Носишь себя по дому в пуховом платке, темечко сладко пахнет пенкою для волос, гулишь, баюкаешь, поешь про сердце в снежной тиши, а все равно хнычет, не спит - и не говорит ничего, то ли у нее живот болит, то ли голова, то ли слова в горле стоят комком, как дыбом в заледеневшей степи трава, то ли захлебывается собственным стишком, как соловей снежком. Носишь себя кругами, большая уже, тяжело, говоришь: ну не плачь, ну все же, кажется, ничего, я ли тебе не пела песенок, не готовила растворимых каш, я ли не ради тебя с утра до ночи пашу, чтобы тебе яблочко, лампочка, деньги платить за свет, сапожки на каблуках, я ли не брею ноги, чтобы он ночью утирал твоими трусами лоб, говорил бы: "Я сюда ехал - дико тебя хотел, может, не выспался, может, в агентстве сегодня так выебали меня, ты извини, ради бога, это со мной чуть ли не в первый раз, так хотел тебя, когда ехал, ну что за говно". В колыбельку себя положишь, - не спит, скидывает одеяльце, колени подтягивает к груди, за бутылочкой тянется, не закусывая, пьет из горла, девочка моя, белочка, куда ж ты градусник убрала? Хочешь травы, хочешь рогатку на соловья? Ты же единственная моя, нет у меня другой, того и гляди - удержу его бедра, скажу - "не надо, не выходи", потом подтяну колени к груди, полежу, посчитаю дни, посмотрю, как его ладонь во сне падает с простыни, встану, приму "Постинор", бутылочку себе заменю, прикурю, слезки вытру, заверну себя в пуховой платок, буду носить по кухне кругами, баюкать, гулить, петь дурацкого "Соловья", говорить: ты моя деточка, а я твоя, он во сне плачет, февраль, трава ломается под каблуком легко, не появляется молоко.

[c] Линор Горалик
http://www.livejournal.com/users/snorapp/264116.html