Забавные шутки шутит мозг. Сегодня (вчера) днем проснулся от того, что увидел сон (не каламбур и не оговорка, так и было: проснулся - из-за сна).

Сюжет - вкратце. Лето, дача из детства (давно ушла к другим родичам), солнце, трава, земля-вода-воздух и все такое. Цветочки-клумбочки. Рядом отчим, с которым так и не помирились в реальном прошлом - а тут улыбки, обнималки, семья и все такое радостно. Мир, дружба, счастье? - Ха, щаз!

Вдруг. У этой чудной счастливой картиночки, в которой и я и все такое - возникает граница-полутень (только что не было). И все, что здесь есть до границы - в сумраке (затемнении? темноте?). И замерло, как оцепенело. А с той стороны границы светло по-прежнему, и некто оттуда протягивает палку типа посоха.

(Здесь отдельная история, так как палка-посох этот хорошо знаком, и в жизни это реальная - толщиной с руку и высотой с треть роста - часть ветви гигантского можжевельника, которую когда-то привез с Ладоги и из которой резал подарок для возлюбленной перед с ней расставанием навсегда. Однако большая часть дерева от этого труда сохранилась и осталась. [Ха! "навсегда" - штука забавная, снова друзья после некоторой паузы и надеюсь надолго, хотя, увы, не любовники - причем пожалуй, это и лучше.] С деревом же этим так вышло, что недавно подарил своим друзьям - случилось ненароком пообещать, до этого же оно хранилось (и хранило) дом. Что совсем уж отдельная история и к делу не относится.)

Вернемся дальше. То есть на самом деле не протягивает. Можжевеловую трость эту некто (кто - не разобрать или не запомнил) держит как посох, вертикально, упершись ею в землю. И сам с ней спокойно стоит на той стороне границы, где светло, я же - там, где затемнение. Но оба близко к границе, каждый со своей стороны. И этот некто позой как бы намекает: что мешкаешь? Тут за эту ветвь вдруг хватаюсь, она вспыхивает светом и сиянием не хуже лазерного шоу, и вот уже мы с ней оказываемся с той стороны, где светло, птички поют и все движется. А по ту сторону, где замерла поляна, дачка и все такое - темно, мрак и неподвижность окончательно.

И вдруг вспоминаю, что отчим-то - давно мертвый. И умирал-то он плохо и тяжело, и длилось это целых два года, и отношения наши были скорее мерзко-коммунальные, чем близкие, хотя и помогал я ухаживать за ним до конца. С чего же это он так радостно меня обнимал-то, как своего-родного приветствовал, блин?! От этого ужаса и проснулся. Не, думаю, на фига такая дачная собственность? - чур меня, пускай родичи себе с концами забирают эту радость и пусть она у них и остается, раз им загорелось.

К чему сон - понятно, не дура(к). Накануне была сделана некая глупость. И вполне даже может (могло?) через некоторое время как раз и привести это все в то невеселое место, где тьма и скрежет зубовный. Так что повод подсознанию подсунуть перед глазами эту дивную картинку - был. Пятьдесят на пятьдесят, как встретить динозавра на улице: то ли встретишь, то ли нет. (Не фиг, паанимаеш, снимать контроль и давать волю фантазии и чувствам на пустом месте.) Но - дивное это ощущение, птичка-надежда в грудной клетке трепыхает теперь крылышками: может, подсказка, что кто-то там наверху все же хорошо ко мне относится и решил дать шанс?