сделали последний интеллектуальный рывок и увеличили кнопку почти до размеров всей клетки, так что при попытке проявить милосердие испытуемой пришлось бы сидеть, втиснувшись в единственный свободный угол, не шевелясь. Любознательные так и делали.

В книге Майерса "Социальная психология" натолкнулся на забавную пользу. Речь об известных экспериментах Милграма - они подробно процитированы здесь http://wolf-kitses.livejournal.com/54271.html - кажется, это как раз цитата из Майерса, или у Майерса цитата из Милграма... не важно. Известное дело - испытуемых бьют током, все более сильным. На самом деле эксперимент - над тем, кто управляет рубильником - будет ли он подчиняться командам экспериментатора- "профессора", который говорит "увеличьте ток". Ну и жутковатые данные - как вполне благопристойные люди, уверенные в легальности операции, молотят током невинных до полного ататуя.

Основание всерьез усомниться в возможности стать людьми... Потому что и в Штатах, и в Германии, и в Австралии - везде очень высок (под 80) процент тех, кто соглашается бить током этого испытуемого.

Я тут поглядел на эти эксперименты с другой стороны - нет ли чего обнадеживающего. Там еще штука какая: Милграм (1974) говорит, что люди с низким статусом и без образования легче шли на повышение силы удара. Сварщик, дойдя до 450-ти вольт. почтительно осведомлялся "А что включить теперь, профессор?". А профессор богословия, дойдя до 150, остановился, сказал: "Я не понимаю, почему этот эксперимент нам дороже человеческой жизни" и замучил экспериментатора вопросами об этичности происходящего.

И еще приятная штука. В столь же известных опытах на конформность (все (подсадные) говорят на красный образец, что он оранжевый, все говорят что площадь такой-то фигуры больше другой - а на самом деле меньше, и т.п. - и единственный настоящий испытуемый уступает, говорит против того. что видит) даже один-единственный протестующий почти полностью снимал гипнотизирующий эффект группы. О двух протестантах и говорить нечего. Более того - протестующий может даже ошибаться. Отличный опыт: показывают ткань синего цвета. Испытуемые наблюдают действия предыдущей группы - а там все подсадные. Несколько называют ткань синей, а один - зеленой. Он врет, с точки зрения глядящего - ошибается, и тем не менее эта ошибка уменьшает скованность мнением группы и когда самому ранее наблюдающему опыт показывают кусок красной ткани, который вся его группа уверенно называет оранжевым. он стоит на том, что ткань - красная.

Попросту говоря, если кто-то даже ошибочно прет против согласованного и здравого мнения группы, и при этом злостно ошибается и огребает социальные санкции за неправильное поведение - его же считают дураком) - все равно это снижает порог, и прочие люди начинают судить независимее.

Важно только помнить, что общая для всех скептическая позиция больше не является скептической, а становится массовой. И нужны уже скептики наоборот..

Согласно новому исследованию, конкретные примеры к математическим заданиям не помогают, а наоборот, препятствуют освоению науки, сообщает Physorg. Ученые университета Огайо провели эксперимент и сделали вывод, что те учащиеся колледжа, которые изучали математику на конкретных примерах, в дальнейшем не могут применить полученные ими знания в новой, неизвестной для них ситуации.

Когда учащиеся впервые изучают то или иное математическое понятие с помощью абстрактных символов, их шансы применить полученные знания в новой, неизвестной для них ситуации значительно увеличиваются.



Как говорит соавтор исследования профессор психологии и человеческого развития директор центра когнитивной науки штата Огайо Владимир Слоутский, новые сведения ставят под сомнение существующую издавна форму образования. Ранее никто никогда не сомневался в эффективности закрепления материала с помощью конкретных примеров. Однако, как выяснилось, подобная практика лишь препятствует дальнейшему применению полученных знаний.

"Психология влияния" Роберт Чалдини.

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 01:00 (ссылка)

"Во время Корейской войны многие пленные американские солдаты оказались в лагерях для военнопленных (POW), созданных китайскими коммунистами. Китайцы обращались с пленными не так, как их союзники, северные корейцы, которые предпочитали использовать суровые наказания и жестокое обращение для того, чтобы достичь повиновения. Сознательно избегая видимости зверства, «красные» китайцы придерживались «политики терпения», которая на самом деле являлась изощренным психологическим насилием по отношению к пленным.(...)

...китайцы сумели заставить американцев доносить друг на друга, что поразительно контрастировало с поведением американских военнопленных во время Второй мировой войны. По этой причине планы побегов быстро раскрывались и попытки к бегству почти всегда были безуспешными. (...)

...главной задачей китайцев было заставить американцев сотрудничать в какой бы то ни было форме. Этих заключенных натренировали не сообщать врагу ничего, кроме имени, звания и порядкового номера. Если исключить физическую расправу, как могли китайцы добыть у этих людей военную информацию, превратить их в союзников, заставить публично осуждать свою страну? Китайцы решили придерживаться мудрого правила: «Начинай с малого и строй постепенно». (...)

Пленных часто просили делать антиамериканские и прокоммунистические заявления в настолько мягкой форме, что эти заявления казались не имеющими значения («Соединенные Штаты несовершенны», «В социалистических странах нет безработицы»). Однако, подчиняясь этим минимальным требованиям, пленные американские солдаты подталкивали самих себя к выполнению более существенных требований. Человека, который только что согласился с тем, что Соединенные Штаты не совершенны, можно спросить, почему, по его мнению, это так. После этого его можно попросить составить список «проблем американского общества» и подписаться под ним. Затем его можно попросить познакомить с этим списком других пленных. Позднее этому человеку можно предложить написать очерк на данную тему.

Китайцы затем могли использовать имя и очерк такого солдата в антиамериканских радиопрограммах, которые транслировали не только на весь данный лагерь, но и на другие лагеря для военнопленных в Северной Корее, а также на захваченные американцами южнокорейские территории. Внезапно ни в чем не повинный солдат оказывался «коллаборационистом», оказывающим помощь врагу. Зная, что он написал злополучный очерк без особого принуждения, человек менял представление о самом себе, чтобы соответствовать ярлыку «коллаборационист», что часто выливалось в более тесное сотрудничество с врагом. Таким образом, как пишет доктор Шайн, «большинство солдат сотрудничало с противником в то или другое время, совершая поступки, которые казались самим солдатам тривиальными, но которые китайцы ловко обращали к собственной выгоде... Китайцам это особенно хорошо удавалось, когда в ходе допроса они добивались разного рода признаний."