В колонках играет - Three days grace ''Pain"
Настроение сейчас - ностальгия...

Длинная пустынная аллея. Она, спрятав руки в карманы черного пальто, медленными размеренными шагами шла вперед. Сухие пестрые листья, кружась и путаясь, словно кусочки цветного стекла в калейдоскопе, сыпались ей под ноги. Тишину нарушало лишь шуршание ее шагов по ярко-рыжему ковру листвы и звуки моторов проезжающих мимо машин. Серое унылое небо давило сверху, словно тяжелый груз ее собственных мыслей, которым, казалось, не было конца. Одиночество… Оно всё и, одновременно, ничего, пустота и, в то же время, свобода, желанная независимость ото всех. Оно и слабость в отсутствии поддержки близких, и оно же сила. Внутренняя сила, не дающая волю слабостям. Как понять, дар это или испытание? Она не знала… Да и судить о чем то с позиции «хорошо или плохо» она не привыкла. Ей привычен отсутствующе-меланхоличный взгляд на жизнь: принимая все, что та дает, она не осуждает и не жалеет. Умение смотреть и находить для себя во всем что-то прекрасное – ее постоянный гарант душевного равновесия. Того равновесия, граничащего с безразличием, которое уже давно стало ей ненавистно. Желание чувствовать, словно наркотик, разъедает ее душу, расшатывает нервную систему. Она стремится испытывать бурю эмоций и каждое ощущение, будь то положительное или отрицательное, она старается удержать и прочувствовать, испив до дна, как бокал дорогого изысканного вина. И вроде бы это то, что ей нужно, если бы не постоянная потребность чего-то большего. Взамен слабым эмоциям приходит безразличие, и на то, чтобы вызвать новые ощущения требуются гораздо более сильные раздражители. Доза увеличивается, а нервы становятся все крепче… или слабее на столько, что уже не чувствуют практически ничего.
Она видит все краски мира, но живет только двумя, которые больше всего отражают состояние ее души - черно белая палитра…. Поправив длинный черный шарф, она откинула ярко-красную прядь волос с лица. Пожалуй, это единственная яркая деталь во всем ее холодном образе. Единственное живое и бунтующее начало, которое до сих пор живо в ней и помогает не слиться с этим серым миром, не потеряться в безликой глупой толпе.
А аллея тем временем сужается, подводя ее к дому. И снова вечер в бездушной сети, ночь полная вдохновения и мыслей с отголосками эмоций, чашка кофе, бумага, ручка, или открытая страничка ворда на мониторе, от которого под утро начинают болеть глаза… Творчество – единственное, во что можно с пользой вылить то, что все реже появляется на душе. Чувства, благодаря которым она все еще живет, но которых остается все меньше.
И вот, новая запись в дневнике, новое творение неизвестного автора, запертое в словесной клетке чувство, которое, появляясь на бумаге, почти полностью исчезает из души, ложась красивыми строчками в ее памяти… Так она засыпает, встречая первые рассветные лучи; а с новым днем все повторяется снова в бесконечной череде черно-белых скучных дней...