Черный человек Моцарта — понятие тоже из разряда мистических: никто его не видел, кроме самого музыканта. И потому в вопросе, кто это или что — мистика или болезненные фантазии воспалённого ума, можно сегодня лишь рассуждать, причём с одинаковой степени достоверности в любую сторону: у сторонников той и другой версии немало аргументов и доказательств. Одно вне сомнений — это светлая жизнерадостная музыка композитора….

Кому дано воплотить разум в звуки?

Для начала разговора об этой мало известной стороне творчества Моцарта обратим внимание на оригинальный психологический тест, который рассмотрим сегодня с точки зрения нашего восприятия музыки. Посмотрите чуть ниже и ответьте на вопрос, в какую сторону вращается балерина (быть может, под весёлую мелодию великого австрийского композитора).

Для одних она вращается по часовой стрелке, для других — в другую сторону. Принято считать, что если балерина крутится по часовой стрелке — у Вас в большей степени развито правое полушарие, если вращается против часовой стрелки, то — левое полушарие.

Левое полушарие мозга, как известно, отвечает за рациональное, аналитическое, логическое мышление, которое оперирует цифрами, словами и, в том числе, — нотами. Ритм музыки воспринимается именно левым полушарием. А вот правое полушарие головного мозга в большей степени имеет отношение к нашим переживаниям (чувствам), чем к разумному пониманию чего-то. Правое полушарие ответственно за чувственное восприятие мира. Мелодичность и красоту музыки мы воспринимаем именно правым полушарием.

Попробуйте в данном тесте с балериной прищурить глаза или отвести чуть взгляд и мысленно заставить её в своем воображении кружить в другую сторону. Если усилием воли Вы можете заставить её кружить то влево, то вправо, то в таком случае у вас явно повышенный IQ, раз вы можете задействовать в равной степени нервные клетки обеих половин мозга. Именно такими, уверяют психологи, и рождаются будущие музыкальные гении. Однако не отчаивайтесь, если этого осуществить не удалось.

Известные американцы Ян В. Брюэль и Джордж В. Олби представили доказательства, что человек, в принципе, может жить и здравствовать и с одной половиной мозга. И даже проявлять высокие интеллектуальные способности. Нервных клеток в нашем организме — с таким избытком, что для нормальной жизни их вполне хватает.

Вот только человеку «без правого полушария» уже никогда не стать скульптором, поскольку отвечает оно за восприятие объёмного изображения, и не стать композитором тому, у кого не развито левое полушарие мозга, поскольку не сможет он в должной мере овладеть нотной грамотой. К данному тесту мы ещё вернемся в нашем разговоре о Моцарте, а сейчас об одном из самых таинственных случаев в его жизни. 
Чёрный человек Моцарта

Однажды вечером к Моцарту явился незнакомец, одетый в тёмные одежды, и сказал, что желает сделать музыкальный заказ. Состоятельные вельможи и даже короли часто обращались к известным музыкантам с предложением сочинить музыку для их собственного оркестра, капеллы, домашнего или придворного театра... Удивило Моцарта то, что неизвестный не назвал ни своё имя, ни имени заказчика, а также ещё в том, что заказ был не совсем обычный. Незнакомец заказал траурную музыку, в то время как Моцарт слыл на весь мир своими жизнелюбивыми, искрящимися светом и радостью сочинениями. "Чёрный человек" безмолвно отсчитал крупную сумму, которую растерянный Моцарт запросил в качестве задатка, и удалился.

Это событие взбудоражило музыканта. Вот как писал Моцарт в письме к своему другу:

«В моей голове хаос, лишь с трудом собираюсь с мыслями. Образ незнакомца не хочет исчезнуть с глаз моих. Я беспрерывно вижу его. Он просит, он настаивает, он требует работы. Чувствую — мое состояние подсказывает — мой час пробил. Конец придет прежде, чем я смогу полностью проявить свой талант. А как прекрасна была жизнь! Но никому не дано изменить предначертанного судьбой, измерить дни своей жизни»...

И уже 12 декабря 1791 года берлинский «Музыкальный еженедельник» сообщал о кончине Моцарта.

А между тем, тайна «черного человека», доставившего столько волнений великому композитору, раскрывалась просто. Оказывается, к Моцарту в тот злопамятный вечер приходил всего-навсего слуга графа Вальзегг Штуппах. Этот богатый господин был большим меломаном и буквально жаждал прославиться как сочинитель. Он и раньше покупал у разных композиторов небольшие произведения и, собственноручно переписывая их, выдавал за свои собственные. У графа случилось горе: умерла жена, и, потрясённый несчастьем, он решил увековечить её память реквиемом «собственного сочинения», для чего и заказал реквием втайне.

Заплатив деньги, граф полагал, что теперь сочинение Моцарта станет его собственностью. Однако смерть композитора испортила его планы. Моцарт задумал в "Реквиеме" 12 частей, но не закончил и седьмую часть "Лакримозу" — печальную, слезливую, как она звучит в переводе. Закончил "Реквием" после смерти своего учителя Зюсмайер, и несостоявшаяся мистификация потянула за собой другую — об отравлении Моцарта.

Слухи эти росли как снежный ком. Многие ссылались даже на признания самого Сальери. Вот как об этом факте писали газеты. «Антонио Сальери, первый капельмейстер Императорского двора, признался в том, что отравил Моцарта». Или другая газета: «После исповеди и признания священнику разум Сальери помутился, и он пытался перерезать себе горло»… Понятно, что письменного признания Сальери, которое, якобы, хранилась в венском церковном архиве, так и не нашлась. Но с другой стороны, свидетельство о смерти Моцарта не содержало диагноза заболевания, анатомическое вскрытие не производилось, смерть композитора была окружена странностями, и вопрос об отравлении надолго повис в воздухе — так было ли оно на самом деле или нет?

Вот рассказ Констанции, жены Моцарта о том ужине, на котором, якобы, и произошло отравление. «Сальери приготовил ужин сам, но почти ни к одному блюду не прикоснулся, а только уговаривал Моцарта всего отведать. Сразу по возвращению домой Вольфгангу стало плохо: закружилась голова, началась рвота, рези в желудке, продолжавшиеся всю ночь. За завтраком началась опять рвота с потерей сознания». Моцарт, по словам его жены, и сам был убеждён в том, что его отравили… В любом случае, через три недели после этого ужина, когда за окном была полночь, Моцарт (так рассказывают очевидцы) «приподнялся, оглядел последним взглядом комнату, будто кого-то искал, повернулся лицом к стене и затих. На его постели лежал незаконченный "Реквием"…
Так был ли мальчик?

Странный внешний вид тела покойного, распространенные массивные отеки, таинственность похорон композитора и явились одним из источников слухов об отравлении Моцарта. (Тезис «отравления» был положен в основу трагедии А.С. Пушкина «Моцарт и Сальери»). Уж слишком много вопросов оставалось, действительно, открытыми. К примеру, почему никто не провожал Моцарта в последний путь?

Сначала существовала версия, что была снежная буря, но ее опровергли — по данным венских архивов, было тепло и без осадков. На похоронах не присутствовала даже вдова Моцарта: говорили, ее не пустили на похороны (или она сама отказалась) из–за своего болезненного состояния. Хоронили Моцарта в общей могиле, затерянной во времени. Но и тут свое объяснение: поскольку предполагали, что мог умереть маэстро в том числе и от чумы, гулявшей по Европе, и в таком случае всякие предосторожности были вполне в духе времени.

В 1966 г. вышла книга Бэра «Моцарт. Болезнь — смерть — погребение», где автор считает причиной смерти Моцарта «острый ревматизм» с опуханием суставов и «сердечной слабостью». Однако тайна, связанная с кончиной Моцарта, продолжает оставаться вроде как нераскрытой. Хотя никаких доказательств как не было, так и нет: сколько врачей его осматривало — столько было и диагнозов. А слухи — знает их история немало, порой опережают они славу великого музыканта. Вот пример с погребением великого Паганини, а точнее — с его НЕ погребением. 
Чёрная кошка Паганини

Никколо Паганини, которого при жизни преследовала молва о том, что он продал душу дьяволу в обмен на изумительный дар виртуоза, умер в Ницце в мае 1840 года без исповеди и соборования. Без отпевания погребение было невозможно. Тело повезли на родину Паганини, в Геную, но и здешний губернатор запретил похороны. Гроб перевозили с места на место, погребение всё затягивалось.

А уже рождались слухи, что по ночам вокруг гроба (набальзамированное тело Паганини поместили в морг госпиталя для прокаженных) великого скрипача пляшут черти, а скрипка его сама собой играет жуткую музыку. Как будто великий Паганини и после смерти продолжал оставаться бродячим музыкантом, и лишь в 1929 году он обрел покой на генуэзском кладбище.

Вспомним еще, что основатель космоплавания К. Циолковский до своих великих научных открытий жил в местечке под названием Байконур — том самом, откуда полетят потом первые космические корабли. А крупнейший пассажирский теплоход Коста Конкордиа — по величине второй Титаник, затонет спустя 100 лет после гибели этого самого Титаника, и случится это в пятницу 13 числа.

Кстати, Паганини, обвиненный в чертовщине, родился на улочке с названием Чёрная кошка. Сколько еще таких историй можно привести. Но вернемся к разговору о светлой музыке Моцарта. А точнее, о тех ее сторонах, которые невольно выходят в нашем сознании за рамки привычного и вклиниваются в такую область знания, которую принято называть таинственной и мистической. 
«Партийная» музыка Моцарта

Время жизни Моцарта совпало с пробуждением в Европе огромного интереса к духовно-мистическим учениям. Интерес к эзотерическим учениям древности не обошел стороной и Моцарта. 14 декабря 1784 года он вступил в Масонский орден, а к 1785 году уже был инициирован в степень Мастера-Масона. Кстати, его вступление в данный союз не было из разряда чего-то неординарного. «Однопартийцем» Моцарта был Иозеф Гайдн и чуть позже вступит в братство отец композитора — Леопольд Моцарт.

Для Моцарта, возможно, это был путь к дополнительному заработку: став Мастером-Масоном, Моцарт создавал музыку, предназначенную для масонских обрядов. Хотя, по литературным источникам, Моцарт был вроде как даже «страстным, убеждённым масоном», совсем не таким как Гайдн, который им только числился, и ни разу не участвовал в деятельности ложи и не написал ни одной масонской вещи. Моцарт же оставил нам ряд значительных произведений, написанных им специально для масонских обрядов и торжеств.

Среди «масонских» работ Моцарта преобладают вокальные произведения: небольшие хоровые песни и кантаты. Среди них такие сочинения, как: «Погребальная масонская музыка» (Maurerische Trauer-musik, c-mol), Адажио ор.410 для ансамбля духовых инструментов — музыка для сопровождения ритуальных масонских процессий; Адажио ор.411 для 2-х кларнетов и 3-х валторн — для вступления в ложу братьев ложи. И это, конечно, далеко не полный список. Считается, что наиболее насыщенной идеями и символами масонства стала опера «Волшебная флейта» (1791), либретто к которой написал масон Эммануэль Шиканедер (который, кстати, и давал Моцарту рекомендацию для вступления в «братство каменщиков»).

Однако оставим в стороне «партийные» заботы композитора. С какой бы целью и по какому поводу не создавалась бы музыка, на ней — отпечаток великого таланта композитора. И в следующем выпуске продолжим разговор именно об этом.

ВОТ ЕЩЕ МАТЕРЬЯЛЬЧИК - Сальери отравил или массоны...

буд-то Сальери отравил и будто масоны - это все равно что верить что Вертинский бы отравил Утесова который гремел на всю страну по радио и в пластинках а гений Вертинский конечно завидовал известности но прекрасно понимал что его звание гения выше чем звание "пошлости" хотя и растиражированной - так и Моцарт он так приятен поверхностным слушателям сладостью что можно бы позавидовать но содержательность Сальери была выше и не нуждалась в мести королю поверхностного мелодизма... а массоны? не знаю да и мне это не интересно (Ю.К.)

Сальери и Моцарт - тайна смерти

МОЦАРТ (Mozart) Вольфганг Амадей (1756-91) - австрийский композитор. Представитель венской классической школы, музыкант универсального дарования, проявившегося с раннего детства. В музыке Моцарта отразились идеи немецкого Просвещения и движения "Буря и натиск", претворен художественный опыт различных национальных школ и традиций. Модифицировал традиционные оперные формы ("Свадьба Фигаро", 1786; "Дон Жуан", 1787; "Волшебная флейта", 1791), индивидуализировал жанровые типы симфоний (ми-бемоль мажор, соль минор; до мажор, т. н. "Юпитер", все 1788). Св. 20 опер, св. 50 симфоний, концерты для фортепиано и для скрипки с оркестром, камерно-инструментальные (трио, квартеты, квинтеты и др.) и фортепианные произведения (сонаты, вариации, фантазии), "Реквием", (1791; закончен Ф. Кс. Зюсмайром), мессы и др. хоровые сочинения, песни. 
     2006 год, объявленный ЮНЕСКО годом Вольфганга Амадея Моцарта, - это 250 лет со дня рождения великого композитора и 215 лет со дня его смерти. «Бог музыки» (как его часто называют) покинул этот мир 5 декабря 1791 года, в возрасте 35 лет, после странной болезни.
      Ни могилы, ни креста
      Национальная гордость Австрии, музыкальный гений, императорский и королевский капельмейстер и камер-компози-тор не удостоился ни отдельной могилы, ни креста. Он нашел упокоение в общей могиле на венском кладбище Святого Марка. Когда жена композитора Констанца спустя 18 лет впервые решила навестить его могилу, единственного свидетеля, который бы мог указать примерное место захоронения, - могильщика - уже не было в живых. План кладбища Святого Марка нашли в 1859 году и установили мраморный монумент на предполагаемом месте погребения Моцарта. Сегодня тем более невозможно точно определить то место, где его опустили в яму с двумя десятками несчастных -бродяг, бесприютных нищих, бедняков без роду и племени.
      Официальное объяснение бедным похоронам - отсутствие денег в связи с крайней бедностью композитора. Однако есть сведения, что в семье оставалось в наличии 60 гульденов. Погребение по третьему разряду стоимостью в 8 гульденов организовал и оплатил барон Готфрид ван Свитен,венский меценат, которому Моцарт по дружбе бесплатно отдал немало своих произведений. Именно ван Свитен уговорил жену композитора не принимать участия в похоронах.
      Хоронили Моцарта уже 6 декабря, с непонятной торопливостью, без элементарного уважения и официального объявления о смерти (оно было сделано только после похорон). Тело не вносили в собор Святого Стефана, а ведь Моцарт был помощником капельмейстера этого собора! Прощальный обряд при участии немногочисленных сопровождающих провели наспех у капеллы Святого Креста, прилегающей к наружной стене собора. Отсутствовала вдова композитора, его собратья по масонской ложе.
      После отпевания лишь несколько человек - в том числе барон Готфрид ван Свитен, композитор Антонио Сальери и ученик Моцарта Франц Ксавер Зюс-майр - пошли проводить композитора в его последний путь. Но никто из них до кладбища Святого Марка не дошел. Как объясняли ван Свитен и Сальери, помешал сильный дождь, перешедший в снег. Однако их объяснение опровергается свидетельствами людей, хорошо помнивших этот теплый туманный день. А также - официальной справкой Центрального института метеорологии Вены, выданной в 1959 году по запросу американского музыковеда Николая Слонимского. Температура в тот день была 3 градуса тепла по Реомюру (1 гр. шкалы Реомюра = 5/4 гр. шкалы Цельсия. -Н.Л.), осадков не было; в 3 часа дня, когда отпевали Моцарта, отмечался лишь «слабый восточный ветер». В архивной выписке за этот день также значилось: «погода теплая, туман». Впрочем, для Вены туман в это время года - дело вполне обычное.
      Между тем еще летом, во время работы над оперой «Волшебная флейта», Моцарт чувствовал недомогание и все более укреплялся в подозрении, что кто-то посягает на его жизнь. За три месяца до смерти он во время прогулки с женой произнес: «Я чувствую, что долго не протяну. Конечно, мне дали яду...»
      Несмотря на официальную запись в канцелярии собора Святого Стефана о смерти композитора от «острой просовид-ной лихорадки», первое осторожное упоминание об отравлении появилось в берлинском «Музыкальном еженедельнике» 12 декабря 1791 года: «Так как после смерти тело его распухло, то утверждают даже, что он был отравлен».
      В поисках окончательного диагноза
      Анализ различных свидетельств и исследования десятков специалистов позволяют составить примерную картину имевшихся у Моцарта симптомов болезни.
      С лета по осень 1791 года у него отмечаются; общая слабость; потеря веса; периодические боли в области поясницы; бледность; головные боли; головокружения; неустойчивость настроения с частыми депрессиями, боязливостью и крайней раздражительностью. Он падает в обмороки с потерей сознания, у него начинают отекать руки, нарастает потеря сил, ко всему этому присоединяется рвота. Позже появляются такие симптомы, как металлический привкус во рту, нарушения почерка (ртутный тремор), озноб, рези в животе, дурной (зловонный) запах от тела, лихорадка, общий отек и сыпь. Умирал Моцарт при мучительной головной боли, но его сознание оставалось ясным вплоть до самой кончины.
      Среди работ, посвященных изучению причины смерти композитора, наиболее фундаментальные труды принадлежат врачам Йоханнесу Дальхову, Гюнтеру Дуда, Дитеру Кернеру («В.А. Моцарт. Хроника последних лет жизни и смерть», 1991) и Вольфгангу Риттеру («Так был ли он убит?», 1991). Количество диагнозов по делу Моцарта внушительно, что само по себе наводит на размышления, но, по мнению ученых, ни один из них не выдерживает серьезной критики.
      Под «острой просовидной лихорадкой», обозначенной в качестве официального диагноза, медицина XVII века понимала инфекционное заболевание, протекающее остро, сопровождающееся сыпью, жаром и ознобом. Но недуг Моцарта протекал медленно, изнуряюще, а опухание тела вообще не вписывается в клинику просовидной лихорадки. Врачей могла сбить с толку сильная сыпь и лихорадка в конечной стадии болезни, однако это характерные признаки ряда отравлений. Заметим дополнительно, что в случае инфекционного заболевания следовало ждать заражения хоть кого-то из близкого окружения, чего не произошло, не было и эпидемии в городе.
      «Менингит (воспаление мозговых оболочек)», фигурирующий как возможное заболевание, тоже отпадает, поскольку Моцарт почти до самого конца был работоспособен и сохранял полную ясность сознания, отсутствовали мозговые клинические проявления менингита. Тем более нельзя говорить о «туберкулезном менингите» - моцар-товедение с абсолютной уверенностью исключает туберкулез из анамнеза композитора. Более того, его история болезни практически чиста до 1791 года, последнего года жизни, на который притом приходится пик его творческой активности.
      Диагнозу «сердечная недостаточность» абсолютно противоречит хотя бы то, что незадолго до смерти Моцарт дирижировал продолжительной кантатой, что требует большой физической
      нагрузки, а несколько ранее -оперой «Волшебная флейта». И самое главное: нет ни одного свидетельства о наличии основного признака этого заболевания - одышки. Опухали бы ноги, а не руки и тело.
      Клиника «эфемерной ревматической лихорадки» также не находит своего подтверждения. Даже если думать о сердечных осложнениях, то отсутствовали признаки сердечной слабости, такие как опять же одышка -больной сердцем Моцарт не мог вместе с друзьями петь перед смертью «Реквием»!
      Нет веских оснований предполагать и наличие сифилиса, как потому, что болезнь имеет инук> клиническую картину, так и потому, что были здоровы жена и двое сыновей Моцарта (младший родился за 5 месяцев до его смерти), что исключается при больном муже и отце.
      Трудно согласиться и с тем, что композитор страдал психической патологией в виде всевозможных страхов и мании отравления. Российский психиатр Александр Шувалов, проанализировав (в 2004 году) историю жизни и болезни композитора, пришел к выводу: Моцарт -«редкий случай всеми признанного гения, не страдавшего каким-либо психическим расстройством». А вот основания для беспокойства композитор имел.
      Предположение о почечной недостаточности наиболее близко к истинной клинической картине заболевания. Однако почечная недостаточность как «чистая, спокойная уремия» исключается хотя бы потому, что почечные больные в этой стадии теряют работоспособность и последние дни проводят в бессознательном состоянии. Невозможно, чтобы такой больной за три последних месяца жизни написал две оперы, две кантаты, концерт для кларнета и свободно передвигался из города в город! Кроме того, сначала развивается острое заболевание - нефрит (воспаление почек), - и только после многолетней хронической стадии происходит переход в конечную - уремию. Но в истории болезни Моцарта нет упоминания о перенесенном им воспалительном поражении почек. 
      Это была ртуть
      По мнению ряда ученых, в том числе токсикологов, смерть Моцарта произошла вследствие хронического отравления ртутью, а именно - от многократного поступления в организм двухлористой ртути - сулемы. Она давалась со значительными интервалами: впервые - летом, в последний раз - незадолго до смерти. Причем конечная фаза заболевания схожа с истинным отказом почек, что и послужило основанием к ошибочному диагнозу почечной недостаточности воспалительного характера.
      Это заблуждение объяснимо: хотя в XVIII веке очень многое было известно о ядах и отравлениях, врачи практически не знали клинику интбксикации ртутью (сулемой) - тогда с целью устранения соперников было более принято использовать так называемую aqua Toffana (no имени известной отравительницы, составившей адскую смесь из мышьяка, свинца и сурьмы); об aqua Toffana в первую очередь подумал и занемогший Моцарт.
      Все симптомы, наблюдавшиеся у Моцарта в начале заболевания, тождественны признакам хорошо изученного в настоящее время острого ртутного отравления (головная боль, металлический привкус во рту, рвота, потеря веса, неврозы, депрессия и др.). В конце длительного периода отравления наступает токсическое поражение почек с конечными уремическими симптомами - лихорадка, сыпь, озноб и т.д. В пользу медленного отравления сулемой говорит и то, что музыкант сохранял ясное сознание и продолжал писать музыку, то есть был трудоспособен, что характерно для хронического отравления ртутью.
      Сравнительный анализ посмертной маски Моцарта и его прижизненных портретов дал, в свою очередь, основание для вывода: деформация черт лица явно вызвана интоксикацией (Сергей Мазуркевич, 2003).
      Таким образом, многое свидетельствует в пользу того, что композитора отравили. О том, кто и как это мог сделать, тоже есть предположения.
      Возможные подозреваемые
      Прежде всего ртуть надо было где-то найти. Яд мог поступать через Готфрида ван Свите-на, отец которого, лейб-медик Герхард ван Свитен, первым начал лечить сифилис «настойкой ртутной по Свитену» - раствором сулемы в водке. Кроме того, Моцарт часто бывал в доме фон Свитенов. Снабжать убийц ядом имел возможность и владелец ртутных приисков, граф Вальсег-цу-Штуппах - таинственный заказчик «Реквиема», человек, склонный к мистификациям и интригам.
      Существует три основные версии отравления Моцарта. Однако почти все исследователи сходятся во мнении, что вряд ли это было под силу одному человеку.
      Версия первая: 
      Сальери. Когда защитники итальянского композитора Антонио Сальери (1750-1825) утверждают, что у него «было все, а у Моцарта - ничего» и поэтому он не мог завидовать Моцарту, они лукавят. Да, Сальери имел надежный заработок, а после ухода с придворной службы его ждала хорошая пенсия. У Моцарта действительно ничего не было, ничего, кроме... ГЕНИЯ. Однако уходил он из жизни не только в самый плодотворный в плане творчества год, но и в год, переломный для судьбы его и семьи, - он получил декрет о зачислении на должность, дающую материальную независимость и возможность спокойно творить. Одновременно из Амстердама и Венгрии пришли значительные, рассчитанные на долгое время заказы и договоры на новые сочинения.
      Вполне возможной кажется в таком контексте фраза, произносимая Сальери в новелле Густава Николаи (1825): «Да, жалко, что от нас ушел такой гений. Но вообще-то музыкантам повезло. Проживи он еще, никто не пожаловал бы всем нам и куска хлеба за наши сочинения».
      Именно чувство зависти могло толкнуть на преступление Сальери. Известно, что чужие творческие удачи вызывали у Сальери глубокое раздражение и стремление противодействия. Достаточно упомянуть письмо Людвига ван Бетховена от января 1809 года, в котором он жалуется,издателю на происки врагов, «из которых первым является господин Сальери». Биографы Франца Шуберта описывают интригу Сальери, предпринятую им с целью помешать гениальному «королю песен» получить всего-навсего место скромного учителя музыки в далеком Лайбахе.
      Советский музыковед Игорь Бэлза (в 1947 году) спросил у австрийского композитора Йо-зефа Маркса, действительно ли Сальери совершил злодейство? Ответ был мгновенным, без колебаний: «А кто же из старых венцев сомневается в этом?» По словам Маркса, его друг, историк музыки Гвидо Адлер (1885-1941), при изучении церковной музыки обнаружил в одном венском архиве запись исповеди Сальери от 1823 г., содержащую признание в совершении этого чудовищного преступления, с приведением подробных и убедительных деталей, где и при каких обстоятельствах давался яд композитору. Церковные власти не могли пойти на нарушение тайны исповеди и не дали согласия на предание этого документа гласности.
      Сальери, мучимый раскаянием, пытался совершить самоубийство: он перерезал себе бритвой горло, но остался жив. По этому поврду остались подтверждающие записи в «разговорных тетрадях» Бетховена за 1823 год. Есть и другие упоминания о содержании исповеди Сальери и неудавшемся суициде.
      Намерение покончить жизнь самоубийством созрело у Сальери не позже 1821 г. - к тому времени он написал реквием на собственную кончину. В прощальном послании (март 1821 года) Сальери просил графа Га-угвица отслужить в частной капелле заупокойную службу по нему и исполнить посылаемый реквием ради спасения его души, ибо «к моменту получения письма последнего уже не будет среди живых». Содержание письма и его стиль свидетельствуют об отсутствии у Сальери психического заболевания. Тем не менее Сальери был объявлен психически больным, а его признание - бредом. Многие исследователи считают, что это было сделано для избежания скандала: ведь и Сальери, и Свитены были тесно связаны с правящим Габсбургским двором, на который в какой-то степени ложилась тень преступления. - Умер Сальери в 1825 г., как явствует из свидетельства о смерти, «от старости», причастившись Святых Даров (чего не удостоился Моцарт).

      А сейчас самое время вспомнить о трагедии Пушкина «Моцарт и Сальери» (1830) и о гневных нападках некоторых европейцев на автора за то, что «не пожелал представить двух своих персонажей такими, какими они были в действительности», за использование якобы легенды, очерняющей имя Сальери.
      Во время работы над трагедией Пушкин написал статью «Опровержение на критики», в которой высказался однозначно: «...обременять вымышленными ужасами исторические характеры и не мудрено и не великодушно. Клевета и в поэмах всегда казалась мне непохвальною». Известно, что этот труд занял у поэта не один год: Пушкин тщательно собирал различные документальные свидетельства.
      Пушкинская трагедия послужила сильнейшим импульсом исследований в этом направлении. Как писал Д.Кернер: «Если бы Пушкин не запечатлел преступление Сальери в своей трагедии, над которой он работал много лет, то загадка смерти величайшего композитора Запада так и не получила бы разрешения».
      Версия вторая: 
      Зюсмайр. Франц Ксавер Зюсмайр, ученик Сальери, затем ученик Моцарта и интимный друг его жены Констанцы, после смерти Моцарта вновь перешедший в обучение к Сальери, отличался большими амбициями и тяжело переживал насмешки Моцарта. Имя Зюсмайра осталось в истории благодаря «Реквиему», к завершению которого он был причастен.
      Констанца рассорилась с Зю-смайром. И после старательно вымарывала его имя из документального наследия мужа. Умер Зюсмайр в 1803 г. при странных и таинственных обстоятельствах; в этом же году не стало и Готфрида ван Свитена. Учитывая близость Зюсмайра к Сальери и его карьерные устремления в сочетании с завышенной оценкой собственных талантов, а также его роман с Констанцей, многие исследователи полагают, что он мог быть причастен к отравлению скорее в роли непосредственного исполнителя, поскольку жил в семье композитора. Возможно, и Констанца узнала о том, что муж получает яд, - это во многом объясняет ее дальнейшее поведение.
      Становится понятной, в частности, та неблаговидная роль, которую, по мнению некоторых современников, Констанца сыграла, «открыв правду» в день похорон о якобы любовной связи Моцарта и его ученицы Магдалены ее мужу - юристу Францу Хофдемелю, другу и собрату Моцарта по масонской ложе. В порыве ревности Хофдемель пытался зарезать бритвой свою беременную красавицу жену - от гибели Магдалену спасли соседи, услышавшие крики ее и их годовалого ребенка. Хофдемель покончил с собой, также применив бритву. Магдалена выжила, но осталась изуродованной. Считают, что таким образом Констанца пыталась переключить подозрения в отравлении мужа на бедного юриста. Действительно, это дало основания ряду исследователей (например, британскому историку Фрэнсису Карру) трактовать эту трагедию как вспышку ревности Хофдемеля, отравившего (!) Моцарта.
      Как бы то ни было, младший сын Констанцы, музыкант Франц Ксавер Вольфганг Моцарт, говорил: «Столь великим, как отец, мне, конечно же, не стать, дс посему нечего опасаться и завистников, которые могли бы посягнуть на мою жизнь».
      Версия третья: 
      ритуальное убийство «непокорного брата». Известно, что Моцарт был членом масонской ложи «Благотворительность» и имел очень высокий уровень посвящения. Однако масонское сообщество, обычно оказывающее помощь собратьям, ничем не помогало композитору, находившемуся в очень стесненном материальном положении. Более того, братья-масоны не пришли проводить Моцарта в последний путь, а специальное заседание ложи, посвященное его кончине, состоялось лишь через несколько месяцев. Возможно, определенную роль в этом сыграло то, что Моцарт, будучи разочарован деятельностью ордена, планировал создание собственной тайной организации - ложи «Грот», устав которой им уже был написан.
      Мировоззренческие расхождения между композитором и орденом достигли своего накала в 1791 году; именно в этих расхождениях некоторые исследователи видят причину ранней смерти Моцарта. В том же 1791 году композитор пишет оперу «Волшебная флейта», которая имела оглушительный успех в Вене. Принято считать, что в опере была широко использована масонская символика, раскрыты многие ритуалы, которые положено знать лишь посвященным. Что не могло пройти незамеченным. Георг Николаус Ниссен, второй муж Констанцы и в последующем биограф Моцарта, назвал «Волшебную флейту» «пародией на масонский орден».
      Как полагает Й.Дальхов, «те, кто ускорял смерть Моцарта, устранили его «подобающим рангу» ядом - ртутью, то есть Меркурием, идолом муз. ...А может быть, все версии -звенья одной цепи?
     
      Наталья Борисовна Ласкова
кандидат медицинских наук, врач-невропатолог.